Эпилог
6 сентября 2014 г., 16:19
Эту историю, как вы уже, наверное, поняли, в основном рассказывал Дзирт и, надо признать, не очень-то и наврал. То есть приврал, конечно, но не слишком сильно. С другой стороны, я еще не встречал живых существ, которые совсем бы не лгали, ну кроме, может быть, Кэтти-бри, но это конечно совсем отдельная история, и, если в двух словах, то я не завидую Вику. Впрочем, допускаю, что и он мне тоже.
Что же касается Дзирта… ну, когда он занимается ужином, то было бы неплохо, конечно, овощи варить все-таки до готовности. И меня обескураживает, что по его убеждениям мы обязаны спасать не только всех несправедливо обиженных судьбой, но еще и тех, заодно, что на темной стороне. С другой стороны, разумеется, справедливости нет и никогда не будет: на Севере шторм, на Юге война, под землей геноцид, а в горах у кого-то вязанку дров украли. Возможно, Дзирт прав: нет нужды добавлять несправедливости действием или бездействием, если есть возможность этого избежать.
И я уже не говорю о том, что со стороны Дзирта было бы мило во время наших тренировочных боев укладывать меня на обе лопатки не каждый раз, а хотя бы каждый второй.
Но это все ерунда, потому что есть главное: его дыхание на моей коже ночью, его улыбка, его тепло днем… И тот странный, необъяснимый для меня факт, что я люблю его. Люблю, когда он смеется, когда грустит, когда злится и когда счастлив. Больше всего я люблю, когда он счастлив.
Я не зря называл подарок Богини проклятьем. Мое бессмертие, не буду лгать, не тяготило меня, но и не приносило радости. Я не умирал, но, откровенно говоря, мне и не за кого и не за что было умирать. Я не фанатик – меня это не расстраивало. Однако именно поэтому я не боялся смерти – мне не для кого было жить. У богов странное чувство юмора, так что вопреки очевидности, думаю, я был в безопасности все эти годы…
Жил я словно наполовину, скорее по привычке, привычке неплохой, не спорю, но не более того. Ну и я был одинок. Не думайте, меня это не тяготило тоже.
Полагаю сейчас у меня куда больше шансов погибнуть, потому что кроме своих собственных я делю еще и опасности Дзирта. Хотя возможно это мнимо – ведь и он делит мои.
Однако сейчас… сейчас, когда я получил то, ради чего стоит умереть, я одновременно и обрел то, ради чего так хочу жить. И это все – он.
Я уже говорил о чувстве юмора богов?
И я все еще не очень-то верю в счастливые концы и боюсь даже надеяться, но…
Но он меня учит, и у него получается.
А сейчас я, конечно, должен в лучших традициях дурных романов сказать, что наша с Дзиртом жизнь это сплошное, приторное, непроходящее счастье, но я этого делать не стану, потому что это ложь.
Но мы живем, и счастье у нас есть.
Будем благодарны.
Эйвар Гаэрен.
Конец цикла.
