Lies based on truth is indestructible

Это зимнее солнечное утро с легким морозом, довольно быстро сменилось обеденным снегопадом. Всего за какие-то пару часов нежно-голубое небо над Нью-Йорком затянули низкие серые облака. Шпили многоэтажных строений из стали и бетона, увязнув в этих грязных клубах ваты, стали нагонять уныние и тоску. А затем пошел снег. Легки и воздушный, как лебяжий пух, он принялся плавно устилать улицы белой периной. Неспешно падающие из мрачных туч крупные снежинки плотной пеленой закрывали видимость на расстоянии полуметра, вынуждая торопящихся по своим делам прохожих и снующих на дорогах машины снизить привычную скорость и уподобиться этим пушистым комочкам. Похожие на изящных балерин, безмятежные красавицы равномерно спускались по воздуху в полном безветрии под звуки раздраженного их появлением города, и им было все равно, что им не рады... - Как же меня достал этот гребаный снегопад! – ругалась с трудом различавшая дорогу Джулия. – Нам для полного счастья только в кого-нибудь врезаться не хватало… - Сплюнь… - покосилась на рыжеволосую штурман-Лаура. Будучи за рулем уже третий час без передыха, подруга шутника всерьез нервничала из-за плохой видимости на трассе. Вдобавок к этому, ей еще и мешал сосредоточиться стоящий в салоне фургона галдеж, устроенный малышкой Тифони, чье детское терпение таки лопнуло. Уставшая от плохих условий и еды на скорую руку, девочка учинила самый настоящий саботаж. Причем, изначально ничто не предвещало столь резкой перемены в настроении ребенка. Дочь умной парочки спокойно сидела на руках у любимого дедушки, точа свои режущиеся зубки об резиновую игрушку – гномика, что достал ей из сумки Дон, и слушала разговоры взрослых. А когда нудное обсуждение очередной корректировки плана было завершено, и мутанты затихли, начав думать о чем-то своем, настроение девочки испортилось. Она внезапно отшвырнула надоевшую и перепачканную ее же слюнями игрушку в дальний угол, а после разразилась в громком плаче. Само собой, все сразу подумали, что дело в Гномике, но когда дядя Майки его достал и попытался вернуть хозяйке, бросок вдаль повторился. - Эй, пупсик, ты чего вещами разбрасываешься? – забавно нахмурив брови, спросил у Тифони мастер нунчак. - В чем дело, солнышко? – удивившись неожиданной смене настроения дочери, придвинулся к ней Донателло. Только вот малышка оставалась непреклонной, напрочь, игнорируя стремление отца и дяди Майки ее утешить. На все их улыбки и добрые слова, она отвечала увеличением громкости плача. И это был сущий ужас, особенно для ушей Сплинтора, на руках которого продолжала оставаться крикунья. Никто и нечто не могло успокоить льющую слезы, как всем казалось, без причины. Ведь ничего такого, что могло настолько испортить настроение Тифони, не произошло. Даже вариант с плохим самочувствием или болезненными ощущениями был рассмотрен, но подтверждения не получил: Дон с особой тщательностью осмотрел и прощупал свою малышку на предмет отклонения от нормы. Только вот физически она была в полном порядке: температуры нет, животик мягкий, ручки, ножки и голова тоже на месте. Идея вручить ее ненадолго маме так же не прокатила: девочка реально уперлась ногами, когда ее попытались передать в кабину к Лауре. Выходит, дело в другом… - Я больше не могу… - плотно зажав уши ладонями, невнятно промямлила проснувшаяся Елена. – Шива, за что мне все это? Неужели за… - не закончив фразу, брюнетка донельзя сморщила отекшее лицо и зажмурила глаза, так как Тифони взяла на октаву выше. Более пронзительный вопль капризничавшей девочки окончательно добил полуживую Елену, и она, потеряв над собой контроль, невольно пустила слезу. Верно, говорят: « Все познается в сравнении». Только теперь зеленоглазая поняла, что по-настоящему хреново, ей еще не было. Даже после удара балкой по макушке и последующего пореза саем, она так не жаждала сдохнуть, как в это самое мгновение. Раньше, Елену обуревал страх от одной только мысли, что она умрет, ни то, что сейчас… сейчас смерть ей казалась отличным средством избавления от всего и сразу. - Что, совсем сил терпеть нет? – видя то, как корчится и вытирает влагу с глаз, вжавшаяся в его плечо девушка, спросил ее Рафаэль. Но та только простонала в ответ очередной набор бессвязной речи. Не успевшая даже начать заживать челюсть, вновь превратилась в неиссякаемый источник адских мук. Впрочем, не менее пострадавшие ребра да разбитые в драке с копами кулаки так же не являлись поводом для радости и улыбки. А благодаря неумолкающей Тифони, «трофею» саеносца делалось с каждой минутой все хуже и хуже. Хотя, если разобраться, из присутствующих в фургоне не было ни одного, кто бы мог похвастаться отличным состоянием. - М-да, милочка… отстойно выглядишь, - небрежно приобняв брюнетку за талию, хмыкнул темперамент. – Но, согласись, это значительно лучше перспективы сгнить за решеткой… - Ага… прям, нереально круто… - грубо одернув с себя руку зеленого парня, вяло буркнула Елена и опустила голову. Приспешница тайной организации очень стыдилась проявления своей слабости и поэтому, когда темперамент в очередной раз посмотрел на нее в упор, она судорожно размазала мокроту по лицу и отстранилась от собеседника. Она понимала, что должна проявлять стойкость и выдержку, но это оказалось выше ее сил. Особенно, когда рядом он - тот самый «герой» из детской мечты, мысли о котором окрыляли и уносили ввысь… тот самый, что не оправдал ее ожиданий. Он безжалостно обломал ей крылья и разрушил представление о благородстве, проявляя свою доброту в невероятно изощренной форме. В общем, Елена вполне уяснила суть того, что спасший ее зад Рафаэль это не «тот самый парень», который возьмет платочек и вытрет распущенные нюни. Этот несносный мутант скорее обзовет размазней и даст пинка, дабы не раскисала. А ведь, еще утром, до очередного переполоха с угрозой появления мировцев, зеленоглазая чувствовала себя значительно бодрее и, в некотором роде, увереннее. Даже заявление Леонардо о том, что ей следует уйти, не огорчило Елену настолько сильно, как случившаяся позже стычка с копами. Горестное осознание своей ничтожности и бесполезности занозой засело у нее глубоко в груди, где-то в области сердца. А тут еще и этот громила-надзиратель лезет со своими расспросами про ее самочувствие… так не вовремя, черт побери! В общем, пока смуглая брюнетка, сходя с ума от боли в теле и звоне в ушах, скрывала от Рафаэля заплаканные глаза, представители необычного семейства ломали голову над тем, что же случилось с Тифони. Девочка то затихала, то снова начинала капризничать, вызывая у всех негодование, так как никто толком не знал, как правильнее поступить в данном случае. Донателло и Микеланджело аж из панцирей вон лезли, в стремлении развеселить малышку. Забрав ее у вздохнувшего с облегчением Сплинтора, они наперебой пели той задорные песенки и корчили смешные рожи, но все их старания оказались тщетными. Вцепившись в куртку отца, несносная капризуля продолжала дрыгать ногами и тренировать голосовые связки. - Кришна, пощади… – громко шмыгнув носом, прошептала Елена и натянула на себя с головой одолженную Рафом куртку, - умоляю… - Все, мелкая, хватит тут болото разводить, - решив взять ситуацию под контроль, неожиданно для всех вмешался саеносец. – Пришло время учиться самообладанию… - и в прямом смысле отобрал ребенка у впавшего в ступор от его слов Дона. - Учиться самообладанию? У тебя? – начал расплываться в кривой улыбке голубоглазый черепашка. - Да, у меня… - усаживая к себе на колени хныкающую малышку, обрезал Раф. - Тогда, за одно, и про дисциплину расскажи… ей будет полезно послушать «эксперта» типа тебя, - продолжал цеплять брата младший. - Заткни фонтан, придурок. Ты мне мешаешь… - сверкнув молниями в глазах, прорычал обладатель красной банданы. Само собой, Микеланджело не единственный, кто усомнился в педагогическом таланте саеносца. До сих пор полу-дремлющий после очередного обезболивающего укола Лео, поначалу решил, что ему все послышалось. Будучи в легком дурмане с ощущением слабости в каждой клеточке своего организма, лидер неподвижно созерцал происходящее вокруг. Ни вопли Тифони, ни монотонное бухтение раздраженной Карай, что тоже страдала от громкого плача ребенка, ни периодически доносившийся мат со стороны кабины водителя не смогли вывести Леонардо из состояния покоя. А вот темперамент смог. Всего одна фраза и зануда-моралист поменялся в лице: из отрешенного в заинтересованного. - Я все правильно понял? - слегка коснувшись рукой макушки сидевший у его ног японки, обратился к ней лидер. – Раф будет учить Тифони самообладанию? - Совершенно верно: наш «образец примерного поведения» хочет провести мастер-класс по дисциплине, - посмотрев в искренне удивленные глаза любимого, улыбнулась дочь Хамато Йоши. – И это нельзя пропускать, - ее улыбка стала еще шире. - Полностью согласен, - покосившись на затылок сидевшего спиной к нему и Карай темперамента, с ехидством ответил меченосец. - Вы тоже находите это забавным? – услышав разговор старшего сына и японки, обратился к тайной парочке Сплинтор. Лео и Карай быстро зажали рты и резко закивали, давясь рвущимися наружу смешками, так как ответить без смеха на поставленный вопрос, они уже не могли. А когда отец необычного семейства перевел взгляд на Майки и