Начало конца

      Утром болела голова, а когда я вспомнил, что произошло вчера вечером, то стало совсем плохо. В управление я попал только к полудню. Все удивленно смотрели на меня – видок был еще тот. - Выглядите еще хуже обычного Киеши-сан. И что в Вас только девушки находят? – Такао не упустил шанса сделать мне комплимент.       Его слова мне почему-то напомнили о вчерашнем и о Ханамии, хотя с девушками у него явно было мало общего. - Ну, мы с Шоичи поедем допрашивать родственников других жертв, путь не близкий. Так что до вечера.       Шоичи не радовала перспектива ехать куда-то с Такао, что прекрасно читалась на его лице. Но молодого детектива это мало волновало. - Оставляем Куро-чана и Мура-чана на Вас! Позаботьтесь о них! – съехидничал Такао и быстренько улизнул.       На Мурасакибару была свалена вся бумажная работа, но это его похоже не сильно напрягало. Куроко как всегда незаметно сидел в уголке и строчил свои отчеты. Вот он, мой детский сад, о котором я должен позаботится, и я на самом деле чувствовал свою ответственность за них. Хотя и за самим Такао нужен глаз да глаз. - Куроко, ты смотрел отчеты судмедэкспертов и криминалистов? Что можешь сказать? - Мы ищем мужчину, от 30 до 50 лет, спортивного телосложения, рост выше 170. Что касается его личности, то могу только добавить, что он гей и пережил серьёзную психологическую травму, связанную с его ориентацией. Стоит также отметить, внешнее сходство всех трех жертв. Это не просто типаж. Все жертвы примерно одного роста с разницей в два-три сантиметра. У них одинаковые стрижки, один цвет глаз, и одеты они были похоже. Я думаю, все эти убийства – попытка отмстить какому-то конкретному человеку, но по каким-либо причинам он не может причинить этому мужчине вред. - Как это понимать? - Допустим, он его брат или родственник, или коллега, или близкий друг. Есть крепкая эмоциональная привязанность и при этом неосознанная ненависть или обида на этого человека. Вот он и выбирает похожих на него мужчин, и вымещает все скопившиеся чувства на нем. - Понятно. Пока не ясно, как это может помочь, но спасибо. - Я думаю, у жертв должна быть точка соприкосновения. Что-то общее. Может даже тайная жизнь, о которой не известно семье. - Но что? Мы уже всех друзей и знакомых опросили, составили списки, – я устало вздохнул. – Ненавижу эту рутину! - И еще, я хотел Вас предупредить. Будьте осторожны с Ханамией-сенсеем. Он может причинить большой вред, если не быть на чеку. - Ясно, спасибо, – в знак благодарности я похлопал Куроко по плечу и отправился к логово доктора Ханамии.       Он строчил какие-то отчеты в кабинете. Непривычно было видеть его в простом черном свитере и очках. Без белого халата и издевательской ухмылки. - Чем обязан вашим присутствием о несравненный Киеши-сан? – не отрываясь от работы, процедил мужчина. – Надеюсь, ты пришел не оправдываться за вчерашнее? Не бойся, я тебя прощаю за все и отпускаю все грехи передо мной. - Я просто не понимаю, что это было? - Ой, извини, я забыл прочесть тебе лекцию о половом созревании. – Ханамия как обычно любой серьёзный разговор превращал в фарс. – Когда мужчина или женщина сосет член, это называется минет. - Ты знаешь, о чем я! - Ну, что ты хочешь услышать от меня? Я влюбился в тебя! Как только увидел, в сердце что-то сжалось, дыхание стало прерывистым, а член сразу же стал колом. Киеши, я не могу без тебя жить! Женись на мне! Мы будем жить долго и счастливо и трахаться по десять раз в день! - Ты вообще можешь быть серьёзным? - Хочешь, чтобы я был серьёзен? Хорошо. Я отсосал тебе, потому что хотел этого. Я всегда делаю только то, что хочу. Сиюминутный порыв. И вообще я люблю сосать члены, и это у меня неплохо выходит. Этакий любитель-энтузиаст. А еще я люблю трахаться с мужиками, чтоб меня жестко имели во все дырки желательно сразу несколько мужиков и с огромными членами. Ну, скажи уже, какая я шлюха? – Ханамия как всегда самодовольно улыбался и ждал от меня какого-то ответа. - Извини. - Только вот не надо мне твоей дешевой жалости! Иди на хуй с ней! Таким правильным натуралам как ты, никогда не понять таких вот конченных геев! Давай проваливай и не мешай мне работать.       Мне ничего не оставалось, как уйти. Не думаю, что это была бравада, и что Ханамия сильно уж приукрасил действительность. Его сексуальные предпочтения – это не мое дело, но почему-то мне стало не по себе, и я почувствовал себя виноватым.       Ближе к вечеру, я позвонил девушке из офиса строительной компании, где работала жертва. Она с удовольствием согласилась со мной встретится.       