Большой маленький мир

Домой Энакин вернулся хмурым, явно о чем-то серьезно задумавшись. А подумать было над чем. Едва отойдя от общения с родителями жены, на него навалились дела Республики, которая в лице нового президента, подозревала его в сговоре с Палпатином, да ещё и разногласия в Ордене, связанные с окончанием войны и судьбой многомиллионной армии клонов. Он блуждал по квартире, в упор никого не замечая, натыкаясь на мебель, и все это с совершенно отсутствующим видом. Даже играющие близнецы не смогли развеять мрачное настроение отца, всего лишь вызвав у него на губах тень легкой улыбки, которая, впрочем скоро исчезла. Падме, как на зло, была в посольстве Набу, решая какие-то срочные вопросы, так что совета спросить не у кого. Но, возможно, это и к лучшему, он не хотел беспокоить её, как ему казалось пустяками,надеясь сам решить возникшую проблему. Устав мерить шагами апартаменты, он прошел в гостиную и устало плюхнулся в одно из кресел, стоявших вокруг журнального столика. Звенящая тишина комнат помогала думать, вместе с тем тяготя сознание каким-то непонятным грузом. Хотелось послать Республику, Сенат и Орден к хаттам, и просто наслаждаться размеренной семейной жизнью, такой, какая была у них в последние несколько счастливых недель на Набу... Можно было спокойно лечь спать, не опасаясь, что по середине ночи тебя поднимут на очередное здание. Можно было говорить и делать, что думаешь, а не то, что требуют от тебя правила Ордена. Можно было просто спокойно жить... Парадокс. Во время второго своего посещения этой цветущей планеты он заявил, что через неделю умрет от спокойствия и идиллии, царящих здесь. И исполняя свои слова, он и Падме вскоре улетели на первую битву Клонической Войны... Правда скоро вернулись... проводить медовый месяц. Скайуокер улыбнулся своим мыслям. Приятные воспоминания помогали. Именно так, вспоминая лучшие моменты жизни, он успокаивался на войне, (увещевания Оби-Вана мало чем в этом помогали...) Идея пришла сама. Единственный человек в Ордене, которому он теперь полностью доверял, мог помочь... По крайней мере Энакин на это надеялся. Он уже встал с кресла, чтобы направиться к Кеноби, как на столике тихо запищал комлинк. Это явно не его... Единственным человеком, подходящим на роль хозяина была Падме. Рука уже потянулась к устройству, но Скайуокер замотав головой, убрал её. "Это плохо и неуважительно - читать чужие сообщения."- в мозгу всплыли давние наставления... Он развернулся и направился к выходу из комнаты, думая, что же сказать Оби-Вану, но остановился на полпути, и, обернувшись, еще раз посмотрел на комлинк. Будучи от рождения наделенным таким же количеством мидихлориан, каким и любопытства, он и в этот раз не устоял, и притянув Силой злосчастный предмет, нажал на кнопку просмотра. Руки сами сжались в кулаки. Сообщение было от Органы. Он просил встретиться, для того, чтобы обсудить что-то важное, имеющее власть пошатнуть идеальную репутацию и блестящее положение в Сенате Амидалы. С губ готовы были сорваться нехорошие слова в адрес политика... Но больше всего молодого человека взбесил тон, которым послание было написано. Как будто в руках альдераанца была если не жизнь, то вся дальнейшая политическая карьера ЕГО жены. В голове сразу же всплыл утренний разговор с Мотмой. Если она видела запись из кабинета канцлера, то знает и подробности его личных отношений... а Бейл всегда был очень близок с президентом... "Вот ситх!- подумал Энакин,- Только Палпатин мог одной единственной записью так испортить жизнь человеку... Уже по другую сторону Силы находится, а меня никак в покое не оставит! А ещё этот Органа..." Альдераанца он всегда недолюбливал. Еще когда не был женат, а Бейл знакомился с Оби-Ваном, они перекидывались максимум парой дежурных фраз. А когда Энакин узнал об его ухаживаниях к Падме, то "общение" сошло на нет. Хотя сенатор и предпринимал еще несколько попыток сблизиться с ним, Скайуокер их тут же пресекал. Амидала сначала искренне не понимала, почему он не переносит общество "такого хорошего человека", а потом заявила мужу, что тот просто ревнует. Возможно это и ревность, но вице-король был одним из тех людей, о ком татуинец мог без всякого смущения сказать "Мне не нравится этот тип", будто сквозь маску добродушия и простоты видел еще что-то... *** Оби-Ван, выслушав рассказ своего бывшего ученика, долго сидел нахмурившись. Не смотря на то, что Энакин уже даже частью Ордена не являлся, дружеские, даже почти братские отношения между ними сохранились. Последний барьер непонимания исчез, когда Скайуокер рассказал ему о своем тайном браке, кошмарах, просьбе Сидиуса и всем остальном, закончив решением уйти из Храма. Как ни странно, он согласился с ним, понимая, что после всего вышеперечисленного пребывание Энакина в Ордене невозможно, и помог избежать скандала с магистрами, на почве отступления Избранного от истинного пути. Сейчас же, услышав о новых (и вполне ожидаемых) проблемах Скайуокера, думал, как помочь своему экс-падавану. - Чего-то не хватает... Всего сказанного Мотмой явно не достаточно для вынесения такого обвинения, как сговор с ситхом и анти республиканский заговор... Энакин молча кивнул. - Ты точно все рассказал?- решил удостовериться Кеноби. Молчание. Юноша думал, стоит ли говорить об Органе и его сообщении, взвешивая в голове все "за" и "против". Наконец, устав взвешивать, он махнул на предостережения рукой и рассказал все магистру. - Хм... Это мало меняет дело,- заключил джедай,- зачем ему портить твою репутацию и выдвигать обвинения? - Падме,- глухо произнес татуинец,- он увивался за ней, даже когда женился. А теперь знает о нас. - Во-первых, Энакин, по-моему ты преувеличиваешь. А во-вторых: еще не известно, что он знает... Даже если это и правда, шанс такого влияния слишком мал... - Да? Но он есть,- заупрямился Скайуокер. - Энакин, лучше тебе обсудить это с Падме...- мужчина решил закончить бессмысленный спор,- И меня учитель Йода ждет... - Ну ладно, до встречи,- процедил сквозь зубы юноша,- но все равно, по-моему, это Органа...