Вечные ценности

За легкое дело берись как за трудное, а за трудное — как за легкое. В первом случае, дабы уверенность не перешла в беспечность; во втором, неуверенность — в робость. Вернейший путь не сделать дело — заранее считать его завершенным. © Бальтасар Грасиан-и-Моралес

      Вбежав в многоэтажное здание полностью застеклённого офиса, молодая девушка подбежала, цокая довольно высокими каблучками по плитке, к оранжевой стойке регистрации с алым кругом, закручивающимся к центру, и быстро с неким придыханием от спешки протараторила, чуть ли не прикусив свой язычок:       — Я Хината Хьюга, у меня назначено собеседование…       Окинув её недоверчивым взглядом карих глаз, нет, даже прищуром усталого хищника, молодая — около двадцати шести лет — и, что самое главное, красивая женщина, лениво щёлкнув несколько раз беспроводной мышкой, посмотрела что-то у себя в компьютере, а может быть, сделала вид, что посмотрела, что более реалистично и похоже на правду, после чего сказала с некой надменностью:       — Подождите, пожалуйста, Хьюга-сан, через несколько минут Вас пригласят и скажут, куда идти дальше.       Её уже давно достали все эти студенты, выпорхнувшие из своих институтов и думающие, что весь мир ляжет к их ногам сразу же, как только они сделают в него свой первый, порой неуверенный и даже нелепый шаг. Она сама была такой, покуда её несколько раз не надломила жизнь, заставив стать настоящей сукой, борющейся за свой кусок счастья и за своё место под солнцем в этом страшном мире, где каждый готов кинуть тебе нож в спину при любом удобном случае.       Хината тем временем лишь глубоко вдохнула, а затем так же глубоко выдохнула и с благодарностью к высшим силам подумала: «Успела».       Оглядевшись по сторонам, брюнетка заметила несколько кресел и диван такой же яркой, кричаще-апельсиновой расцветки, как и ресепшн, за котором стояла блондинка в обтягивающем зелёном платье. Кресла были заняты молодыми людьми, явно тоже проходившими сегодня собеседование, а на диванчике уже сидела красноволосая девушка в модных очках и фиолетовой блузе, внимательно изучающая какую-то папку. Вздохнув, Хьюга пошла к ней, с ужасом замечая, как каждый её шаг раздаётся эхом по помещению, и краснея от этого, но никого это не заставляло как-либо отреагировать на брюнетку. Позже она поняла, что это из-за той самой секретарши: у неё точно так же стучали каблуки, да и бегала она куда чаще Хьюги.       Присев на диван, Хината закрыла глаза и стала вспоминать всё то, чему научилась в вузе: спокойствие, уверенность, вежливая улыбка, поклоны, обходительность и самое главное — знания, а также креатив и желание работать. Настраиваясь на нужный лад, Хьюга не заметила, как подошла её очередь, и слегка дёрнулась, когда услышала свою фамилию, после чего поспешила к тяжёлой на вид кленовой двери, на которой красовалась золотая табличка с надписью:

Наруто Узумаки Ген.директор

      Мысленно помолившись всем богам за то короткое время, пока шла по приёмной, Хината набрала полную грудь воздуха и толкнула лёгкую дверь, произнеся приветствие.       На удивление сероглазой здесь было ещё больше ярких пятен, нежели в предыдущем сером помещении с оранжевыми элементами декора и мебелью. В кабинете директора пол был покрыт жёлтым ковром, стены выкрашены в какой-то персиковый оттенок цвета с чередующимися кислотно-оранжевыми и кроваво-красными завитками и немыслимой абстракцией из геометрических фигур. Рамы окон были синими, потолок — светло-голубым с нарисованными (или наклеенными, Хината не поняла) облаками, а стол был зелёным, как молодая листва, зато два стула для гостей символично обозначали мужское и женское начала — инь и ян или начало и конец светового спектра.       — Присаживайтесь, — любезно предложил голубоглазый блондин девушке, пришедшей к нему на собеседование. — Извините, что пришлось прождать около часа, — добавил он, улыбнувшись во все тридцать два зуба. — Надеюсь, Вы никуда не спешили, помимо нашей компании?       — Нет, — сдержанно улыбнулась Хината, присаживаясь на белый стул, и достала свой диплом, пока мужчина открыл папку с её фотографией и резюме.       Часы в форме девятихвостого лиса медленно отсчитывали секунды, пока блондин просматривал резюме своей возможной будущей сотрудницы, совершенно не обращающий внимания на её внешность и некогда очень известную фамилию. Хината же пыталась себя успокоить, но не могла, так как её сотрясала мелкая дрожь от одного только взгляда на блондина.       — Заполните анкету, пожалуйста, — указав кончиком шариковой ручки на кипу бумаг, попросил Наруто, пробегая взглядом по диплому девушки.       Хината аккуратно взяла верхний листочек и лежащую рядом ручку, начиная очень быстро отвечать на вопросы типа: «Способны ли Вы подставить коллегу ради продвижения по службе?» — Хьюга даже не заметила, каким голодным взглядом наградил её потенциальный начальник, а особенно ложбинку её груди. И надо сказать, что очень хорошо, что не заметила, иначе бы очень сильно смутилась и начала заикаться, вспоминая об одном не очень приятном инциденте.       Как только Узумаки увидел, что Хината заканчивает заполнять последние строки, он тут же перевёл взгляд обратно на документы и как бы невзначай спросил девушку на английском:       — Why do you want this job? [Почему вы хотите получить эту работу?]       — The work I find most stimulating allows me to use both my creative skills. The buzz on this company is that it rewards people who deliver solutions to substantial problems [Эта работа меня вдохновляет, больше всего позволяя мне использовать мои творческие навыки. Слава этой компании заключается в том, что она вознаграждает людей, которые вырабатывают решения существенных проблем]. — Хината отвечала на все последующие вопросы так же легко и непринуждённо, не позволяя голубоглазому мужчине придраться к её знаниям и произношению.       Поняв, что так просто от девушки не избавиться, Наруто решил пойти на хитрость, заставив её поработать на их компанию бесплатно:       — Что ж, я дам Вам одно испытание, по результату которого и решу, подходите Вы нам или нет, — оповестил, улыбаясь, голубоглазый. — Вы согласны?       Хината поспешно закивала и только потом тихо промолвила: «Да». Вся её решимость куда-то резко улетучилась.       — Вот и славненько, — подмигнул Узумаки, — в этой папке несколько компонентов, которые надо связать в цельный проект. У Вас три дня, Хината-сан. Можете быть свободной, — прокатив папку по столу, окончил свою речь Узумаки.       Ему было жаль упускать такую девушку из своих рук, но ничего поделать он не мог, так как из его сотрудников пока никто не справился с этой работой, а брать нового человека в штаб он не мог, так как выручка уже третий месяц шла в минус, а не плюс.       «Тебе придётся очень сильно постараться, Хината Хьюга…» — подумал он, смотря на аппетитные округлости уходящей девушки.       После того, как дверь за брюнеткой закрылась, в кабинет вошла Карин, расстёгивая пуговки на блузке и закрывая дверь на замок. Наруто тепло улыбнулся своей дальней родственнице и похлопал по своему бедру, приглашая красноволосую бестию сесть на него.       — И кто из них всех? — томно спросила Узумаки, скидывая с себя блузу и садясь на указанное ей ранее место.       — А ты не догадываешься? — целуя девушку в шею, спросил блондин, накрывая её небольшие груди ладонями и слегка сдавливая их, заставляя девушку напрячься из-за пробежавших по её телу приятной волной мурашек. — Вроде бы она одна единственная вышла счастливая, — хмыкнул Наруто, спуская одну руку по животику Карин и оставляя на её ключице засос.       Узумаки выгнулась дугой и начала аккуратно царапать затылок партнёра ноготками, елозя пятой точкой по уже надутой ткани штанов Наруто. Мужчина аккуратно просунул руку в трусики девушки и зажал между двумя пальцами клитор Карин, таким образом отомстив ей. Девушка начала извиваться в его руках, сладко постанывая и тихо требуя более решительных действий.       — Скажи громче, я не слышу, — ухмыльнулся парень, взяв в кулак красные волосы своей невесты и потянув их слегка вниз, запрокидывая голову девушки ещё сильнее.       — Пожалуйста, — прошептала она, сняв очки и уронив их на ковёр.       — Пожалуйста что? — начал издеваться Наруто, улыбаясь во все тридцать два и круговыми движениями массируя груди своей пленницы. — Пока не скажешь, не сделаю, — прикусив кожу на шее красноволосой, поставил условие блондин.       — Наруто, — с придыханием промолвила та, пытаясь на ощупь расстегнуть молнию на штанах начальника. — Умоляю, сделай мне… приятно… — выкрутилась из неловкой ситуации девушка, но Узумаки это не особо-то и вдохновило.       Приподняв девушку, он похлопал её по ягодице, задрал юбочку на талию, сдвинул кружевные синие трусики чуть в сторону и наклонил её на стол, приспустив свои штаны.       — Сама виновата, — прошептал он ей на ухо, раздвигая пальцами одной руки её половые губы, а другой держа член для более лёгкого входа в девушку. — Порадуй меня, — попросил он, делая резкий толчок и еле сдерживаясь от стона удовольствия, вызванного резким сжатием мышц вокруг его пульсирующей плоти.       Наруто не хотелось даже двигаться, но он знал, какое удовольствие может доставить Карин, да и образ Хьюги всё ещё мельтешил перед глазами, заставляя кровь бурлить по венам. Выйдя почти до конца из Узумаки, блондин так же резко и сильно ворвался в неё снова, выдавливая тем самым из груди родственницы стон.       Красноволосая сильнее навалилась на стол, выгибая спину так, чтобы её пятая точка оказалась как можно выше, а пенис Наруто задевал особенно чувствительные точки. Приспособившись к его ритму, девушка начала двигаться ему навстречу, сжимая и расслабляя натренированные ещё в подростковом возрасте мамой мышцы. Женщина была уверена, что её дочери навыки гейши пригодятся в жизни, впрочем, она оказалась права, в чём она никому и никогда не позволяла усомниться.       — Ещё, ещё, ещё!.. — повторяла как зомбированная Карин, поглаживая себя подушечками пальцев по клитору и сжимая грудь, периодически сдавливая и выкручивая свой сосок. Наруто это заводило ещё больше, особенно когда он закрывал глаза и представлял на месте своей партнёрши ТОП-моделей или близких к ним девушек.       Чувствуя близкую разрядку, Карин особенно сильно надавила на головку клитора и, закусив губу, изогнулась дугой, прокричав слово «да». Наруто был доволен собой, это был его новый рекорд быстрого доведения девушки до оргазма. Ускорившись, он начал думать только о том, как мышцы красноволосой сжимаются и разжимаются вокруг него, и это ускорило его разрядку.       Промычав в волосы девушки что-то вроде слов благодарности, Узумаки шлёпнул её по заднице, после чего натянул штаны и сел в кресло, не забыв поправить трусики и юбку на теле своей партнёрши. Та, обессиленная, сползла на пол, обняв Наруто за ногу и положив свою голову ему на колено.       — Сегодня был опасный день, — спустя какое-то время вымолвила она, чувствуя, как пропитанные спермой Наруто трусики прилипли к ней. — А ещё я уже недели две не пью противозачаточные…       Девушка ждала какой угодно реакции, но никак не смеха. Удивлённо смотря на своего жениха, она тактично поинтересовалась, всё ли с ним в порядке, и получила лишь кивок.       — Ты не забеременеешь так просто, ведь тогда тебе придётся терпеть довольно долгое время, а ты этого не вынесешь, — хмыкнул парень, поглаживая Карин по щеке.       — А если я хочу? — со слезами на глазах спросила Узумаки, прекрасно понимая, что если Наруто скажет ещё хоть слово, то она его возненавидит всей душой.       — У нас свадьба через полгода. Я хочу нормальный медовый месяц, а не: «Так нормально? Может, помедленнее?» Думаю, ты и сама хочешь чего-то такого, так что мы подождём немного, хорошо? — покривил душой блондин. Он не хотел детей ближайшие лет пять ещё точно. Ему казалось, что ребёнок съест всю его молодость и время. Впрочем, о наследнике он всё же мечтал, но попозже.       — Ладно, — кивнула Карин, снова устраивая свою головку на его колено. — Подождём…

