Ставки сделаны! Игры богов.

В очаге шипят и потрескивают дрова. В противоположном, темному углу - тоже треск и шипение. И гомон, будто бы издалека. Северин отворачивается, куда как уютнее сидеть лицом к очагу, лучше не видеть, не слышать, хотя жуть как охота… Тени смутные на стене в отблесках пламени - что гадать, чьи они … людей, не людей – не все ли равно? Разливаются по комнатушке пряные мята с смородиной, и каких-то сушеных фруктов запах, то ли груш, то ли яблок, распаренных в кипящем узваре. Усмехается, с хлебом-солью приехали гости, хоть и хозяйское это дело, встречать хлебом-солью гостей. Да и не принято так среди тех, кто к волхву за помощью обычно приходит. Мясо, деньги, зерно - бывало. Но чтоб … Вытащила из котомок эта, которая Весна, три каравая румяных, гарнец соли в мешке, положила на стол, губы кусает, не знает, что скажет ей Северин. Подсказали? Так некому. Ярош, повозязь в своей сумке, кадку с медом рядом поставил. - Не рано ль с оплатой? - Гостинцы, - улыбается мягко волхву другая девчушка, Люба. – Не с пустыми ж руками идти. – И как-то совсем уж робко кладет на стол отрез полотна. Не знает, куда деться от пытливых глаз Люба, сама удивляется, с чего бы ей тут робеть… как на смотринах … А ведь почти такое же накатило в тот самый день, когда Ярошу нареченною стала, вопреки всему, да и себе вопреки… Но по спине ведет холодком, и мурашки по коже, будто взглядом не только волхв Северин буравит ее. Весна не робеет, еще чего, на гляделки время зря тратить. Глянула коротко по углам, заприметила дверь в кладовую. Надо на стол собирать, колдун тут один, не ему же бегать вокруг нежданных гостей. - Правильно мыслишь, помогай на стол собирать, - кивает ей Северин. – Разговор у нас долгий. Не впервой Весне хозяйничать, да и некому больше, вот Любу – пни, так подаст, дерни, так сделает, будто сны наяву той снятся, сама на себя не похожа. Горан с Ярошем? Ну, это не кулаками махать и не топором. Намахались уже, усмехается мельком Весна, вон у Горана и руки в кулачном махаче сбиты, и с лица не сошли следы, пошутили, подурачились вдоволь ребята на игрищах. Собирает на стол с припасов хозяйских, да с гостинцев, что привезли. Хороша скатерть, что Любин подарок, небось, и взяла из приданого. Как в своем доме Весна хозяйничает, не мельтеша, утварь столовая – чуть сама в ей руки не прыгает, и показалось ли? - но как-то светлее становится, словно каждым движением - быстрыми, четкими, плавными жестами – каждым шагом по дому творит она какую-то свою ворожбу. От которой тепло и светло, а страхи – все равно, что метель за окном. За порогом. И, видать, только Весна, плетущая нехитрую женскую ворожбу, не подпала под власть тревоги, потому как и гости, и сам Северин – то и дело нервно поводят плечами, да то и дело оглядываются. Но там только тени, от них же самих, сидящих у очага и тянущих руки поближе к огню. - Так что там у вас за переполох? – глядя сквозь огонь свечи на Горана, задает наконец свой вопрос волхов. Все утолили свой голод, кто как сумел. Горан – и вовсе не голоден оказался, сидит мрачен, лишь хлеб преломил, как обычай того требует, но не более. - Нет у меня переполоха ни разу, - мрачно отрезает Горан, глядя куда-то в сторону. - Просто так в гости пришли? - Сестру провел, не отпускать же ее одну, - упорно гнет свою линию. - Баран потому как, - фыркает Ярош. – Давай я начну, он сам разговорится, когда спорить начнет со мной. Так вот, началось все с того, что этот баран вовремя не подоспел, когда я Любу засватал… - Ты??? Это так называется??? Сватал? Чертом выскочил поперек дела договоренного – сватал, да? - Ну, я ж говорил, - разводит Ярош руками, улыбаясь довольно, - надо только начать, а уж он сам все вывалит как на духу. Ну да, выскочил я, а этот – в подполе сидел, пока сестра не вернулась домой и веревку ему не спустила. - На полчаса оставить нельзя, - бормочет Весна сварливо. - Полчаса??? – возмущается Горан. – Как утром ушла – так пока солнце не село… - А я говорил, - хмыкает Ярош, - только его зацепи! - И все? Руки Горана стиснуты в кулаки, он прячет их, будто и без того не заметно, не видно, как отлила кровь от лица, как разуваются ноздри… Что там за спиной происходит? Спорят? Шум не утихает, но ни единого слова не разобрать… На минуту отвлекшись, Северин понимает, что уже какое-то время речь держит Весна, перечисляя поочередно все то, что за две последних недели с братом случилось. Хмурится Северин. Волки напали в лесу, еле отбился. Да какое отбился, чудом сбежал. Провалился под лед. А ледостав-то давно уж как… В бане чуть не угорел, когда дверь вдруг повело и заклинило… Срублена баня давно, с чего бы вдруг дерево повело… - Ага, еще вот расскажу, как из сугроба достал его еле живого, - не глядя на бедоносца, будто бы невзначай и будто совсем это мелочь какая-то, Ярош роняет. – Вчера дело было. Мог и уснуть насовсем! - Так, - недобро вспыхнув очами, зыркает Весна на брата, - молодец. Теперь за руку тебя мне водить, или как? Брат и сестра ... близнецы. Матери нет давно, а отец недавно ушел. Воинская порода, крепкая, сильная, что мужики, что бабы, все скоры на слово и дело, все крепки телом и здоровья лет на сто каждому долей отмеряно… Хмурится Северин. По всему видать, что печать Марены-смерти на Горане, да только нет ни единого знака на нем, чтоб Мареной поставлен был. Хоть через огонь смотри, хоть на воду. Чужие знаки, не разобрать их никак. - А сам что мне скажешь? Что думаешь, смерть за тобой по пятам следует, или как? – о нем говорила Марена? Пусть и не к колдовскому делу, но сила-то есть, и немалая. Его оставить? Зачем? - Северин, я их всех притащила к тебе, - показалось? Весна молчит, но голос ее он слышит, как если бы говорила она, стоя рядом совсем, ее тихий и твердый голос. Одного взгляда прямо в глаза – достаточно: да, говорит, да умеет, да, знает, что он ее слышит. Не рассмотрел? - Зачем? – точно так же, рта не раскрыв. Интересно, услышит? Ответит? - Я слышала, можно жизнью жизнь откупить . Так я откупить готова. Если кто из этих вот виноват – сама за это возьмусь, ты только скажи мне как. - Не жаль тебе? – А что, ведь и правда, не дрогнет такая. - Виновного – нет, не жаль. – Что толку жалеть врагов? Своих бы в обиду не дать… - Виновного нет. – А так действительно, было бы проще. Жаль. Виновного нет? Среди них? Или нет вообще? Опять мороз по спине пробирает. Что это было-то? Да, хотелось поговорить наедине, без свидетелей. Да, звала и пыталась сказать глазами. Думала ли, что услышит, поймет? Ответил. И ведь не показалось? О ком говорила Марена???