Cat

Парень плотно сжимает веки, которые кажутся непомерно тяжелыми. Он с трудом совладает с собой, чтобы не потереть глаза руками. Потому что руки весят больше и даже подвигать пальцами кажется чем-то из разряда фантастики. «Это ты!» верещит кто-то подозрительно знакомый. Парниша открывает глаза и смотрит на морок из белизны, потом моргает раз-другой, и он уже почти отчетливо видит потолок. «Старая, противная сука!» Кричит кто-то совсем рядом, как будто на ухо, как будто в рупор. «Ты хоть понимаешь, что творишь?! А если бы он умер!» Опять кричит голос, а мальчишка силиться вспомнить кто он и где. Осознание кто он, приходит мгновенно, мозг, сокрушенно «двигая извилинами», вспоминает, что он ехал на машине с Бельфегором, а потом в них врезалась другая машина. Фран косит глаза в сторону голоса, желая узнать, кого же ебнуть подставкой от капельницы, ибо нехуй так надрывно орать, когда хуево. Косит так отчаянно, что аж искры из глаз сыплются от боли. Впрочем, нихуя не получается, приходиться различать по голосам. Орущего он узнает мгновенно, даже сомнения не проскакивает. Это точно Бельфегор. Только он, что, совсем того? Головушкой ударился так сильно, что орет в никуда? «Да заткнись ты!» Кричит кто-то в ответ. О, теперь понятно. Еще не совсем. Видно не так сильно. Голос удивительно похожий на первый, но пищащая, визгливая нотка остро режет слух. Так, понятно, значит Бельфегор и Расиель. Ахуеть, надо было идти на детектива, с его ебатой дедукцией- хуюкцией. Мог и догадаться, на кого же еще этот мешок денег может так осточертело орать? «Че ты на меня орешь?» Голос у Расиель неожиданно мужланистый, так и сквозит гопотой. Фран почти видит, как она сидит на лавочке и точит семечки с пивасиком. «Я тут причем? Я как узнала - тут же примчалась. Отвали от меня!» Отвечает она и начинает двигаться. Шпильки, «подкованные» металлическими набойками, отвратительно резко стучат у Франа в ушах. Не в силах стерпеть этот набат звуков, он закрывает глаза. Похоже никто не в курсе, что он в сознании. Ну и отлично, все чего он желает: водички и побыть в уединении годика так 3. «Погоди-погоди» Голос у Бельфегора как у Джокера. Фран прям видит, как сосед стоит в гриме, с шрамами и облизывает губы, от чего вместе со словом вырывается и мерзковатый звук шлепающих губ. Он думал, что ненавидит утро понедельника, когда после ночной смены нужно быть в институте к первой паре. Но своего апогея ненависти он достигает именно сейчас. Если бы нужно было писать книгу про ненависть, то Фран бы охотно взялся за это дело. Хотя, эта могла бы продаваться под название «Азбука мата на всех языках мира!» Он бы даже не повторился ни разу. «Погоди-погоди, а откуда ты узнала?» Продолжает свою фразу Бельфегор. «В институте все об этом говорят» отвечает Расиель с таким достоинством, словно выиграла все медали и кубки на олимпийских играх. Еще в шахматы, да. Бельфегор заходиться в истерическом смехе, громком, ярком, заливном, а потом стихает так, что шипит и произносит «Вот ты и попалась пизда брехливая!» и облизнув губы, а-ля Джокер, ну Франу так кажется, на деле то он не ебет, что там происходит «Никто не сообщал в институт!» говорит он и удовлетворенно хмыкает. Фран хочет думать, что у Расиель должно быть такое ахуевшее лицо. Но почему-то так не думается, не представляется в бурливом воображении мальчишки. «Ооо» тянет она. Фран думает, что она сейчас должна выглядеть как эти стервы из сериалов. Что бы при одном взгляде на них захотелось удушить. «Думаешь, победил? Типа подловил меня?» Иронически спрашивает она. «У меня и алиби, и он на моей стороне» Скорее всего она тычет в тело, ну то есть в Франа, но для них он тело. Так, мешок костей да три литра крови. «Он очнется, увидит меня и хвостиком так яро завиляет, что тебя от сюда унесет! Он же влюблен так сильно, что стоит мне заикнуться о свадьбе, он с кольцом прискачет через три минуты!» отвечает девушка каким-то чужим голосом. У Франа по сердцу скользит нож. Новенький, наточенный, тоненькие такие полосочки оставляет, но саднит, щиплет, тянет так, что выть хочется так громко, что б все стекла нахуй полопались. Потому что правда. Потому что влюбился, закрутился и теперь видит картинку со стороны. Видит и головой об стенку биться охота. Видит, как все поддельно. Так радужно, что цвета кислотные, ядовитые. Видит все эти «Опасайся ее!», «Не доверяй ей!», «Она опасна!» и еще хуже. Хоть плюйся, да не чем. «Подстраховалась, да? Жопку-то свою прикрыла. А если бы умер, хорошо бы жила? Ночью то сердечко не поджимало?» Спрашивает Бельфегор. У Франа глаза начинает щипать. Нет-нет, это не слезы, просто соринка вдруг переросла в бревно. «Ну, по правде говоря, я не ожидала, что он будет с тобой в машине. Пойми, он мне не безразличен. Я его даже люблю, ну так, по-свойски» Отвечает Расиель, и вновь начинает двигаться по палате. Потом звук отбойного молотка затихает, его берут за руку. «Но тебя я ненавижу сильней!» отвечает она, а потом сжимает ладонь Франа сильно-сильно и вдруг всхлипывает. На его щеки приземляется слеза, потом другая. Чертовка слишком хорошо играет. Франа это добивает. Вот так бывает. Барахтаешься-барахтаешься в своем говне, думаешь нормально. Не тонем же, а полом выливают еще чуть-чуть и все, хоть захлебнись. Руку резко дергают, видно, Расиель тоже. «Ну и тварь же ты мстительная!» шипит Бельфегор и его руку отпускают, слава тебе, господи. Фран открывает глаза, поглядеть, что же там за мутки происходят и видит, как девушка с нехуевой такой силой, заезжает Бельфегору по щеке кулаком, а потом еще и в живот бьет. Сосед стоит в шоке, не то от того что Фран смотрит на него. Глаза в глаза, без всяких. Не то от того, что его так неожиданно бьют. «Ты попробуй доказать, что я тебя ударила, а потом лезь в аварию. Нет доказательств. Водитель мертв, кому надо приплачено. Деньгами твоей обожаемой фирмы. Как там она? Проверка еще не пришла?» спрашивает девушка таким шипящим голосом, почти змеиным и поворачивается к Франу и остолбеневает. «Ку-ку» говорит Фран и яростно смотрит в глаза своей бывшей подружке. Не забывайте про наш паблик http://vk.com/public56797447 <3