Гамбит

Черное-черное небо над головой, периодически окрашивающееся в разные цвета радуги. Прохлада, тихий спокойный вечер, фонарные столбы, периодически мигающие лампочки, еле слышное шуршание опавших осенних листьев, с перешептыванием касающихся каменной мостовой. Темная вуаль смеющейся ночи, бегущей наперегонки с ветром по улицам сонного города. Звезды, что, как капли флуоресцентной краски, нанесены богами на небо, светились мелкими точками на темном бархате, составляя причудливые узоры вокруг месяца, то и дело укрывающегося пушистым одеялом, периодически выглядывающего из-за облаков, а после снова за ними прячущегося. Резкий визг покрышек разбил благодатную тишину ночи, испуганной ланью бегущей от нарушителя спокойствия — черный Aston Martin огибал поворот за поворотом, не сбавляя значительной скорости, явно превышающей отметку сотни километров в час. Сразу за визгом покрышек послышался вой полицейских сирен, слишком заунывно и монотонно вытягивающих свои ноты. Послышался треск, доносящийся из рупора на крыше первого автомобиля, и вскоре хриплый голос какого-то мужчины, явно офицера, провозгласил: — Джеймс Мориарти, настоятельно рекомендуем вам сдаться и остановить автомобиль. Джеймс Мориарти, остановите машину, иначе мы откроем огонь. На этот приказ водитель отреагировал совершенно противоположным решением – только прибавил скорости, направляясь к мелькающим впереди огням магистрали. Пять или шесть полицейских машин не отставали, также прибавив газу. — Джеймс Мориарти, остановите машину... — Иди к черту, — сквозь зубы прошипел мужчина, находящийся в салоне того самого Эстона, благоухающего отчего-то лаймом. — Еще я буду слушаться каких-то там легавых. Переключив коробку передач, он снова вдавил педаль газа в пол, с некоторым трепетом слыша, как рычит, переваливая за отметку ста пятидесяти километров в час, его новое вложение, которое он совсем недавно, буквально три часа назад, забрал из круглосуточного автосервиса. Кажется, кто-то из ребят, работавших там, его сдал. Как это мерзко и подло. Мужчина фыркнул, снова поражаясь испорченности людей, которыми заселена эта ничтожно малая планетка. Раздался выстрел, и чертыхнувшийся про себя водитель резко вырулил в сторону. Спустив стекло, он выкрикнул: — Мать вашу, вы снесли мне зеркало заднего вида! Да вы хоть знаете, сколько будет стоить замена?! Встречный ветер растрепал его волосы, и мужчина, усмехнувшись, снова вдавил педаль в пол, медленно, но верно приближаясь к отметке «двести». — Идиоты, действительно идиоты... Дробовиком. Эстон дробовиком, — он жалобно поджал губы и вздохнул, стараясь не отвлекаться от дороги – на такой скорости легко вырулить не туда, а в его планы самоубийство не входило. Послышался второй выстрел, на этот раз явно не попавший по намеченной цели, поскольку пуля пролетела мимо автомобиля, перестроившегося на соседнюю полосу. Благо, в три часа ночи движение не такое тесное, есть, где развернуться – иначе его рисковая поездка закончилась бы арестом на первом же светофоре. А так можно и вовсе их пропускать – никаких препятствий помимо китайских тарахтелок, порой проползающих мимо него с черепашьей скоростью. Мужчина фыркнул, снова услышав повторяющееся с методичностью предупреждение какого-то офицера, чей голос – на удивление – был слышен даже при открытом окне, в которое бился прохладный восточный ветер. — Джеймс Мориарти... — Надоели, — зашипел Джим и, закатив глаза, поднял стекло, из-за чего в салоне стало гораздо спокойнее и тише. Лишь мигающие сине-красные огни не давали забыть о «хвосте», который, откровенно говоря, начал надоедать. Мысленно представив карту города, Джеймс решил, что погонять полицейских по подворотням будет гораздо забавнее — глупая игра в догонялки на шоссе изрядно действовала на нервы. Непостоянство — не всегда хорошо. Легкая улыбка тронула губы водителя, когда он, резко повернув руль в сторону, выехал на маленький перекресток. Шальная мысль проехать мимо Бейкер-Стрит заставила его звучно рассмеяться и снова нажать на педаль газа, одновременно с этим легким движением правой руки переключая режим на коробке передач. Отрываться, так по полной, верно, Джимми? Несколько полицейских машин не вписались в резкий поворот и проехали мимо, давая Мориарти лишнюю возможность увеличить расстояние между его малышкой и полицейскими тараканами, что ехали сзади. Welcome Back, Dear. Он сам не представлял, как долго скучал по всему этому скучному городу, который всегда недолюбливал его, стараясь так или иначе раздавить своей атмосферой. Перерыв в несколько лет, за которые он подправил свои дела, заставил его соскучиться по Лондону. Удивительно, как много произошло за это время... Однако своих друзей он никогда не забывал — успел даже подослать к Шерлоку Магнуссена, чтобы тот не