Незваный гость

Оставшись в одиночестве, Локи последовал совету лекаря и прислушался к своему телу и к ощущениям, которые испытывал. Поначалу ничего не получалось — он просто лежал, глядя в потолок, пытался отогнать ненужные мысли в сторону, но озарение не приходило. «Нужно расслабиться», — подумал бог, прикрыл глаза и сам не заметил, как заснул. Дыхание часто прерывалось, ресницы подрагивали, что могло означать только одно: сон беспокойный и тревожный, ощущаемый где-то на грани реальности. Маг сидел в своей комнате в любимом кресле лицом к окну. Казалось, во всём дворце не было ни души — такая стояла тишина. Вдруг чуткий слух уловил невесомые шаги, и лофт обернулся в сторону источника звука: в двух шагах от него стоял ребёнок от силы лет двух, так что макушка его доставала лишь до ручки кресла. Тёмные, почти чёрные волосы едва прикрывали ушки, большие карие глаза, обрамлённые длинными пушистыми ресницами, смотрели с любопытством и детской наивностью. На нём была надета лёгкая белоснежная рубашечка до колен. Встретившись глазами с Лафейсоном, ребёнок улыбнулся и, обежав кресло сзади, подошёл к лофту на расстояние столь близкое, что, протянув руку, можно было коснуться малыша. — Ты кто такой? — настороженно спросил Локи. — Нерождённая душа, — ответил тот, но губы его не шевелились — очевидно, звонкий детский голосок кристальной чистоты раздавался прямо в голове мага. — Нерождённая… А как тебя зовут? — малыш почему-то вызывал у Локи неожиданный интерес — кого-то он сильно напоминал. — У меня ещё нет имени. — Твои родители — боги? — Только мама. Папа — человек, — ребёнок снова улыбнулся, и в глазах его промелькнула хитринка. Тут лофта осенило: у этого самовлюблённого мидгардца, Тони Старка, точь-в-точь такие же глаза. Все сомнения развеялись — это его ребёнок. — Зачем ты ко мне пришёл? — магу надоело сидеть, и он попробовал подняться, но ничего не вышло: тело словно окаменело, даже пальцем не пошевелить. — Ты сам позвал меня, разве нет? — малыш развернулся на пяточках и подбежал к открытому окну. Закатное солнце осветило молочно-белую кожу, и на ней проявились бледно-голубые узоры жителей Ётунхейма. Это не укрылось от зоркого взгляда лофта. — Значит, ты… Ребёнок кивнул, предупреждая вопрос, и смешно нахмурил брови: — Тебе пора. — С чего это? — утверждение, сказанное детским, но от этого не менее серьёзным голосом, немного удивило Локи. — Это моя комната, и я делать то, что захочу и сколько захочу. — Нет, — малыш помотал головой, отчего волосы растрепались в разные стороны. — Тебе нельзя так долго здесь находиться. Воздух вокруг ребёнка засветился ярким голубоватым светом, постепенно он сиял всё ярче, пока не заполнил собой всё пространство. Глаза нестерпимо резало, и пришлось их крепко зажмурить. Звонким колокольчиком отдалось в ушах «До встречи!», и Лафейсон резко сел на кровати, распахнув глаза. «Просто сон!» — промелькнуло в голове, однако вместе с тем появилось совершенно ясное чувство уверенности, что лекарь не врал — он действительно носит ребёнка. Лофт тяжело вздохнул и лёг обратно — слабость во всём теле и тошноту никто не отменял. *** Ближайшие несколько дней младшего принца не выпускали из его покоев. Бездействие напрягало. Можно было, конечно, попросить принести книгу, попрактиковаться в магии, но сил не было абсолютно, даже есть иногда не хотелось, всё чаще кружилась голова и неприятно подташнивало. В такие моменты хотелось выйти погулять на свежем воздухе, хотя бы по коридорам пройтись, но этого как раз ему и не позволяли, утверждая, что это для его же блага. Вечером четвёртого дня в дверь настойчиво постучали, раздался тихий скрип и звук шагов. Локи, лежавший в кровати, повернулся и увидел приближающегося к нему лекаря. — Я к тебе, принц, проведать решил, — сказал он и присел на край постели. — Как самочувствие? — Ты даже стучаться научился? — слабым, но едким голосом поинтересовался маг. — Я многое пропустил, пока отсутствовал. — Хоть сейчас-то не язви, Локи, — Виндальв покачал головой и прикоснулся ладонью ко лбу лофта. — Ты как? Выглядишь неважно. — Неважно — это ещё слабо сказано, — Лафейсон оттолкнул руку лекаря. — Я чувствую себя просто ужасно. Тошнит постоянно. — А я тебе говорил: прими женское обличье, сразу станет намного легче, — маг недоверчиво уставился на лекаря. — Сам посуди: твоё тело сейчас на грани мужского и женского, то есть в тебе и те, и те органы находятся. У мужчин ведь нет детородных органов, ты знаешь. Так что не вредничай и превращайся, — Виндальв усмехнулся и потрепал принца по голове, и тот недовольно отклонился от назойливой руки. — Слушай, — сказал он вдруг, — мне нужен твой совет. — Он рукой подозвал лекаря поближе к