Дона, ему стало совершенно очевидно, что эти двое тоже едва сдерживаются, дабы не расхохотаться в голос. Поэтому, не рискнув портить серьезный настрой саеносца, крыс громко кашлянул в кулак, а после приложил указательный палец к губам и почти беззвучно шикнул – мол, тихо всем… Конечно, Рафаэль слышал перешептывания за своей спиной, но его слабо волновало мнение окружающих. Вздорный мутант задался конкретной целью: успокоить Тифони, и он это сделает вопреки сомнениям близких. - Скажи, тебе еще не надоело мокроту разводить? – поудобнее усадив девочку на своих коленках, спокойно спросил ее темперамент . Но последовала лишь очередная порция детского вопля. - Понятно… не надоело… - с задумчивостью заключил Раф. - А вот мы уже устали от твоего затянувшегося концерта, повода для которого, как я считаю, у тебя нет, - тихонько коснувшись маленького носика Тифони, подмигнул племяннице мутант. – Посмотри, - развернувшись в пол оборота, открыл он взору девочки развалившегося в кресле лидера с тупой улыбкой во весь рот. – Видишь? Это твой дядя Леонардо. Всего несколько дней назад он читал тебе сказки, держа у себя на руках, а теперь… он зубоскалит, как дурачок, - процедил Раф, поняв причину ухмылки брата, - и нуждается в заботе… Меченосца перекосило, но отвечать на едкое замечание он не стал: не самый подходящий момент для разбора полетов. - И прошу тебя заметить, - продолжал речь темперамент, - он не ноет, как ты, хотя в его случае, на это есть все основания. Твой дядя Леонардо – пример самообладания и терпеливости, бери с него пример. Только не превратись в зануду… эта должность в нашей семье давно занята. - А вот я бы все отдал ради возможности хоть разок увидеть, как ноет Лео в манере «Тифони стайл», - потирая ладони, признался голубоглазый черепашка. – Уверен, это было бы нечто незабываемое! - Даже если ты продашь душу Дьяволу, я не доставлю тебе такого удовольствия… - все же выразил свое недовольство лидер, смешно раздув щеки. Леонардо очень не нравилось, что к нему привлекают внимание девочки через подколы. Однако, этот способ сработал, и дочь умной парочки на замолкла, уставившись на старшего из черепах с неким подобием изумления. Поймам на себе взгляд ребенка, раненый мутант немного растерялся, а после сказал: - Привет, - и мягко улыбнулся. Малышка еще какое-то мгновение посверлила взором дядю-зануду, а потом принялась за свое – раскричалась, словно потерпевшая. - Х-м-м-м… - выпятив нижнюю губу, протянул саеносец. – Выходит, Лео тебя не впечатляет… не авторитет. Что-ж ладно, проехали… Вновь повернувшись панцирем к старшему брату, Рафаэль решил задействовать свой «козырь» - любимицу Тифони. - Посмотри-ка, кто это тут свернулся в комок? - придвинув ребенка почти вплотную к приспешнице тайной организации, не отступал темперамент. Капризуля заулыбалась. – Верно. Это твоя обожаемая тетя Лена. Ей тоже плохо, как и дяде Лео… если не хуже. А все потому, что твой папуля зажал для нее обезболивающие уколы. Типа они только для нашего Леонардо и точка. Вот поэтому-то дяде Лео твое нытье до лампочки, как лыбился так и лыбиться, сверкая зубами, а побитая плохими людьми тетя Лена гляди того от боли на потолок полезет. Знаешь в чем причина? Ребенок окончательно стих, как бы в ожидании дальнейших слов саеносца. - Не знаешь… так вот, я тебе скажу: причина в тебе. Ты горлопанишь без устали, что можно подумать это тебе наваляли, а не ей. Неужели тебе не жалко Ленку? Тифони начала внимательно вглядываться в свернувшуюся калачиком зеленоглазую девушку, которая продолжала прятать заплаканное лицо. Основательно завернувшись в пуховик саеносца, Елена усердно вытирала не перестающие течь ручьем слезы, и сдавлено всхлипывала. - Тетя бо-бо… - жалобно протянула малышка. – Па-а, тетя бо-бо, бо-бо! – указав пальчиком на побитую копами, обратилась к Донателло его дочурка. Умник непонимающе развел руками: - Я сделал все, что мог, милая… - Тетя БО-БО!!! – сдвинула бровки девочка. – БО-БО, БО-БО!!! - Дон, ты говоришь неправду, - лукаво прищурился Раф. – Мы с Тиф в курсе, что у тебя уколов с обезболивающим на целую роту хватит, а ты жопишься… сделай Ленке инъекцию, а то она скоро точно завоет… скулить она уже начала… - Что за глупости ты сочиняешь? На какую такую роту у меня уколов? Всего три осталось и то не факт, что их хватит… - взвинтился мастер шеста «бо». – А раз уж нашей вынужденной спутнице так невыносимо плохо, вот на, - протянул он темпераменту баночку с таблетками, - это сильнодействующее снотворное. Она отключится и ей будет не до боли… - То есть, ты мне предлагаешь опять играть в спящую «Красавицу»? Издеваешься, да? Я уже реально задолбался таскать на себе эту толстозадую, - с недовольство сложил руки на груди Рафаэль. - Вообще-то, нам ехать как минимум еще часа два. За это время действие таблетки ослабнет. Ты без проблем разбудишь свою подружку, и она сможет передвигаться самостоятельно, - продолжая держать протянутой руку с таблетками, пояснил умник. - Она мне не подружка, - грубо вырвав у брата белую баночку, огрызнулся саеносец. – А если она не будет просыпаться? - Тогда ты разбудишь ее страстным поцелуем! – не смог удержаться голубоглазый черепашка. - Ну, все, остряк! Теперь я точно знаю, кого тут нужно спать отправить,– резко отсадив от себя Тифони и швырнув Елене таблетки, накинулся Раф на младшего брата. – Быстро забери свои слова обратно! – вцепился он в горло Микеланджело. – Или я сверну тебе шею! - Я понял! Это не сказка «Спящая красавица», это «Красавица и чудовище»… Ленка, умоляю поцелуй этого зверя, чтобы он стал человеком… желательно добрым, - хрипел голубоглазый. - Все, лягушонок, доквакался… - рыкнул обладатель красной банданы и сильнее сдавил глотку шутника. - Эй, Отелло, с ума сошел? Сей час же отпусти брата! На тебя ребенок смотрит,– прижав к себе округлившую глаза малышку и одернув душителя за плечо, вмешалась Елена. – А вы? Вы, почему ничего не делаете? Он же его придушит! – обратилась она уже к членам необычного семейства. - Наша знакомая дело говорит, - строго произнес Сплинтор. – Немедленно прекратите дурачиться! - Дурачиться? – опешила приспешница тайной организации. - Ладно, живи пока, остолоп, - отпустив шею мастера нунчак, небрежно бросил Раф, а после развернулся к своему «трофею»: - А ты и правда подумала, что я способен прикончить это языкастого оболтуса? - Я уже не знаю, что вообще о вас всех думать… определенно, вы какие-то странные, - приложив ладонь к опухшей челюсти, вздохнула смуглая девушка. – И еще, забери это, - отдала она зеленому парню снотворное, - я не хочу так… я буду терпеть… - Как знаешь… - забрал он таблетки. - Эй, смотрите! – восторженно всплеснул руками Майки. – Тифони больше не плачет. Ура! Победа! - Выходит, зря я вел разъяснительные беседы… - ухмыльнулся голубоглазому саеносец. – Надо было с самого начала схватить тебя за горло, как пример того, что бывает с теми, кто неуместно подает голос… - Считаешь, из меня вышла неплохая Дездемона? – потерев шею, посмотрел на своего душителя младший из черепах. - Прям предел мечтаний, - похлопав мастера нунчак по плечу, таки расплылся в улыбке Рафаэль. До пункта назначения оставалось чуть больше часа дороги, но, не смотря на это, было принято решение сделать остановку на заправочной станции с мини-магазином. Необычное семейство нуждалось в дополнительном провианте, так как после пересечения границы Америка-Канада всех его членов ждала полная неизвестность. В итоге, пока мутанты, сидя в фургоне, обсуждали последние события, Джулия и Лаура заправили бак машины и купили еды. Но это, пожалуй, было самым простым из числа поставленных задач. Куда сложнее обстояли дела с поочередным походом в уборную. Особенно в случае с раненым Леонардо и побитой Еленой. Эти двое на данный момент являлись самой настоящей обузой. Лидер по-прежнему был очень слаб из-за большой потери крови и с трудом держался на ногах, а приспешница тайной организации так и вовсе походила на трухлявую корягу. Казалось у нее вот-вот что-нибудь, да и отломиться: рука или нога. Скорченная в три погибели, она кое-как доковыляла до отдельного строения на территории заправки, справила нужду в антисанитарных условиях комнаты под названием туалет и вернулась к своему надзирателю. На этот раз саеносец не стал караулить свой «трофей». У него не было никакого желания торчать на улице под дверью и ждать. Кроме того, заправка находилась далеко за пределами жилой части города и была безлюдной, если не считать двух продавцов магазина и хлюпика-оператора в будке, что отвечает за подачу бензина в колонку. Короче, Рафаэль был полностью уверен в том, что Ленка никуда не денется. Впервые за эти дни тщательной конспирации мутанты не боялись быть замеченными. Благодаря продолжающемуся обильному снегопаду, что плотным занавесом скрывал особенности их телосложения, бывшие элитные агенты поочередно сходили по своим «делам» и даже смогли вдоволь подышать свежим воздухом. Особенно лидер, который на этот раз отказался от помощи братьев и преодолел расстояние в двадцать метров самостоятельно, пусть и с черепашьей скоростью, в прямом смысле. И вот, когда он был уже в паре шагов от готового к отъезду фургона, к нему вышла Карай: - Лео! Я чуть с ума не сошла, когда ушедший с тобой Майки вернулся без тебя. Зачем ты его прогнал? - Затем… - одарив