Судьба никогда не отворяет
одной двери, не захлопнув прежде
другой. © Виктор Гюго
Зайдя уже в знакомый разноцветный офис, Хината не рассматривала ничего вокруг, а прямиком направилась к стойке регистрации, на которой появился новый элемент интерьера — фиолетовая ваза с зелёными крапинками. В целом она прекрасно вписывалась в общий цветовой хаос, дополняя и гармонизируя его, но в частном она была ужасна, однако девушка предпочла о ней забыть и мило улыбнуться оскалившейся блондинке в малиновой кофточке и тёмно-рыжем, почти кирпичном, болеро.
— Здравствуйте. — Хината слегка смутилась, и это заставило секретаршу ещё сильнее сжать кулаки: она ненавидела тех, кто мог так легко стать абсолютно милой и невинной, а она готова была поклясться, что эта дамочка в строгом чёрном костюме и белой отутюженной блузке вовсю вертит мужиками, впрочем, как и все привлекательные девушки, которые могут, хотят и умеют пользоваться своим телом. — Я Хината Хьюга, мне назначено к Узумаки-сану, — закончила тем самым временем брюнетка.
Услышав фамилию девушки, блондинка переменилась в лице и сразу же нажала на несколько кнопок на телефоне, соединяясь по внутренней связи с начальником:
— Наруто-сан, — очень ласково произнеся имя мужчины, девушка прибавила уважительный суффикс и слегка изменилась в тоне, — к Вам Хьюга-сан, — всё же промурлыкала девушка в трубку; получив ответ, она очень уж правдоподобно улыбнулась очередной молодой дурочке, которой либо придётся раздвинуть ноги перед кем-нибудь для шоу босса, либо попрощаться с мечтой о работе в этой фирме, по крайней мере, женщина думала именно так.
— Вас сейчас встретят и проводят в презентационный зал, — очень-очень вежливо произнесла она Хинате, отчего последняя внутренне сжалась.
Хината не могла терпеть притворство, особенно если кто-то менял своё отношение к ней, услышав её фамилию, это осталось у девушки с детства. После того как Неджи уехал из Японии, все ещё около года помнили о могуществе в бизнесе и экономике страны, а как следствие, и политике семьи Хьюга, но потом всё как-то успокоилось, журналисты забыли о бедной осиротевшей девочке, члены клана были устроены в различные мелкие конторы, некоторых Неджи забрал к себе, а некоторые и вовсе уехали куда-то, где их уже никогда не найдёт новый глава или его сестра, если вдруг они решат вернуть всё в прежние рамки. Хината начала свою совершенно тихую и спокойную жизнь, а тут отголосок прошлого вернулся…
Поблагодарив девушку на ресепшене, Хьюга направилась к уже знакомым читателю креслам и диванчику, но не успела она сесть, как её позвали:
— Хьюга-сан!
Посмотрев в сторону, откуда доносился звук, Хината увидела ту самую красноволосую девушку, которая увлечённо читала рядом с ней вчера на диванчике. Сегодня девушка была одета в серое платье с чёрными вставками по бокам, которое её стройнило ещё больше, хотя куда больше, Хината не понимала, по её меркам девушка и так была слишком уж стройной.
— Меня зовут Карин, можно я буду обращаться к Вам по имени, Хината-сан? — начала свою игру Узумаки, пожимая руку девушке. — Я работаю в этой фирме вот уже как три дня. — Если считать дни, когда девушка работала без дополнительных обязанностей, оказываемых её жениху, то она не солгала. — Я очень надеюсь, что мы подружимся и будем работать вместе! Наруто-кун был очень высокого мнения о тебе, когда ты вчера ушла, — начала втираться в доверие к брюнетке она, ведя девушку по широкому коридору.
— Простите… — начала было Хината, но Карин её тут же перебила:
— Мы подруги, поэтому обращайся ко мне на «ты»! — Яркий восторженный огонёк горел в её глазах неподдельно честно, поэтому Хината даже слегка опешила своей забывчивости.
— Прости… — Хьюга хотела договорить «те», но почти навернувшиеся слёзы на глазах у девушки, держащей её за руку, остановили Хинату. — Ты сказала «Наруто-кун»? — поинтересовалась она, продолжая двигаться по коридору полубоком из-за новой подруги.
— Да. — Для убедительности Карин закивала головой. — Он мой жених!
