Глазами стажера

Когда мы наконец остались одни в машине Мозера, Рихард, как возглавляющий группу, подвел черту. - Итак, что мы имеем? – произнес он, в упор глядя на меня. Я, ничуть не смутившись подобному вопросу, бросила взгляд на уносящих тело убитого работников морга. - Перво-наперво, труп. – Мозер и Штокингер кивнули. Воодушевленная их поддержкой, я продолжила: – По предварительным данным, задушенный. Документов не обнаружено. По внешнему виду явно бродяга. Эрнст, ты спросил у дворника, видел ли он этого мужчину прежде? Штокингер удовлетворительно кивнул. Ему явно льстила моя внимательность. - Да, свидетель сказал, что видел убитого несколько раз по утрам спящим на той же лавке. - Тогда почему в этот раз вид мужчины насторожил его? – продолжила спрашивать я. - Каждое утро дворник будил бродяг, спящих в парке, и грозил им полицией, - ответил Эрнст. – Тут все ясно. - А где это дворник… г-н Штульцгерр… был во время совершения убийства? – подсказал мне вопрос Рихард. – Есть у него алиби? - Есть, хотя и сомнительное. Он утверждает, что был дома, но подтвердить этого никто не может, - вздохнул Эрнст. – Он холост, живет один. - Тогда, думаю, надо начать с осмотра квартиры г-на Штульцгерра, - сказала я. – Мы с Рексом могли бы… - Хотел бы я знать, что вы там собираетесь найти, - вздохнул Рихард, но кивнул. – Хорошо. Крис с Рексом – на обыск, ты, Штокингер, возвращайся в Управление и жди звонка от доктора Графа. - А ты? – поинтересовалась я, втайне желая, чтобы на квартиру дворника мы поехали вместе. - А я… - Рихард посмотрел на часы, огляделся по сторонам и хлопнул себя руками по бедрам. – А я осмотрюсь в парке, поспрашиваю, может, кто что видел. Я была польщена такой щедростью со стороны Мозера. Доверить мне, неопытной студентке, обыск квартиры первого подозреваемого – это дорогого стоит. И Рекс в помощниках – не даст ошибиться, наведет на нужные мысли… До квартиры Штульцгерра мы с Рексом добрались пешком. Пес послушно шел рядом, и я в который уже раз удивилась тому, как быстро мы с ним нашли общий язык. Хозяином Рекса являлся Мозер, они жили вдвоем в съемной квартире, но это не мешало собаке слушаться Эрнста, Петера или даже меня, хотя я в его жизни появилась всего несколько месяцев назад. Мы уже испытали друг друга, раскрыв несколько дел – опасных и не очень, и я гордилась тем, что могу назвать Рекса своим товарищем точно так же, как каждого из нашей группы. Неприметный грязного вида дом со входом со двора встретил насугрюмым молчанием. Здесь не играли дети – не было даже детской площадки. Посреди двора одиноко зеленела свежевыкрашенная лавочка, да мусорные баки безмолвно взирали на незваных гостей. Подъезд, разумеется, без консьержа – в таких домах у жильцов не хватает средств порой оплатить электричество – и иные вовсе от него отказываются, делая вид, что это в порядке вещей. Грязная темная лестница, отсутствие лифта – пешком на седьмой этаж. У нужной мне двери – три пустые бутылки из-под Шнапса. Подозрительно, напиток дорогой, а денег у жильца такого дома должно быть немного. Впрочем, никчемная улика. Мусор, готовый на выброс. Пропустив Рекса вперед себя, я вошла в квартиру, открыв ее найденным в кармане набором отмычек. Почему-то я чувствовала себя вором, незаконно забравшимся в чужую квартиру. Я понятия не имела, что мы ищем, поэтому производила очень тщательный осмотр. В общем квартира походила на множество таких же квартир по всему городу. Средних размеров, двухкомнатная, смежный санузел… Здесь был идеальный порядок, у каждой вещи – свое место. На первый взгляд – совершенно не к чему придраться. Я подошла к секретеру. И снова в ход пошли отмычки. И это было и страшно и любопытно одновременно. В секретере я обнаружила то, что, собственно, и ожидала – бумаги и деньги. Денег было немного, я подумала, что, скорее всего, это месячная зарплата дворника – и мне