Angel in disguise

Мечта и действительность сливаются в любви Барт Я услышал этот смех во время ужина с друзьями в баре «У Уорена». Не то, что бы я был слишком падок на женский смех, но что-то было в этом открытом, таком заразительном и веселом смехе. Я обернулся и увидел за столиком напротив трех девушке. На вид им было около семнадцати. Три подружки, что пописали текилу. Суди по скорости наполнения рюмок и все более громким разговорам, это они делали впервые и на спор. Три совершенно не похожие внешне девушки. Блондинка, с высокой прической, слишком ярко накрашенная. Жгучая коренастая брюнетка, видимо в ее крови течет ген испанцев. И шатенка. Что сидела ко мне в пол оборота и смеялась. Она откидывала голову назад, так что тяжелые завитки ее локонов падали каскадом на спину, как шелковый водопад. стройная шея тронутая золотистым загаром, или это отсвет приглушенных шатром ламп, выгибалась и так манила. Ее шелковое платье в мелкий горошек, так мягко обрисовывало черты ее хрупкого тела, что горячая волна поднялась внутри меня. Я был уже готов покинуть своих друзей и подкатить к этой притягательной веселой девчонке, когда она будто почувствовав мой взгляд, обернулась. Я натолкнулся на ясный, что удивительно, судя по почти пустой бутылке текилы, взгляд глаз цвета молочного шоколада. Странное чувство заставило меня смотреть на нее даже, когда она чуть усмехнувшись, вернулась к разговору с подругами. Я уже видел эти глаза! Они годами преследовали меня во сне, заставляя как одержимого гоняться за всеми кареглазыми шатенками. - Аппетитная,- прохрипел мне в ухо Алан. Я проследил за его взглядом и сжал кулаки. Этот пьяный поддонок с таким вожделением смотрел на эту таинственную шатенку. - Попридержи язык,- прорычал я. Что-то холодное и ядовитое провернулось во мне, когда он облизывался, следя таким плотоядным взглядом за движениями девушки. - Она не твоя собственность,- усмехнулся Алан,- так что остынь, Басс. Собственность или не собственность, это было не важно. Просто я никогда не реагировал на комментарии и взгляды друзей с каким-то болезненным волнением и злостью. Нет, естественно, у нас бывало в порядке вещей провести ночь с донной и той же девушкой. И раньше меня совсем не волновало, если я удовлетворенный сидел в гостиной нашей съемной квартиры и слушал, как та же девчонка утоляет физический голо Алана и Сэта. Но сейчас, одна мысль о том, что это нежное создание может быть отдано во власть этих похотливых ублюдков, меня бесила. - Легче, Алан,- я встал и положил руку на плечо друга,- эта малышка моя. - С каких пор ты стал таким жадным, Барт?- Алан поднялся и поиграл мускулами на шее,- мы же всегда делились всем. Я протянул тебя на это пригретое местечко в Корпорации, и ты мой должник… Не смотря на то, что Алан был старше меня, влиятельней и сильней. Сейчас я, почему-то чувствовал себя победителем. Я слышал, как девичий смех стих, и краем глаза заметил, что шатенка следит за нашей потасовкой. - Не будь идиотом, Алан,- мои губы сложились в ставшую для меня традиционной маску холодности и надмение,- если бы не я, ты бы уже давно кубарем полетел из Корпорации. - Эй, ребята,- Сэт встал со своего места,- ну вы чего. Какая-то баба не стоит вашей ругани… Мой удар хоть и был неожиданным, но цели своей не промазал. Сэт перелетел через столики, сметая с них выпивку и чипсы. В зала мгновенно наступил хаос, посетители закричали, охранники ринулись к нам через толпу. Я резко обернулся и нос к носу столкнулся со своей шанекой. С каких пор она стала моей? - Сюда,- громким шепотом