Эта новость слегка ошарашила девушку, ну или её ошарашило то, что в неё врезался кто-то, да ещё так, что все три человека упали, а все документы, которые они несли, выпали из её рук и рук довольно молоденького юноши с довольно густыми бровями и стрижкой под горшок.
— Простите, простите, простите, — начал кланяться на четвереньках юноша, собирая документы и повторяя одно-единственное слово.
— Это Рок Ли, — поднявшись и протягивая Хинате руку, оповестила Карин.
— Простите, пожалуйста, — отдавая Хинате её папку с проектом, правда, уже без флешки с презентацией, ещё раз извинился парень, склонившись очень низко.
— Н-ничего страшного, — офигевая от такого поведения, вымолвила брюнетка, хлопая глазами. — Со всеми бывает, — с доброй улыбкой уже нормально произнесла она, пожимая плечами, но юноша этого не видел, он пулей побежал куда-то дальше по коридору, слишком хорошо и цветно освещённом для обычного офиса, но это же была самая необычная и креативная фирма в Японии.
— Хината-чан, пошли, нам надо туда. — Карин махнула рукой в сторону лестницы, уходящей влево-вверх.
— А почему не… — начала задавать вопрос Хината, смотря на лифт в конце коридора, но Узумаки её тут же перебила, не давая ей и слова сказать:
— Лифт у нас очень часто застревает, а мы же спешим! — протараторила Карин, продолжая вести девушку самым длинным путём к пункту их назначения.
Красноволосая продолжала засорять мозг своей новой «подруге» различной и совершенно ненужной информацией, не позволяя Хинате и слово вставить, впрочем, та и не рвалась этого делать — она пыталась мысленно прорепетировать возможные сценарии вопросов и ответов к её проекту. Замолчала Карин лишь тогда, когда они подошли к матовой стеклянной двери, на которой красовалась табличка, гласившая: «Презентационный зал».
Толкнув дверки от себя, Карин уверенно шагнула внутрь, Хината прошла вслед за ней, оглядывая помещение с неподдельным интересом. Все светильники были в виде различных статуэток лисиц, начиная от подтянуто-стройных и заканчивая маленькими откормленными щенками, ловящими лампочки. На длинном столе, как показалось Хинате, из кедрового дерева, красовалась статуэтка Девятихвостого Лиса, в порыве гнева замахнувшегося лапой на входящего человека (статуэтка была так расположена). Сглотнув, Хьюга попыталась вспомнить из какой это легенды, но на ум сейчас ничего не приходило, поэтому девушка с трудом, но всё же оторвалась от скульптуры и перевела взгляд дальше по ровной поверхности столешницы.
Во главе стола, повернувшись на своём кожаном кресле к проектору, сидел Узумаки Наруто в синем костюме с оранжевыми отделочными полосками и таким же ярким галстуком. Переведя взгляд на экран, Хината увидела свои эскизы возможных будущих плакатов для наружной рекламы.
— Это великолепно! — изрёк Узумаки. — Карин, это гениально! Ты только посмотри! Вечные ценности! — продолжал нахваливать работу девушки мужчина, она была польщена такой реакцией, но всё же не могла понять, как слайды, находящиеся на её флэшке, смогли оказаться уже у её возможного будущего босса.
— Действительно, — восхищённо выдохнула его невеста, подходя к проектору и аккуратно касаясь пальцем стрелки пролистывания изображений. Хьюга до сих пор стояла как вкопанная, совершенно ничего не понимая и боясь пошевелиться.
— Надо его повысить!
Эта фраза настолько ошарашила Хинату, что девушка буквально свалилась на стоящий рядом стул, совершенно не понимая, что происходит в этом мире. Она слышала какие-то обрывки фраз, она видела лица обеспокоенных Узумаки, но ничего не могла с собой поделать. Мир куда-то уносился от неё, совершенно не давая ей возможности сосредоточиться хоть на чём-нибудь происходящем в этой комнате.
Она слышала, что у неё что-то спрашивают. Ей казалось, что они спрашивали, что с ней случилось, принести ли воды и вызвать ли врача… Потом Карин куда-то побежала к началу стола и прибежала с бутылочкой минеральной воды, которой и напоила Хинату. После она помахала на девушку папкой, и оная стала приобретать нормальный оттенок лица, живой, так скажем…
Хьюга начала потихоньку приходить в себя, к ней вернулось ощущение реальности и восприятие мира. Ещё немного погодя девушка смогла осмысленно ответить, что с ней всё хорошо, после чего Наруто предложил брюнетке поехать домой, а к нему приехать завтра, но Хината отказалась.
