Lies based on truth is indestructible

Небольшой фургон с бывшими элитными агентами и их подругами, а так же вынужденно взятой приспешницей «Мира», стремительно мчался по широкой трассе переливающегося в ярких огнях Нью-Йорка. Но у находившихся в машине не было никакого желания любоваться мелькающим за стеклами пейзажем. У них тут вырисовывалась картинка поинтересней: Карай медленно приходила в себя после воздействия снотворного. - Донни, может, сделаешь нашей девчушке еще какой-нибудь чудо-укольчик? – полушепотом предложил Микеланджело. - Ты забыл? Я же уже несколько раз говорил, что ей больше нельзя колоть подавляющие нервную систему препараты, - тихим голосом возмутился умник. – Сердце может не выдержать… - И как тогда быть? Она же нам мозг вынесет меньше, чем за минуту, - видимо заранее готовясь к громким воплям, вжал голову в плечи голубоглазый черепашка. - Да, Дон, - с трудом развернувшись в пол оборота в сторону брата, закивал темперамент, - эта крошка может создать нам серьезные проблемы, устроив очередную истерику по раненому Лео. - Я и сам это не хуже вас всех знаю, - в очередной раз нервно встряхнув бутыль с остатками физ-раствора капельницы лидера, покосился мастер шеста «бо» на бормочущую в полу-дреме Карай. – Но делать инъекцию не буду… это опасно. Поэтому придумайте что-нибудь сами, хоть разок, - нахмурился умник, а после развернулся лицом к Леонардо, - у меня заботы поважнее… - А почему вы все, так боитесь пробуждения этой девушки? – поняв, что младший из черепах – самый миролюбивый среди остальных парень, слегка придвинулась к нему Елена. - Потому что рев военной сирены рядом с ее ором – просто отдыхает,.. реально уши закладывает, - признался тот. - Орет? Почему? У нее что, какие-то острые боли или она не в себе? – хмыкнула зеленоглазая. - Нет, проблема в другом, - выдохнул мутант, - она слишком сильно волнуется за нашего Леонардо… - Мы и сами за него переживаем ничуть не меньше, но ее беспокойство почему-то приняло чрезмерно агрессивную форму, - влез в разговор Сплинтор. – В тот момент, когда я и мои сыновья принесли истекающего кровью Леонардо, эта, хрупкая на первый взгляд, девчушка словно обезумела и начала кидаться с кулаками на всех, кто не давал ей подойти к нему. - Вот наш Дон и вырубил Карай уколом снотворного, чтобы та не мешала ему оказывать медицинскую помощь брату,- подвел итог Рафаэль и положил увесистую ладонь на плече зеленоглазой соседки по восседанию на полу. - Да, я уже заметила, что вы не любите церемониться, - как бы намекая на свою персону, проворчала приспешница тайной организации. А затем с неприязнью одернула плечо с лежавшей на нем зеленой лапищей мутанта, четко дав понять, что подобные прикосновения ею не приветствуются. Однако темперамент никак не отреагировал на недовольство девушки, продолжив смотреть на нее в упор: - Но действие укола закончилось, и наша подруга вот-вот проснется. Поэтому нас сто пудово ждет новый концерт… с убойным вокалом. - Да, я тоже так думаю: он будет в разы круче прошлого, - поддержал шутник. - Только вот сделать мы уже ничего не можем, - нежно проведя когтистой лапой по голове крепко спящей на руках внучки, констатировал крыс. – Вот как, по-хорошему и без лекарств, усмирить того, кто страдает повышенной нервной возбудимостью и не может себя контролировать? - Я, конечно, не берусь судить ваши личные методы успокаивать, - посмотрев поочередно на Сплинтора и Рафаэля, пробубнила Елена, - но в психушках нередко прибегают к смирительным рубашкам… - Эй? Ты что несешь? – возмутился шутник. – Мы со своими друзьями так не поступаем. - Ваще оборзела? – вслед за младшим братом прорычал саеносец. – Дорогуша, кажется, ты забыла, что ты нам недруг и поэтому, я настоятельно тебе рекомендую прикусить язык и не выпендриваться, - с нажимом ткнул он указательным пальцем Елену прямо в лоб. Девушка, конечно, зло нахмурилась и отпрянула назад, при этом глядя на Рафа с неким недоумением. Увидев неоднозначную реакцию зеленоглазой, мутант раздраженно фыркнул, а после схватил ее за предплечье не раненой руки и притянул обратно – ближе к себе, явно намереваясь сказать своему трофею еще пару «ласковых» слов. - Все, Раф, помолчи, - строго сказал отец черепашьего семейства, - теперь, я хочу кое-что разъяснить нашей новой знакомой. Елена, - обратился он к девушке, - подобные высказывания очень опрометчивы с вашей стороны. Но мы, пока, готовы сделать вид, что вы – ничего не говорили, а мы – ничего не слышали, но только потому, что вы по-прежнему ничего о нас не знаете. Девушка, которую вы столь бездумно предложили нам связать, слишком дорога нам всем, чтобы так грубо с ней поступать… в то время как вы, мисс – другое дело. А то, что мы удосужились вас выслушать, смягчившись и проявив сочувствие, вовсе не дает вам право и основание думать то, что мы теперь друзья и полностью вам доверяем. Поэтому, постарайтесь впредь быть сдержаннее в своих высказываниях… Зеленоглазая брюнетка так и замерла. Всего какую-то минуту назад ей казалось, да нет, она была совершенно уверена в том, что контакт с мутантами налажен, и они прониклись к ней хоть какой-то симпатией. А теперь выясняется, что самый главный из них на самом деле продолжает сомневаться в ее искренности. Ощущение спокойствия за сохранность жизни вновь исчезло, и его место заняла тревога. От этой неприятной новости зажатая между Рафом и Майки девушка поежилась, словно ей внезапно стало холодно, и провела ладонью по забинтованному порезу: она вернулась к тому с чего начала – к полной жопе! - Что, Ленка? Нервничаешь? – уже взяв сие действие за привычку, пихнул ее в бок темперамент. – Неужели ты и в правду подумала, что мы законченные лопухи и верим всему, что нам рассказывают? - Я вас не понимаю, - рассеяно ответила юная особа. - А что тут понимать? – неожиданно для общающихся в узком кругу, напомнил о себе Донателло. – История твоего попадания в «Мир», юная леди, бесспорно правдоподобна, как и факт того, что организация действительно тебя предала, сделав пушечным мясом... но это только с твоих слов. О том кто ты, и что из себя представляешь, мы можем судить только по твоим рассказам, не имея никакой возможности все перепроверить. И уж коли быть до конца откровенным, лично меня твоя душещипательная басня не особо впечатлила! – с легкой агрессией во взгляде, выпалил черепашка. - Все… я окончательно