Неужели все?

Все почему-то считают, что после изнасилования чувствуешь себя грязным, использованным и очень несчастным. Я ничего такого не чувствовал, только адскую боль, разрывающую на части мою поясницу, задницу и плечи. За ночь мое состояние нисколько не улучшилось. Руки похолодели, и я плохо мог ими управлять, наверно Хозяин, что-нибудь повредил, когда заламывал их. Попытался встать – не получилось. Упал обратно на матрас и взвыл от боли. На крики прибежала, какая-то женщина, быстро открыла дверь и замерла на пороге. Да уж, я не в лучшей форме, она испугалась наверно. -Ты, наверно, новая игрушка Стефана? Он стал менее разборчив. – Ухмыляясь, говорит она. Это должно меня обидеть, но у меня не осталось ровным счетом никаких эмоций. Боль затмевает собой окружающий меня мир, и я падаю в обморок. Очнулся я в незнакомой светлой комнате. Вокруг пахло хлоркой и лекарствами. За дверью звучали чьи-то голоса и шаги. Меня отмыли от спермы и крови, надели чистую больничную рубашку. Стало заметно легче двигаться, я даже смог подняться на локтях, чтобы осмотреться. Комната оказалась обычной больничной палатой. Бежевые обои в мелкий цветочек, коричневый линолеум на полу, большое окно с желтыми занавесками, ничего необычного. Когда я приподнялся чуть сильнее, левую руку, что-то укусило. Это оказалась капельница. Она была заполнена красноватой жидкостью, медленно бегущей в мою вену. В голове набатом билась лишь одна мысль – «Бежать…» Я вынул иглу, зажал вену пальцем и встал с кровати. Голова закружилась, но я удержался на ногах, видимо, шанс на спасение придал мне сил. Покачиваясь, я добрался до двери, дернул ручку – заперто. «Ну конечно, так он и позволил тебе бежать» - шепнул противный внутренний голосок. Я окончательно потерял все надежды. Сел около двери, не обращая внимания на возвращающуюся боль. Обнял руками колени и завыл, как побитая собака. Мне стало до того обидно, что я готов был из окна прыгать. «А это мысль!» - опять проснулся внутренний голос. Пришлось встать, на ватных ногах дойти до окна. Я распахнул створку, забрался на широкий подоконник, задев ногой цветок. Грохот разбивающегося горшка разнесся по полупустой палате. Я выругался про себя. Не может одному человеку ТАК не везти. Моих неудач, пережитых за последнее время, хватит на небольшой городок. Ну ничего, скоро все кончится. Я подхожу к краю подоконника, держась руками за оконную раму. Ветер забирается мне под рубашку, заставляя кожу покрыться мурашками. Вдохнув полной грудью сладкий воздух свободы, я шагнул вперед. За границы палаты, за границы старого мира. На секунду мне показалось, что я лечу, но потом меня грубо втянули в палату, схватив за рубашку. -Хах, ты думал, что от меня так легко сбежать, глупыш? – знакомый голос режет слух, лучше любого ножа. Мне конец, теперь точно всё. Я никогда не выберусь из этой ловушки. -Нет, Хозяин. Но попытаться-то стоило?! – я, почему-то, начинаю смеяться. Громким, истерическим смехом. Я бы согнулся пополам, но Хозяин крепко держит меня за руки. Мое тело сотрясает мелкая дрожь, из глаз текут слезы. Эмоции, скрытые в глубинах подсознания, разом, вырываются на волю. -Помнишь четвертое правило? – будто не замечая моего состояния, спрашивает Хозяин. -Д….