Отражение

Было глупо надеяться, что его отпустят. Он и не надеялся. Он уже давно изгнал из себя это глупое чувство. Еще на первом курсе, когда Том пытался поговорить с ним. Он был не в себе тогда, одурманенный зельями, болью и ментальными закладками, как мальчик узнал позже... Но все равно не хотел убивать ребенка. Именно тогда Гарри осознал, что Лорд просто не мог сам хотеть убить его в Ту ночь. Мальчик пытался помочь, но все испортил Дамблдор, появившийся словно из ниоткуда. Изгнание Темного Лорда и обливиейт для Спасителя. Правда, долго не помнить не получилось, на День Рождения память вернулась. Вот только сделать он ничего не мог. Так и продолжалась его жизнь. Вся она делилась на две части. Под обливиейтом - с сентября до конца июля, и август. Это было больно, но исправить Гарри ничего не мог до совершеннолетия. Такое условие поставили гоблины. Пока он не станет Лордом, ни артефактов, ни книг не получит. Он был бы рад тот час надеть Родовой перстень, но в этом случае вероятность смерти была 90%. По мнению подростка, в тот момент ему было 14, лучше быть живой куклой, чем мертвым Лордом. Может не вяжется с образом Героя, зато выжить помогает. Помогало. Перстни Поттеров и Блэков его не приняли, зато Рода Гриффиндор и, неожиданно, Певерелл обрели нового главу. И вот теперь он окружен "близкими" людьми, которые не дадут выйти из дома 12 на площади Гриммо. Гарри до последнего верил, что хотя бы родители действительно любили его, но...Вот они напротив, держат палочки наготове. Худая рыжеволосая женщина, зеленые глаза которой смотрели на него с нескрываемым отвращением, и полный мужчина в нелепых круглых очках. А рядом с камином, заблокированным, к слову, спокойно стоит Светлейший маг столетия, Альбус Дамблдор. - Гарри, мальчик мой... - попытался что-то сказать "мертвый" директор. - Профессор, не надо, - устало вздохнул юноша. - Я все знаю. И то, что живым я остался случайно, тоже. Болтать меньше надо, - он бросил быстрый взгляд на скривившуюся Грейнджер и злобно испепеляющего его глазами Рона. - Я только одного не пойму. Почему я еще жив? - Им нужен ритуал, - растягивая гласные, произнес кто-то за его спиной. Правда, "кто-то" - громко сказано. - Малфой?.. - чуть удивленно хмыкнул Поттер-старший. - Как ты попал в дом, змеиное отродье?! - противно взвизгнула Лили. Блондин медленно подошел к Гарри и вынул из кобуры свою палочку. - Ритуал? - приподнял бровь зеленоглазый гриффиндорец. Драко кивнул и криво усмехнулся. - Ритуал по отъему магии. Они хотят высосать тебя досуха. Так же как дядю, Северуса и Люпина... - он зажмурился и решительно продолжил. - И наш родовой камень. - Как ты еще жив, Пожирательский ублюдок?! - резко заорал Грюм, бешено вращая глазом. Вместо ответа блондин взял школьного врага за руку. - Помоги мне, - прошептал он Певереллу прямо в ухо, - Просто повторяй за мной, и тогда мы выживем, - убеждал парень, утаскивая его поближе к стене. Светлые, что-то заподозрив, немедленно атаковали Секо и Ступефаем. Щиты Гарри трещали, едва сдерживая натиск. Джинни применила любимый Летучемышиный сглаз. Именно в этот момент Малфой порезал себе и, через секунду, Гриффиндору левые ладони. Несколько капель крови упало на темный паркет, быстро растекаясь и смешиваясь. Магия нападающих перестала работать. - Я, Лорд Блэк, призываю... - начал слизеренец, кивая сообщнику. - Я, Герцог Певерелл, Лорд Гриффиндор, призываю... - Теперь вместе, - одними губами показал Драко. И два голоса слились в один. - Справедливейший Суд, Жизнь вверяя тебе. Накажи тех, кто суть Магии извратить посмел. Ты возьми мою кровь – Это жертва Судьбе! За время произнесения формулы призыва вокруг юношей образовался круг из их крови, с последними словами превратившийся в серебристые искры, которые