Она уже поняла, что всё это было подстроено, что Карин специально повела её тем коридором, где в неё врезался этот странный юноша, ведь флешки на месте не было. Да и ничего бы она не доказала, так как слишком поздно спохватилась пропажи. И именно тогда, когда она её обнаружила, точнее, не обнаружила таковой на месте, девушке и стало плохо. Ноги подкосились, голова закружилась, и ни одна мысль не хотела укладываться в ней (её голове).
Пролепетав что-то вроде того, что её проект намного хуже, она поднялась со стула и медленно направилась к выходу из этого помещения на ватных ногах. Карин пыталась подскочить к ней с помощью, но брюнетка лишь покачала головой, произнеся очень тихо:
— Не надо, я сама…
— Как думаешь, мы не переборщили? — обеспокоенно спросил Наруто свою невесту, смотря на закрытую дверь. Ему было как-то не по себе, мужчина чувствовал что-то похожее на угрызение совести. Он уже было подумал, что надо догнать девушку и извиниться перед ней, сказать, что она принята и это у них такой метод проверки новых специалистов… Он был готов уже сорваться с места и кинуться за ней, но…
Всегда существует такой противительно-сочинительный союз, который способен вывести из себя большинство читателей, а автора — злорадно потереть ручки и похихикать тихонечко в уголке в кулачок от большой любви к таким моментам в работах…
Карин успела его схватить за руку и нежно промурлыкать на ухо:
— Забей, всё будет нормально, — она лизнула мочку его уха, — я тебя хочу… — Женщина сжала жениха в области паха, чувствуя, как там всё начало твердеть и увеличиваться. — Судя по Наруто-тяну, ты тоже, — хихикнула она, отступая ближе к столу.
— Ох, Карин, играешь с огнём, — улыбнулся своей фирменной улыбкой голубоглазый, ослабляя галстук и подходя к Узумаки, думая теперь только о том, сколько у них примерно есть времени и что надо сделать, чтобы она побыстрее получила разрядку, а то потом спокойно поработать не даст.
— Ну, ты же меня не обожжёшь? — наивно улыбнулась та, продолжая: — В понедельник мы заключим контракт, который выведет нас на новый уровень…
А тем временем Хината всё ещё пребывала в каком-то полусонном состоянии, когда проходила по этому ужасному коридору с какими-то яркими и нелепыми пятнами, когда спускалась по лестнице, не понимая, что делает, когда выходила из этого, с позволения, дурацкого офиса, в который ей и не стоило ехать…
«Хотя почему не стоило? Стоило, конечно же! — мысленно поправила себя Хината. —
Кто бы мне ещё устроил такой наглядный ввод в этот жестокий взрослый мир?»
Зло пнув стеклянную дверь (не паниковать, у Хинаты не столько сил, чтобы разбить такие толстые стеклянные двери), девушка сбежала по ступенькам, нервно откинув волосы за спину и оглядевшись вокруг. Её всё злило, она хотела сломать что-нибудь или украсть, ну как украсть, одолжить, чтобы потом Ко заплатил за это, но за её спиной. Она хотела привлечь к себе внимание отца, как тогда, когда он незаслуженно её обвинял в чём-то и она начинала проказничать, чтобы её отругали за что-то, а не просто так.
— Папа… — прошептала Хината одними губами, и её чувства успокоились, она снова вспомнила тот день и… непрошеные слёзы сами появились на глазах, предательницы.
Быстро проморгавшись и аккуратно промокнув подушечками мизинцев внешние уголки глаз, Хината огляделась по сторонам, выдохнула от облегчения, ведь на неё никто не обратил внимания, впрочем, как и всегда в этом городе вечно спешащих людей, после чего стала спускаться по каменной лестнице к подъехавшему и остановившемуся такси.
«Чтоб у них всё было хорошо до бесконечности! Чтобы их накрыло процветанием и благополучием так, что сам Император бы просил у них деньги в долг! Да и ещё английская Королева! Хотя зачем им деньги? Им идеи нужны, вот пусть их будет через край!» — ругалась мысленно Хината, думая и гадая, когда же ей можно будет уже снять эти чёртовы туфли, так сильно давящие на косточку.
— Это великолепно! Это гениально! Ты только посмотри! Вечные ценности! — вслух передразнила Хината, смешно кривляясь при этом и хлопая дверкой машины.