***

      «Не может быть, — размышляла Хината, возвращаясь домой на метро, — чтобы человек вступал в каждый свой новый день вслепую, не зная, что с ним произойдёт, и проживая его лишь по решению своей собственной воли, каждую минуту выбирающей, что делать и куда пойти. Ведь пошла же я именно туда, даже несмотря на то, что просидела там потом достаточно долгое время, ожидая, пока меня пригласят… Хотя нет, всё решил таксист, я тут совершенно ни при чём. Судьба, не зависящая от человека? А что, если действительно существует в каждом вся жизнь от начала и до конца изначально, и ещё есть в каждом память, которая и помогает нам вспомнить, что, когда и как делать?.. Хотя… Мы же склонны сами решать свою судьбу и выбирать, передумывая в последний момент…»       Хьюга притормозила свои размышления, почувствовав чью-то ладонь на своей попе, оглянувшись, она увидела довольно красивого мужчину, похожего на модель, который держался одной рукой рядом с ней за поручень и спал. Покраснев из-за того, что напридумывала себе невесть что, Хината опустила глаза в пол и почему-то снова посмотрела на точёное лицо высокого брюнета, которое показалось ей смутно знакомым, но времени вспоминать у неё этого не было, так как объявили её станцию и девушка поспешила к выходу, прося прощения у всех, кого толкала, пока выбиралась из переполненного вагона.       Выйдя на улицу города, Хината снова окунулась в свои размышления, медленно идя в сторону дома через небольшую аллею, усаженную дикой вишней: «Быть может, одни люди этой самой памятью пользуются, а другие нет… или идут наперекор ей, пытаясь изменить свою судьбу, но всякая жизнь — это воспоминание вложенного в человека от рождения пути. Иначе какой смысл пускать его в мир? Столь совершенного, — сероглазая начинала удивляться всё больше и больше своим мыслям, но не прекращала их цепочку, всё сильнее упираясь в этом удивлении в какую-то близкую и ясную непостижимость, — столь законченного в своих формах и способностях и столь возвышенного среди всего остального мира — и вдруг, как перекати-поле, на открытую дорогу — куда ветром понесёт? Не может быть! К чему тогда эти долгие и замечательные старания в нём? Столько сделать внутри и оставить его без пути? Это было бы чересчур нелепо и глупо!»       Ей казалось, что таким именно она своё место и видела, как можно видеть предстоящий день, стоит только сильней обычного напрячь память. Не совпадали лишь незначительные детали: цвет одежды, компания, в которую она поехала, таксист… Вернее, она не заставила себя в первые мгновения своей жизни рассмотреть их в подробностях, увидев главное и решив, что этого достаточно.       Ведь ни один раз ей уже казалось что-то до боли знакомым и её собственным, или ситуации, в которые она попадала, словно бы прожитыми уже ею когда-то, например, как эта… Ведь не зря все знают такое слово, как «déjà vu». Девушка не сомневалась, что она весь этот день уже пережила. Конечно, она не бывала в действительности во всех этих местах со всеми этими людьми, но она словно бы, не свернув с тропы, как лежащего перед ним пунктира, пришла туда, куда должна была прийти, и застала то, что должна была застать. Но застала и увидела в полной картине, а не в голых представлениях, во всех красках и полной, не имеющей нигде больше подобия жизни.       Хината на автомате поздоровалась с соседским мальчишкой, доставая ключи от квартиры и открывая её. Зайдя в неё, девушка сняла туфли и блаженно выдохнула, почувствовав свободу своих ножек. Закрыв дверь, она поплелась к компьютеру, чтобы включить его и посмотреть на материал, из которого ей предстояло сделать новый рекламный проект.       