Ставки сделаны! Игры богов.

- Плевал я на твое мнение, - доносится с того края стола, где вполголоса заспорили гости. - Как знаешь, - как ни в чем не было, пожимает плечами Ярош, - а я все же спрошу. Зря, что ли, пыхтели в такую даль по морозу. Все ж ты баран, хоть и строишь из себя невесть кого. - Кхм? – приподымает брови волхв, глядя на спорщиков и давая понять, что он готов выслушать. - В общем-то, мне это не так уж и важно, я больше вот из-за этого, - кивает на Горана, - хочу спросить у тебя кое-что. - Спрашивай, что уж тут. - Скажи, вот разве она, Люба, была ему по судьбе? Ведь было бы так – что бы я смог переменить? Да и ей, что стоило возразить, был бы я ей не по сердцу? - По судьбе, говоришь… А что судьбой называешь? – помолчав немного, в свою очередь возвращает вопрос Северин. - Как… то, что положено пережить, чему надлежит случиться, - подбирает Ярош слова, будто впервые словами облечь пытается то, что не требует пояснений. - То, что выткано на полотне Пряхами, - вполголоса, но вовсе не робко. Люба? Очнулась? - Сама-то ткешь? - Кивает Люба, как не ткать, женское ремесло, никак без него. - Значит, ткешь. И что получается? - Полотно. - Какое? Что на нем? – не унимается Северин, и вроде бы с Любой его беседа, но все приумолкли, даже в темном углу тени присели и стали внимать. - Ровное, а если пряжа плоха или руки кривые – так грубое, кривое, с узлами. - И что потом, выткала – и в ларь положила? - Шьют из него, рубахи, или на скатерть отрез, или еще для чего. - И все? - Вышивают потом. - Что вышивают? - Разное, что на скатерти вышивают – то на рубаху не годно, опять же … - С судьбою все так же. Грубое, с узлами, или ровное, тонкое - изначально ткут. Вот то, что судьба. А уж что из полотна того сошьют, да каким узорами вышивать станут – то уже что-то другое. - И что это «другое»? - То, что человек делает сам. Какими дорогами ходит, куда сворачивает на раздорожье. - Хочешь сказать, это я сам свернул не в ту сторону? – удивляется Горан. - Почему ж только ты, - усмехается волхв. Вот уж правда, Горана разговорить – не много надо труда, если не спрашивать напрямую, иначе – как рыба на дно уйдет и затаится. - Мы все свернули с верной дороги? - Горан, - морщит лоб Северин, - давай я сейчас соглашусь с твоими словами. Пока ты сам не увидишь … - А ты, Северин, - доносится слева, из-за спины - ты сам-то хочешь увидеть ? … Если хочешь – идем, я жду тебя во дворе. Не говоря ничего, Северин встает из-за стола и выходит из дома, напоследок лишь знак подает, чтоб гости за ним не ходили. Во дворе его действительно ждут. Незнакомец, конечно, не бесплотная тень, но глаза не подводят волхва, да и кого еще можно было бы ждать в этот час, в эту ночь, когда дом колдуна как никогда полон гостей - людей, не людей… Северин узнает по фигуре, несколько тяжеловесной, по чужеземному воинскому облачению, да, вот тот всадник, чей конь его так поразил. О восьми ногах конь, присмотрись – и увидишь его, за воротами, вот он переступает всеми ногами нетерпеливо, прислушайся – и услышишь, как скрипит под копытами снег… - Я не знаю, воин, тебя. Назовешь свое имя? – Должно быть, ударил мороз, раз снег так скрипит под ногами, но холод не ощущается, пусть на плечах и не зимний кожух, а домашняя вязаная безрукавка. Незнакомец делает шаг вперед и вступает в полосу света, отбрасываемого из окна. Отблески падают на лицо. - Колдун, ты напрасно задал этот вопрос, ты так до утра его слушать устанешь, - из темноты ближе к свету приближается кто-то еще, но пока его не разглядеть, зыбким волнами плывет силуэт, - у него этих имен*… - Локи, - оборачивается первый. -Пффф! Моим именем - ты еще не представлялся! Или я чего-то знаю? Колдун, ты смотри, этот старый лис тебя пытается провести! - Локи, черти тебя забери! Я к тебе обращаюсь! - Черт, черти, - бормочет себе под нос второй, будто пытаясь припомнить, - Это такие мелкие тролли, да? …Ну, ладно бы турсы, плохонький, но какой-никакой, а эскорт! Но мелкие тролли - это так… мелочно… - Локи! - Что? Я гулял! - Вот и гуляй! - Слушай, колдун, это надолго, ты б за элем сходил, или что тут вас варят хмельного? - Локи будто не слышит окрика. – Пиво? Тащи тогда пиво. ** - Как-то холодно, - улучает момент, чтоб вмешаться в перепалку незваных гостей Северин. – Да и пива я не варю. - Что? Нет пива? Я оскорблен. - Действительно, безобразие, - соглашается с Локи так и не представившийся незнакомец. Северин лишь разводит руками. - Тебе сколько лет, Северин? - Эм… Тридцать семь. Это к чему вообще? - И не стыдно? Взрослый мужик, тридцать семь лет, колдун, а в доме – пива ни капли! – подхватывает тему возраста Локи. – Один, ты это видел? - Может, я пока в дом, а вы потом позовете? – уточняет Северин, просекший, что перебранка уже переползает каким-то образом на него, - Мне правда стыдно, за пиво – особенно. - Врет, - помолчав для порядку, комментирует Локи. - Как дышит, - соглашает Один. Северин, не дождавшись ответа, возвращается в дом.