запутался, - обхватив голову руками, заныл мастер нунчак. – То мы ей верим, то не верим… я ни черта не понимаю… - А тут особо нечего понимать, - пригладив слегка взъерошенную шерсть вокруг рта, спокойно произнес крыс. – Мы взяли с собой эту девушку не потому что доверяем ей, а потому что каждый имеет право на шанс проявить себя с той или иной стороны. - В общем, зря ты развесил уши, брателло… - посмотрев в растерянные глаза Майки, криво улыбнулся темперамент. Узнав истинное мнение мутантов о ее персоне, Елена с разочарованием отвела взор в сторону: ее не воспринимают. Увы, девушка была слишком самонадеянна и совершенно не понимала, почему отношение к ней не особо улучшилось. Она же ничего не придумала и была абсолютно искренна с ними. Что не так? Но в реальности все было не так. Ставшая попутчицей мутантов по принуждению была не сильна в психологии и крайне слабо улавливала настрой своих пленителий. Лишившись всякой надежды на положительный для нее исход, Елена закрыла глаза и погрузилась в свои мысли… А фургон с бывшими элитными агентами все мчатся в запланированном направлении, которое больше смахивало на дорогу в неизвестность. Благо Лаура и Джулия не участвовали в нападках на «Трофей» Рафаэля, так как просто не слышали состоявшегося полушепотом разговора, иначе бы все это перешло в конкретную ругань и споры. Женская солидарность, как не крути! Но выполняющие обязанности водителя и штурмана девушки были настолько заняты дорогой: сероглазка прокладывала на карте новый маршрут, а рыжуля внимательно слушала ее советы о том, через какие улицы можно будет максимально удачно срезать дорогу, что совсем перестали вникать в происходящее в салоне. Итак, в окружающее пространство вновь вернулось угнетающее молчание. Микеланджело нервно теребил край куртки; Донателло с некой мольбой смотрел на подходящую к концу жидкость в бутылке от капельницы брата; Сплинтор тихонько баюкал малышку Тифони, которая давно крепко спала. А вот Рафаэль опять взялся за старое – изводить пристальным взглядом опасающуюся на него взглянуть Елену. Девушке было непередаваемо мерзко от того, что ее рассматривают, словно неведомую зверюшку, но высказать свое недовольство она не могла. Сильная физическая и моральная усталость пробудили в ней пофигизм: « - Плевать! Пусть хоть дыру во мне протрет своим наглыми глазищами… главное, чтобы бы он во время этого молчал и не доставал своим тупым остроумием…» - ЛЕОНАРДО! – словно гром среди ясного неба прозвучал истошный крик внезапно открывшей глаза Карай. Все, кто был в машине, в прямом смысле подпрыгнули на своих местах. Джулия едва не выпустила из рук руль, а Лаура от неожиданности, аж, смяла карту. Но больше всех напугалась малышка на руках ошалевшего не менее остальных крыса. Прозвучавший буквально возле ее уха возглас, мгновенно лишил Тифони сна, и та залилась громким плачем, задрыгав ножками в разные стороны. А сникшая брюнетка с зелеными глазами, вздрогнув от этого крика, резко выпрямила шею, и ту махом прострелило острой болью. Жутко измученная происходящими с нею событиями, Елена зажмурила глаза и, невольно оскалившись, прошипела: - Вот зараза… - Причем, еще какая… зараза, – усмехнулся темперамент. - Все тушите свет, сейчас начнется… - готовясь к скандалу, еще больше сжался в комок мастер нунчак. Да, Микеланджело не из тех, кто может спокойно переносить девичьи сопли, слюни и тому подобные составляющие истерии, так как он и сам склонен к бурному проявлению эмоций. Проще говоря, из-за своей жалостливости, во время утешения плачущего голубоглазый черепашка и сам способен расплакаться. Хотя, в ситуации с дочерью Хамато Йоши, одним слезотечением вряд ли удастся отделаться. В общем, все произошло именно так, как и предполагалось. Даже не успев толком отойти от воздействия снотворного, Карай тут же принялась кричать: - Где Лео? Что с ним? Я хочу его видеть!!! - Милая, успокойся, пожалуйста… - одновременно пытаясь унять расстроенную Тифони, спокойно проговорил Сплинтор. - Нет!!! Пустите меня к нему! Я видела, он был ранен, - начав дергать сдерживающий ее ремень безопасности, не унималась японка. - Карай, пойми… - не давая девчушке отстегнуться, положил руку на защелку ремня отец необычного семейства, - Леонардо он… он, он… Но Сплинтор не мог закончить фразу. Как он не пытался собраться с мыслями, дабы подобрать подходящие слова, хныкающая на его руках внучка и рвущаяся из кресла маленькая язвочка не давали ему сосредоточиться. - Отец, давай я подержу Тифони, - кое-как развернувшись к крысу, протянул руки Микеланджело. Увидев, как любимый дядя Майки пытается ее забрать, дочь Дона и Лауры сама с радостью к нему потянулась. Так, по-быстрому переместив хныкающую девочку из своих объятий в объятия младшего сына, Сплинтор полностью переключился на дочь покойного друга. Впрочем, пристальное внимание в сторону уже запутавшейся в привязном ремне девчушки было со всех сторон. На Карай смотрели не только находившиеся с ней в салоне, но и Лаура с Джулией. Хотя последняя, не имея права отрываться от дороги, лишь изредка, на долю мгновения поворачивала голову назад, не желая пропустить самое интересное - женское любопытство и никуда от него не деться. В общем, буквально за какие-то несколько секунд все пассажиры небольшого серого фургона были поставлены на уши. Пока Микеланджело всеми силами успокаивал Тифони, которая, слыша усиливающиеся крики японки, только еще больше пугалась и усиливала плач, Сплинтор не сдавался и продолжал свои, явно бессмысленные уговоры. Он искренне надеялся, что Карай скоро устанет верещать и сама затихнет. Кроме того, Лаура и Дон, разделявшие позицию главы семьи – все решить по-хорошему, достаточно активно поддерживали оного в его стараниях: - Карай, зачем ты так надрываешься? От того, что ты тут напрягаешь голосовые связки, ничего не изменится, - немного надменно сказал умник. - Да, тебе лучше успокоится и других не нервировать, - с досадой посмотрев на прижавшуюся к мастеру нунчак дочурку, советовала японке сероглазка. – Мы не можем пустить тебя к Леонардо… его нельзя тревожить. - Почему его нельзя тревожить? Он что, умирает? Да?!!! – чуть ли не визжа, не унималась Карай. – Чего молчите? Отвечайте, я хочу знать правду!!! Но мутанты словно ее не слышали и продолжали гнуть свою линию, игнорируя требование японки все ей рассказать. Только вот, чем больше Дон, Лаура