японку усталым взглядом, спокойно ответил зануда. - П-ф… - сдунув с лица черные растрепанные волосы, фыркнула дочь Хамато Йоши. – Ты же еле-еле стоишь на ногах… - Неважно… я знал, что справлюсь и у меня получилось… - пояснил старший из черепах, а после оттеснил язвочку в сторону и залез в фургон. - Я справлюсь, я смогу… - кривляясь, передразнила она меченосца. – Тоже мне герой… совсем не бережет себя, а я тут переживаю за него, между прочим, - продолжая причитать себе под нос, Карай проследовала за любимым. Итак, все опять были на своих местах: Джулия и Лаура в кабине фургона, а остальные, как сардины в банке, ютились в салоне. Елена почти неподвижно сидела возле Рафа, как и он спиной к Дону и Карай, что расположились в ногах лидера и Сплинтора. Японка вновь уложила голову на колени зануды и опустила веки, а мастер шеста «бо» раскрыл чемодан-аптечку и громко зашуршал его содержимым. Он хотел сделать старшему брату очередной укол обезболивающего до того, как Леонардо начнет стискивать зубы. Сидевший же напротив умника крыс с любопытством наблюдал за манипуляциями умного сына: за тем как тот ловко и уверенно вскрывает ампулу и набирает в шприц мутновато-белый раствор. Но вскоре его внимание переключилось на дочь покойного друга. Маленькая язвочка, судя по всему опять забывшись, взяла Леонардо за кисть и начала плавно гладить расслабленные пальцы оного, а тот никак не реагировал на сие смелое действо. Лишь, когда Леонардо буквально кожей ощутил прожигающий взгляд отца, устремленный на его руку, старший из черепах аккуратно высвободил пальцы из ладони маленькой язвочки. « - Очень жаль, что мои подозрения оправдываются все больше и больше…» - подумал черепаший учитель. « - Никогда бы не подумал, что Леонардо способен на ТАКОЕ безобразие. Видимо, я все же не знаю своего сына достаточно хорошо… Чувствую, серьезный разговор неизбежен… » А Лео, будто бы прочитав мысли крыса, сглотнул подступивший к горлу ком и повернул лицо к запотевшему окну. Он прекрасно осознавал, что вольность его любимой не осталась незамеченной для отца. Да, Сплинтор промолчал, но отнюдь не по доброте душевной, и его расплата за это не за горами, а за озером Онтарио. Если все пройдет гладко и им всем удастся пересечь водную границу без эксцессов, лидера ждет настоящая взбучка по всем фронтам и направлениям. Лео с самого начала знал, что разоблачение его амурных дел с несовершеннолетней дочерью лучшего друга их семьи – это вопрос времени, но он никак не ожидал, что это время придет так скоро. От неприятных размышлений меченосца отвлек как-то неожиданно возникший перед ним Донателло со шприцом: - Пора делать укол… подними свитер… - А? Что? – растерялся зануда. – Ах, да… конечно, - любезно предоставив раненный бок с бинтами, вздохнул черепашка. И вот, наконец, муторная тряска в старом тесном фургоне закончилась - приехали. Необычное семейство в полном составе с «трофеем» Рафа в придачу, оказалось на берегу нужного водоема. На первый взгляд окрестности выглядели лишенными цивилизации – девственная природа и отсутствие каких-либо признаков жизни. Если бы не наличие хорошо расчищенной от снега дороги и электрических столбов с проводами, что тянулись вдоль пустынной трассы, данная местность вполне бы сошла за безлюдную. Но это было не совсем так. Эта часть приозерной территории была не обустроена, так как не представляла никакого интереса для местных городских властей и инвесторов, но не для любителей отдыха на природе. Крутой каменистый берег, столь не характерный для озер, и редкий лесок по обе стороны от основной дороги, чистый воздух и уютные полянки для разбивки лагеря среди стволов молодых елей - мечта туриста. Благо, сейчас не сезон для посиделок у костра. Поэтому никого и ничего, кроме снежных холмов, пустой дороги и хвойного леса, приехавшие не увидели. - Так, я не понял… а где лодочная станция? – первым выйдя из машины, с претензией в интонации высказался саеносец. – Я не хочу перебираться вплавь… Дон, где лодки? Нам нужны лодки!!! - Угомонись, Раф, - подошел к брату умник. – Лодочная станция расположена вон за тем небольшим лесочком, - указал мастер шеста «бо» на заснеженные деревья вдоль озера. – А что касательно лодок… забудь. Прибережная зона скованна льдом… нам нужен катер с прочной обшивкой и бесшумным мотором. А то, если уж на льдину не напоремся и не потонем, то при незаконном пересечении границы точно не останется незамеченными. - Так пошли, возьмем этот чертов катер и в путь, – натянув на голову капюшон толстовки, озирался по сторонам темперамент. - Видишь ли, Раф… тут есть одно «НО», - напрягся мастер шеста «бо». - Какое еще «НО»? – сложил руки на груди саеносец. - Нет никакой уверенности в том, что мы найдем подобный транспорт… - застегнув молнию на пуховике, пояснил умник. – А если нам все же повезет, то я не думаю, что он будет стоять спущенным на воду. Скорее всего, подобные катера убираю в специальные ангары до начала судоходного сезона, чтобы обшивка не пострадала, - закончил черепашка и сделал шаг в направлении леса. - Стоп, Донни! – преградив путь брату, взбеленился саеносец. – Только не говори, что мы проделали весь этот путь лишь для того чтобы узнать, что у нас ни хрена не выйдет?! И все из-за отсутствия какого-то там катера… Что за бред?! - Чего опять шумишь, братец? – вышел на крики мастер нунчак. - И как тебе только не надоело… орать? – хлопнув дверью, вылезла из кабины Джулия. Затем фургон покинули Сплинтор, Карай и Лаура, которым тоже захотелось осмотреться да заодно узнать, в каком направлении им всем предстоит двигаться дальше. Но вместо приятной беседы вышла очередная распря на тему водного транспорта. Рафаэль агрессивно напирал на Донателло, а сероглазка, крыс и рыжуля доказывали взрывному упрямцу, что умник ни в чем не виноват. - Слушай, Раф! Мы же с самого начала знали, что нет никаких гарантий, что идея бегства по озеру сработает на сто процентов, - дергая темперамента за рукав толстовки, спорила с ним Джулия. - Неправда! Наш Умник ни разу не обмолвился, что на той части плана, где задействована лодка или, мать его, катер, может выйти облом! – не обращая внимания на подругу младшего брата, распалялся обладатель красной банданы. – Он мне всего пару минут назад сообщил это «приятное» известие… Офигеть, порадовал! Учитывая необузданный нрав Рафаэля, не трудно догадаться, что успокоить его крайне сложно, но таки реально. Когда возмущения саеносца достигли своего пика, и он начал обвинять уже абсолютно всех в привычке недоговаривать, вводя тем самым его персону в заблуждение, на горизонте появилась Елена. - Кажется, до меня дошло, почему ты так усердно успокаивал девочку, - неразборчиво прожевала слова зеленоглазая брюнетка. – Тебе не нужны конкуренты в искусстве драть глотку… Услышав обидное замечание своего «трофея», мутант бросил на девушку злой взгляд: - Не лезь не в свое дело, милочка! А то быстро схлопочешь по своему толстому заду! - Не груби, Раф! – заступилась за девушку Лаура. – Ты бедняжку совсем затерроризировал… - Смотри, как она побледнела, - поддержал Микеланджело. – Будешь продолжать, позеленеет… - А если она не прекратит соваться туда, куда не просили… - хрустнув костяшками пальцев на руках, ответил темперамент, - посинеет, как труп. Потому что я сверну ей шею… - Поздравляю, Ленка! Роль Доздемоны теперь твоя, - подойдя к девушке, ткнул в нее указательным пальцем голубоглазый черепашка. - Рафаэль, а тебе не кажется, что в твоем случае пора бы определиться? - неожиданно подала голос стоявшая в сторонке от мутантов и девушек, японка. - Определиться? – нахмурился саеносец. - Да. То ты Елене жизнь спасаешь, то прибить ее грозишься… - подметила дочь Хамато Йоши. Прямолинейный вопрос с подвохом загнал вздорного мутанта сначала в тупик, а потом привел в еще большее бешенство, так как крыть было нечем. Он старается вести себя непредвзято в отношении этой побитой дылды, но судя по всему безуспешно. Не то чтобы его заботило мнение Карай. Но сам факт того, что его уже в который раз уела эта противная малявка, да еще и в присутствии семьи, больно саданул по самолюбию. - Я не понял! Мне это кажется или вам всем до одури нравится доставать меня?! – кипел саеносец. - Не говори чепуху, - строго ответил крыс. – Никто не виноват в том, что ты не умеешь спокойно реагировать на замечания или шутки… так что, угомонись! С недовольством рыкнув на слова отца, темперамент все же замолк, дав тем самым возможность Донателло рассказать о своем замысле. К сожалению, при разработке плана бегства из Америки мутанты не имели возможности просчитать детали, так как испытывали дефицит информации. Даже, к примеру, такой нюанс, как замерзание воды вдоль берега. Обычно, Онтарио и его окрестности славятся сильными порывами ветра, что провоцируют высокие волны, не дающие озеру покрыться льдом. Но так как мороз все же имеет место быть, без замерзания не обходится. В итоге, в темно-синих водах этого живописного водоема образуются небольшие островки льда, которые свободно дрейфуют по водной глади, представляя большую угрозу для водного транспорта. Именно поэтому каждый год после наступления морозов на Онтарио прекращается судоходство, аж, до апреля месяца. Ни один капитан не хочет, чтобы его катер или яхта ушла на дно после встречи с льдиной, подобно