Пока девушка включала компьютер, произошло сразу несколько событий, заставивших её вздрогнуть: в окно на балконе врезалась птичка и упала вниз; в дверь постучали и что-то начали говорить вроде объяснения, кто это с просьбой открыть; телефон Хинаты начал разрываться классическим рингтоном, сползая из-за вибро со стола.       Не зная, за что хвататься первым, Хината, естественно, схватила почти упавший на пол телефон, на автомате отвечая на вызов и прикладывая телефонную трубку к уху.       — Слушаю, — на автомате сказала девушка.       — Я рад, что ты не проигнорировала мой звонок, как электронные письма, — послышался на другом конце до боли знакомый баритон. — Хината, пожалуйста, не бросай трубку.       — Нии-сан, — с болью в голосе промолвила она. — Ладно, говори, только быстро.       — Не хочешь работать в одном из наших филиалов? — оценив холодный и деловой тон сестры, так же холодно спросил Хьюга.       — Нет, — коротко ответила брюнетка.       — А не хочешь собственный бизнес? — тут же спросил Неджи, не изменившись ничуть в голосе. Он ожидал такую реакцию и был готов ещё к нескольким отказам, поэтому не огорчался, хотя ему было обидно, что из-за одного случая он потерял свою любимую сестрёнку.       — Нет, Неджи, я всего добьюсь сама, благодарю и до свидания. — Хината отключила телефон и побежала к двери, открыв которую, тут же промолвила в пустоту:       — Простите, что так долго…       На пороге лежала коробочка в красивой упаковке; подняв её, девушка посмотрела ещё раз на лестничную клетку и, убедившись, что там никого нет, закрыла дверь, оставив презент на пуфике. Побежав на балкон смотреть, что с птичкой, Хината умудрилась споткнуться об коврик и, тихо ругаясь, как в былые времена прошлой жизни (она всё делила на жизнь до смерти отца и после), доскакала на одной ножке до цели.       Открыв дверь, она увидела воробья, лежащего на полу. Подняв птичку, Хината внимательно осмотрела его и, поняв, что неудачливый летун живой, на расправленной ладони поднесла его к перилам балкона. Птица начала вертеть головой по сторонам, оглядываясь. Хината вытянула руку вперёд и слегка её качнула вверх-вниз; птичка, почувствовав ветерок, расправила крылышки и полетела куда-то в только её известном направлении. Хьюга улыбнулась ей вслед и прошептала:       — Пусть всё впредь будет только так, как должно быть и лучше.       Постояв ещё чуть-чуть на балконе, девушка вспомнила, что у неё проект и включившийся компьютер, после чего стремглав побежала обратно в комнату вводить пароль в вылезшее окошко с приветствием. Вставив в дисковод диск из папки, Хината начала знакомиться с требованиями заказчика к проекту.       Как девушка поняла, ей нужны были молодые и красивые девушки, которые будут изображать счастье, получив в подарок ювелирные изделия определённой фирмы, причём повод не важен, главное — максимально эффектная продажа и выручка компании. Впрочем, этому брюнетка не удивилась. Сейчас весь мир нацелен только на получение денег, впрочем, не стоило забывать и об исключениях из этого правила, хотя их так мало, что на эти исключения в данном случае можно было забить.       Щёлкнув мышкой несколько раз, Хината открыла материалы на диске. Быстро пролистав их и оценив на свой собственный вкус все предлагаемые драгоценные изделия. Хьюга полезла в Интернет искать более-менее подходящие фотографии моделей. Найдя пять картинок, удовлетворяющих её собственным запросам и требованиям, брюнетка свернула все окна и открыла программу фото-редактора.       Недолго думая, Хьюга выбрала фотографию модели в чёрном купальнике и «уложила» её на мягкую кровать, прикрыв её по грудь шёлковым одеялом. Аккуратно разместив на видной мочке уха аккуратный гвоздик с сапфиром, Хината так же ловко разместила похожее большое кольцо на среднем пальце модели, после чего оценила взглядом начинающего эстета внешний вид своей модели и ещё около двадцати с лишним минут пристраивала кулончик-капельку с огранкой бриолет на её груди, чтобы он выглядел более-менее натурально.       