скучал. А в итоге что? Дряхлый библиотекарь даже роль свою достойно сыграть не смог... Все приходилось нашептывать на ухо, а Холмс с его собачкой и не заметили этого — какая скука! А теперь оказывается, что Джон и жениться успел. Удивительно, как летит время. А эта Мери ведь тоже не так проста... Хорошая девочка, не разочаровала Джима. Нужно ведь было следить за всем, что происходило в жизни милого и пушистого блоггера? Ох, а эта сцена в «офисе» Чарльза... Ммм... Деликатес. Наблюдать за этим со стороны было так забавно! Это было так мило, особенно, когда Мери сообщила, что Джон не злится на ее прошлое, которое, естественно, Джеймс подослал Шерлоку. А эта беременность. Шерлок, такой же ты идиот, раз по таким признакам смог «распознать» положение Мери! Но, видит бог, или кто там следит за всеми с неба, это было новой пикантной подробностью в театре жизни детектива и его соседа, теперь уже бывшего. Но, тем не менее, вскоре и это стороннее наблюдение наскучило Мориарти, а потому он решил вернуться. Игра еще не закончилась, Шерли... — Пам-папам-папам... Мориарти постукивал пальцами по кожаной поверхности руля, одновременно с этим чуть обеспокоенно поглядывая на отстающие полицейские автомобили. Слишком подозрительно. Какого черта они отстали? Впереди был перекресток, Джеймс точно помнил это — значит, они собираются перекрыть все выходы. Это не сулило ничего хорошего. Оставалось одно — бросить на машину на растерзание, а самому попытаться скрыться уже пешком. Это был единственный ход, который мог решить нынешнюю проблему. Гамбит. Пожертвуешь машиной — сможешь по-тихому свалить. Джеймс, дождавшись, когда последний полицейский автомобиль скроется за поворотом (идиоты, право слово, нужно было хоть пару машин на хвосте оставить...), плавно притормозил у тротуара и выскользнул из Эстон, попутно нажимая включение сигнализации — мало ли какие идиоты захотят угнать его малышку стоимостью в несколько десятков тысяч фунтов, которая мягко подмигнула ему фарами, соглашаясь с таким соблюдением безопасности. — Ни с места! — крикнул ему кто-то, и Джим, мгновенно напрягшись, медленно повернул голову на источник шума – молоденького детектива, которому поимка преступника мирового масштаба явно сулила неплохой куш в виде поощрения и – возможно - повышения. Мориарти фыркнул и расслабился. Беретта в трясущихся руках недавно отучившегося стажера не кричала об опасности. Джеймс спокойно засунул руку в карман, кладя туда ключи от машины, и мягко улыбнулся. — Тебе лучше отойти, — вкрадчиво сообщил он. — Я не собираюсь тратить свое время на такого глупого юнца, как ты. — Я сказал, — уже более твердо повторил полицейский. — Руки за голову и стой на месте. — Обойдешься. У тебя хоть с предохранителя-то снят? — Джим фыркнул, указывая кивком головы на незаряженный пистолет. Пара секунд, и тишину переулка разломал щелчок пистолета. — Теперь – да. — Быстро учишься, — усмехнулся Мориарти и развернулся, намереваясь уйти. — Я ведь... — Да-да, — скучающе ответил мужчина, остановившись на несколько секунд. — Ску-ка. Ты ведь даже не выстрелишь. А я могу. Я ведь тоже вооружен, знаешь ли. Быстрые шаги, и вот он, усмехаясь, заходит за угол. — Я буду стрелять! — доносится до него голос незадачливого защитника порядка. — А ты умеешь? — хохотнул Джеймс. — Я предупреждал. Тихий хлопок снова разбил тишину, и резкая боль пронзила легкое Мориарти, скорчившегося от внезапной невыносимой боли. — Ах ты ж... Костюм с удивительной скоростью окрасился багряно-красной вязкой кровью. — ...Сукин сын. Следующий выстрел сделал сам Джеймс. Глотая воздух ртом и насильно отгоняя яркие круги перед глазами, он все же умудрился создать в голове замершего отчего-то детектива дополнительное отверстие. Услышав стук падающего на асфальт тела, он, зажимая рукой рану на боку, дошел, шатаясь, до ближайшей стенки. Сползая по поверхности вниз, он откинул голову назад и выдохнул, зашипев. Черное-черное небо над головой, периодически окрашивающееся в разные цвета радуги. Прохлада, тихий спокойный вечер, фонарные столбы, периодически мигающие лампочки, еле слышное шуршание опавших осенних листьев, с перешептыванием касающихся каменной мостовой. Темная вуаль смеющейся ночи, бегущей наперегонки с ветром по улицам сонного города. Звезды, что, как капли флуоресцентной краски, нанесены богами на небо, светились мелкими точками на темном бархате, составляя причудливые узоры вокруг месяца, то и дело укрывающегося пушистым одеялом, периодически выглядывающего из-за облаков, а после снова за ними прячущегося. Джеймс улыбнулся, прикрывая глаза, стараясь забыть о пульсирующей боли, что вместе с кровью стекала тонким ручейком меж его пальцев. Чертова романтика. Позволяя черной туманной пелене накрыть его с головой, он закатил глаза и потерял сознание.