вдруг стало интересно, сколько же получают дворники. Хотя у Штульцгерра отсутствовали мотивы (ну какой прок от убийства бездомного бродяги?), он мог вполне сделать это по личным соображениям. Например, между ним и убитым мог вспыхнуть конфликт. Что если бродяга чем-то пригрозил работнику парка, и тот решил его убрать, пока не поздно? Нет, все эти идеи казались слишком простыми или слишком сложными для простого дворника. Врожденная интуиция подсказывала мне, что это дело будет куда более запутанным, чем может показаться на первый взгляд. И вполне возможно, дворник тут действительно ни при чем. Вернув все на свои места, я вздохнула и посмотрела на Рекса. Он спокойно сидел у входной двери, всем своим видом демонстрируя, что согласен с моими мыслями, хотя, разумеется, что он мог знать о них? Просто все здесь было чисто, искать требовалось в другом месте. Но уходить уж совсем ни с чем не хотелось, и я решила, коли уж нахожусь в доме у подозреваемого, проверить его алиби. Штокингер говорил, что никто не мог подтвердить, был ли господин Штульцгерр дома в районе одиннадцати часов вечера, но специально соседей не опрашивали. И я взяла на себя смелость сделать это самостоятельно. В доме было десять этажей, мы с Рексом начали сверху. Звоня в каждую дверь, я мило улыбалась открывающим людям, показывала полицейский значок и задавала интересующие меня вопросы: знали ли жильцы Штульцгерра, какого были о нем мнения, не замечали ли чего необычного, и конечно же, не покидал ли дворник своей квартиры минувшей ночью. Некоторые просто качали головами, называя Штульцгерра «соседом по дому», некоторые отвечали на вопросы неохотно – у них удалось выяснить, что сосед их часто и много пил, а выпив, начинал буянить, несколько раз его забирали в полицию за нарушение покоя дома… После получения таких немаловажных сведений я быстро набрала номер Эрнста: - Штоки, проверь, пожалуйста, по базе данных, нет ли у этого Штульцгерра судимостей. - Уже проверил. Он чист. А что тебе удалось выяснить? - В квартире никаких зацепок. Я прошлась по соседям, они в один голос утверждают, что от дворника были одни неприятности. Его даже в полицию забирали. Но на наш случай ничего: двое соседей с его лестничной площадки сказали, что ночью Штульцгерр из дома не выходил. - Дьявол! У нас ни малейших зацепок! – с досадой в голосе выругался Эрнст. - Лео выяснил что-нибудь? – спросила я, стараясь не поддаваться порыву отчаяния. Если только мы не найдем орудия убийства с отпечатками пальцев этого чертового дворника, нам всем придется признать очевидное: он действительно просто обнаружил на улице труп и позвонил в полицию. - Он сейчас работает над этим, - вздохнул Эрнст. – Ты возвращаешься? Я, стоя на ступеньках подъезда, смотрела на серое небо и думала о том, что делать дальше. Рекс вопросительно тявкнул, и я покачала головой: - Нет, Штоки, я попробую связаться с Мозером, вдруг ему нужна помощь. Думаю, мы вернемся вместе. Рихарда мои новости не особо расстроили. Он даже выразил сожаление о том, что отпустил со мной Рекса, заявив, что тут, в парке, собака была бы ему нужней. Я проигнорировала этот укол, за все время нашего знакомства привыкнув к переменчивости его настроения. Двадцать минут спустя я с Рексом подошла к парку, и мы уселись на скамейку, закинув ноги на ноги. Со стороны, наверное, это выглядело забавно. Рекс улегся, устроив голову на ботинке Рихарда. - Итак, Штульцгерр невиновен, - вздохнув, сказала я, не зная, как подступиться к вопросу о том, удалось ли что-нибудь узнать Рихарду. – Шаг вперед – и два назад. - Не думаю, - с серьезным выражением лица сказал Мозер. – Я поговорил с одной дамой, она часто гуляет здесь по вечерам. Это становилось интересно. Хоть кому-то из нас удалось выяснить какие-то детали и сдвинуть дело с мертвой точки. Я повернула голову к Рихарду и переключила все свое внимание на