Не верьте этим словам. Луи Армстронг ошибался: жизнь никогда не бывает полностью прекрасна.
Регина уже вынесла свой чемодан из дома и отдала Стефану, чтобы он положил его в машину. Через полчаса они договорились выехать в Нью-Йорк, чтобы приехать не поздно, и чтобы дядя Стефан успел приехать домой до начала его смены. Оставалось всего лишь тридцать минут, и она уедет далеко от своих друзей, от своего парня аж до самого июля. Ей придется много работать над навыком игры на виолончели, неизвестно, будет ли у нее время часто звонить сестре, Эйдану или Лидии. Вуд пошла обратно в комнату и взяла оттуда виолончель. «Самое главное не забыла, — подумала Регина. — Где же Эйдан?» Девушка спустилась вниз и увидела родное лицо. Он старался, честно старался быть веселым, выглядеть радостным и счастливым за нее, но это выглядело совсем по-другому: скривленная улыбка, чуть ли не плачущие глаза и взгляд, умоляющий: «Останься». Регина подбежала к нему, оставив музыкальный инструмент у входных дверей, и очень крепко обняла парня. — Я скоро вернусь, Эйдан, — он услышал, как она, уткнувшись в его грудь, хлюпнула носом. — Только не грусти, пожалуйста, я скоро вернусь. — Не думал, что отпускать тебя будет так трудно. — Я не знала, что будет так сложно уезжать… — она посмотрела в его глаза. — Ты же меня не оставишь, правда? — Конечно нет. — Я вернусь, и мы будем проводить вместе каждый день, — она обхватила ладонями его лицо. — Каждый. — А потом ты уедешь туда учиться. — Я на это не надеюсь. Ты же знаешь, в Джулиард поступить очень трудно, вдруг меня еще и не возьмут, вдруг я не пройду, — Эйдан и Регина услышали звук заводящегося мотора машины. Сейчас так хотелось еще немного потянуть время, но оба понимали, что сколько бы они его не тянули, им все время не будет хватать. Эйдан горячо поцеловал ее в губы и отпустил в дальний путь. С каждым шагом, который она делала в сторону машины, сердце замирало и болело. Но она села в машину, и Эйдан провожал ее взглядом до того момента, как машина, в которой сидела его любимая девушка, не скрылась за горизонтом. По дороге перед Региной открылись все те же поля, что она видела раньше, когда ехала сюда, города, которые также были ей знакомы, магазины, заправки, леса. В прочем, все, что только можно было видеть. В ушах играла любимая музыка, единственное, что согревало душу после расставания с Ним. В такие моменты понимаешь, что значит расстояние.***
POV Регина Трудно было зайти в дом. Сразу же вспомнила тот самый день, злосчастный день, когда папу убили. Но делать было нечего, жизнь продолжалась и дальше. Иногда я не понимаю, почему все произошло со мной. За что?.. Хотя, это самый глупый вопрос на свете: за что. Если это произошло, то значит есть за что. Стайлз позвонил уже раза два или три. Мы с ним не успели попрощаться: Лидия попросила его помочь с организацией очередной вечеринки. Он тысячу раз попросил у меня прощения за это. Он неисправим, а еще это совсем не похоже на прежнего Стайлза. Парня, полного сарказма и шуточек. Он стал таким нежным и таким заботливым. Как папочка. Надеюсь, это не после того момента, как я рассказала о своем отце. Иначе эта роль не к месту. Что касается Эйдана, то он мне еще не звонил. Я тоже не хочу звонить пока что, сама не знаю, почему у меня это чувство. Я так соскучилась по нему, хотя прошло чуть больше дня, как мы добрались сюда. Да, все пошло не по плану, дяде пришлось ехать медленнее из-за пробок, которые попадались нам по пути. Он не стал ночевать у меня. Сказал, что доберется и так, но я очень волнуюсь, он ведь не спал целые сутки. Эллисон отправила мне кучу смс о том, что скучает. Я тоже так по ней соскучилась, правда! Мы с ней так хорошо общаемся. Когда я приехала в Бикон-Хиллс, мне казалось, что никто меня не знает и никогда не будет и не захочет знать или понимать, но Эллисон помогла мне освоиться и стала отличной сестрой, несмотря на то, что я сильно злилась на нее, когда она рассказала мне правду. Ужасный был Новый год. Теперь начинаются насыщенные трудные дни. Теперь каждый божий день я буду ходить на занятия по подготовке к экзамену, буду играть на виолончели днями, а перед самим прослушиванием даже ночами. Но мне в радость, очень даже в радость заниматься этим делом. Что же, поехали…