— Это гениально… — подтвердил чей-то глубокий голос сбоку девушки, из-за чего та завизжала от испугу, как будто её резать захотели.
Около пяти минут назад
У мужчины раскалывалась голова, он уже около двух недель не мог угодить заказчику, а потому все в его фирме всячески страдали от включённого Саске тирана, который ни за что мог наорать на любого человека, вставшего у него на пути или что-то сказавшего недостаточно громко или тихо, а ещё чаще — лишить премии или половины зарплаты, но никого не отпускающего ни в отпуска, ни в увольнения. Ему нужен был этот заказчик, довольный и чуть ли неудовлетворённый.
Ему не нужны были его деньги, ему важно было выполнить заказ хорошо и качественно, чтобы потом никто не смог ничего сказать о его фирме. Или подумать. Это была фирма его семьи, его клана, его деда и отца. Она должна была достаться Итачи, но того чуть ли не посадили в камеру смертника. Фугаку удалось его тогда выкупить, это стоило им всего, что они имели, отец хотел продавать даже фирму, но Саске настоял. С помощью матери.
Тогда он совершил самую большую ошибку в своей жизни, за что винил себя до сих пор. И будет продолжать винить до конца жизни. Но именно тогда он поклялся себе, что сделает всё, чтобы эта фирма была лучшей среди лучших, жемчужиной, дарящей всем тепло и свет вокруг. И он этого добился, но…
Появился этот Сасори Акасуна, весь такой с иголочки одетый и явно из-под неё вышедший, ну или из-под хирургического ножа… В его шестьдесят с лишним лет
(несовпадение с каноном) выглядеть так же хорошо, как многие молоденькие идолы, просто невозможно без различных подтяжек и прочих придумок человечества в погоне за красотой и молодостью.
Саске вообще не любил красивых парней. Он и себя не любил за свою внешность, но активно ей пользовался, раз уж досталось. Но ему было противно, что все ведутся на его внешность и клан. Он хотел, чтобы хоть кто-то заинтересовался им просто так, как обычным человеком, у которого нет в кошельке и тысячи йен, у которого нет ничего, кроме глубокого внутреннего мира, который надёжно спрятан от всех из-за ошибок молодости… Но мы немного отвлеклись…
Продолжаем.
Появился этот Сасори Акасуна, искусный ювелир и мастер на все руки, чьи украшения знают все и носят только избранные, так как ручная работа никому не по карману.
Его ручная работа никому не по карману, ну, из
обычного, среднестатистического класса… И он захотел это исправить. Организовал большое предприятие, первая партия уже готова, но вот в продажу не поступила.
Он хочет, чтобы сначала появилась реклама, а потом уже стартовали продажи. Он обратился абсолютно во все рекламные фирмы и агентства, но многие не смогли справиться с заданием, от услуг половины он отказался сам, и вот из соперников остались только две фирмы, точнее, одна фирма, которая, как думал Учиха, могла угодить этому великовозрастному идиоту, не понимающему, что его имя уже и так отличная реклама. Ему захотелось чего-то особенного!
И он всё отвергал, что бы ему ни предложили. И это всех бесило. Даже гений рекламного бизнеса и стратегий — Шикамару Нара — стал курить в три раза чаще, перестал смотреть на облака и нервно отвечал на любые вопросы, полностью погрузившись в работу. С головой закопавшись в неё. Он не понимал, какой подход, какой ключик нужен к
этому клиенту. Он больше не знал, что делать. Саске только его и отправил в отпуск, а то у Шикамару уже нервный тик начался, и руки стали дрожать, но парень всё равно никуда не ушёл.
— Биться, так до конца, — ответил он тогда. — Как я буду в глаза тебе смотреть, если сейчас брошу всё? Да и потом, стрессы полезны, они повышают защиту организма против всяких болячек. — Спорить с Нара никто не стал, он же потом добавил, что главное — не затягивать. Но все понимали, что больше тянуть некуда.
Вдруг в кармане мужчины завибрировал телефон, вырывая того из пелены воспоминаний. Саске ненавидел такие ситуации. Он в машине, а кто-то названивает. Так же и до аварии недалеко! За примером ходить не надо…
«Стоп, чего это я паникую? — спросил сам себя, с позволения сказать, юный и успешный бизнесмен. —
Я же из-за этой нервотрёпки специально такси взял. Во дожил, не помню, что меня везут…» — достав телефон, мужчина коротко бросил, нахмурив брови:
— Слушаю.