Титанику. Собственно только по этой причине мутанты решились на столь рискованный и очень небезопасный способ бегства. Отсутствие патрульных катеров с береговой охраной границы – это то, что им надо. Только вот к полному замерзанию прибрежной зоны они совершенно не были готовы. В общем, решив, что Рафаэль не до конца успокоился, Сплинтор отправил на разведку с Доном мастера нунчак, так как отпускать умника в одиночку он считал неправильным. Но темперамент не особо расстроился из-за того, что лишился возможности изучить окрестности. Он был даже рад, что остался с остальными, а не пошел с Донателло на поиски катера. Ведь он и правда не полностью унял свой гнев, а значит еще одно заумное высказывание брата, с которым он будет не согласен, грандиозной ссоры не миновать. Так, со скрежетом открыв дверь в салон фургона, саеносец забрался внутрь. Леонардо по-прежнему сидел на кресле возле окна, а рядом с ним, на месте Сплинтора, свесив с кресла ножки, находилась Тифони. Меченосцу пришлось остаться в машине, будучи вынужденным избегать лишних телодвижений, дабы его шов не разошелся и вообще, кто-то же должен присмотреть за капризной девочкой, пока остальные на улице. - Что, сидите? – обратился Раф к лидеру, плюхнувшись на пол всем весом, от чего фургон ощутимо покачнулся. - А что нам остается? – печально выдохнув, ответил зануда. – Уровень нашей полезности одинаков. Так что, я лучше здесь побуду… - Что-то я тебя не узнаю, брат… С чего, вдруг, ты так загрузился? – почуял неладное темперамент. - С чего ты взял? - С того. Ты свою рожу видел? У тебя взгляд хуже, чем у побитой собаки… - Ну, я в некотором роде и есть «побитая собака»… точнее, порезанная черепаха… - Знаешь, час назад ты тоже был порезанной черепахой, но взгляд у тебя был другой… не такой убитый. Колись, чего такого ты надумал своим занудным мозгом, пока мы все на улице были? - Да, ничего я не надумал, отвяжись! - А-а-а! Огрызаешься! Значит я прав! Надумал… рассказывай… - Не могу… - Это еще почему? - А вот потому… - Ты же знаешь, что я не отстану… говори… - не отступал темперамент, придвигаясь к брату все ближе. - Я сказал, отстань! Ничего я тебе не скажу… - отвернулся от него лидер. - Признавайся, это из-за нашей худосочной молявки японского разлива, да? – неожиданно выдал саеносец. Леонардо слегка вздрогнул, а после медленно повернул голову к Рафу: - Она тут ни при чем… - Да неужели? А что же ты занервничал? - Я не занервничал… я просто не понимаю, с какой радости ты приплел Карай? - Вот что я тебе скажу, Лео, - вручив Тифони, как бы между делом, игрушку-гномика, тихо пробасил мутант. – Твоя мелкая подружка через чур внимательна к твоей персоне. - Не понял… - А тут и понимать особо нечего. Помнишь, ты мне в день ее приезда рассказывал про записи в ее дневнике: влюбленность в тебя и желание отомстить за какую-то там обиду? - Помню… рассказывал. И что? - По ходу дела, брат, ничего не изменилось, усмехнулся Рафаэль. - С начала она чуть ли волосы на себе не дерет, узнав о серьезности твоего ранения, потом она жертвует собой … опять же ради тебя. А про то, как миленько она спала на кровати с тобой по соседству, я вообще молчу… как и про ее сегодняшнюю дремоту на твоих коленях. Ей Богу! Милая кошечка спит на ногах ЛЮБИМОГО хозяина. Так трогательно, что прям за душу берет и выворачивает! - Не думал, что все настолько очевидно, - потупив взор, печально произнес меченосец. Рафаэль было хотел еще и припомнить последнее утро в их доме, когда он застукал язвочку выходящей из комнаты зануды, но вовремя передумал. Он вспомнил про данное Карай обещание и про то, что стараниями японки Лео в курсе его позорной связи с Катрин. Поэтому, если он сейчас заикнется про это, обозначив как аргумент, подтверждающий близость между старшим братом и маленькой язвочкой, лидер тоже в долгу не останется. Он вполне может в отместку предъявить Рафу обвинение в тайной связи с блондинкой. Значит, пускай Леонардо лучше сам во всем признается или даст хотя бы объяснение происходящему между ним и Карай. - Ну, чего скис… выкладывай уже, что у тебя с этой пигалицей? – умирал темперамент от нетерпения. - Признаться, я и сам толком не разобрался… - закрыв лицо ладонями, с неохотой ответил зануда. - Как это не разобрался? Вы либо мутите, либо нет. Без вариантов… - Понимаешь, Раф… - все еще мялся старший из черепах, - все не так просто и на твой вопрос у меня нет определенного ответа. - Но ты все же попытайся. Ответь хоть что-то... Леонардо вновь тяжело вздохнул, а после осторожно склонился к настырному брату, насколько ему позволила рана, и произнес: - Она действительно меня до сих пор любит… по-настоящему. А я так и вовсе жить без нее не смогу… - Иди ты, – с изумлением вытаращился на него темперамент. - Знаю, в это трудно поверить. Я и сам временами сомневаюсь… но все же это правда, - откинувшись обратно на спинку кресла, зануда поднял глаза на потолок. – Лишь одного я до сих пор не могу понять… как это вышло? Рафаэль застыл в немом шоке. Он, вроде и был готов к подобному ответу, а вроде и нет. Как то уж все очень прямолинейно и не похоже на Лео получилось. - Ты рад? – с досадой поинтересовался лидер, выведя брата из ступора. - Чему конкретно? Тому, что ты нашел себе подружку или тому, что она смазливая малолетка, которая наигравшись, может послать тебя куда подальше? - Нет… тому, что я вовсе не такой идеальный и правильный, коим всегда стремился быть, - резко переведя взгляд на саеносца, пояснил зануда. – Ты рад, что я оказался аморальным типом, который отвечает взаимностью несовершеннолетней дочери нашего покойного друга?… -А, если ты об этом, то – ДА! В этом смысле я действительно рад, даже очень… - хлопнув меченосца по плечу, широко улыбнулся Рафаэль. – Я все же дожил то этого дня, когда мой брат перестал быть мудаком и начал себя вести, как мужик… - А вот теперь Я тебя не понимаю… - Лео, да не напрягайся ты так из-за возраста Карай и не бери в голову то, чья она дочь. Здесь главное, чтобы у вас не вышло, как у меня когда-то с Катрин… мы долгое время принимали физическое влечение за любовь… это хреново, брат, поверь… - Нет, в нашем случае точно не так, как у тебя с той блондинкой. Между мной и Карай даже близости не было… так, - явно смущаясь, Леонардо отвел глаза, - целовались пару раз… Поэтому, я не сомневаюсь в глубине ее чувств как и в том, что она для меня все. - Тьфу ты, черт! А я-то думал - мужик!!! Не-е, беру свои слова обратно… ты – мудак! – скривив лицо, фыркнул Раф. – О чувствах он тут думает, о высоком! Разок бы переспали, махом бы поменяли свои взгляды и узнали истинное отношение друг к другу… а то… целовались они. Эко подвиг! - Слушай, достал. Давай серьезно поговорим, без твоей пошлой политики. Ты меня что, вообще не осуждаешь? – нахмурился Леонардо. - С чего бы мне тебя осуждать? Ну, втюрился… с кем не бывает? А вот то, что до сих пор не потрахался – это, брат, непростительный косяк. Тебе уже давно пора из праведников в грешники заделаться, - одобрительным тоном заключил мутант. - Но ведь она так юна, у нее вся жизнь впереди. А кто я? Антропоморфная черепаха… с которой ее существование может стать сущим кошмаром… - Вот любишь ты все усложнять, Лео. Почему ты не можешь просто радоваться тому, что у тебя есть? Вечно ты какие-то подводные камни ищешь и в итоге сам же все портишь, - рассуждал темперамент. - Согласен… но я очень боюсь момента, когда она повзрослеет и, осознав все трудности жизни с мутантом, пожалеет о принятом решении. Раф, это неправильно. Она не должна жертвовать своим будущим ради любви ко мне… - Нет, ты определенно меня не слышишь… ладно… тогда попробую зайти с другой стороны, - прищурился саеносец. - Как ты думаешь, а Лаура и Джулия, когда-нибудь пожалеют или уже пожалели о том, что живут с нашими братьями? - Трудно сказать… Они вроде, очень сильно их любят, чтобы бросить без веских на то причин, - развел руками зануда. - Надо же, как интересно получается… в том, что Дона и Майки любят по-настоящему и не бросят из-за каких-то там трудностей, ты не сомневаешься. Хотя, они тоже антропоморфные черепахи, жизнь с которыми вынуждает быть всегда начеку. Но в отношении себя, ты почему-то отказываешься верить в прочность девичей привязанности, которая длится более семи лет. Лео, да у тебя комплексы! - Это не комплексы. Это чувство вины… - Какой еще вины? Вздор! Ты ничего не сделал, чтобы так думать… Блин! Да, ты даже не спал с ней, дабы париться из-за ваших отношений. - Да, пожалуй, я с тобой соглашусь: не о том я парюсь. Здесь следует больше волноваться о том, что скажет отец, когда узнает о обо мне и Карай? – поежился старший из черепах. Темперамент резко престал улыбаться и, почесав подбородок, произнес: - Не-е, конкретно ссать нужно не из-за того, что он скажет, а из-за того, что он предпримет, если будет категорически против вашего союза. - Вот именно, - протяжно выдохнул меченосец, - зная Сплинтора, можно смело готовиться к худшему… После этих слов Леонардо окончательно погрустнел. Он уже всем своим нутром чувствовал, что крыс не ограничится обычными нравоучениями, заставив его ответить сполна. И темперамент тоже это понимал. Его занудному братцу влетит по самое «не балуйся», если у него не будет мощной поддержки от остальных членов семьи. Но только Раф раскрыл рот, дабы озвучить