сказала она, хватая меня за руку. Мы пробежала через зал и выскочили на улицу. Сентябрь был на удивление теплым и ясным. - Лучше уйти подальше,- девушка, не отпуская моей руки, потянула меня в переулок. За тобой хоть на край света, крошка. Мы бежали по ночным улицам, и по шуму прибоя я понял, что залив где-то не далеко. Это было смешно и глупо убегать от Алана и драки. Я не дрался лет с четырнадцати. Хотя исправно занимался кигбоксингом. Тело мое было развито гораздо лучше, чем у большинства семнадцатилетних ребят. Но я слишком хорошо знал, что не кулаками прокладывается дорога к власти. Хитрость и находчивость были моим коньком. И именно благодаря ним я уже добрался до стратегического отдела в одной из самых влиятельных компаний Америки. Сейчас же я вновь ощутил себя не парнем, пробивающимся среди запруженной Уолл-Стрит, идущий к вершине по головам и в обход законом. Я был мальчишкой, что убегал по ночным улицам, увлекаемый очаровательной девушкой. - Думаю, хватит,- девушка отпустила мою руку и повалилась на осыпанную росой траву. Я сел рядом и снял с себя куртку, накидывая на ее хрупкие плечики. Она беспечным жестом откинула волосы и стала смотреть на залив. Я же смотрел на нее. Где я мог видеть ее? Кто она? И почему так привлекает? Девушка не была образцом красоты, но в ней была какая-то тайна, которую я так хотел разгадать. Темные ресницы роняли тени на ее шоколадные глаза, что отражали огни ночного города. Смутное воспоминание заставило меня занервничать. И в то же время я был преисполнен какого-то нервного ожидания чуда. - Эвелин?- я не узнавал собственного голоса. Девушка повернулась ко мне. В ее взгляде не было узнавания, ведь наша предыдущая встреча длилась лишь мгновение. Но и страха в них не было. Она улыбалась мне открыто и нежно. Так как не улыбался ни кто. Ее головка качнулась, давая согласие и сердце мое пустилось в бешеный скачь. Вернулся я домой лишь ближе к рассвету. Тело ломило от усталости, костяшки пальцев ныли, но я был преисполнен воодушевления и надежд. Я, снова, повстречал свою Эвелин. И теперь она не была лишь сказочным видением. Она была здесь и сейчас. Студентка первого курса Нью-Йоркского Университета. Мы всю ночь на пролет гуляли и говорили, говорили, говорили. Я ни разу в жизни не говорил о стольких глупостях, при этом получая такое удовольствие. - Вернулся?- хриплый голос Алана вырвал меня из состояния фейфории. Я напрягся. Ругаться с ним не хотелось. Но если он хоть слово скажет про Эвелин, я его по стенке размажу. - Глупый мальчишка,- как-то устало сказал он,- в этом мире нет места чувствам. Если ты хочешь чего-то добиться, тебе придется забыть о том, что ты умеешь чувствовать. Ты красив и обаятелен. Так что забудь свою нимфу и найди богатенькую дочку местного банкира. Тебе нужны деньги. Так что пора расставить приоритеты, мальчик. Либо любовь, либо бизнес. Он говорил это так отстраненно и безразлично, что я с необычной силой ощущал правоту его слов. Я был амбициозен и находчив. Но без влиятельного покровительства врятли пробьюсь дальше. Я сжал челюсти, так что заскрипели зубы. Я нашел свою мечту, но она пришла не вовремя. Элеонор - Еще чаю, Маргарет? - я сидела в мягком кресле и наблюдала, как моя мама пытается всячески угодить нашей гостье. Я старалась не замечать, как Корнелия постоянно обращалась ко мне, вовлекая в эту изнурительную беседу. - Элеонор, говорят, прекрасно шьет? – эта тучная женщина, которая была руководителем какого-то комитета, сдвинула очки на переносицу, чтобы бросить на меня любопытный взгляд. Мне стало