— Ино сказала, что та девушка с фото не ответила… — Это был Шикамару, он ещё что-то рассказывал про новые идеи и концепции, сказал, что к ним поступил заказ на рекламу нового чая и ещё что-то, но Саске было не до этого. Он увидел
её… Он заметил ангела, суккуба, нимфу, богиню… Да чёрт её знает кого, но главное, что это была
она!
— Притормозите здесь, — попросил он, и машина замедлила ход, останавливаясь, а Учиха всё смотрел на эту девушку.
— Саске, ты меня слушаешь? — недовольный голос послышался из сотового, на том конце чиркнуло колёсико зажигалки, и кто-то шумно затянулся.
— Я
её нашёл… — только и смог вымолвить брюнет, замерев на месте, как испуганный школьник пятого класса, увидевший выпускницу, в которую был влюблён.
— Кого? — устало спросил Шика, но ответа так и не получил, Саске уже сбросил вызов и вовсю смотрел на эту девушку, которая очень странно себя вела, пнув входную дверь офиса.
Саске подумал, что на стекле останется трещина, но вроде всё было хорошо… Переведя взгляд на девушку, он увидел, что брюнетка уже легко сбежала по ступенькам, слегка повела плечиком, ловким движением руки убрала волосы за спину и стала смотреть по сторонам, словно она что-то искала. Её лицо в этот момент было прекрасно. На нем было странное сочетание выражений чувств боли и гнева, но оно было неимоверно прекрасным, его хотелось сфотографировать, чтобы никогда не забывать, ведь память ужасна, она стирает со временем всё…
Она вдруг слегка наклонила голову и поднесла руки к лицу, неимоверно быстро их убрала и вскинула гордо свою головку вверх, надменно посмотрела на окружающих (Учиха это завело) и стала элегантно спускаться по каменной лестнице к его такси. Кажется, она не знала, что в машине уже кто-то есть…
— Это великолепно! — услышал Саске, когда она открыла дверь машины. — Это гениально! — Ножка девушки оказалась в машине. — Ты только посмотри! — Она картинно возвела руки к небу, закатив глаза и бросив папочку рядом с собой. — Вечные ценности! — Девушка с силой хлопнула дверкой машины. Водитель ничего не сказал, зато Саске молвил:
— Это гениально… — Видимо, это было слишком неожиданно для брюнетки, и она испугалась, завизжав так, как будто её резали.
— Б***ь! — заорал водитель-альбинос, до этого всё время молчащий. — Ты пасть свою когда закроешь? Мне на нервы действует!
Это подействовало отрезвляюще, как ушат ледяной воды в июльскую жару, на всех. Даже на Саске, который уже приготовил всё своё природное очарование, чтобы убедить девушку стать лицом их новой рекламы. И на Хинату в первую очередь подействовало. Сильно и отрезвляюще.
— Простите, — прошептала она водителю. — Я, наверное, выйду, — бросив смущённый взгляд на Саске, произнесла она, уже открывая дверку, но Учиха оказался проворнее. Схватив одной рукой брюнетку за локоть, а другой, навалившись при этом на Хинату, Саске удержал дверь и сказал водителю:
— Трогай.
— Что Вы себе позволяете?! — покраснев, возмутилась брюнетка, не зная, что ей теперь делать.
— Простите, но Вы мне нужны. — Саске сел нормально, взял девушку за руки и, смотря в глаза, продолжил: — Меня зовут Учиха Саске, я…
— Я знаю, — перебила Хината. — Я не пошла на собеседование в Вашу компанию, выбрав другую, — почти одними губами прошептала девушка, огромными глазами смотря на это лицо, эти скулы, нос и подбородок, которые ей буквально въелись в память там, в метро…
— Вот видите, как всё хорошо складывается, — улыбнулся брюнет. — Вы можете у меня работать, если хотите, даже без испытательного срока и собеседования уже сегодня, уже сейчас, мы сразу же подпишем контракт, только согласитесь быть моделью в одном проекте, ну и дайте разрешение на использование этого вашего словосочетания, "Вечные Ценности"… — Саске говорил очень быстро, ему казалось, что ещё чуть-чуть, и он не успеет, она не согласится, а она ему нужна была нужна. Сейчас. Очень.
— Х-хорошо… — ничего ещё не понимая, согласилась Хината.
— Девушка, я Вас люблю! — Учиха начал целовать запястья сероглазой, молясь, чтобы она не передумала.
— Это сон? — скорее саму себя спросила Хьюга, нежели своего случайного спутника.