***

Ты занят завтра? ШХ У нас новое дело. ШХ Я знаю, что ты читаешь эти сообщения, Джон. ШХ

Перестань. ДВ

Почему? ШХ

Идти, печатая, по улице – неудобно. ДВ

Перезвони, как придешь домой. ШХ А вообще-то продай квартиру и переезжай обратно на Бейкер-стрит. ШХ

Что, новый сосед сбежал от тебя? ДВ

Пятый за неделю. ШХ

Удивительно. ДВ Хотя нет. ДВ Я перезвоню. ДВ

Припаркованная черная машина, стоящая прямо напротив самого короткого прохода через двор поставила Джона в тупик. Нет, определенно не все заслужили водительские права. С легким недовольством огибая огромный и определенно дорогой автомобиль, Джон, удивленно округлив глаза, увидел лежащего на земле полицейского. Причем лежащего в не совсем естественной для спящего человека позе. Быстро подбежав к телу, Ватсон первым делом коснулся сонной артерии пальцем, но ничего не почувствовал. Мертв. — Черт подери, — только и вымолвил Джон, щурясь и пытаясь найти хоть какое-то свидетельство того, что полицейский не сам пустил себе пулю с голову. И нашел буквально через несколько метров от трупа. И это самое свидетельство лежало с потерянным сознанием и кровоточащей огнестрельной раной. И это свидетельство было ни кем иным, как самым мертвым человеком в Великобритании – Джеймсом Мориарти.