себе, намереваясь сообщить нечто очень секретное. — Это касается ребёнка. Через несколько минут Виндальв, нахмурившись, отодвинулся от лофта. — Это может быть опасно для тебя. — Всё равно, это единственный выход в данной ситуации, — Локи вздохнул. — Тебя ведь не переубедишь, — лекарь укоризненно посмотрел на принца и покачал головой. По контрасту с прошлыми, их нынешний разговор перешёл в неприятно-серьёзное русло. — Ладно, будь по-твоему. Но! — Виндальв как мог строго посмотрел в зелёные глаза напротив. — Только с согласия отца! — Это ещё почему? — с негодованием воскликнул маг. — Это мой ребёнок! — Нет, Локи, — лекарь хлопнул ладонями по коленям и поднялся, — только так и никак иначе. В общем, — он медленно зашагал к двери, — превращайся и, если лучше себя почувствуешь, иди к Одину, он тебя звал, — и вышел за дверь, в которую тут же прилетела большая пуховая подушка. — Вот назойливый старик! — воскликнул лофт в негодовании. — Заморожу всё тут к Хелевой бабушке! За этими словами последовали негромкие заклинания, подобные тем, что слышал в своё время мидгардский гений и миллиардер. *** Утром следующего дня в тронный зал Одина постучались, и вошёл страж. — К Вам младший принц, Всеотец. — Пусть войдёт, — Один важно кивнул и проводил рукой молодого аса, но когда тот вышел, тело бога незаметно напряглось, взгляд стал неподвижным и тяжёлым, приготовившись к сложному разговору. Но видит Фригг, не к тому ему надо было готовиться, потому что когда в зал лёгкой скользящей походкой вошла умопомрачительная брюнетка, у Всеотца перехватило дыхание. Хотя он всё-таки взял себя в руки — это по-прежнему был его сын, Локи: те же чёрно-зелёные одежды, высокие сапоги, только почему-то на высоченных каблуках, за спиной развевается плащ, но вот вырез на рубашке непозволительно глубокий… Девушка усмехнулась, увидя реакцию отца, и, подойдя, склонила одно колено: — Ты вызывал меня, отец? — произнёс завораживающе низкий женский голос. — Вызывал?.. А, да, вызывал. Локи, — Один постарался настроиться на разговор и придать лицу серьёзное выражение, — я всё знаю о твоём положении. — «Ну ещё бы, Виндальв настучал, наверняка», — подумала брюнетка, а в слух сказала: — Простите меня, отец, за моё неподобающее поведение. Всеотец слегка опешил: — Локи? У тебя температуры нет? — он вдруг поднялся с трона и подошёл к дочери (?), чтобы потрогать лоб. — Ты извиняешься? — Блин, Один, — Локи зло сверкнула глазами, — всё испортил! Я думала, ты увидишь, какая я примерная, и отпустишь, а ты!.. — Ну вот! — Один рассмеялся и, приобняв дочь за плечи, пошёл гулять по залу. — Теперь я тебя узнаю, а то: «Простите меня, отец…». Я думал, вдруг вместо тебя мне кого-нибудь другого привели. — Он немного помолчал, не забывая придерживать девушку, чтобы та не вырывалась из отеческих объятий. — Знаешь, всегда хотел дочь… — О чём ты, отец? — лофт зашипела, когда её очередная попытка освободиться потерпела крах. — Говори уже, что ты задумал? Предупреждаю, мост строить больше не буду, мне нельзя перенапрягаться, у Виндальва спроси! — она состроила возмущённую мордашку и попыталась наступить на ногу мужчины. — Мост? — Один вовремя развернулся, и каблук пролетел мимо. — Нет, мост уже достроен. Твоими стараниями, — гордо добавил он и легонько похлопал девушку по плечу. — Ты отправляешься в Мидгард, к отцу своего ребёнка. — Нет! — воскликнула Локи и сильным рывком расцепила, наконец, объятия. — Ни за что! Зачем? — Я знаю о твоём разговоре с Виндальвом. Тебе ведь уже лучше, значит, отправляешься сегодня же. Девушка стиснула покрывшиеся льдом кулаки, но сдержала себя. — Вот, значит, как. Всё решили как всегда без меня. — Должен же я познакомиться с отцом своего внука! — усмехнулся Один. — Не будет у тебя никакого внука! Только не от меня! — гневно воскликнула Локи и молнией выбежала из зала. — Не зарекайся, — прошептал ей вслед Всеотец и устало опустился на трон: разговоры с младшим принцем его всегда очень выматывали. го ребёнка. - Нет! – воскликнула Локи и сильным рывком расцепила, наконец, объятия. – Ни за что! Зачем? - Я знаю о твоём разговоре с Виндальвом. Тебе ведь уже лучше, значит, отправляешься сегодня же. Девушка стиснула покрывшиеся льдом кулаки, но сдержала себя. - Вот, значит, как. Всё решили как всегда без меня. - Должен же я познакомиться с отцом своего внука! – усмехнулся Один. - Не будет у тебя никакого внука! Только не от меня! – гневно воскликнула Локи и молнией выбежала из зала. - Не зарекайся, - прошептал ей вслед Всеотец и устало опустился на трон: разговоры с младшим принцем его всегда очень выматывали. Простите, что так долго: автор был в отъезде на отдыхе. Простите и то, что так мало, скоро будет ещё)