да, – захлебываясь слезами, тихо произношу я, не забыв добавить – Хозяин. -Вот и отлично. Как только вернемся домой, будешь строго наказан. А пока что отдыхай и набирайся сил. Говорит он и целует меня в губы. Это легкое, почти незаметное, прикосновение чужих губ к моим, вводит в ступор. Я больше не смеюсь и не плачу. Глупо моргаю, смотря прямо в глаза Хозяину. Это такая изощренная пытка? Спасти, поцеловать, а потом опять унизить и растоптать?! Как же я ненавижу этого человека. Ну за что? За что, я заслужил такое обращение, такую жестокость? -Хозяин, вы отвратительный человек! Я вас ненавижу!!! – шепчу я, опустив голову ему на грудь. Бью Хозяина кулаками, руки опять начинают болеть. Не могу остановиться, а он только смотрит на меня сверху вниз и улыбается. Треплет меня по волосам, только не грубо, а как-то по-отечески нежно. Я отстраняюсь и отхожу к кровати. Все тело опять пронзает боль, наверно, в капельнице было обезболивающее и его действие закончилось. -Я скажу медсестре, чтобы вколола тебе снотворное. Отдыхай, мне еще нужна целая игрушка. До встречи. – говорит Хозяин, подходя к двери. Через пять минут в комнату входит молодая девушка с металлическим лотком в руках. Как оказалось, там были шприцы с обезболивающим и снотворным. Она сделала мне два укола, от которых меня прошиб холодный пот, до того было больно. -Извините, пожалуйста! Вам очень больно? – тараторит медсестричка. – Простите, я не понимаю… -Тихо, вы ни в чем не виноваты, - прерываю я ее тираду. Хочется спать, отключиться от дикой боли. После прихода Хозяина стало хуже, теперь я чувствую себя отвратительно не только физически, но и морально. Как использованный презерватив, это наиболее точное определение моего состояния. Правда, из окна выпрыгнуть больше не хочется. Ничего не хочется. Я, игрушка, у меня не может быть чувств и желаний. Я вещь, которую сломают и выбросят. У меня больше нет сил бороться. Отворачиваюсь к стене, показывая медсестре, что она тут явно лишняя. Девушка всхлипывает, накрывает меня одеялом и уходит. Засыпаю я быстро, снотворное действует очень хорошо. Во сне наступает легкая эйфория. Мне снится, что я иду по подиуму, рядом мой друг. Мы вышагиваем модельной походкой среди тысячи людей. Все взгляды устремлены только на нас. Мы центр этого мира. Внезапно картинка меняется, я один в темной комнате. Вокруг ничего не видно, полнейшая темнота. Раздается звук открывшейся двери и ко мне кто-то приближается. Я пытаюсь встать, но тело связано веревками. Мне страшно, даже во сне я боюсь этого человека. Он совсем близко, наклоняется и треплет меня по волосам. Гладит мое тело холодными пальцами. Мне противно, я не хочу чувствовать эти прикосновения. Дергаюсь, стараясь освободиться от пут. Жесткие веревки врезаются в кожу, оставляя неприятные раны. Боль, страх унижения, отвращение – все смешивается во мне в единый коктейль. Я больше не сопротивляюсь, когда мне раздвигают ноги, когда по промежности проводят языком. Мне плевать, это всего лишь сон, скоро я проснусь у себя дома и буду в полной безопасности. Как всегда поругаюсь с отцом, опоздаю в школу, дозвонюсь, наконец, до друга… Неожиданно, вокруг становится очень светло. В нос ударяет запах хлорки. Я лежу на холодном полу, покрытом линолеумом. Больница. Хм, значит, я во сне упал с кровати, это меня и разбудило. Ладно. А я так надеялся, что окажусь дома. «Не надейся, глупец!» - дребезжит в ушах внутренний голос. Закрываю уши руками, сворачиваюсь в клубочек. На полу неудобно, холодно и жестко. Но ни сил, ни желания подняться, нет. Больше мне, к счастью, ничего не снится. Просыпаюсь я уже лежа на кровати, укутанный в одеяло. На прикроватной тумбочке стоит тарелка с супом, от которого приятно пахнет курицей. Я понимаю, что уже давно не ел, но голода нет. Отворачиваюсь от тарелки, прикасаюсь лбом к стене. Задница начинает болеть - лежать на спине невыносимо. Хорошо, что руки больше не болят, хоть это радует. Наступает полнейшая апатия. Лежу, уткнувшись в стену, и ни о чем не думаю. Пустота в голове, пустота в сердце. А смогу ли я, когда-нибудь нормально общаться с людьми? Влюбиться? Или это конец, так и останусь красивой игрушкой моего Хозяина?! Прекрасная перспектива, ничего не скажешь…