идею привлечения союзников в армию борцов за право любви без запретов, дверь фургона резко распахнулась. Девушкам и Сплинтору надоело торчать на улице в ожидании возвращения Дона и Майки. Все то время, что Лео и Раф откровенничали, отец черепах занимался утолением любопытства Лауры и Джулии. Подруги зеленых парней просто засыпали крыса вопросами: что, где и как? Ведь они ничего толком не знали, так как корректировка замысла велась уже по дороге к озеру, а значит, штурман и водитель в дискуссии не участвовали. Но то что, они тогда не совали свой нос в дела насущные и для всех очень важные, вовсе не означает, что им двоим не интересно. Тогда у них просто не было такой возможности. Потому, едва умник и шутник скрылись из вида, уйдя вглубь редкого леса, Лаура и Джулия полностью переключили свое внимание на Сплинтора. Лишь Елена и Карай осталась безучастными в этой продолжительной беседе. Все то время, что сероглазка и рыжуля истязали закипающий от расспросов мозг крыса, «трофей» Рафаэля и японка наблюдали за ними. Было очень забавно смотреть на то, как бедный отец необычного семейства сдерживает натиск дотошных до мелочей девушек. По сути, они все еще никуда не приплыли… да что там. У них пока и катера-то нет! Но Джулию уже волновал дом и то, какая им с Майки достанется комната. Лауру же больше интересовала инфраструктура рынка труда и наличие хороших дошкольных учреждений для подрастающей дочки. Короче, подруги зеленых парней уже строили грандиозные планы благоустройства… правда неизвестно в каком городе и доме… Однако, у Сплинтора хватило чувства такта и терпения, чтобы не указать болтушкам на несвоевременность заботящих их вопросов. «- Там будет видно» или «- По обстоятельствам» - отвечал он девушкам, если те спрашивали что-то несущественное на данный момент. Через пару-тройку вопросов и Карай начало подмывать на участие в доставании Сплинтора, но не придумав, что бы эдакое спросить, она осталась незадействованной. А вот неподвижно застывшая у машины Елена, точно знала, о чем реально стоит спросить отца зеленых парней. Но будучи в этой семье на птичьих правах, она просто слушала всю эту ахинею и едва заметно ухмылялась: « - Нашли о чем спрашивать… Откуда он может знать планировку несуществующего дома или быть в курсе того, какой детский сад самый хороший? Глупость! Лучше бы разузнали про ночлег. Скоро темнеть начнет, а мы непонятно, где находимся. Ох, мне бы их проблемы… » Прижавшись спиной к дверце кабины, зеленоглазая брюнетка смиренно ждала окончания разговора. Ей было очень тяжко стоять, подпирая фургон, так как ее тело разламывалось на части, но и возвращаться в машину без подруг мутантов она не хотела. Ведь там находятся ее «любимчики» - Раф и Лео, а так же малышка Тифони со своими капризами. В общем, лучше тихо терпеть боль под звуки бестолковой болтовни, нежели кривить лицо под пристальными взглядами психопата и его нудного братца-философа. - Нагулялись? – спросил Рафаэль у вернувшихся в фургон. - По полной, - глухо хлопнув дверью, закрыла изнутри кабину рыжеволосая. – А ты чего свалил? Снегопад давно прекратился, нет смысла торчать в жестяной коробке, когда снаружи так свежо и тихо… - Да! Легко рассуждать о дивном морозном воздухе, будучи в теплой куртке, - сложив руки на груди, пробасил обладатель красной банданы. – А самой слабо в одном свиторочке пойти на прогулку? - На кой мне это нужно? – нахмурилась Джулия. - А мне, выходит, нужно сопли морозить? – посмотрев на подругу шутника, словно на дуру, ухмыльнулся темперамент. И тут до девушки дошло, что пуховик Рафаэля на Елене. Едва она об этом подумала, саеносец добавил: - Тем более, за меня вон Ленка подышала… да, толстозаденькая? – подмигнул он только что забравшейся в салон зеленоглазой брюнетке. Приспешница тайной организации была самой последней в очереди желающих вернутся в фургон и не слышала о чем разговаривали Раф с Джулией, от чего кинутое в ее адрес обращение вызвало у девушки недовольство. Елена ничего не ответила, а лишь насупилась и села на пол максимально далеко от своего надзирателя. - Типа, обиделась? – не отлипал от нее саеносец. - Типа устала от твоей назойливости… - опять придерживая рукой челюсть, ворчала девушка. Возможно, Рафаэль продолжил бы и дальше цеплять побитую, но Сплинтор все обломал. Вернувшись на свое место, крыс переселил сидевшую на кресле Тифони в пространство между темпераментом и его соседкой по спальнику. Благо, девочка больше не плакала. У малышки вернулся интерес к игрушке, которую она сосредоточенно изучала…сразу видно - папина дочка. В общем, ребенок был при деле, в отличие от взрослых. С момента ухода Дона и Майки прошло чуть меньше часа, а ждущие их члены семьи уже не находили себе места от волнения, разве что Карай была более или менее спокойной. Последовав примеру Тифони, японка нашла себе занятие, дабы скоротать время ожидания. Достав из своей сумки блокнот и карандаш, она принялась делать какие-то записи и наброски. До этого пристально смотревший в окно Леонардо, оторвался на секунду и бегло взглянул на свою язвочку, но спрашивать ничего не стал, так как не решился отвлечь оную. Дочь Хамато Йоши была явно целиком погружена в свои мысли. А вот Рафа и Сплинтора маленькая язвочка интересовала совершенно по иному, но одному и тому же, вопросу: что у нее к Леонардо? Крыс искренне переживал, что у дочери его покойного друга к его старшему сыну действительно есть серьезные чувства, а не ребяческая увлеченность, которая не бывает продолжительной. Конечно, он пока по-прежнему верил в Лео и в то, что тот не посмеет совершить непристойный поступок в отношении Карай. Но он так же понимал, что меченосец не железный и может не выдержать, если японка продолжит проявлять к нему чрезмерное внимание и заботу под прикрытием дружбы. Отцу черепах становилось по настоящему плохо от одной только мысли, что Карай Леонардо волнует вовсе не как кумир детства, а тот совсем не против. Конечно, сам лидер пока не уличен в чем-либо: никаких двусмысленных фраз или поползновений с его стороны не наблюдалось, дабы предъявить ему обвинение в посягательстве на несовершеннолетнее создание. Но соблюдаемая им дистанция и осторожность в речах на лицо. Каждый раз, когда Карай прикасается к нему, мутант тушуется, словно мальчишка перед девочкой, которая ему нравится. Последний раз подобное поведение Сплинтор наблюдал у одного из своих сыновей, когда они жили в научно-исследовательском центе «Мира». Донателло, увидев после долгой разлуки повзрослевшую и похорошевшую Лауру, тоже начал проявлять напряженность в общении с ней. Она ему нравилась, а показать это, он не решался. Вот и Лео, явно подавляет себя в желании проявить к Карай чуть больше внимания, чем ему дозволено обстоятельствами. В общем, позиция отца необычного семейства носила выжидательный характер. Крыс знал, что если лидера и японку действительно связывает не только дружба, то они непременно проколются на чем-то большем, чем просто трогательные прикосновения невзначай. Хотя, они и так уже в некоторой степени спалились, заставив Сплинтора обдумывать наказания для старшего сына. А вот позиция Рафаэля была противоположной. Узнав от зануды правду, темперамент искренне переживал, но не за честь Карай, как крыс, а за неминуемые тяжелые последствия, которые ждут меченосца, едва все откроется. Сидя панцирем к отцу, обладатель красной банданы слышал, как глубоко то и дело тот вздыхает. А это могло означать лишь одно – Сплинтор думает о чем-то очень неприятном и тягостном. Однако, помимо жесткой расправы со стороны отца, его старшему брату угрожало сокрушающее разочарование в плане самой Карай. Не смотря на заверения Леонардо, Раф отказывался верить в глубину и искренность чувств дочери Хамато Йоши. Руководствуясь своим опытом со смазливой блондинкой, саеносец был уверен, что как только маленькая язвочка прочувствует все трудности проживания в семье мутантов, ее взгляды на жизнь и вкусы поменяются. И вот тогда для любящего ее Леонардо наступит ад кромешный. Нет, само собой, Лео не производит впечатление суицидника, который вскроет себе вены или повесится, если его бросит девушка. Но он определенно будет разбит и подавлен очень надолго. А этого Рафаэль не мог допустить! Поэтому, будучи на стороне зануды-моралиста, темперамент задался целью подсобить Лео в нелегкой битве за любовь и не дать ему умереть девственником. Без шумного болтуна Микеланджело в фургоне было довольно тихо и как-то уныло. Сидевшие в кабине Лаура и Джулия делали для всех бутерброды, разложив на верхушке приборной панели хлеб, сыр и ветчину, так как с момента последнего приема пищи прошло много времени, и все хотели есть. Остальные же, молча ждавшие своей порции ни то обеда, ни то ужина, думали каждый о своем под звуки шаркающего по бумаге карандаша. Японка продолжала делать записи в блокноте, не обращая ни на кого внимания, словно она тут одна. Лишь, когда ей буквально под нос сунули криво отрезанный кусок хлеба с сыром и ароматной копченостью, Карай подняла глаза: - Ой… это мне? Спасибо – улыбнулась она давшему ей бутерброд Сплинтору. Крыс был ближе всех к раздающей еду сероглазке и поэтому, ему досталась роль помощника повара. В общем, бутербродный конвейер был налажен: Джулия отвечала за нарезку; Лаура за укладку и выдачу, а отец