него. Мозер прочистил горло. - Фрау Соркек гуляет в этом парке по вечерам со своей собакой. – Рука Рихарда непроизвольно потянулась потрепать Рекса. Тот лизнул своему хозяину ладонь. – И вчера вечером она тоже была здесь. - Господи, Рихард, вы оставите мне хотя бы одного свидетеля для допроса?! – возмущенно воскликнула я, всплеснув руками. – Почему я все самое важное узнаю от тебя или от Штоки? На лице Мозера появилось удивление. - Как? А кто целый подъезд жильцов опрашивал? Разве не ты? Я лишь досадливо махнула рукой. - Продолжай. - Ну так вот. Вчера госпожа Соркек прогуливалась по этой вот аллее. И проходя мимо одной из скамеек, заметила мужчину. Он сидел и пристально наблюдал за чем-то в кустах. Дама прошествовала дальше, не придав этому значения. Но ее собака, учуяв что-то в тех самых кустах, никак не желала уходить. - Тебе показали эти кусты? – возбужденно спросила я, догадываясь, что мы можем сейчас же отправиться туда вместе с Рексом и поискать какие-нибудь улики. Рихард широко улыбнулся, поднялся со скамейки и, приказав Рексу следовать за собой, неожиданно для меня протянул мне руку. - Фрау Соркек очень подробно описала мужчину на скамейке. Это точно наш бездомный. По команде Мозера Рекс обшарил все кусты напротив и вблизи лавочки, на которой, по словам старушки, сидел покойный ныне мужчина. Мы с Рихардом молча вглядывались в буйную зелень, ожидая голоса собаки, а Рекс все вынюхивал что-то, ползая под нависшими над самой землей ветками, цепляясь за мокрые листья шерстью и ошейником. Я уже начала беспокоиться, что он ничего там не найдет, но вот, спустя четверть часа Рекс трижды призывно пролаял, сообщая, что для нас есть что-то интересное. Из-под кустов, однако, он вылезать не стал, а это значило, что нам с Мозером придется лезть за ним. Рихард посмотрел на меня, я с готовностью кивнула и, опустившись на четвереньки, очутилась подле Рекса в этой мокрой и пахнущей сыростью листве. Рекс тыкался носом во что-то красное и тихонько поскуливал. - Ну, что там? – нетерпеливо спрашивал Рихард. - Похоже на ремень для брюк, - произнесла я, извлекая из кармана носовой платок и, чуть отодвинув Рекса, беря находку двумя пальцами. – Молодчина, Рекс! Это женский ремень, на ощупь – кожа… - А почему женский? – спросил Мозер, помогая мне вылезти из-под куста. - Ты бы стал носить такое? – и я продемонстрировала Рихарду находку. Это действительно был ремень, сделанный из мягкой кожи, выкрашенный в ярко-красный цвет и ничем больше не выделяющийся. Кроме, разве что… - Ричи! – удивленно воскликнула я, поднимая ремень на уровень глаз. – Глянь на пряжку! Металлическая пряжка ремня была сплошь покрыта выемками, в какие в дешевых галантерейных вставляли стразы. А в дорогих… - Надо позвонить экспертам, - быстро принял решение Рихард. – Рекс, ко мне! Рекс тут же оказался подле хозяина, готовый повиноваться любому его слову. Рихард протянул руку, и я отдала ему ремень, с интересом наблюдая, что он будет делать дальше. Мозер опустился на корточки перед Рексом и сунул ему ремень под нос. - След, Рекс, - приговаривал Рихард, - ищи, ну же! Рекс несколько секунд внимательно обнюхивал находку, а потом неспешной трусцой побежал в противоположную от входа в парк сторону. Мозер последовал за ним, крикнув мне через плечо: - Вызывай криминалистов! Я почти уверен… В чем именно он почти уверен, я поняла немного позже, когда, выполнив распоряжение Мозера, бегом поспешила за ним и Рексом. Пес остановился подле деревянного мостика, перекинутого через ручей, и скреб лапой доски. Я, сначала обрадовавшись тому, что Рекс что-то нашел, несколько секунд спустя поняла, зачем вызывала криминалистов. Под мостиком, спрятанная в тени настила, полулежала женщина. Мертвая женщина. Подавив вскрик, я лишь прижала ладонь ко рту и закрыла глаза. Словно издалека до меня донесся голос Рихарда: - Отлично, Рекс, молодец!