собрались в три женские фигуры. Они появились между противниками, в центре узорчатого темно-зеленого ковра. Та, что стояла посередине имела красные волосы, собранные в высокий хвост до плеч, карие, скорее оранжевые, глаза и золотистую кожу, на ней был коричневый охотничий костюм, высокие черные ботфорты и кожаные перчатки. Стоящая справа от нее выглядела совсем еще девчонкой, русая, чуть растрепанная, коса до пояса, большие светло-зеленые глаза, персиковая кожа, носик, покрытый веснушками, одета она была в летнее голубое платьице до колен и белые босоножки. Третья же была самой мрачной: тяжелое траурное платье в пол с глухим воротником, маленькая черная шляпка с полупрозрачной вуалью, закрывавшей верхнюю часть лица, сквозь которую сверкали лишь ярко-синие глаза, алые губы были поджаты, белоснежные тонкие руки сжимали серп из темно-синего дымчатого металла, закрепленный на поясе, серебристые волосы были забраны в тугой пучок, лишь пара локонов выпадала из прически. Женщины сурово смотрели на Дамблдора и его свиту. - Кто вы и по какому праву вы здесь находитесь?! - заверещала Молли Уизли. Мрачная женщина хмыкнула. - И правда, что это мы? Надо представиться... - глаза хозяйки Норы победно сверкнули. - Я Смерть. - Я Жизнь, - вставила девочка. - Я Магия, - закончила "охотница".- Мы, Справедливейший Суд, - продолжили они хором, - признаем виновными Альбуса Дамблдора, Молли Уизли, Рональда Уизли, Джиневру Уизли, Аластора Грюма, Джеймса Поттера, Лили Поттер, Гермиону Грейнджер... - В нарушении Законов Магии и извращении традиций, - сказала Магия. - В том, что не родились те, кто должны, - строго произнесла Жизнь. - В том, что многие умерли раньше срока, а другие живут на их время, - почти прошипела Смерть. - Примите наказание, - Магия взмахнула рукой, и от осужденных к ней полетели цветные потоки. Они ластились к женщине и вдруг пропали. Магов резко скрутило и они, побледнев, упали на пол. - Больше у вас нет никаких способностей, - объяснила красноволосая. Жизнь стремительно порхнула прямо к директору и дотронулась до его лба. Старик ломаной куклой поднялся на ноги и застыл в позе "смирно". Он дернулся, его тело начало стремительно каменеть, и уже через секунду все было кончено, лишь живые глаза испугано смотрели с серого лица. - Я тоже, пожалуй, сделаю кое-что, - усмешка Смерти чувствовалась кожей. Она сняла свой серп с пояса и рубанула им воздух наискосок. В этом месте возник черный разрыв, из которого вывалился парень лет двадцати. Он качнулся, не устояв на ногах, и упал на четвереньки. Юноша удивленно огляделся и рухнул на пол. Вот так получилось, что в сознании остались только Гарри и Драко. Магия кивнула парням и, взяв за руку Жизнь, которая им улыбнулась, изчезла вместе с ней. Смерть подошла к Певереллу и мягко погладила его по щеке. - Повелитель, - она улыбнулась, - я рада, что отныне служу тебе, и... - женщина повернулась к Драко - спасибо, что спас его, что ты хочешь в награду? - Я знаю про плату: с каждого Лорда по половине резерва и еще про то, что твоим повелителем может быть лишь маг, - она поморщилась, синие глаза недовольно блестнули. - Я хочу, чтобы силы твоего хозяина не уменьшились, - уверенно сказал блондин. Гарри ошеломленно уставился на... А на кого? Врага? Друга? Зачем ему это вообще нужно? - Хорошо, - удовлетворенно кивнула Смерть, стремительно приближаясь к парню, - но я возьму с тебя за это, - юноша молчал, - Ты останешься снежным эльфом и способности этих существ все так же будут с тобой, - парень вздрогнул, а Гриффиндор любопытно скосил глаза, - но магом ты быть перестанешь, - она скептически хмыкнула, увидев испуганное бледное лицо. - Навсегда, - прошептала женщина, почти ему в губы, - Согласен? - весело спросила она, отойдя на пару шагов.