черепах за раздачу голодным. Так же девушки не позабыли и о тех, кому их кулинарное творение не по зубам. Прекрасно понимая, что Елена, которая постоянно морщится, едва раскрывает рот, точно не совладает с подобной едой, подруги мутантов позаботились о ее сытости во время похода в магазин на автозаправке. Купив детское питание с расчетом не только на Тифони, но и на Елену, они набрали целый пакет всевозможных баночек и коробочек с пюре да соками. Но приспешница тайной организации этого не знала и уже было начала в отчаянии сглатывать слюну от возбуждающего аппетит запаха ветчины, которую она при всем своем желании не сможет даже надкусить. Как тут до ее ушей донеслась очередная любезность ненаглядного соседа: - Все продолжаешь щеки на меня дуть? Вот… поешь, - вручил он ей баночку с мясным пюре. – А то еще похудеешь и я больше не смогу называть тебя толстозадой… а мне так нравится, как ты из-за этого бесишься… - Ты как всегда, очень «заботлив» и «любезен»… спасибо, - с хлопком свернув крышку, процедила Елена. Затем пришла очередь малышки Тифони полакомится фруктовым вкусом. С радостью отдав «преграду» между собой и «трофеем» Лауре, саеносец придвинулся ближе к зеленоглазой. - Чего тебе? – заметив приближение психопата, насторожилась смуглая брюнетка. - Ничего особенного, - поправляя ветчину на своем пока нетронутом бутерброде, с невинным видом ответил мутант. – Я просто хотел удостовериться в том, что тебе не нужна помощь… а то, вдруг, тебя опять нужно с ложечки кормить. Елена нахмурилась пуще прежнего, а после, стараясь минимально шевелить ноющей челюстью, промямлила: - Сделай одолжение, займи свой рот бутербродом, а не общением со мной… я действительно есть хочу, а ты мне мешаешь… - и отвернулась. - Да, пожалуйста, - фыркнул темперамент и вонзил зубы в свой скромный по обычным меркам ужин. В фургоне снова стало тихо. Разве что из кабины доносились голоса общающихся между собой Лауры и Джулии в сочетании с редкими возгласами Тифони. Малышка была счастлива оказаться на руках мамы после продолжительной разлуки и поэтому всячески старалась выразить свой восторг. Но тут безмолвие в салоне нарушил до сих пор задумчивый Леонардо. Усмехнувшись тому, как Рафаэль и Елена обмениваются любезностями, лидер перевел с них взор на нетронутый бутерброд в руках и тихо произнес: - Кажется, я знаю, что первым делом сделает Елена, когда восстановит свое здоровье и силы… - Да? – оживился саеносец. - И что же она сделает? - Я почти уверен, что она, если и не сможет, то точно попытается сломать твою челюсть, - ответил зануда. – Дабы ты побывал в ее шкуре… - Что!? – едва не подавившись хлебом, закашлялся Рафаэль. – Эта толстозадая… меня? В челюсть? Не посмеет! - Уверен? – влезла в разговор сама Елена. – А вот мне эта идея по нраву… - Вот значит как… - с вызовом уставился на девушку темперамент. – В таком случае договорились! Как только твои раны полностью заживут и к тебе вернутся силы драться, мы устроим спарринг. Если тебе удастся хотя бы раз двинуть мне по лицу… ибо в том, что у тебя получится сломать мне челюсть, я сильно сомневаюсь… я встану перед тобой на колени и извинюсь… - Заманчиво, - заглотив очередную ложечку с пюре, ответила зеленоглазая. – А если у меня не получится… что тогда? - О-о-о! Милочка! Тогда ты исполнишь мое желание… - Какое еще желание? - Я пока не придумал… - смахнув крошки с губ, с задумчивостью ответил зеленый парень. – Но это определенно будет что-то запоминающееся для нас обоих… От этих слов в груди Елены что-то екнуло, а по спине пробежал холодок. Фраза: «запоминающееся для нас обоих», почему-то заставила ее начать нервничать и даже побаиваться того, что может придумать этот садист. В таком случае, есть лишь один способ спастись – это победить. Одна беда, у нее по всем параметрам нет ни единого шанса одержать верх над почти двухметровой зеленой гориллой, если только ей в этом не поможет кто-нибудь из братьев Рафаэля. Интересно, среди них найдется чокнутый, который сможет ее обучить необходимым приемам борьбы или тактике ведения боя и не побоятся получить за это люлей? - А я бы на твоем месте передумала и быстренько отказалась связываться с этим беспринципным хамом, - высунув голову из кабины, обратилась к смуглой брюнетке Джулия. Сейчас, когда мотор под капотом молчит и в машине нет монотонного гула, не занятая управлением фургона рыжуля прекрасно слышала все то, о чем беседуют находящиеся в салоне, и захотела вмешаться. По ее мнению, затея со спаррингом – это изначально проигрышное для Елены мероприятие. - И ты тоже считаешь, что я ни на что не гожусь? – обиженно пробубнила в ответ приспешница тайной организации. - Нет, я не считаю тебя неудачницей… просто я слишком хорошо знаю Рафа… поверь, он панцирь на груди рванет, но не даст тебе победить. Поэтому, если не хочешь в сотый раз быть униженной этим упрямцем… откажись, - заверяла подруга шутника. - Да, подумай, как следует, - с коварством поддержал саеносец. – А то мало ли, что я потребую, когда у тебя ни черта не выйдет… Бу-га-га!!! - Размечтался… я бы лучше на твоем месте уже начала сочинять речь с извинениями, - уперлась Елена, - а не пытаться меня запугать. - Эй, стоп! Вы что, серьезно? – всполошился лидер, поняв, чем обернулась его попытка пошутить. – Я же это просто так сказал… не всерьез. - Зато мы более чем всерьез, - повернувшись к старшему брату, невозмутимо ответил обладатель красной банданы. - Ленка так и не усвоила, что не следует нарываться на противника заведомо более сильного и опытного… но ничего, я ее научу… - А вот я ставлю на нее, - не отрываясь от блокнота, вдруг, выдала Карай. – Я верю, что она способна намылить шею этому задаваке… - Спасибо… - с нескрываемым удивлением в глазах, посмотрела на японку Елена. – Не ожидала… - Считай, что это женская солидарность… - продолжая рисовать, спокойно ответила язвочка. – Должен же кто-то быть на твоей стороне… пусть это буду я… - Карай! – попытался ее одернуть меченосец. – И ты туда же?! - Конечно… - резко подняв голову, посмотрела она на зануду, - хотя, ты сам виноват. Ты забыл: Раф понимает только свои собственные шутки… Бедный Сплинтор с растерянностью наблюдал за молодежью, но встревать не решался. Он уже давно поймал себя на мысли, что перестал понимать юное поколение. Их странная манера общаться, шутить и выяснять отношения вызывали у крыса непонимание. Поэтому, не желая опростоволосится, ляпнув невпопад, отец черепах мирно ждал, чем закончится эта нелепая, по его мнению, дискуссия. Так, скоротав время за легким перекусом и высказыванием мнений относительно спарринга Раф-Елена, находившиеся в фургоне таки дождались возвращения Дона и Майки. Выглядывающее из-за облаков солнце уже плавно близилось к горизонту, окрашивая заснеженные верхушки елей алой лентой с оранжевым отливом, как вдалеке возникли две знакомые фигуры. Вышедшие из погрузившегося в полумрак леса умник и шутник, со всех ног спешили к своим родным. У них была масса новостей, которыми им не терпелось поделиться. Больше всего, конечно, распирало от желания выпалить все и сразу мастера нунчак, но Дон ему строго настрого запретил раскрывать рот, так как знал, что младший не умеет говорить кратко и по существу. В общем, до фургона «разведчикам» оставались считанные метры, но их подруги не стали дожидаться, когда те их преодолеют и, оставив малышку Тифони в кабине, выбежали на улицу. Прокричав в один голос: «- Боже! Почему так долго? Я чуть с ума не сошла?!», каждая кинулась на шею к своему любимому. Однако, сейчас было не до милых бесед и поэтому, осторожно отлепив от себя девушек, Дон и Майки взяли оных за руки и потянули к машине. - Значит так! – находясь уже в салоне фургона, поспешил приступить к делу мастер шеста «бо». – Скажу сразу, у нас две новости – хорошая и плохая. - Где-то я это уже слышал… - со скептицизмом пробормотал саеносец. - Не перебивай брата, Рафаэль, - сердито сказал крыс. – Продолжай, Донателло… - Значит так, - расстегнув на пуховике молнию, продолжил мутант. – Ни лодок, ни катеров мы не нашли… - Вот ГАДСТВО! – опять влез темперамент. – Я так и знал, что все закончится полной задницей! - Может, ты все же замолчишь и дашь мне сказать?