и Сплинтор стремились убедить дочь Хамато Йоши успокоиться, тем громче она начинала кричать в ответ. Обстановка накалялась, угрожая принять плачевный оборот, так как Карай не желала отступать. И вот, нелепое упорство взвинченной до предела кареглазой язвочки принесло свои плоды: она таки смогла отстегнуться и сорваться с места. От побоев и выцарапывания глаз Донателло спасло только чудо, коим стал крыс, успевший вовремя удержать Карай и на дать ей даже дотронуться до умника. А мастер шеста «бо» точно бы огреб от этой девчушки, так как он – это препятствие между ней и Леонардо, которого она сразу разглядела, хоть тот и лежит на полу укрытый пледом и курткой. - Отпустите меня, - вырываясь из надежно удерживающих ее рук отца необычного семейства, извивалась всем телом японка. – Я хочу к Леонардо, я нужна ему… - Карай, да что ж ты так рвешься-то к Лео? – все же решился спросить Сплинтор. – Что тебе это даст? Ведь он без сознания и еле дышит…. Пойми, ты сейчас только мешаешь Донателло поддерживать Лео. - Пустите… и тогда я успокоюсь, - ответила она и посмотрела на крыса решительным взглядом. В это мгновение, Карай Йоши, как никогда, была похожа на своего отца – твердая и безгранично уверенная в принятом решении, когда идет речь о серьезных вещах. И тогда Сплинтору все стало ясно: спорить бессмысленно, она не успокоится до последнего. - Хорошо, твоя взяла… - разжал он руки, - только будь осторожна. Маленькая язвочка в скорости сняла с себя куртку и осторожно пробралась к умнику, что продолжал держать почти пустой бутыль капельницы. Сев на колени рядом Доном, она склонилась над лидером и дотянулась рукой до его побледневшего лица. Ее белокожая ладонь легла на щеку раненого мутанта: - Почему он такой холодный? – с испугом спросила японка. – Он же не умер, правда? В глазах Карай опять мелькнули искорки накатывающей истерики: - Дон, ответь хоть что-нибудь…. Умоляю, скажи, что с моим Лео? Мастер шеста «бо» тяжело вздохнул, а после посмотрел на остальных, как бы спрашивая взглядом: рассказать или не надо? Но поддержку он увидел только в глазах своей любимой Лауры – она ему кивнула и натянуто улыбнулась. Остальные же всем своим видом показывали: мы не знаем, делай так, как считаешь нужным. Даже на лице Сплинтора читалась скорее растерянность, чем уверенность в чем-либо. - Донни, ну, пожалуйста, скажи… ведь ты же все знаешь, - умоляла японка. « - И почему мне вечно приходится за все и всех отдуваться?…» - устало и с неким укором посмотрел он на членов своей семьи. « - Я что, по их мнению - железный и мне все нипочем? Как я должен сейчас себя вести? Эй, малышка, не волнуйся… Лео чуточку умирает, но все будет хорошо… или ей прямым текстом сказать – дело дрянь…» - мутант никак не мог определиться с подходящим вариантом ответа на поставленный вопрос. Карай выжидающе смотрела на черепашку, а тот все продолжал мяться, ища глазами поддержку в ком-нибудь из братьев или отце. Тогда, поняв, что умник ничего путного не скажет, пока хоть кто-нибудь еще не одобрит это, дочь Хамато Йоши тоже начала поочередно всматриваться в глаза присутствующих. Сначала она сверлила взглядом крыса, но тот сразу виновато отвел взор. Тогда она уставилась на Лауру, на что та изобразила ей подобие улыбки, а после быстренько убрала из салона высунутую голову и развернулась к Джулии – типа сверить маршрут. Следующим в очереди игры в гляделки был Рафаэль, который показался Карай каким-то странным – отстраненным что ли? И правда, темперамент на тот момент в своем роде ушел в себя: мутант всерьез задумался над вероятностью неизбежной кончины старшего брата. Осознав и всем существом прочувствовав неизбежность гибели Леонардо, он конкретно загрузился на эту тему. Как ни крути, он очень любил своего занудного братца и совершенно не хотел терять оного. Итак, встретившись с пустым и направленным в никуда взглядом саеносца, японка пошла дальше по кругу и тут же застопорилась: - А это кто такая? Елена нехотя подняла глаза на задавшую вопрос и громко вздохнула: - Твои друзья еще не определились с моим статусом… я - ни то друг, ни то враг… - Чего?- не поняв смысла слов неизвестной ей девушки, приподняла брови маленькая язвочка. И вот тут Рафаэль вернулся из раздумий: - Это Ленка… Я ее задницу спас из-под завала… Далее последовал краткий, но очень содержательный рассказ о героическом подвиге про то, как Рафаэль пер на себе этот «трофей» с увесистой задней частью. И все бы ничего, если бы саеносец не упомянул про то, кем именно является Елена, а главное – с кем и зачем она пришла в их дом. Короче, как только японка поняла, что перед ней представительница «Мира», начальник которой ранил Леонардо, она пришла в ярость. Девчушка не говоря ни единого слова, с остервенением на лице и бешенными глазами навыкате кинулась на совершенно не готовую к атаке Елену. Вцепившись растерявшейся девушке в волосы, она опрокинула ту на спину и попыталась схватить за горло. Но к великому везению зеленоглазой брюнетки этого не случилось, и она отделалась повторным ударом по и так уже пробитой голове. Сплинтор и Раф, что были ближе всего к эпицентру устроенного японкой акта возмездия, успели оттащить в сторону потерявшую самообладание дочь Хамато. Правда, крыс с немалым трудом усадил брыкающуюся девчушку обратно в ее кресло, так как та вновь принялась орать и размахивать руками: - Дайте, я придушу эту мировскую тварь! Из-за нее Лео пострадал!!! - Замолчи! – грубо рыкнул Сплинтор. – Иначе, я тебя привяжу к сиденью и заклею твой рот до тех пор, пока ты не возьмешь себя в руки. - Что? – обалдела Карай. – Вы на ее стороне? Она ведь служит «Миру», который разрушил ваш дом… да, что там дом! Наши жизни полностью разрушены, и всему виной эта поганая организация!.. - Ты бесспорно права, - все еще держа маленькую язвочку, кивнул черепаший учитель, - «Мир» не слабо отравил наше существование. Но это вовсе не означает, что все его служители плохие люди… - Да. Вот даже взять твоего отца или Джона Истмэна, - сказала выглянувшая из кабины в салон Лаура, - они замечательные люди... Возлюбленная умника, как и управляющая фургоном Джулия, не могла оставить без внимания раздавшийся визг утянутой на пол за волосы зеленоглазой девушки. Однако, в то время как рыжуля только и всего, что выругалась: « - Опять разборки затеяли… надоели шуметь»,сероглазка, в свою очередь, шустро отложила карту и