Маленькое кафе было по-девичьи уютным. Похоже, это довольно популярное место. Вокруг нас было много парочек, увлеченно щебетавших друг с другом. Сам бы я никогда не додумался пригласить девушку в такое место. Но так как я предоставил ей самостоятельно сделать выбор, то сидел сейчас здесь и попивал горячий капучино, хотя с удовольствием бы съел свиную отбивную и выпил конька. Девушку звали Сакурой, популярное и легко запоминающееся имя. Фамилии она не сообщила, но пока она не дает показания, в ее личных данных не было надобности. - Киеши-сан, я очень рада, что Вы меня пригласили, - скромно улыбаясь, девушка попыталась начать разговор. - Зовите меня просто по имени, если Вам там удобно. - Ой, нет, это слишком смущает.       Логику женщин мне никогда не понять, может поэтому все мои отношения заканчивались полный провалом. Хотя, конечно, не поэтому, истинная причина была совершенно в другом. - Я бы хотел поговорить о Мураками, - напомнил я о причине нашей встречи, которую ни разу не скрывал. - Да, конечно, - в ее голосе слышалось разочарование, но лучше знать правду и не тешить себя лишними иллюзиями. – Даже не знаю, что и рассказать. Он работал у нас три года, ничем не выделялся, жалоб со стороны руководства не было. Самый что ни есть обычный. Совсем не такой как Вы. - А не было ли у него неформальных отношений с кем-нибудь из сотрудниц? – пытался я вернуть беседу в нужное русло. - Нет, вроде, если бы были, наверняка бы Эрика-сан знала бы. Она ничего такого мне не рассказывала. Да и девушками он не интересовался вообще, похоже. - Вы что имеете в виду? - Ну, вот я одела короткую юбку в офис, все мужчины обратили внимание, пусть ничего не говоря. Это чувствуется. А ему все равно, он даже при разговоре ни разу на ноги мои не взглянул. Ну и аура у него другая. Это трудно объяснить. - То есть его женщины не интересовали? Но ведь может он просто любил свою жену или Вы были не в его вкусе? - Да нет, не в этом дело. Любить – это одно, а вот смотреть и интересоваться – это другое дело. К тому же наша сотрудница оказывала ему вполне себе однозначные знаки внимания, а он как будто ничего не замечал. Был совершенно равнодушен. Ни злости, ни раздражения тоже не проявлял. - Ясно, - то, что говорила девушка не казалось мне чем-то стоящим внимания и было похоже просто на женские выдумки. – А в остальном, что-нибудь необычное за ним замечали? Ну оставался на работе на ночь, например? - Нет, никогда не оставался, да еще по пятницам уходил раньше всех. У нас вообще не принято по ночам работать, офис всегда закрывают.       А вот это уже меня заинтересовало. Значит, этот Мураками и не был таким уж правильным семьянином, или жена что-то не договаривает. Девушка начала болтать на какие-то отвлеченные темы о своих увлечениях, но я ее уже не слушал.

***

      В пятницу я пришел слишком рано, в нашем офисе было еще пусто. Я решил немного расслабиться и заварил кофе. Расследование так и не двигалось с места. Мне все казалось, что мы упускаем нечто важное. Но что? Убитый имел любовницу? Или любовника? В последнее слабо верилось, но, с другой стороны, это многое бы объяснило. Нужно заставить экспертов-компьютерщиков получше поработать с почтой нашего покойного. Никаких странных сообщений не было найдено, все его послания адресовывались матери, сестре и жене, иногда друзьям. С которыми мы тоже уже разговаривали. Но если есть любовница/любовник, то они не могли не переписываться. Это было необходимо выяснить. Куроко сказал про тайную жизнь. Тайная жизнь есть практически у всех людей. Только вот у Ханамии нет ничего тайного и то, что скрывают нормальные люди, он выставляет наружу. И почему я снова думаю о нем? Наверное, он больше не хочет со мной общаться, да и лучше бы было сохранить с ним нормальные рабочие отношения. Но меня как назло тянуло в этот подвал, и я с трудом справлялся с этим желанием. С другой стороны почему бы не пойти и просто по-человечески не поговорить с ним. По-человечески? Самому смешно. И что я от него хочу?       У меня никогда не было отношений с мужчинами. Это парадоксально, если учесть, что всю жизнь я любил именно мужчину. К Ханамии меня тянет, и это похоже на мазохизм. Всех нормальных людей он отталкивает, и они предпочитают не иметь с ним дело, а я как полный идиот иду к нему, чтобы в очередной раз услышать кучу оскорблений в свой адрес.       