— Нет, это не сон, — усмехнулся Учиха, открывая свой ноутбук и быстро находя нужные документы. — Простите, как Вас зовут? — чуть изогнув бровь, спросил Учиха, понимая, что ситуация в целом получилась чересчур комичной и неловкой.
— Хината Хьюга, — ответила девушка, с интересом и неверием смотря на своего нанимателя. Ей почему-то казалось, что в этот раз её не обманут. Она не знала, откуда у неё такая уверенность, но она просто
чувствовала и всё.
Саске полоснуло словно ножом, он сразу вспомнил… Впрочем, это неважно было, а потому он повернул ноутбук к девушке и начал объяснять суть заказа и то, что он сейчас придумал, благодаря ей, Хинате.
Внимательно выслушав Саске, девушка молча полезла в свою папку и достала оттуда документ, по которому делала проект, и протянула его мужчине, сказав, что у неё дома на компьютере есть вариант исполнения этого проекта, который у неё сегодня украла фирма «Водоворот», буквально выставив на улицу. Учиха кивнул, соглашаясь, Хината попросила остановить здесь — они как раз проезжали мимо её дома — и подождать её.
Вернувшись минуты через три в машину, девушка протянула мужчине маленький серебристый USB-накопитель, и таксист тронулся дальше. Он уже не был недоволен тем, что его гоняют туда-сюда, просят не пойми где остановиться, подождать или ещё что-то сделать. Счётчик капал, а этот мужчина, судя по тому, что Хидан успел за сегодня услышать, являлся не просто каким-то смазливым сосунком, а весьма и весьма богатым и зажиточным клиентом. И он уже за сегодня заработал больше, чем обычно зарабатывал за сутки.
Поколесив по городу ещё минут пятнадцать, водитель остановился, высаживая очень довольных и восторженных, можно сказать, в какой-то степени возбуждённых клиентов у самого дорогого офиса Токио (во всех смыслах), гигантской Империи бизнеса, носящей гордое название «UchihaCorporation». Получив сумму в два раза больше положенной, он хотел было вернуть сдачу, но Учиха только махнул рукой, отпуская его и под локоть ведя Хинату внутрь своей компании.
Хината медленно сходила с ума, ей всё это казалось какой-то нереальной сказкой, сном, которому не суждено воплотиться в жизнь, но тем не менее судьба ей предоставила такой подарок и шанс.
Зайдя внутрь здания, Хьюга ахнула — такой роскоши не было даже в их фирме. Хотя отец гордился, что их офисы были самыми дорогими и прекрасными. Девушку поразили стеклянный потолок, мраморные колонны-исполины, служащие опорой для следующих этажей, пол, выложенный плитами из чёрного обсидиана, строгая форма служащих, при этом очень элегантная и дорогая, но не единая, которая вызывала всегда одно лишь угнетение или скуку, а также невероятная атмосфера в компании и немного удивлённые взгляды, которыми одаривали её, идущую рядом с Саске, который раздавал всем распоряжения, но девушка их не слышала.
Когда они дошли до стойки в конце широкого холла, Учиха попросил девушку, стоящую за ней, попросить Хидео (яп. м. имя, означающее «роскошный человек») подготовить два контракта на сотрудничество формы М-94 и ГП-085. Девушка кивнула, сказав, что всё будет выполнено в кратчайший срок, и поинтересовалась, куда принести документы.
— Спасибо, Мика (яп. ж. имя, означающее "полная луна" или "приятный аромат" в зависимости от написания), — поблагодарил генеральные директор корпорации. — Принесите в третий павильон для снятия рекламы, а заодно вызовите из «Пламени Ветра» Шикамару. — Они уже прошли к лифту, в котором их ждало несколько людей, когда Саске вспомнил кое-что ещё — Мика, вызовите ещё, пожалуйста, Яманака. Я знаю, что у неё выходной, но скажите, что от этого зависит её увольнение без выплаты премии, думаю, тогда она приедет.
Хината была шокирована, но ничего не сказала, даже не спросила, побоявшись, что она ошиблась и это не Ино, а она выставит себя в глупом свете.
Спустя некоторое время два темноволосых человека пришли на одну из съёмочных площадок корпорации, на которой сегодня не было ни души, за исключением их, конечно же. Стоило только Хинате переступить порог, как за её спиной закрылась дверь, а единственное пятно света, выхватывающее прожектор и камеру, кануло во тьме.