обернулась назад. В результате увидев то, как Карай нещадно дерет и без того растрепанную шевелюру Елены, а Сплинтор и Раф их разнимают, Лаура решила вмешаться. - Короче, Карай, ты не справедлива к этой девушке. И вообще, нельзя набрасываться на человека, если его вина не доказана… - рассуждала сероглазка. - Да, не зря же существует понятие презумпции невиновности, - поддержал ее Донателло. - Но она же мировец… - сдавленно прошипела японка. – Ей нельзя доверять. - А кто сказал, что мы ей доверяем? – немного смягчившись, заглянул Сплинтор в карие глаза дочери своего друга. – Мы просто не спешим с выводами, давая тем самым этой девушке шанс доказать нам то, что на нее можно рассчитывать и она нас не предаст… при том, что мы ей не друзья. - Тем более, если как следует разобраться, мы все в той или иной мере имеем отношение к этой организации, - окинув взглядом присутствующих в салоне, добавила сероглазка. – Пожалуй, из нас всех только Джулия не работала на этих негодяев, ну и ты, разумеется… - Хотя, как знать? Не погуби Свон твоего отца, возможно, и тебе быть в рядах ученых или агентов тайной организации… - вдруг, пробасил саеносец. В тот момент, он как раз помогал своему «трофею» занять вертикальное положение рядом с ним, так как сделать это самостоятельно Елена была не в состоянии. Внезапное и грубое нападение маленькой язвочки окончательно добило и без того измученную девушку, которая давно лишилась всех сил – моральных и физических. Поэтому, когда Карай ее уронила, она только и смогла, что взвизгнуть от боли, вместо того чтобы попытаться защититься. - Значит, вы ее взяли не потому, что считаете хорошей? - таки успокоилась японка, перестав изъясняться на повышенных тонах. – Ну, тогда ладно… Нельзя сказать, что слова Рафаэля оказали на Карай отрезвляющий от гнева эффект, но они заставили ее вспомнить об отце и его словах: « Верным может быть первое впечатление, но не сделанный поспешно вывод…» Ведь в тот момент, когда она только посмотрела в уставшие глаза сидевшей между Майки и Рафом, у нее не возникло чувство резкой неприязни или дурного предчувствия. Выходит: есть резон получше присмотреться к этой особе, а уже потом делать какие-то там умозаключения и судить об этой Елене. - Эй, ты жива? – пытаясь усадить, переставшую держать равновесие, Елену, спросил у нее темперамент. - Угу, - еле слышно выдавила она сквозь стиснутые от невыносимо острой боли зубы, а после закатила глаза и брякнулась прямо на колени мутанта. - Вот те раз, - опешил обладатель красной банданы. – Дон, Ленка, кажись, ушла в пике и прямиком приземлилась на мои ноги. - На, - протянул умник брату темный пузырек, - это приведет ее в чувства. Но только Рафаэль хотел поднести нашатырный спирт к носу разлегшейся на его нижних конечностях, как ощутил увесистую ладонь отца на своем плече: - Не стоит… - Почему? Пускай поднимается, я ей не подушка, - нахмурился черепашка. - И все же, я прошу тебя проявить терпение, - настаивал крыс. – Ты обратил внимание на ее усталость? - Нет… мне, если честно, пофиг, - выпятив вперед нижнюю губу и всем своим видом демонстрируя недовольство, продолжал темперамент держать пузырек наготове. - Раф, отец дело говорит, - внимательно всмотревшись в изможденное лицо девушки на коленях брата, сказал младший из черепах. – Если ей сейчас не дать отдохнуть, она позже по любому свалиться, и нашатырь нам уж точно не поможет. - А от чего это она, интересно узнать, устала? – с ехидством спросил темперамент. - Как минимум от тебя, - с невозмутимым видом ответил голубоглазый. - Я не понял, что конкретно ты хочешь сказать? – насупился саеносец. - Только то, что Ленка задолбалась, - усадив получше немного сползшую с ног на пол племянницу, пояснил Микеланджело. – Если бы меня так доставали на протяжении нескольких часов, я бы точно сдулся. - Эй, ребята, - подала голос на время затихшая Карай, что с интересом слушала разговор мутантов. – А почему у этой девушки на лице синяк и рука перевязана? Вы что, били ее или... пытали? - Ну, не совсем били.. и уж точно не пытали, - начал оправдываться мастер нунчак. - Да, мы ее не били… а всего-навсего, один разок вдарили со всей мочи, - закончил фразу темперамент. У японки отвисла челюсть: ее друзья способны ударить девушку?! Причем, ее удивление было настолько искренним, будто она сама никогда в жизни ни о чем таком даже и не помышляла. А то, что она всего несколько минут назад хотела лично задушить эту особу – совсем другое дело. - Ладно, не смотри так на нас, - убирая в верхний карман пузырек с нашатырным спиртом, криво улыбнулся Рафаэль. – На момент навешивания люлей этой дылде, я и Майки думали, что она – парень, так как на ней была маскировочная маска. - Понятно, - вздохнула маленькая язвочка, бегло окинув взглядом крепкое телосложение Елены. Пусть в поле зрения Карай и были только спина да поджатые к заду ноги, она махом усекла то, что эта девушка не из маленьких и хрупких. Поэтому можно считать, что ей в своем роде повезло: вот дай ей приспешница Мира отпор, синяки бы точно были обеспечены. Но, не смотря на, подобие женской солидарности в том, что очень обидно получать по башке от парней, Карай не особо прониклась жалостью к зеленоглазой брюнетке. В то время как в очередной раз заглянувшая в салон фургона, как бы на разведку, Лаура смотрела на находящуюся в беспамятстве Елену с искренним сочувствием, дочь Хамато Йоши занимала противоположную позицию – ни капельки не жалко. А вот исполняющий обязанности «подушки» был уже на грани от нетерпения. Ноги саеносца и так уже давно затекли от невыносимой тесноты и невозможности размять суставы, так теперь ему их еще и придавили. Черепашка сидел злой до одури и пыхтел чего-то там себе под нос, но недовольство свое не озвучивал, так как выслушивание очередной лекции о сострадании больше не выдержит: взорвется как Визувий. И вот, когда Рафаэль решил хотя бы немного приподнять Елену, дыбы сменить положение начинающих неметь ног на более комфортное, он почувствовал, что да его руки дотронулись. Это была маленькая и теплая ладошка сидевшей на руках шутника Тифони. Когда устроенный Карай скандал сошел на нет, девочка почти сразу успокоилась и начала с любопытством слушать разговоры взрослых. Само собой, она почти ничего не понимала, но в отличие от всех умела чувствовать сердцем. И сейчас, оно ей подсказывало, что лежавшая на дяде