Пока размышлял над этим, сам и не заметил, как уже оказался в том самом подвале. И какого черта я тут делаю? В лаборатории было прохладно и темно, лишь одна мерно мигающая люминесцентная лампа освещала просторное помещение. Посередине стоял стол и, судя по всему, при таком тусклом освещении я мог разглядеть лишь силуэты, на нем лежал очередной труп. Я невольно поежился и уже собирался покинуть помещение, но тут же откуда-то из глубины помещения, меня окликнул знакомый голос: - И какого хрена ты снова сюда приперся?       Я почему-то никак не мог понять, где находится источник звука, и все так же вглядывался в полутьму, пытаясь хоть что-то различить. - Я зашел по делу, - и кого я обманываю, он же сразу поймет, что это ложь. - Да ну?       Неожиданно труп зашевелился и начал подниматься - из моего горла невольно вырвался крик, и я попятился к стене. - Какого черта?!       Все помещение заполнил раскатистый смех, Ханамия быстро слез со стола и отряхнул халат. - Люблю, когда так бурно реагируют на мои шутки, – он был чертовски доволен собой. - Так и инфаркт недолго заработать… – я быстро пришел в себя. Не думал, что меня так легко напугать. - Ну что ж, никаких проблем - морг рядышком.       Я не мог полностью разглядеть его лица, но готов был поспорить, что там сейчас красуется неподдельное самодовольство. Почему-то это не вызывало у меня злости. - Как тебе атмосфера? Интимненько, правда? – Макото подошел ко мне практически вплотную. - Все это, конечно, прекрасно, но может включишь свет? - А что так? Маленький мальчик Теппей боится темноты? - Не люблю и боюсь - разные вещи, не находишь? – я двинулся к стене и нашел выключатель. Белый пронзительный свет больно ударил в глаза. Макото зашипел и сощурился. Словно этот свет мог его обжечь. Каждому свое – кому-то тьма, кому-то свет. Возможно, моя тьма внутри меня была чернее самой непроглядной ночи. - Ну как прошло свидание? – уже вполне повседневно спросил Макото, даже не пытаясь выяснить, зачем я сюда приперся. Если бы попытался, то поймал бы меня на лжи. - Откуда ты знаешь? - Лучше спроси, кто об этом не знает? - Такао… - Мыслишь в правильном направлении. Так бы и зашил его паршивый ротик. - Это было не свидание. - Неужели ты даже не трахнул эту легкодоступную бабу? Она была совсем плоха? - Макото разыгрывал глубокое разочарование. - Тебе не стоит переживать за меня. Она очень миленькая и все было прекрасно. Давно так хорошо не проводил время. - Хотел бы я на это посмотреть... - На что? – я слегка опешил, не ожидания каких-то каверзных вопросов. - На то, как ты трахаешь эту дуру! Интересно, как ты любишь, грубо… или медленно и нежно? С виду ты полный тюфяк, но в постели, наверняка, неплох. В тихом омуте, как говорится… - пока у меня глаза медленно расширялись, Ханамия продолжал делиться своими догадками, как ни в чем не бывало. Как будто он говорил вовсе не о сексе. - Может ты ее прямо в лифте оприходовал? Раздвинул ее ножки, задрал трусики и трахнул по-быстрому, а где-то между 10 и 15 этажом она уже билась в оргазме. - Хватит! - А что не так? Расскажи мне, как было? – Макото подошел ко мне вплотную, подталкивая к стене. – Ну же?! Она хорошо целуется? Приятно ли было ее поиметь? - в его голосе проскальзывала агрессия и злость. - Я же сказал… - я почувствовал, как мой голос едва заметно дрогнул. - Ты смотришь мне в глаза и нагло врешь… А что если на ее месте был бы я? - он внимательно смотрел мне в лицо снизу в верх, практически вжимая меня в стену своим телом. - Ты о чем? - Ты хочешь меня?       Я нервно сглотнул. - Зачем-то же ты ко мне приходишь? Зачастил что-то слишком. Знаю-знаю, ты у нас не гей и тому подобное, но даже натуралы трахаются с мужиками. У меня есть парочка таких – они классно трахают, отрываются по полной. Ну же? Можешь взять меня грубо, прямо на столе, без всяких бессмысленных прелюдий, которые так любят бабы. Тебе понравится!       Его рука сжала мой член через толстую ткань брюк, я с трудом выдохнул. - Хватит! - Ну же, Киеши отпусти уже свои принципы, ты же хочешь этого? – Ханамия улыбался, его глаза в полутьме казались совершенно черными и дьявольски блестели. – Твое тело тебя выдает.       Он лизнул мою шею, больно прикусывая кожу. Интересно, кто-нибудь другой мог в этой ситуации не возбудиться? Неужели я пришел сюда за этим? - Трахни меня! – я слышу его шепот и теряю контроль, скручиваю его руки и прижимаю Макото к стене всем своим телом. Ну что ты теперь скажешь? - О да! Так намного лучше! Не стесняйся! Можешь без подготовки, я уже все пальцы себе стер, подрачивая на тебя! – он облизывает губы и в ожидании смотрит на меня. Провокатор!