неуютно. Моя мама мило улыбнулась, подливая чай в фарфоровую чашечку, которая казалось частью детского сервиза в руках этой женщины. Я беспокойно бросила взгляд на часы. Почти девять. - Мама, извиняюсь, но я хотела лечь пораньше. Завтра контрольная в школе, - осталось только присесть в реверансе, чтобы моя речь походила на речь девушки из знатного рода века шестнадцатого. Корнелия снова растянулась в довольной улыбке. Отлично, успех был обеспечен. Я попрощалась с толстой женщиной и выскользнула из комнаты. По лестнице я вбежала неслышно. Моя комната уже давно стала единственным убежищем в этом сумасшедшем доме. Я не удивлялась, что моя мать постоянно принимает какие-то таблетки. Поучать меня часов пятнадцать в сутки - какое напряжение! Меня иногда передергивало от моей матери, ее идеальность скорее раздражала - никакой изюминки, глазу было не за что зацепиться. Я точно знала, что никогда не стану такой же. Это было главным моим достоинством. Я зашла в комнату. Достала джинсы, они привычно облегали мои бедра. Я распустила волосы по плечам, накинула кофту на плечи. Подкралась к двери. Я чувствовала себя героиней фильма про шпионов. Я почти ничего не боялась. Только стук сердца и напряженный взгляд выдавали мое волнение. Дверь закрылась за мной, замок щелкнул, я довольно вытащила ключ. Теперь никто не узнает, что меня нет в комнате. Корнелия, конечно, устроит концерт с утра, отец будет хмуриться и читать нотации. В этом они были одинаковы. Все это имело ничтожно значение. Я спустилась по лестнице, прижимаясь спиной к стене, которая холодила мою кожу. - Дорогая, Элли прекрасная девушка, но уж больно худа, - я представила, как эта Маргарет мерно покачивает своим вторым подбородком. Я не стала вслушиваться в слова своей матери, прошла вдоль лестницы, пересекая кухню, где находилась спасительная задняя дверь - кроличья нора, в которой я скрывалась несколько раз в неделю. Через несколько секунд прохладный ночной воздух остудил мои горящие щеки. Я пробежала по заднему двору, потом вышла на улицу. Через дом на противоположной стороне улицы я услышала рычание. Глухой звук пронизывал ночную тишину, подгоняя меня. - Извини, я опоздала, - я почти не видела его, ощущая только близость его тела, от которой непривычно пересохли губы. - Думал, ты не придешь, - Джонни почти шептал. - Ты обещал меня прокатить, - робко сказала я. - Вот я и думал, что ты струсила, - я знала, что он чуть дразнит меня. Хоть между нами и была год разницы, мне всегда казалось, что он считает меня маленькой домашней девочкой. Я перекинула ноги и села на мотоцикл. - Так мы едем? – улыбка тронула мои губы. Боевой дух моментально исчез, как только он сел передо мной, протянув шлем. - Это обязательно? – я не могла представить себя в шлеме. - Конечно, - в его голосе снова послышался смешок. Я не поняла, что он сделал, но ночь пронзил рев. Я вздрогнула, нацепила шлем и робко положила свои руки ему на талию. Свет фары осветил полукруг, ночь зашелестела и расступилась. Мне показалось, что мы оторвались от земли. Мои руки обхватили Джонни, забывая обо всех приличиях. Через несколько минут мы выехали на дорогу, уходящую за горизонт. Я почувствовала, как Джонни отжимает рукоятку газа. Ветер ударил в лицо, его прохлада заставила меня укутаться в тепло мужского тела. Если бы не мерный шорох шин по асфальту, то я бы решила, что мы рассекаем небо в поисках звезд. Я открыла глаза, изо рта вырвался беззвучный крик. Я была птицей в этот момент. Сердце ликовало. Мы слились- железный зверь, Джонни и я. Мы неслись и гнали. Не было