Рафаэле тетя – хорошая и ее не нужно бояться, она не обидит. Поэтому, дочь Дона и Лауры уверенно протянула свою свободную от объятий с Микеланджело ручонку и начала тихонько гладить растрепанные волосы приспешницы тайной организации, словно котенка. Узрев то, с какой нежностью и заботой малышка прям-таки ласкает почти вжавшуюся в его ноги Елену, Рафаэль оторопел. « - Да чем же ей так приглянулась эта девка? То она мне за нее по макушке настучала, а теперь наглаживает ее, будто она ей кошка…» - абсолютно не понимая причину возникшего интереса к Елене со стороны его племянницы, озадачился черепашка. Несомненно, окружающие так же обратили внимание на то, как осторожно и с улыбкой Тифони раз за разом проводит своей маленькой ладошкой по торчащим в разные стороны волосам зеленоглазой, как будто хочет их пригладить. Бесспорно, это зрелище было более чем просто странным и неожиданным, оно было в некотором смысле даже будоражащим. Вот она та сама детская непосредственность, когда ты всерьез не над чем не задумываешься и идешь на поводу у своих чувств и желаний, не имея никаких плохих предчувствий и подозрений в силу отсутствия опыта. Елена не сделала ничего такого, что могло бы завоевать девочку: она ей не улыбалась и не подмигивала. По сути, она вообще не обращала на нее внимания и была собой, в то время как Тифони почти сразу ее приметила и почувствовала то, что Елена настоящая. Короче, «трофей» темперамента очень привлекал девочку, вызывая только положительные ассоциации. - Тетя… баю-бай… - лепетала малышка, продолжая гладить зеленоглазую брюнетку. - Слышь, Дон, а ты случаем не в курсе, почему твоя дочка так млеет от этой дылды? – не выдержал саеносец. - Понятия не имею, - пожал тот плечами в ответ. - Какая разница, каким местом она ей приглянулась? - аккуратно поправив воротник курточки сидевшей у него малышки, сказал Микеланджело. – Главное, что наша Тифони перестала плакать и нашла себе занятие… пусть и весьма странное… Сплинтор, Карай и Лаура так же, как и черепахи, пребывали в легком недоумении от этой сцены с поглаживанием. Впав в какой-то анабиоз и молча следя за плавными движениями руки Тифони, они на время забылись. Как вдруг встревоженный голос Донателло вернул всех на Землю. - Лаура, нам еще долго ехать? - Часов пять… если на дорогах пробок не будет, - мельком заглянув в карту, ответила сероглазка. - Твою мать… - еле слышно выругался мутант и отвернулся обратно к раненому брату. Уловив несвойственное умнику подобие мата, Карай молниеносно сорвалась с места и села возле Дона: - Может, ты, наконец, скажешь мне правду? - взяв мутанта за руку, с мольбой в глазах и умоляющим голосом произнесла японка. - Так и быть… - сдался черепашка. – Все равно уже нет смысла молчать… Лео при смерти, - выдохнул он и зажмурил глаза в ожидании истерии. - Не может быть, - побледнела дочь Хамато Йоши. – Я тебе не верю! Лео не может умереть. Он слишком сильный и выносливый, чтобы погибнуть от раны в бок, - покосившись на пропитанную кровью марлевую повязку, выпалила она. - Ты, верно, подметила, такая рана, как правило, не смертельна… но вот большая потеря крови… После этой фразы мастер шеста «бо» опустил руку с опустошенным сосудом из которого только что вытекла последняя капля физраствора и повернулся к остальным: - Это все… конец, - и закрыл лицо дрожащими ладонями. - Конец?! Какой к дьяволу конец?! – схватив за грудки обессилевшего из-за чувства неизбежности фатального исхода умника, сорвалась на него японка. - Карай, пойми, - склонился к ней Сплинтор, - мы опоздали… Затем, крыс громко шмыгнул носом и смахнул рукавом куртки выступившую в левом глазу слезу. - У него почти не было шансов… - таки надломившись и дав волю чувствам, с всхлипом отозвался Донателло из-под скрывающих его лицо рук. - Я все равно не понимаю, почему вы его не спасли? – мгновенно залившись слезами, в голос заревела Карай. – Неужели совсем ничего нельзя сделать? Посмотрите, он все еще дышит, значит, есть шанс…. - Все не так просто, - подключилась к плачу Лаура. – Нашему Леонардо срочно нужна кровь, много крови, но подходящей ни у кого из нас нет, - с трудом договорив последнее слово, сероглазка тоже разрыдалась. Пропитанный атмосферой трагедии и солеными потоками, в основном из девичьих глаз, серый и неприметный фургон ощутимо сбавил скорость. Торопиться уже не имело никакого смысла, да и водитель с трудом мог разглядеть дорогу через застилающую его глаза пелену слез. Рыжуля ничего не видела, но она все слышала, и ей этого было вполне достаточно, чтобы понять смысл происходящего – Лео вот-вот умрет. В то время как вся женская половина необычного семейства усердно оплакивала, пока, между прочим, еще живого лидера, мужчины сдерживали себя изо всех сил. Даже податливый на все это Микеланджело, чувствуя свою ответственность перед прижавшейся к нему Тифони, старался держаться, глотая то и дело подступающие слезы. Ведь, когда узнавшая о приближающейся кончине меченосца Карай повысила голос, девочка, конечно же, опять перепугалась и заревела. Но, если Лаура и Джулия просто хныкали в унисон с девочкой на руках мастера нунчак, то японка конкретно надрывалась в неудержимом плаче. Карай никак не хотела мириться с фактом неминуемой утраты любимого и поэтому не сдавалась, доставая расспросами окончательно сникшего Дона. Внутренний голос маленькой язвочки просто орал с надрывом: « - Борись за своего любимого! Ты должна!» - Донни, миленький, скажи, - опять прильнула она к мутанту, - почему Лео нельзя спасти? - Да, потому, - размазав по лицу слезы, все же убрал он от него руки и посмотрел в мокрые глаза Карай, - наша кровь ему не подходит. У него, черт побери!.. - сорвался он на крик. – В общем, он всегда и во всем был особенным и заметно отличался от нас не только внешне, но и внутренне… в том числе и текущей в венах кровью. Короче, у Леонардо третья группа крови с отрицательным резус-фактором, что означает только одно – ему можно перелить только точно такую же кровь, без вариантов… - И всего-то… - внезапно поменявшись в лице, приподняла брови дочь Хамато Йоши. - Представь себе, всего-то – третья отрицательная,.. но ее нет, а значит - все… кранты! – восприняв реакцию девчушки как издевку, съязвил умник. - Нет, ты меня не понял, - опять вцепилась в его куртку Карай. – У меня такая кровь, ты слышишь?! У МЕНЯ! МЫ МОЖЕМ ЕГО СПАСТИ!!! - Нет, этого