- возмутился умник. - Валяй… ты все равно меня ничем не удивишь, - пробубнил саеносец. Итак, когда очередной всплеск эмоций темперамента спал, Донателло попросил у Карай листок из ее блокнота и карандаш. Быстро сделав для себя несколько записей, он продолжил речь: - Я и Майки изучили периметр местности вдоль и поперек, но ничего кроме развалин, как мы поняли, бывшей лодочной станции мы не обнаружили… - Но зато, мы нарыли классную хибарку для ночлега, - все же не удержался и выпалил голубоглазый черепашка. - Майки, мы вроде договорились, что ты не будешь суфлировать… - покосился на шутника Дон. - Упс… Прости… - быстро закрыв рот ладонью, сконфузился Микеланджело. - Эй, парни, это что сейчас было… какая нафиг хибарка?! О чем вы говорите? Нам нужен водный транспорт, а не ночлежка, - снова взъерепенился обладатель красной банданы. – Какого панциря вы шлялись по лесу целый час, если там нет того, что нам нужно? - Рафаэль, если ты сию секунду не заткнешься, тебя заткну я, - одернув вздорного сына, сердито предупредил Сплинтор. Саеносец, слегка сморщившись от неприятного ощущения впившихся в кожу через толстовку когтей, посмотрел в карие глаза крыса и сразу понял – еще одно его слово и он огребет. А когда мутант перевел взор на уставившихся на него Лео, Карай и Дона, в голове саеносца мелькнула мысль о том, что эти трое с удовольствием составят Сплинтору компанию в процессе раздачи тумаков. Лишь один Микеланджело выглядел вполне безобидно и, судя по всему, не воспринимал всерьез назревающий конфликт. Впрочем, как и Лаура с Джулией, что просто наблюдали за всеми, будучи вместе с Тифони в кабине фургона. Короче, внемлем слабым отголоскам инстинкта самосохранения, темперамент подавил в себе рвущееся наружу желание высказаться и, отстранившись от отца, тихо произнес: - Я все понял… я больше не буду мешать… - Вот и чудно, - убрав руку с плеча Рафа, усмехнулся глава необычного семейства. Окончательно убедившись в том, что его больше не перебьют, Донателло спокойно продолжил доклад о результатах разведки. Почти все присутствующие внимательно слушали умника, дабы ничего не упустить. Даже по-прежнему злой до чертиков саеносец был рад узнать, что все не так уж плохо, как он думал. Как выяснилось из рассказа мастера шеста «бо», нужная лодочная станция действительно разрушена – основное здание демонтирована, а ангары для катеров просто сломаны. Единственное, что осталось нетронутым – это вместительный сарай с кучей разного строительного хлама. К сожалению, в силу стремительного развития событий и форс мажоров, у мутантов не было возможности перепроверить и уточнить данные относительно этой лодочной станции, и теперь необычному семейству вновь предстоит исходить из того, что есть. В итоге, не придумав ничего лучше, чем разместится на ночь в заброшенном сарае, мутанты и их подруги направились к берегу озера. Сделав на машине большой крюк, дабы объехать лес по расчищенной дороге, а не увязнуть в сугробе, пытаясь срезать путь между деревьев, они доехали до водоема. А затем хорошая дорога закончилась. Вернее, она закончилась для бегущих от «Мира», так как, достигнув озера, она резко сворачивала воль берега и уходила вдаль, в совершенно противоположном направлении от разрушенной лодочной станции. Поэтому, бывшим элитным агентам все же не удалось избежать толкания фургона. Оставив в машине только Лео и Тифони, пассажиры покинули свои места, дабы максимально облегчить вес транспорта. Елене тоже предлагали остаться, но она наотрез отказалась сидеть в салоне один на один с занудой и доверенной ему малышкой. « - Лучше я буду ползти на четвереньках по горло в снегу, чем комфортно сидеть в обществе этого типа… Он меня напрягает по хлеще своего братца – грубияна,» - подумала зеленоглазая, когда Сплинтор сказал, что она может не выходить на улицу. Солнце было уже совсем низко, и темнота все больше поглощала окрестности, затрудняя ориентацию на местности. Но пути назад не было. Значит надо двигаться дальше вопреки всем трудностям и преградам. Тем более что проблема освещения была быстро решена при помощи фонарей в руках Лауры и Джулии. Идя впереди толкаемого зелеными парнями и крысом авто, девушки подсказывали им направление. А вот Карай и Елена плелись позади всех. Дело в том, что маленькой язвочке стало жаль вечную жертву террора Рафа и она взялась ей помочь. Увидев то, с каким трудом приспешнице тайной организации дается каждый шаг по вязкому снегу, японка взяла ее под руку. По сути, дочь Хамато Йоши и сама-то не могла похвастаться отличным самочувствием и достаточным количеством сил. Ее организм пока не окреп после переливания крови Лео, но она, по крайней мере, не страдала от боли во всем теле. Да, Карай иногда мотало из-за легких головокружений, однако, это по ее мнению была сущая мелочь, чтобы придавать ей значение. В общем, она без слов пристроилась рядом с Еленой и начала ее поддерживать, дабы та не упала. - Не стоит, - ощутив захват под локоть, посмотрела на японку зеленоглазая девушка. – Ты, наверное, и сама с трудом на ногах держишься… из тебя же столько крови выкачали… - Брось… Донни все исправил. Я отлично себя чувствую, не то, что ты, - улыбнулась в ответ маленькая язвочка. - Спасибо… На самом деле, Елене было как-то некомфортно от того, что ей помогает малолетка, которая совсем недавно ей чуть все волосы не выдрала, а теперь проявляет доброжелательность и поддерживает чуть ли не во всем. Слишком резкая смена в отношении крайне настораживала Елену и заставляла нервничать. Одно радовало, Карай не лезла к ней с разговорами, а просто молча подстраховывала от падения лицом в снег. В общем, скрепя зубами и сопя носами, мутанты доставили фургон к месту назначения. Протолкав машину примерно два километра по высокому сугробу и оставляя позади широкую калию, они облегченно выдохнули, когда Джулия сообщила: - Все! Приехали… Взору прибывших предстала весьма ожидаемая картина. Все было точно так, как рассказывал Донателло и поддакивал Майки. От основного здания остался лишь фундамент, а на месте бывших ангаров лежали груды мусора из деревянных балок и сломанной обшивки. А в стороне от всей этой разрухи стоял небольшой серый домик с одним маленьким окошком и огромными воротами. Конечно, возможности все разглядеть, как следует, уже не было. На момент прибытия к месту разбивки временного лагеря, Солнце уже ушло в закат, и члены необычного семейства оказались почти в полной темноте. Только благодаря снегу, что отражал любой отблеск света, беглецы не могли ориентироваться в окружающем пространстве, что контрастировала на фоне белого покрывала в слабых лучах поднявшейся в небо молодой Луны. Оказавшись фактически один на один с природой, мутанты и их подруги принялись за дело. Решив вопрос с плохой видимостью за счет фар фургона, и направив их свет прямо на заброшенный сарай, члены необычного семейства сорвали с ворот сарая проржавелый замок и зашли внутрь. - Значит, это типа и есть наш номер "люкс" для комфортного пребывания, - забрав у Джулии фонарь, Рафаэль хаотично прошелся лучом по стенам и потолку помещения. - Вот только давай без сарказма, - засунув руки в карманы пуховика, осматривался по сторонам умника. – Пускай это и полуразваленная хибара с щелями в стенах, но она все равно сможет защитить нас от сильного ветра и снегопада. Как известно, вблизи Онтарио свой климат – частые штормы и обильные снегопады. А тут мы без проблем переночуем и, если что, пересидим вьюгу. - Допустим… - со скептицизмом кивнул саеносец. – А потом что? - А потом нам всем придется очень потрудиться в качестве плотников, - ответил мастер шеста «бо». – Будем плот строить. - А что сразу не дирижабль? – был в своем репертуаре саеносец. - Надо будет, и его сконструируем, - грубо отозвался Дон. – Но нам нужен плот и потому, мы будем строить ЕГО! - Эй, парни, да хватит вам уже спорить. Давайте располагаться… - попытался все сгладить голубоглазый черепашка. - Майки прав, не до препираний, - поддержала Лаура. – Мы все сильно устали, хочется поскорее обустроится для ночлега, а вы опять ругаетесь. - Да, хвати… - умудрившись отобрать у темперамента фонарь обратно, прошла вглубь сарая рыжиля. – У нас и без ругани напряга хватает. Вон, смотрите, - посветила она в один из углов, - там по ходу что-то вроде печки. Затопим… тут целая гора дров. Только для начала надо бы прибраться… проход к ней завален каким-то хламом. На этом и порешили. Закрепив веревкой на потолочной балке оба фонаря в качестве светильников, Дон и Майки смогли оценить фронт работы. В результате, шустро раскидав валявшийся на земляном полу хлам по сторонам, они расчистили достаточно большую площадь, на которой смогут все разместиться. А Раф и Сплинтор тем временем, взялись за перетаскивание вещей из фургона. Когда они подошли к машине, их встретил уже вышедший на у лицу Леонардо. Лидера конкретно распирало от возмущения, что про него забыли, оставив сидеть с Тифони. Но как он не пытался показать свое недовольство, ни крыс, ни саеносец ни разу не посмотрели в его сторону. Первым делом, забрав малышку, а потом одну сумку за другой, темперамент и отец черепах отнесли их в сарай. Лаура сразу пристроила дочку, разместив оную на сложенном вдвое спальном мешке, чтобы та не настудилась, так как в помещении было очень холодно, как на улице. Джулия же отвечала за организацию позднего ужина и сортировку сумок, дабы каждый мог найти свои личные вещи. Лишь Елена и Карай оказались не задействованы в творящейся суете. Продолжая стоять возле кабины машины, они переводили дух после продолжительной пешей прогулки и наблюдали за остальными, пока к ним не приковылял зануда-моралист. - Отлыниваете от работы? – слегка усмехнувшись, спросил старший из черепах. - Да… с тебя берем пример, - посмотрев на Лео с недовольством, ответила японка. – Мы обе такие лентяйки… особенно Елена. Совсем не хочет помогать… - Ладно, не язви… - отмахнулся меченосец. – Ты же знаешь, что я в шутку спросил… - Конечно… ты в принципе суперский шутник, - приблизилась к мутанту маленькая язвочка. – Умудрился даже нереальный спарринг нашутить. Как ты думаешь, кто в нем победит? - По-моему, ответ очевиден… - Да? И кто же? - Конечно, Раф… - Ответ неверный! – ткнула лидера в грудь Карай. – Победит Елена… А знаешь почему? - Нет… - помотал головой меченосец. - Потому что ты займешься ее подготовкой, - еще раз ткнув зеленого парня в грудь, серьезно заявила девчушка. - Что? – округлил