— Зажмурьтесь, — то ли попросил, то ли приказал Учиха, щёлкая выключателем.
Хината, конечно же, не успела этого сделать, а потому её на несколько секунд ослепило белым светом ламп. Когда девушка привыкла к освещению, она заметила своего спутника, выбирающего и устанавливающего фото и видеокамеры. Хьюга залюбовалась этим мужчиной за его необычной, казалось бы, работой, и Учиха это краем глаза заметил. Обычно его это раздражало, но внимание Хинаты ему понравилось, он даже улыбнулся, но быстро взял себя в руки и попросил Хьюга переодеться во что-то лёгкое и повседневное, что она сама себе подберёт в соседней гримёрной.
Хината кивнула и пошла в указанную мужчиной сторону, найдя за тонкими стенками-перегородками настоящий рай для многих дамочек, начинающийся дорогими брендовыми вещами и заканчивающийся целым складом всеразличных ящиков и тюбиков косметики с кисточками и лаками у огромного зеркала, ну или начинающегося с этого…
Поколдовав совсем немного над своим образом, как того и просил её новый работодатель, Хината вышла обратно к нему и оказалась заключённой в чьих-то крепких и удивительно мягких объятиях.
— Хината-чан! Как я рада, что ты здесь! — Хьюга почувствовала довольно необычный для Японии авангардный аромат, сочетающий в себе сладкие мёдовые, дурманящие шафрановые, чарующие абрикосовые и смело дерзкие в этом букете нотки жасмина и любимого цветка девушки — орхидеи. У Хинаты было только одно предположение:
— Ино? — почти прошептала она, но, как оказалось, достаточно громко, чтобы её услышали.
— Хинаточка, я тебе звонила, а ты не ответила, — начала тараторить блондинка, продолжая сжимать в своих объятиях подругу, которая и не сопротивлялась нисколечко. — Я хотела тебе предложить эту работу, но она сама тебя нашла! — Восторга в голосе было через край. — Когда мне Шика позвонил и сказал, что Учиха-сан нашёл кого-то, я вся занервничала, а представляешь, я ещё и спала к тому же, а потом ещё с работы вызвали… — Хината мысленно взвыла: неужели Яманака превратилась в такую болтушку? Впрочем, она такой всегда и была, просто брюнетка отвыкла.
— Ино, мы тут работаем, вообще-то, — холодно заметил чёрноглазый красавец, прекращая этой фразой все отхождения от положенного поведения своей подчинённой.
— Да-да, сейчас всё будет, — смешно отдав честь, улыбнулась она и принялась настраивать свет, подбирать реквизит в виде скатерти, фруктов, кружечки чая с блюдцем… словом, создавала атмосферу какого-то французского ресторанчика.
Как только Хината села за столик и Саске сделал пару кадров, Яманака потребовала ей их показать, после чего слегка скривила губки, сместив тем самым ротик и кончик носика в левую половину лица, после чего изрекла:
— Это не то!
— Что не так? — удивился Учиха. Хината помалкивала, так как результата не видела, да и знала, что в такие моменты с Ино бесполезно говорить.
— Всё! — рявкнула голубоглазая, собирая сразу вместе со скатертью всё, что было на столике. — Хината, иди и одень розовое платье, которое переходит в фиолетовое к подолу, тебе в голубом нельзя, да и оно очень простенькое… Кто его вообще сюда притащил? — Последняя фраза прозвучала уже из коробки (девушка рылась в огромном контейнере, стоящем в другом конце студии, в котором можно было найти всё, что душе угодно, из посуды).
— Ну, если мне не изменяет память, — взял слово брюнет, фотографируя фон со столиком другой камерой, — то ты требовала, стуча по моему столу, чтобы я издал распоряжение, гласящее, что в эту комнату могут приноситься только те вещи, которые ты одобришь, да и выноситься не могли в принципе без твоего ведома.
— Нет, нет, нет! — замахала руками блондинка, когда Хината снова выпорхнула из своеобразной гримёрной. — Я не про это платье, найди там такого же цвета, как рубашка Саске-сана!
Хината хлопала глазами, не понимая, что от неё требуется, а Саске-сан рассмеялся в голос:
— Ты бы ей помогла, что ли, а то там у тебя столько похожих тряпок, что никто и не разберётся, особенно новенький.
— Сама знаю. — Ино показала начальнику язык, схватила Хинату за руку и утащила обратно в гримёрку, чтобы сразу одеть, накрасить и причесать подругу-модель как следует.