не может быть… я же проверял, - растерянно ответил черепашка. – Я собственноручно брал у тебя образец и делал тест… на всякий случай. И реагент показал, что у тебя положительный резус-фактор… - Никакой он не положительный, я это точно знаю, - не выпуская из рук одеяние мастера шеста «бо», заверяла она. – У меня в Японии в первый год моего там проживания, до сих пор не знаю зачем, аж, три раза делали забор крови из вены и каждый раз говорили, что у меня третья отрицательная. Даже в моем паспорте есть соответствующая печать. Хочешь взглянуть? - Я верю тебе, Карай, - устало ответил мутант. – Но то, что у тебя точно такая же кровь, как у Лео, ничего не изменит… - Почему это не изменит?! – всполошился, все это время молча горюющий по старшему брату темперамент. – Быстро подключай все свои необходимые для переливания штуки и спасай зануду, не то будет поздно! - Нет, я не стану делать это! – огрызнулся умник. – Наша Карай слишком юна, чтобы подвергать ее организм такому стрессу! - Я согласен с Донателло, - с хрипотой в голосе вмешался Сплинтор. – Использование дочери нашего когда-то близкого друга не просто недопустимо, а неуважительно в память о нем… Рафаэль зло закусил нижнюю губу и отвернулся, так как отец был от части прав. - Я что-то вас не понимаю… - сердито сдвинув черные брови, напряглась японка. – Вы хотите спасти Лео или нет? - Очень хотим, но не такой ценой, - посмотрев в глаза маленькой язвочки, слегка коснулся ее плеча отец необычного семейства. – Ты и Леонардо одинаково дороги нам всем, и из-за этого мы никогда не сможем выбрать между вами. - О, Боже! – взвыла маленькая язвочка. – Вы говорите так, словно я умру, если поделюсь кровью с Лео. - Не умрешь, - ответил ей мастер шеста «бо». – Но вернуться в свое нормальное состояние тебе не скоро удастся. - Плевать! – чуть ли не крикнула она ему в лицо. – Просто не дай умереть своему брату и все! - Карай, милая, ты совершаешь ошибку, - пытался отговорить ее Сплинтор. - Нет, это вы совершаете ошибку, медля и лишая тем самым Лео возможности выжить, - не уступала Карай. - Это твое окончательное решение? – серьезно и с напором спросил отец черепах. - Да, - в той же манере ответила ему японка. - Ну, раз так, отдаю тебя в полное распоряжение Донателло, - тяжело вздохнув, уступил Сплинтор и откинулся на спинку кресла с видом « с меня хватит, я умываю руки». - Все, Дон,.. я готова, приступай, - придвинувшись ближе умнику, обратилась к нему сгорающая от нетерпения девчушка. Но мастер шеста «бо» мешкал. Внезапный поворот событий окончательно выбил оного из колеи, что мутант впервые не мог заставить себя собраться духом и начать мыслить логично. В эту минуту им, ни с того ни сего, овладели какие-то паника и страх, а выражение лица стало таким, словно он в принципе не понимает то, что от него хотят и что он тут вообще делает. Узрев растерянный взгляд Дона в сочетании с бездействием, японка ощутила, как ее накрывает новая волна отчаянья, и тогда она не придумала ничего лучше, как залепить тому отрезвляющую пощечину. - ДОНАТЕЛЛО! – прозвучал звонкий шлепок. Неслабый удар по щеке больно обжог кожу лица черепашки, от чего он сразу схватился за пылающее огнем место. Затем, взглянув на причинившую ему боль, он столкнулся с ее испепеляющим взглядом: - Приди в себя! – приказным тоном сказала маленькая язвочка и протянула руку с закатанным рукавом. От этой сцены с рукоприкладством все находившиеся рядом прям-таки ахнули, но вмешиваться на стали. Зато Мастер шеста «бо» тут же очухался и, судорожно открыв чемоданчик с медикаментами, начал в нем рыться. Потратив на поиски системы для переливания крови всего несколько секунд, он приступил к подготовке предстоящей процедуры. И вот, когда почти все было сделано, он с волнением сказал: - Карай, ты по-прежнему уверена в том, что готова к этому опасному шагу? Ведь Лео необходимо значительно больше, чем только четыреста миллилитров крови, поэтому ты рискуешь составить ему компанию. Я, конечно, не собираюсь тебя полностью обескровить, но после этой процедуры тебе будет очень тяжело восстановиться, так как твоя кровопотеря будет весьма значительной. Проще говоря, ты совсем ослабнешь и лишишься чувств… - Мне не привыкать. Но ты не думай об этом,.. действуй. Сейчас главное, чтобы Леонардо остался в живых, а я… я справлюсь… - уверенно ответила Карай. – Что же до коллективного обездвиживания меня снотворным, я с вами потом поквитаюсь,.. когда приду в норму, - хитро прищурившись, подмигнула она. Поняв намек про насильственно сделанный укол, Донателло только усмехнулся. А после набрал в легкие воздуха и объявил в полный голос: - В связи с намечающимся экстренным переливанием крови, нам необходимо срочно свернуть с трассы на какую-нибудь неприметную улочку и спрятать машину в глухой подворотне. - ОК, Донни! Операция по спасению Лео продолжается! – поняв, что сказанные черепашкой слова адресованы ей, рыжуля мгновенно воспрянула и, прибавив газа, погнала фургон в сторону жилого квартала. А пока Джулия нарезала круги среди домов, ища подходящее место для укромного паркинга, мутанты и Лаура выражали японке свое восхищение ее мужеством. Ну, правда, за исключением мастера шеста «бо», который устроил контрольную проверку всего необходимого для прямого переливания крови. Он усердно проверял каждую иглу, трубочку и жгут, одновременно размышляя о том, почему он ошибся с резус-фактором Карай. Но, когда он восстановил цепочку событий, то вспомнил, что пробу для исследования крови он брал уже после введения снотворного, которое и послужило причиной неточности результата. « - Подумать только, столь необходимый моему брату донор все это время находился среди нас…» - покачал головой Донателло, а после опять погрузился в проверку составляющих системы. Но тут, машина резко дернулась, и ее мотор заглох, заставив всех находящихся внутри содрогнуться вместе с авто. А затем, наконец-то получившая возможность, как следует, развернуться в салон Джулия, мельком окинув взглядом абсолютно всех присутствующих, рапортовала: - Все, народ, приехали… что теперь? - А теперь мне нужно место. Много места, - начал всем объяснять мастер шеста «бо». – Дело в том, что не только Лео, но и Карай должна лежать на спине с выпрямленными ногами. Поэтому, кое-кому придется выйти подышать свежим воздухом… эдак, часок-другой. - Да не вопрос, - начав быстро поправлять