глаза черепашка. - То самое… не позволим Рафу одержать нечестную победу над неравным по силам соперником. Научи ее всему необходимому и она сделает нашего задаваку, - потирала ладони дочь Хамато Йоши. - Уже представляю его удивленную физиономию, когда Елена ему зубы выбьет. Сама же приспешница тайной организации по этому поводу молчала. Сказанное Карай она воспринимала, как детский лепет, который ни к чему не приведет. Какой порядочный парень станет помогать малознакомой девице в том, чтобы та намылила шею его младшему брату? Бред… - Я так понял, ты не отстанешь? Продолжали разговор Лео и Карай. - Да, пока ты не согласишься… - ехидно улыбнулась японка. - Ладно… хорошо, как только все наладится: у нас будет безопасное жилье и мы с Еленой выздоровеем, я обязательно ей помогу тренироваться перед спаррингом. - Чего-чего? – немного отодвинув Карай в сторону, уставилась на зануду зеленоглазая брюнетка. – Ты всерьез готов помочь в том, чтобы у меня получилось хорошо наподдать Рафаэлю? - Откровенно говоря, я не уверен, что даже если я тебя натренирую, ты сможешь одержать верх, - смотрел в упор лидер. – Но разок-другой ты ему врежешь… что собственно и нужно сделать, согласно вашему с ним уговору. А вот, если ты хочешь уложить его на панцирь, то забудь… в этом у тебя без шансов. - Так значит, ты мне, правда, поможешь? – все еще не верила девушка. - А разве у меня есть выбор? – перевел он взгляд на Карай. - Он тебе поможет, я ручаюсь, - ответив как бы за меченосца, подытожила маленькая язвочка. – Ведь это из-за его «шуточки» ты рискуешь стать либо инвалидкой, либо униженной дальше некуда. Елена так и не смогла уловить логической связи в том, почему старший из черепах потакает Карай, словно муж-подкаблучник. « - Неужели он позволяет ей ему указывать из-за чувства долга за спасенную жизнь? Она же его может так до самой смерти понукать. Вот он влип…» В итоге, потратив на обустройство ночлега чуть больше получаса, все члены необычного семейства наконец-то собрались под одной крышей. На тот момент, старая, как выяснялось, кузнечная печь была затоплена и уже отдавала тепло. Благо дров оказалось в избытке и поэтому их не экономили, а безжалостно палили, дабы сильное пламя как можно быстрее прогрело окружающее пространство. И вот теперь, когда фургон спрятан среди обломков лодочных ангаров, а его владельцы отдыхают возле огня, радуясь первому горячему ужину после надоевшей сухомятки, настал момент расставить точки над «i». Доев некое подобие похлебки из макарон быстрого приготовления и сосисок, что были сварены в дорожном котелке на открытом огне, собравшиеся вокруг печи получили долгожданное расслабление. Разместившись прямо на полу, на разных размеров листах фанеры, что были найдены в сарае и постелены для тепла, мутанты и их подруги затеяли обсуждение идеи с плотом. Но на этот раз больше всех выступал лидер. Видимо за то время, что он вынужденно провел в фургоне наедине с Тифони, старший из черепах соскучился по общению с ровесниками. Выспрашивая у умника все в мельчайших подробностях: от конструкции до габаритов, он никому не давал вставить хоть слово. Даже Майки в тот момент выглядел на его фоне настоящим молчуном. Однако, активность лидера быстро сошла на нет, когда Дон, посмотрев на часы, пришел к выводу, что старшему брату пора делать укол. Быстро набрав в одноразовый шприц обезболивающее, мастер шеста «бо» сделал Леонардо инъекцию и тот начал постепенно соловеть. А по прошествии каких-то десяти минут, он плавно опустился на спальник и, укрывшись поверх пледом, задремал. Итак, будучи достаточно далеко от цивилизации и от угрозы столкновения с обычными людьми, черепахи и крыс наконец-то чувствовали себя в безопасности. Теперь они знали наверняка, что мировцов на хвосте нет, иначе бы их всех уже давно накрыли, не дав покинуть Нью Йорк. Правда, отсутствие очевидной погони – это вовсе не факт того, что их оставили в покое. Одна оплошность, один неверный шаг и их вычислят, а там пиши «пропало». Никому не будет пощады. Поэтому им всем, во чтобы то ни встало, необходимо перебраться в Канаду, как можно скорее. Только этот вопрос будет решаться завтра… после хорошего отдыха и на свежую голову. Этой морозной ночью темная вода Онтарио с дрейфующими льдинами попала под влияние ветра, который начал поднимать на озере высокие волны, разбивая их об скованный зеркальной коркой берег. Лед трещал, снежная вьюга свистела, раскачивая деревья в лесу из стороны в сторону, а вновь затянувшие небо тучи скрыли молодую Луну, погрузи побережье в непроглядный мрак. Лишь временное укрытие необычного семейства было сейчас настоящим островком уюта и тепла в этом бушующем океане холода и пустоты. Разместившись максимально близко друг другу для поддержания тепла, зеленые парни и их подруги сладко спали под звуки потрескивания дров в печи. Лишь одному Сплинтору не спалось. Подойдя к источнику тепла и встав напротив огня, он с завороженностью смотрел на танец красно-оранжевых языков с желтыми прожилками. То, как эти жгучие демоны обволакивали собой и испепеляли отдаваемые им словно в жертву деревянные обломки бывших ангаров, не могло не восхищать и одновременно вызывать трепет перед истинной силой огня. Крыс довольно долго всматривался в пламя, пока его не отвлекло громкое чмоканье Тифони. Малышка что-то бормотала во сне и, широко улыбаясь, издавала губами забавные звуки. Повернувшись в сторону девочки, отец не смог сдержать умиления и тоже улыбнулся, глядя на внучку. Потом он поочередно окинул взглядом лежавших рядом с ней родителей. Дон и Лаура спали держа друг друга за руку вместе с дочкой между ними, образуя собой как бы защитное кольцо вокруг самого дорого для них создания. Но с этими-то уже давно все предельно ясно, как, собственно, и с беззаботно дрыхнущими Майки и Джулией. Эта шумная парочка тоже вполне счастлива вместе, хотя их ссоры пару раз, едва не привели к полному разрыву отношений. Но они все равно по-прежнему вместе и явно не могут друг без друга. Так, а теперь карие глаза Сплинтора всматривались в лицо старшего сына. Леонардо спал очень крепким сном, так как его сморило после укола. А вот бесцеремонно устроившаяся рядом с лидером Карай постоянно переворачивалась с бока на бок. Девчушку будто терзало что-то или сильно беспокоило. Она то вздрагивала, то закусывала губы, то бормотала что-то бессвязное. Но Сплинтора удивил не ее тревожный сон, а то, благодаря чему она успокоилась. Карай довольно долго металась по спальнику за панцирем Леонардо, пока после очередного случайного тычка мутанта локтем, тот не перевернулся на спину. Едва не прижав собой японку, меченосец занял почти все отведенное им двоим пространство. Но вместо того, чтобы попытаться спихнуть мутанта со своей половины, дочь Хамато Йоши даже не открывая глаз, прижалась к зануде и, уткнувшись носом в его шею, жадно втянула воздух. Увидев это, отец необычного семейства окончательно расстроился, его худшие ожидания подтверждаются: Карай действительно неравнодушна к его старшему сыну. А хуже всего то, что по всем признаком – это она инициатор происходящего между ними, в то время как сам Лео, старается держаться. Сплинтор не на шутку забеспокоился по поводу назревающей проблемы, так как он понятия не имел, что ему делать? Одно дело наказать Леонардо за непристойность и совсем другое дело – убедить влюбленную малолетку в том, что ее избранник ей не пара… Сделав пару глубоких вдохов, крыс немного унял участившееся от волнения сердцебиение и направился к своему спальнику. Как вдруг его внимание привлекла еще одна необычная парочка их компании. Раф и Елена, как всегда спали вместе, хотя на этот раз у них была возможность разделиться. Отец черепах не сразу понял, почему его вздорный сын не разрешил лечь зеленоглазой брюнетке на противоположной от него стороне – между Карай и Джулией. Обосновав свой запрет тем, что Майки ее может запинать в обход рыжуле, и тогда она непременно развалится на части, темперамент все же уговорил Елену остаться с ним. А теперь, видя то, как саеносец по-хозяйски и уверенно подгреб под себя приспешницу тайной организации, обняв оную со спины и вжав в пластрон, Сплинтор смекнул, что к чему. Абсолютно очевидно, что за это время Рафаэль сильно привязался к девушке, хотя и не осознает этого. Стараясь поддерживать свое амплуа грубияна и задаваки, он предъявляет на Елену права, как на военный трофей. Но это только пока… очень скоро, ему все же придется посмотреть правде в глаза. И вот тогда встанет другой вопрос: какими глазами смотрит на этого хама сама девушка? Сейчас, во сне, она не выглядит раздраженной и измученной. Судя по всему, ей стало немного легче или она просто научилась не обращать внимание на боль. Ведь Елена за последние пару часов почти не морщилась, хватаясь за челюсть. А во время ужина она отказалась от детского питания, отдав предпочтение супу с сосисками. Да и речь у нее стала разборчивой. Выходит, с ее челюстью все не так плохо, как казалось в первые минуты после избиения. Еще раз покосившись на спящую в обнимку с Лео и с улыбкой на губах Карай, Сплинтор вновь выдохнул и поплелся к своей постели. Переступив через ноги сопящего в ухо Ленке саеносца, крыс лег на свое место рядом с ним. «-Да, эта ночь определенно полна открытий…» - подумал он и закрыл глаза.