Спустя ещё полчаса Ино полюбовалась своим шедевром, а Хината молилась, чтобы её ещё раз не вздумали перекрашивать или расчёсывать, но оказалось, что всё в порядке и ей можно выходить.
Когда Хината подошла к съёмочной площадке, она застыла в немом шоке; тут было десять прекрасных столиков, сервированных на разный манер: традиционный японский набор на одну персону с веточкой сакуры, поставленной в низкую круглую вазу; и полностью сервированный стол на одну персону, как принято в высшем обществе, с несколькими бокалами, ножами, тарелками, вилками, ложками и кипельно-белой салфеткой, сложенной уголком; столик для английского чаепития с небольшим трёхэтажным подносом, на котором удивительно красиво разместилось несколько пирожных и печенек…
Остальные столики Хината даже не успела рассмотреть, так как Ино хмыкнула и убрала с английского столика всё, кроме кремовой скатерти, поставив туда вазочку с красивыми жёлтыми цветами, названия которых Хьюга не знала, небольшой бокальчик с красным вином, рядом положила такую же жёлтую, как и цветы, салфетку, после чего с соседнего столика переставила блюдечко с кусочком шоколадного пирожного, не забыв положить рядом вилочку с кусочком от этого десерта.
Только увидев это, Хината поняла, что вся еда и напитки здесь ненастоящие, и это её немного разочаровало.
— Вот так мне больше нравится, сделаем образ Франции, на компьютере потом дорисую утренний Париж, ну или Прованскую местность… Посмотрим уже после, — решила Ино, отодвигая все остальные столы и кивая Хинате на новый, чтобы та села.
Когда наконец всё было готово и Хината взяла в руки вилку, Саске попросил её медленно делать вид, что она ест тот кусочек рано утром, когда только проснулась.
— Или вечером на свидании с любимым, — вставила Ино, заставляя модель смутится и посмотреть в их сторону огромными серыми глазами. — Румянец убираем? — спросила она у Учиха, скрестив руки на груди.
— Нет, это даже лучше… — ответил мужчина, внимательно смотря на Хьюгу через объектив камеры. — Хината, повернись к тортику, — начал он давать свои распоряжения. — Хорошо, правильно, теперь медленно подноси ложку к ротику… Так, стоп, убери эту руку из-под груди! Лучше волосы придержи! — Хината послушно выполняла всё, что от неё требовалось, а Ино тихонечко стояла позади Учиха и наблюдала за всем тем, что происходило перед ней. — Так, куда румянец делся? Ино… — попросил фотограф, видевший уже в голове образ, но не улавливающий его всё это время.
— Хината, тортик тебя хочет, ты его хочешь, аккуратно поцелуй, как… — Блондинка осознала, что она перегнула, поскольку у её подруги уши стали напоминать чем-то рубины. — Как пёсика в нос…
— Ино, я тебя больше ни о чём не попрошу, — оторвавшись от камеры, но продолжая фотографировать Хинату, вполне серьёзно заметил Саске, нахмурив брови. Женщина в строгом костюме с приталенным пиджаком и прямыми брюками, скрывающими полностью её туфли, подняла руки вверх, словно она сдавалась.
Хината поражённо на всё это смотрела и даже нечаянно действительно откусила кусочек пенопластового тортика, забывшись.
— Тьфу, — начала отплёвываться она, почувствовав неприятный вкус.
— Хинаточка, с тобой всё нормально? — Ино тут же полезла в свою большую сумку, оставленную на какой-то коробке, и достала бутылочку жасминового чая, протягивая его подруге.
— Да, — кивнула та.
— Господин Учиха! — В комнату вбежала молоденькая девушка с папкой в руках. — Вот два договора, которые вы просили… — Она даже не успела их отдать мужчине, когда их выхватила из её рук Яманака.
— Спасибо огромное, здесь и моя подпись нужна, — перебила она эту девушку, сразу находя контракт модели и быстро подписывая его от лица нанимателя в нужных местах. — Теперь вы, — она протянула бумаги и ручку двум черноволосым людям, — читать потом будешь, тут тебя не обманут, — заверила блондинка подругу, и та, поверив ей, быстро поставила подписи везде, где это нужно, после чего получила ещё пару экземпляров контрактов, которые Ино и Саске торжественно вручили ей, после чего слегка поклонились и попросили позаботиться о них.
Опомнившись, девушка тоже склонилась и произнесла:
— Прошу, позаботьтесь обо мне!