шапочку на голове обнимавшей его Тифони, заторопился Микеланджело. - Зашибись, - уставившись на мирно спящую Елену, пробасил саеносец. – А мне что делать? Опять эту мадам на себе носить? Умник внимательно посмотрел на неподвижную приспешницу тайной организации, а после спокойно ответил: - Вон, посади ее на кресло в котором Карай сидела. Нам все равно оно не понадобиться и будет пустовать. Так что смело усаживай свою мадам и наслаждайся отдыхом от ее общества. - Донателло, а ты уверен, что это хорошая идея? – посмотрел на сына крыс. – Эта девушка может очнуться в любой момент. И что тогда? - Не волнуйтесь, тут нет повода для беспокойства, - невозмутимо ответил черепашка, снимая с себя куртку. - Как нет повода? – в сотый раз за сегодняшний день выпучил глаза Сплинтор. – Вот так, нет. Хотя бы потому что: во-первых, судя по тому, как тяжело и глубоко дышит наша знакомая, она еще проспит как минимум часа два-три; а во-вторых, даже, если она проснется, то не сможет атаковать, так как слишком слаба, чтобы напасть и причинить серьезный вред; ну и в-третьих, вы же не собираетесь свалить всей толпой, куда подальше, оставив меня одного без подстраховки? - с иронией во взгляде разложил все по полочкам Донателло. - Хм… логично, - пошевелил усами Сплинтор. В общем, как и всегда, доверясь здравому смыслу умного сына, отец необычного семейства помог саеносцу перетащить зеленоглазую брюнетку в кресло и надежно пристегнуть ее ремнем. А после, он вместе с двумя другими сыновьями покинул салон, дабы не мешать Карай устроиться на полу поудобнее. Когда же мутанты с малышкой оказались на улице, к ним из кабины вышли Джулия и Лаура. Рыжуля тут же подскочила к любимому и обняла оного вместе с сидевшей на его руках девочкой. Правда, Тифони не задержалась на руках дяди Майки, так как уже невероятно соскучившаяся по дочурке мама, поспешила забрать свою прелесть. И вот теперь, стоят они под открытым небом в тупике между двух неизвестных домов и смотрят, как неспешно падающие снежинки кружат по ночному небу. Рафаэль, смешно фыркая носом, сдувает приземляющиеся на его сопелку белые пушинки; Лаура с улыбкой смотрит на то, как ее девочка старательно высовывает изо рта язык и пытается поймать хотя бы одну зимнюю красавицу из кристалликов льда; Майки и Джулия просто держатся за руки и умиляются на то, как не нарадуется на дочку сероглазка. Только вот Сплинтор вновь выглядит задумчивыми и в некоторой степени мрачным. - В чем дело, отец? – заметив грусть в глазах крыса, тихо спросил шутник. - Нам нужен ночлег… - не отрывая глаз от падающих снежинок, как бы невпопад ответил он. - Верно… - быстро уловив ход мыслей Сплинтора, закивала Лаура. – После переливания крови нужны тишина и покой, а не тряска в фургоне. - А я бы и без всяких там перекачек крови не отказался сейчас повалялся на мягкой кроватке, - выдал мастер нунчак. - Можно подумать, среди нас есть те, кто этого не хочет? – буркнул темперамент, а после, раздраженно рыкнув, сдул с носа очередную снежинку. - В таком случае, решено, - переведя взгляд на молодежь, констатировал крыс. – Ищем дешевый мотель с непритязательным консьержем, который не будет задавать нам неудобные вопросы, и останавливаемся в нем. - Отлично, ищем.., а как? – зачесал голову Микеланджело. - М-да, без телефона и справочной – это как-то бесперспективно… - нахмурился темперамент. - Ничего подобного, - сероглазка открыла дверь в кабину фургона и взяла с сидения карту города. – Сейчас мы очень быстро найдем то, что нам надо… После, возлюбленная умника дежурно вручила свою дочку Сплинтору и направилась к одинокому фонарному столбу на углу улицы. Стрелки на часах показывали начало первого часа ночи, поэтому вокруг было безлюдно и тихо в целом, если не брать во внимание изредка проезжающее по дороге машины. Короче, Лаура почти вплотную привстала к источнику света и развернула большой полу-мятый лист бумаги. Так, поводив указательным пальцем по тонким цветным линиям карты и шевеля при этом губами, она несколько раз осмотрелась. - Все ясно, - таки подала голос ответственная за ориентирование на местности. – Мы на Даффилд Стрит… - Лично мне это ни о чем не говорит. Совершенно незнакомое название улицы,- опять взялся ворчать Рафаэль. – Лишь одно для меня очевидно: на вид этот район - сущая дыра. - Ага, почти помойка, - придвинув ближе к себе Джулию, поддержал брата голубоглазый черепашка. - И все же мы на ней находимся, - сложив карту, как было, ответила девушка. – Но главное не это… Лаура не спеша подошла к смотрящим на нее членам своей семьи и улыбнулась: - Всего в двух кварталах от этого переулка есть маленький мотель эконом класса. - Ты уверена? – встрепенулся крыс. - Я, конечно, не берусь утверждать, что картографы никогда не ошибаются, но судя по условному обозначению в моем подробном путеводителе, место, где мы можем остаться на ночь и отдохнуть, расположено вот за теми домами, - сероглазка уверенно указала на два рядом стоящих дома с темными окнами. - О, слава тебе, великая богиня Фортуна! – восторженно вплеснув руками к нему, возрадовался мастер нунчак. - Чего ты лыбишься? – вопросительно посмотрев на сияющего шутника, сдвинул брови темперамент. – То, что неподалеку нарисовалась ночлежка, далеко не повод для радости… - Вот скажи мне, Раф, почему ты всегда такой пессимист? – с недовольством отозвался младший из черепах. - Я – не пессимист, я – суровый реалист… - ответил саеносец. – Поэтому, я буду радоваться только тогда, когда мой желудок наполнит вкусная еда, а мое тело распластается на большой и мягкой постели… И в этом Рафаэль был безоговорочно прав. Рукоплескать и прыгать от радости, было действительно рано. Сейчас было самое время действовать и, желательно, как можно скорее. Ведь после процедуры переливания Лео и Карай понадобится тепло и комфорт, чтобы восстановление их организмов проходило максимально быстро. Да и остальные представители необычного семейства тоже, не отказались бы от возможности протянуть ножки, лежа на чем-нибудь мягком. В общем, необходимость полноценного места для сна в виде обычной кровати, не вызывала никаких сомнений. Поэтому Сплинтор, как следует, пораскинув мозгами, принял решение отправить Рафа, Майки и Джулию на разведку в направлении предполагаемого мотеля. По его мнению, эта троица вполне способна справится с таким плевым поручением, как навести справки о