Провозившись с другими фотографиями ещё около полутора часов, Хината сделала из них коллаж и стала думать над слоганом. На ум приходила всякая ненужная всячина типа: «Драгоценности для души!», «Настоящие прелести» или «Женские радости». Понимая, что это всё не то, Хината продолжала смотреть на улыбающуюся девушку в абрикосовом платье, стоящую полубоком так, что были видны изящный тоненькие браслет из золота на её запястье и колечко на безымянном пальчике с маленьким гранатом — камнем истинной любви.       Потом её взгляд упал на задумчиво застывшую учительницу, поднёсшую указательный пальчик к подбородку, на который Хината так удачно разместила узорчатое кольцо из серебра, украшенное фианитом, огранённым в форме принцессы, а рядом оказались небольшие серёжки-колечки, привлекающие своим игристым блеском. На секунду ей показалось, что тут небольшой перебор, быстро открыв редактор, она чуть приглушила блеск оправы очков-долек у девушки и блеск её губ, сделав их матовыми, после чего осталась довольна результатом.       Исправив изображение и на коллаже, брюнетка посмотрела ещё на две работы, где ловко пристроила колье с изумрудами и браслетик на ножку даме в чёрном платье с разрезом до бедра, вокруг которой устроила настоящую фото-охоту журналистов и яркие вспышки от софитов в довесок. И на фотографию улыбающейся молодой мамочки, обнимающей свою дочурку, у которых на шее висели парные медальончики.       Поломав голову над этим всем, она решила, что на сегодня хватит, ведь у неё в запасе ещё целых два дня, ну и ещё две бессонные ночи, если она всё же настолько сильно погрузится в проект, что не сможет больше ни о чём думать вообще, кроме этих украшений и различных, не совсем подходящих порой по смыслу словосочетаний или звучащих как-то нелепо.       Выключив компьютер, девушка побрела на кухню ставить чайник. Взглянув на часы она охнула, было уже восемь вечера. Поняв, что на сегодня ей работы явно хватит, она включила радио, попав сразу же на трансляцию очередного популярного хита. Захотев уже переключить радио на другую волну, когда услышала следующие слова:       — Только ты моя бесценная! — Хината нахмурила бровки. — Вечность нас не разделит…       Дальше она уже не слушала, а восторженная побежала к компьютеру, снова его включая и с нетерпением дожидаясь, пока он загрузится, пристукивая при этом пальчиками по столешнице, нервничая отчего-то. С невероятной скоростью вбив такой привычный и ни разу нигде не изменённый пароль, Хината еле-еле дождалась прогрузки экрана, после чего сразу же кликнула на несколько ярлычков, запуская сразу несколько программ.       Совсем немного поколдовав над готовыми картинками, Хината улыбнулась результату. Надписи получились как раз к месту.       — Вечные ценности, — улыбнулась ещё сильнее она. — Это как раз то, что надо. Вечные ценности: женская красота, драгоценности и счастье — идеально!       Хината тут же нашла в папке с документами номер компании, который ей оставили на всякий случай для связи. Схватив телефон, Хьюга набрала нужные цифры и стала с неким возбуждением — всё же настоящий характер к ней временами возвращался, и она становилась раскованной, как и прежде, в той, прошлой, жизни — ждать ответ.       Когда ей наконец-таки ответили, она успокоилась и попросила соединить с Узумаки Наруто. Девушка вежливо поинтересовалась причиной столь срочного соединения, Хината её назвала, тогда на том конце провода попросили её немного подождать, после чего послышалась приятная музыка, а вскоре и приятный тенер возможного будущего начальника девушки:       — Я Вас внимательно слушаю, Хината-сан. — Казалось, что мужчина улыбается, впрочем, он это делал постоянно, ну, Хинате показалось именно так.       — Я выполнила порученное мне задание и готова представить проект, — по-деловому сообщила брюнетка, отключив у себя все эмоции. Вот что-то, а такого контроля при ведении деловых переговоров у Хьюг было не отнять, этот навык у них сохранялся в крови.       — Это определённо даёт Вам фору перед Вашими соперниками. — Наруто выдержал паузу, было слышно, как он что-то вбивает в компьютер. — У меня завтра две встречи с юными гениями, после которых окно на полчаса. Скажите, Вы сможете провести презентацию за этот промежуток времени?       — Конечно, — с уверенностью в голосе ответила сероглазая, сжав свободной рукой край кофты.       — Тогда жду Вас в полдвенадцатого. До встречи. — Попрощавшись, Узумаки положил трубку и в срочном порядке вызвал к себе Карин. Та, по обыкновению придя ровно через пять минут, закрыла дверь так, чтобы никто не смог зайти, и сняла очки, начиная расстёгивать пуговки на блузе.       — Без этого, — попросил Наруто, слегка поморщившись.       — А, поняла, — хитро прищурилась красноволосая, застегнув обратно пуговицы и подходя к жениху-начальнику.       — Завтра придёт Хьюга с проектом… — начал было парень, но его перебили сразу и словами, и действием:       — Уже? — Карин села на колени перед мужчиной и расстегнула его ремень, начиная высвобождать из штанов достоинство Узумаки.       — Да, и я хочу, чтобы всё прошло по отработанной схеме, — довольно улыбаясь, словно кот, вылакавший все сливки, поделился планом блондин, закрыв свои глаза и приготовившись к наслаждению.       — Я поняла, — лизнув головку, отрапортовала девушка, — всё будет на высшем классе, — подмигнула она, прежде чем обхватила головку пениса губками и заглотила его настолько, насколько смогла…       — Надеюсь, — на выдохе вымолвил голубоглазый.       — Надеюсь, — на другом конце города вторила ему Хината, — что всё получится!       Девушка всё же побежала заваривать себе чай, а заодно завела будильник на восемь, прекрасно зная, что проснётся без пяти семь, даже если ляжет в пять утра.       — Завтра меня ждёт совершенно новый этап в моей жизни! — с уверенностью произнесла она, даже не подозревая, что её слова станут чересчур пророческими. Но сейчас не об этом, сейчас мы продолжаем следить за ходом мыслей нашей героини.       «Интересно, а меня сразу возьмут? Или дадут ещё какое-то задание? А что они будут меня спрашивать? Быть может, о том, как мне пришла в голову эта идея? Наверняка. И что тогда мне отвечать? Надо проработать все возможные версии и варианты вопросов-ответов. А то начну рассказывать всё подряд, даже то, что им знать совсем и не надо…»       Хината полностью погрузилась в свой собственный мир, как с ней это не раз уже бывало и будет происходить, и вырвать её из него могло разве что очень сильное потрясение, ну или землетрясение, смотря как там получится…       Медленно попивая чай, девушка продолжала всё дальше и дальше уноситься в свой собственный мир, пропустив несколько звонков от своей лучшей подруги, которая хотела предложить ей поработать на её модельное агентство первое время, пока она не устроится на постоянную работу, ну или хотя бы на две-три съёмки, а то сейчас все подходящие девушки либо уволились, либо ушли в декретный отпуск, а брать с улицы незнакомок, постоянно приходящих на кастинги, она не хотела, так как всё это было слишком накладно и выливалось по большей части в неприятности, да ещё очень крупные. А это, как известно, никому не надо.       А Хинате сейчас ничего не надо было, кроме хорошего отдыха, а его могли обеспечить мармеладные мишки, лежащие где-то в шкафчике на кухне, хорошая книжка, например, собрание сочинений А. П. Чехова, которую Хьюга совсем недавно купила и всё никак не могла начать читать, ещё одна порция чая и тёплый пледик на диванчике, а ещё лучше — одеялко на кровати. И вот с этого всего девушка и начала свои действия, продолжая не обращать внимания на внешние раздражители и мир.