Осенне-звёздное

Сегодня Нику не хочется спать, и потому он считает себя имеющим право шататься по всему дому в полном одиночестве, однако в комнату к Даше не суётся — ещё разбудит ненароком. Снаружи слышится громкое кошачье мяуканье. Протяжное такое, натужное и до того старательное, словно орущий за окном посреди зимы кот твёрдо поставил себе цель разбудить как минимум всех в этом доме. Ник фыркает, но окно всё-таки открывает. Вместе с четвероногим созданием в гостиную врывается ещё и морозный воздух с редкими снежинками. Иногда Нику кажется, что снежинки здесь — где бы это «здесь» ни было — падают всегда. Кот, на лбу у которого имеется здоровенная рыжая отметина, безо всякого стеснения скользит меж комнат и предметов, будто что-то ища. Вдруг неожиданно исчезает в раскрытом дверном проёме Дашиной комнаты. Ник следует за нежелательным гостем, который может потревожить безмятежный сон Даши, с явным намерением выставить наглое существо из дома. Его взору открывается во всех смыслах удивительная, прежде никогда не виданная картина. Кот сидит в открытых ногах спящей и внимательно следит за каждым движением тени на стене, сама же Даша прижимает к своей груди своего медведя-игрушку, изредка вертит во сне головой, поправляя волосы, и улыбается. Отчего-то Ник невольно залюбовался каждой чертой милого, безмятежного лица девушки. Кот его больше не волновал, а потому как-то сразу исчез из поля зрения и был принят за галлюцинацию. Неожиданно Нику в голову пришла идея, которую он долго обдумывал, облизывая колечко пирсинга, а затем схватил блокнот и принялся жадно марать листы жирным карандашом. В темноте писать было трудно, и оттого мелкие буквы слились в чёрную кашу. Нику стало не по себе, но только на мгновение: лучше уж пусть она утром удивится и сотрёт, чем прочитает его корявые попытки написать что-то стоящее. Если бы он мог, то написал бы сотню или даже тысячу книг. Хотя бы даже о том, как она спит.