правилах размещения в комнатах и стоимости за сутки. В итоге, дав своим сыновьям четкие инструкции, отец необычного семейства достал из нагрудного кармана своей куртки набитый зелеными купюрами бумажник и протянул его Джулии: - Милая, запомни, - глядел он прямо в глаза девушки, - не торгуйся и не спорь. Наша цель не сэкономить, а максимально быстро и без проблем разместиться. С твоей стороны должно быть только одно условие – первый этаж. Все поняла? В знак того, что все предельно ясно, рыжеволосая плавно кивнула и, еле заметно улыбнувшись, взяла доверенные ей деньги. Затем, подруга шутника подхватила оного под ручку и потянула в указанном Лаурой направлении. Рафаэль же, будучи полностью согласным с учителем, лишь молча поправил на голове капюшон куртки и бодро зашагал вслед за уже успевшей отдалиться от него парочкой. Итак, назначенные организовать ночлег меньше, чем за минуту, скрылись из вида Сплинтора и Лауры, так как мрак плохо освещенной улица в сочетании со снегопадом буквально поглотил силуэты этой троицы. Короче, проводив глазами своих близких, сероглазка и крыс с, не перестающей ловить ртом снежинки, Тифони вернулись в машину. Не смотря на то, что на улице было не очень-то и холодно для конца января, ноги от стояния на промерзшем асфальте все же ощутимо остыли и начали замерзать. Поэтому, не видя никакого смысла в том, чтобы торчать истуканами под открытым небом и зарабатывать простуду, Сплинтор предложил девушке погреться в кабине фургона. А та, понятное дело, не раздумывая согласилась, так как помимо прихваченных холодом кончиков пальцев ног, ее волновало еще и то, как там обстоят дела у Донателло. В общем, когда девушка залезла в кабину и захлопнула за собой дверь, первое, что она сделала, так это чуть ли не всем туловищем занырнула в салон фургона. Там, на застеленном теплыми куртками полу лежали неподвижные Карай и Леонардо. Этих двоих тайных возлюбленных соединяла тоненькая трубочка, по которой из тела заметно побледневшей японки неспешно перетекала кровь в тело хрипло и тяжело дышавшего лидера. Спящую в пассажирском кресле приспешницу тайной организации, Лаура так же не обделила вниманием, бросив на девушку беглый взгляд. Но крепко спящая Елена ее на сей момент совершенно не интересовала. Узнать о состоянии кровно связанных друзей, куда гораздо важнее… - Как они? – тихим голосом обратилась к умнику сероглазка. - Лео стабилен, но угроза пока не миновала, - не отрываясь от контролирования системы перекачки жизненно важной алой жидкости, монотонно ответил черепашка. - А Карай, она давно без сознания? - Около минуты, может меньше… - все в том же духе, прозвучал голос мутанта. Со стороны создавалось впечатление, что мастер шеста «бо» не настроен общаться, но Лаура довольно хорошо знала своего любимого и понимала, что он просто боится отвлечься и сделать что-нибудь не так. Следовательно, не стоит ему мешать в столь ответственном деле, став немым наблюдателем. Поэтому, пока Сплинтор сюсюкал дергающую его за бородку внучку, пытаясь высвободить свои волосы из ее цепких ручонок, мама девочки сосредоточено всматривалась в лица Лео и Карай. Правда, более всего ее занимало лицо японки, так как оно выражало эмоции. Если старший из черепах выглядел совершенно обычно, то губы дочери Хамато Йоши изображали нечто вроде улыбки, словно маленькая язвочка была довольна или… счастлива? Лауру несколько удивила эта нелогичная реакция Карай, впрочем, как и ее невероятное рвение спасти жизнь меченосца, пускай даже в ущерб своему здоровью. « - Интересно… - устремив взор в потолок, задумалась возлюбленная умника. – А будь на месте Леонардо, кто-то другой из его братьев, она бы вела себя точно так же? Не уверена,… я в принципе не могу себе ее представить скандалящей, например, из-за Рафаэля и уж тем более, готовой пожертвовать своим здоровьем ради его жизни. Как-то странно все это…» И тут сероглазка надумала поделиться своими размышлениями со Сплинтором. Развернувшись обратно в кабину, она забрала Тифони и усадила к себе на колени, а после задала крысу вопрос: - Скажите, а вам не кажется странным поведение Карай в отношении Леонардо? - Кажется, но только не странным, а излишне экспрессивным, - пригладив взъерошенную внучкой бородку, согласился отец необычного семейства. - И в чем же причина? - Я всему этому вижу только одно объяснение – это девичья увлеченность, - с досадой ответил он. - Шутите? – уставилась на собеседника возлюбленная умника. - Не шучу, но искренне надеюсь, что ошибаюсь на этот счет… хотя, все говорит об обратном… - Вы про что? - Лаура, я с первых дней приезда Карай в наш… дом, - сглотнул он подступивший к горлу ком, - подметил, что эта мелкая чертовка как-то по особенному смотрит на Леонардо, а тот заметно тушуется. И тогда я понял: что-то здесь нечисто. В общем, я не берусь утверждать то, что между этими двумя что-то происходит, но одно мне ясно наверняка: Карай относится к Лео по-особенному… - Думаете, они сблизились? – с изумлением поинтересовалась сероглазка. - Маловероятно, - уверенно ответил Сплинтор. – Наш Леонардо слишком рассудительный и правильный по своей природе, чтобы позволить себе посягнуть на столь юное создание, которое, к тому же, – дочь друга нашей семьи. Скорее всего, это только Карай увлечена им, а Леонардо просто старается быть тактичным, дабы не обидеть ее чувства… - Да, наверное вы правы… Скорее всего, Карай, банально, как и большинство девочек-подростков, просто проявляет интерес к взрослому парню, и это, конечно, должно скоро пройти..., а если не пройдет? - А вот теперь давай ка ты не шути… - нахмурился Сплинтор. – Я, бесспорно, считаю своего старшего сына хорошим парнем, но я не допущу, чтобы та, за которую я в ответе, связала судьбу с мутантом и обрекла себя на жизнь в вечном страхе разоблачения. НЕТ! Не бывать этому никогда! - Но я и Джулия живем… и ничего, счастливы… - Ха, - хлопнул себя по коленям крыс. – Счастливы, так я и поверил… а с сегодняшнего дня вы, наверное, таки вообще на седьмом небе от восторга, оказавшись без крыши над головой и перспективы на светлое будущее… В ответ Лаура печально вздохнула и опустила голову. Сплинтор отчасти был прав: живи они с рыжулей, как обычные люди, ничего этого бы не было… И все же, она ни о чем не жалеет. Ведь она переживает эти трудности рядом с любимыми и очень дорогими ей созданиями, а значит все не напрасно…