пределов, кроме тонкой светлой линии вдалеке. Горизонт заставлял верить в недостижимость и вечность этого момента безграничной свободы и безбрежного счастья. *** - Не замерзла? - мы чуть-чуть не доехали до горизонта, когда Джонни остановил зверя. Он закурил в сторону, но горьковатый и пряный дым сигарет касался моих ноздрей, которые трепетали от восторга. Я подошла к нему ближе, крадучись, будто хотела украсть. Нет, я не хотела, я мечтала своровать его сердце. Меня дурманил его запах, который я вдыхала так часто за эту неделю. Джонни обнял меня, прижимая к себе ближе. Я подняла голову. Его губы со вздохом опустились на мои. Глаза закрылись, отодвигая окружающий мир. Существовали только его прохладные губы, захватывающие мои. Едкий дым проник в мои губы, заставляя вдохнуть его. Я вздохнула слишком глубоко, отчего тут же запершило в горле. Он чуть отстранился, заглядывая в мои слезящиеся глаза. Я даже в темноте поняла, что он едва сдерживает смех. Сигарета упала крошечным оранжевым огоньком в темноту ночи, проваливаясь в нее. Вокруг снова стало темно. - Несмешно, - чуть обиженно пролепетала я, гордо вскинув голову. - Маленькая малиновка, - голос Джонни был чуть хриплый, в нем еще слышались отголоски сдерживаемого смеха. - Кто? – я прижалась к нему, обнимая. - Птичка, которая ничего не боится, но не может позволить себе свободы больше, чем ей позволят, - тихо добавил Джонни, поглаживая мои волосы. Я на мгновение задумалась над его словами. Мне бы хотелось расправить крылья и улететь, но от моей золотой клетки не так-то просто избавиться. Стоило мне чуть поднять лицо, как его губы вновь накрыли мои. Его язык проник в мой рот стремительно, заставляя изгибаться в поисках новой близости. Я прижалась к его телу, будто оно должно было спасти меня от всех мыслей и сомнений, мучающих меня. Его губы с радостью принимали мои, открывая новые грани страсти, охватившей, словно вихрь, обоих. Я задыхалась, дыша рвано. Джонни отпустил меня. Мне нечего было сказать ему, все тело пронизывали изнутри иголочки удовольствия и счастья. - Пора, - тихо прошептала я, прижимаясь лбом к его груди. - Домой? – в его голосе послышалась грусть. - Да, только обратно хочу ехать еще быстрее, - я знала, что мои слова звучат глупо, но я была уже безнадежна. Безнадежно влюблена. *** Дорога обратно пролетела незаметно. Скорость казалось просто запредельной. Я раскинула руки, когда мы стали подъезжать к дому, чтобы вновь на блаженные секунды слиться с ночью. Стать свободной птицей. Я не могла не мечтать вылететь из гнезда, где я как будто была подложенным птенцом. Мотоцикл остановился. Я встала, стараясь не затягивать прощание, потому что в этом случае чувство одиночества мучило меня еще сильнее. Близость Джонни была спасительной для моей жаждущей свободы души. - Когда увижу тебя вновь? – Джонни держал рукав моей кофты, не желая отпускать меня домой. - Скоро, - мне хотелось пообещать, что завтра я вылечу к нему из золотой клетки, и мы снова устремимся к горизонту, но сделать этого я не могла. Его прохладные губы поцеловали меня в лоб. - Доброй ночи, Элли, -я выпорхнула из его объятий. - Доброй, - прошептала я, дотрагиваясь до него на прощание. Его пальцы на мгновение переплелись с моими. Этого мгновения хватило, чтобы почувствовать слезы радости на глазах. Они уже высохли, когда за спиной я услышала снова рычание мотоцикла. Зверь скрылся в темноте, унося мою любовь с собой в ночь. Темнота расступилась, давая путь полукругу света фар и моей надежде на счастье. ----- Chasing the Dream - в погоне за мечтой