Дитя молнии

Эмануэле резко поднял голову и открыл глаза. Свет настольной лампы заставил парня зажмуриться, но потихоньку его взгляд привык к яркому освещению. Только сейчас он осознал, что снова заснул на рабочем столе прямо на заявлении об отпуске. В его руке была зажата ручка, которой он собирался дописать заявление. Но, видимо, желание отпуска было настолько велико, что он заснул прямо на месте. И снова этот сон. Снова этот чёртов сон. Эмануэле потряс головой. Надо было проснуться, через два часа на работу. Пока собраться, пока доехать... Есть ещё час. Законный час. Парень лёг на диван и погрузился в идеальный мир сновидений. Кто же такой этот любитель выспаться? Эмануэле Анджелетти - молодой итальянец, некогда проживавший в провинции Витербо в небольшом городке Чивита-Кастеллана, а позже переехавший на ПМЖ в Лондон. Милая причёска "под битла" и лицо, безумно похожее на лицо Пола Маккартни выдавали в нём истинного Англичанина, хоть он таковым и не являлся. Эмануэле работал актёром в мюзикле, но помимо этого был известен, как солист в группе "Apple pies", его голосу мог бы позавидовать любой современный певец. Но даже несмотря на всю серьёзность, к которой парень относился к своей работе, он был очень весёлым, беззаботным и позитивным фантазёром. И ведь правда, что касается творчества, то тут фантазия его никогда не подводила. Изредка Эмануэле писал песни, в основном его мозг и руки были заняты рисованием. Уж в чём-чём, а в рисовании он был очень даже неплох, и если выдавалась свободная минутка, он посвящал её этому прекрасному делу. Но вокруг столько всего! Птицы, кошки, собаки, люди, снующие по своим делам, как выбрать объект для вдохновения? Они приходили во снах. Эмануэле часто переносил на бумагу отрывки из своих снов, будь то мечты или кошмары. Однако последние три дня ему снился один и тот же сон. Молодая девушка с русыми волосами и голубыми глазами, она была словно не из мира сего. Ей был незнаком этот мир, словно она прилетела с другой планеты. Эмануэле снилось, как они что-то делают вместе, он что-то ей объясняет. Девушка была достаточно способной, всё схватывала налету. Однако утром от этого сна оставались лишь воспоминания. И сегодня вновь этот же самый сон. "Пора бы уже и невесту найти!", - постоянно твердили родители Эмануэле. Он понимал. Он и сам хотел побыстрее найти любовь всей своей жизни, но у него были критерии. Девушка должна быть доброй, умной, смелой, красивой, хозяйственной... Список претензий был велик, и пока ни одна из девушек не подходила под это описание. Но, вернёмся к самому Эмануэле. Парень немного поёрзал на диване и понял, что он абсолютно выспался. Музыкант сел и сделал пару упражнений, чтобы проснуться окончательно. Его взгляд упал на письменный стол, где лежало заявление об отпуске и незаконченный рисунок - девушка из сна. Парень уже успел изобразить лицо, волосы и фигуру, осталось лишь "одеть" нарисованную красавицу и обрисовать обстановку в её окружении. Именно этим он и занялся. Наточив затупившийся карандаш, Эмануэле начал зарисовку одежды - халата. Ему хотелось изобразить девушку в домашней обстановке: гостиная, поздний вечер, девушка в халате стоит около мягкого кресла-качалки и согревающего камина. Но пока на рисунке не было ни того, ни другого. Эмануэле затёр ненужные наброски и добавил немного теней. Готово. "Дай-ка я на тебя полюбуюсь", - Парень взглянул на рисунок, получившийся, на его удивление, идеальным, - "Красавица! Жаль, что неживая. Сейчас добавим интерьера, и ты будешь готова. Я поставлю тебя в рамочку и буду любоваться". На этом месте музыкант задумался. Нехорошо получится, если у девушки мечты не будет имени. "Мэри Джонс", - коротко произнёс он. Просто, банально, но Эмануэле нравилось это сочетание. Имя Мэри ему приглянулось из песни "Let it be": "В час беды за жизнь хватаясь крепче, устремлю я взгляд свой ввысь. Мама Мэри шепчет: Так и быть!". А фамилию он взял самую обычную, просто хорошо сочетающуюся с именем. Едва "художник" дорисовал халат, стоявший на столе будильник начал заливаться громким и назойливым перезвоном, напоминая, что пора на работу. Эмануэле взглянул на рисунок, потом на часы, и снова на рисунок. "Ай, ладно. Там дорисую", - музыкант второпях сунул рисунок и карандаш в сумку, схватил куртку, закрыл дверь на ключ и выбежал на улицу.