Ни жив, ни мертв

Довольно длинный, почти прямой проход вывел, судя по всему, в одну из башен: широкая труба поднималась вертикально вверх на недосягаемую для света шариков высоту. По её стене изнутри вилась узкая спиральная лестница без перил, при одном взгляде на которую Гарри боязливо поёжился — сорваться с такой проще простого, а ухватиться будет не за что. Поспешно, пока никто не заметил его страха, он начал подъём. Парни двинулись следом. Ступени оказались неожиданно удобными, что немного успокоило. Гарри успел пройти первый виток, когда почувствовал, как что-то укололо палец под кольцом. Почти не обратив на это внимания, продолжая подниматься, он машинально потёр место укола, как вдруг голова резко закружилась, заставив опасно покачнуться. Едва восстановив равновесие, Гарри глянул под ноги и чуть не навернулся со ступенек, обнаружив себя в полном одиночестве под самым куполом башни. Друзья остались далеко внизу. Потеряв его из виду, они сбились в кучку и настороженно озирались. Палец опять ощутимо кольнуло.  — Эй! Я здесь! Пространство вокруг буквально взорвалось. Заглядевшись вниз, Гарри не заметил, что весь потолок башни, до которого оставалась какая-то пара метров, сплошь увешан гроздьями летучих мышей. Внезапный вопль вызвал закономерную реакцию, и Гарри моментально оказался в эпицентре тайфуна из чёрных крыльев, злобно оскалившихся мордочек и острых коготков, норовящих вцепиться в лицо. Пару секунд ему удавалось отмахиваться от нападавших, с трудом балансируя на краю узкой лестницы на высоте трёхэтажного дома. Но вот резкий удар в лицо заставил отшатнуться, и ступеньки ушли из-под ног. Отчаянно замахав руками, он попытался восстановить равновесие, чувствуя, как всё сильнее заваливается вбок и, уже сорвавшись, всё-таки зацепился кончиками пальцев за самый краешек лестницы, задержав падение едва ли на полсекунды, а в следующий миг его запястье жёстко обхватила чья-то ладонь. «Лёшка!» Покрепче ухватившись за спасительную руку, Гарри сосредоточился на том, чтобы не дать зверькам выцарапать себе глаза. Мимо него пару раз пролетело что-то горячее, и неожиданно пищащая хлопающая крыльями метель отхлынула, позволяя поднять голову и посмотреть вверх. Он настолько был уверен, что увидит Лёшку, что чуть не разжал пальцы, обнаружив, что в его руку намертво вцепился бледный до синевы Драко. Навалившись грудью на край лестницы, он распластался на ступеньках, пытаясь всем телом и свободной рукой зацепиться за что только можно. Над ним стоял Теодор, удерживая защитный купол, а Орлов торопливо добивал оказавшихся под ним мышей. Но Гарри не видел ничего, кроме оскаленного в мучительном напряжении лица Малфоя, медленно, но верно сползающего под его тяжестью за край ступеней. Так и впился завороженным взглядом в его глаза с расширенными, будто дыры в бездну, зрачками.  — Алекс! Они падают! — Крик Теодора привёл Гарри в чувство, заставляя осознать, что Драко, отчаянно цепляясь за края ступеньки, уже наполовину свесился с лестницы и вот-вот соскользнёт с ним вместе. «Я же тяжелее его!» — мелькнула паническая мысль, но Лёшка, оставив в покое последнюю мышь, уже плюхнулся на живот и тянул к нему руку. Спускаться пришлось медленно, держась близко друг к другу, всё время поддерживая защиту. На последнем витке Теодор потребовал остановиться и на дно башни переместить друг друга левитацией — вдруг ступенька-телепорт снова закинет обратно. Возражений ни у кого не нашлось, а Лёшка даже проворчал что-то одобрительное насчёт того, что вот какой он молодец, знает меру, не все мозги Теодору выбил, ещё есть чем пошевелить. Тео возмущённо фыркнул и демонстративно отвернулся, но левитировать Алексея никому не доверил, занявшись этим лично. Только внизу Гарри спохватился, что так и не сделали то, ради чего туда лазили — не осмотрелись насчёт отнорков и выходов. Но Лёшка с Теодором в один голос заявили, что никаких отверстий наверху нет.  — Зря мы вообще туда полезли, — признал Лёшка. — Это же, считай, крыша. Какой дурак будет вход на первый этаж делать с пятого?  — Так-то так, — вздохнул Гарри. — Но маловероятно — не значит невозможно. Если что, второй раз организовать такой поход будет проблематично. Надо всё осмотреть как следует с первого раза. Вот только о подстраховке забывать не стоит. Второй проход ожидаемо вывел в точно такую же башню — та же винтовая лестница по стене, та же темнота, скрывающая её верхние витки, такое же отсутствие видимых дверей либо проходов. Но на этот раз первым к ступеням шагнул Малфой, решительно заявив:  — Наверх пойду я! А вы готовьтесь меня ловить.  — Почему это ты? — нахмурился Гарри. — Ты же, в случае чего не отобьёшься, даже щит поставить не сможешь.  — А зачем? Я просто спрыгну. Вас трое, хоть кто-нибудь, да поймает. А вот левитировать падающего я точно не осилю. И, больше не слушая возражений, двинулся наверх. Алекс и Теодор встали в центре, напряжённо наблюдая за подъёмом. Гарри сначала стоял с ними вместе, но потом не выдержал всё нарастающего чувства тревоги и сам не заметил, как оказался под лестницей, обходя башню по периметру вслед за поднимающимся всё выше Малфоем. Первый виток миновали благополучно, ожидаемой телепортации не произошло, и Теодор слегка ослабил пальцы, судорожно сжимающие палочку.  — Похоже, пронесло, — с облегчением прошептал Лёшка.  — Или тут другая пакость предусмотрена, — мрачно заметил Нотт.  — Не каркай, — одёрнул его Орлов. Лестница поднималась довольно полого, но, тем не менее, к середине второго витка ступеньки достигли высоты метров пяти. И вдруг начали таять. Все разом. Драко было рванулся вперёд, надеясь проскочить опасный участок, но и там вместо надёжного камня его ждала пустота. Отступать тоже было некуда. Падение с такой малой высоты было слишком коротким, чтобы заклинание успело сработать. Дружный вопль: «Вингардиум левиоса!!!» настиг Драко уже внизу. В результате в воздух взмыл не только он, но и Гарри, не пожелавший разжать руки и выпустить с таким трудом в последний момент пойманную тушку «личного врага». Немного побарахтавшись, они плавно опустились на твёрдый шершавый пол. В том, что он именно твёрдый и шершавый, Гарри успел убедиться наверняка: рухнувший прямо в подставленные руки Драко сбил его с ног и заставил нехило проехаться спиной и затылком по всем вышеупомянутым шероховатостям.  — Эй, вы там живые? — осторожно окликнул Лёшка.  — Местами, — прокряхтел Гарри. — Левая лопатка точно живая. И затылок тоже, у покойников такие шишки не вздуваются. А если с меня слезут, смогу проверить и остальные части тела.  — А если меня отпустят, то я даже и слезть смогу, — в тон ему язвительно проворчал Драко, смущённо завозившись в кольце плотно обхвативших его рук. Когда была залечена глубокая царапина на лопатке, наколдована ледышка для прикладывания к пострадавшему затылку и восстановлена целостность порванной на спине одежды, Гарри мрачно покосился на вновь материализовавшиеся ступени и твёрдо заявил:  — Хватит. Наверх больше не лазим. Лёшка, как хочешь, но надо исхитриться объяснить Посланцам, что именно нам нужно.  — Кому объяснить? — недоумённо оглянулся Нотт.  — Посланцам. Ну, вот этим. — Гарри показал на светлячков, затеявших беззаботную игру в салочки над головой Лёхи.  — Но… Я думал, это просто энергетические шарики. — Растерянно проговорил Драко. — Чтобы светло было…  — Шарики контролировать надо, — хмыкнул Алексей. — Чуть отвлёкся и, пожалуйста, погас. Или взорвался, тоже удовольствие то ещё. А Посланец сам знает, где он нужнее.  — Так они что, разумные? — удивился Теодор.  — Если бы, — вздохнул Лёшка. — Нам бы тогда вообще сюда лезть не пришлось. Они бы всё сами быстренько разведали и доложили.  — Это частицы души, — объяснил Гарри. — А душа не разумна. Во всяком случае, не так, как мы это понимаем. Она мыслит не логикой, а чувствами.  — В смысле — частицы души? — вздрогнул Драко. — Это что… крестраж?! — При этих словах шарики испуганно взвились чуть не под купол башни.  — Вот ещё! — Возмущению Алексея не было предела. — Сам понял, что сказал?! Крестраж — это осколок. Оторванный и омертвевший. И существовать самостоятельно не может, ему требуется какой-то носитель. А Посланец — живой. Он связи с душой не теряет. Это всё равно, что сравнить ребёнка с отрезанной ногой! Смотри, как ты их напугал!  — Ты же говорил, они речи не понимают, — виновато буркнул Драко.  — В том-то и дело, что понимают. Только по-своему. И как именно, никакой оракул не предскажет.  — Зато они многое знают. Причём непонятно, откуда эти знания берут, — заступился за Посланцев Гарри. — Когда тебе ногу после той дыры перекрутило, если б не они, тебя бы так с перекрученной ногой и восстановили бы. Вот, откуда они узнали? Под штаниной же не видно было.  — Это всё прекрасно. Но меня другое интересует, — вдруг подал голос до сих пор молчавший Нотт. — А чьей именно души эти частицы? А-алекс?  — Вот эти два — мои. А тот — Горислава.  — С Гориславом всё понятно. А вот с какой такой стати ты так небрежно разбрасываешься собственной душой?! Вот прямо так взял, оторвал кусок себя и отдал кому-то в качестве лампочки??? Совсем свихнулся?! Кстати, может, заодно просветишь, что будет, если с твоим Посланцем что-нибудь случится???  — Ну, зависит от того, что именно, — отвёл глаза Лёшка.  — Я так понимаю, что понятие «душевная травма» — это не просто красивый образ? И что нам с тобой тогда делать? Бинты готовить? Или гипс накладывать? Ты вообще соображаешь, что делаешь?!  — А что ты предлагаешь? — вдруг разозлился Орлов. — Может, мне в вату завернуться и от каждого таракана шарахаться? Это был душевный порыв. А каждому дураку известно, что, если душа чего-то требует, в лепёшку расшибись, а сделай!  — Значит, я не дурак, — удовлетворённо заметил Тео. — Потому что мне этого не известно. С какой стати я должен потакать всяким глупостям? К тому же опасным?  — Почему это глупостям?  — Сами же говорите, что у души разума нет.  — Ну, и что? Пусть она не мыслит, зато чувствует и знает. Раз чего-то захотела — значит, так надо. И вообще, по-моему, кто-то просто ревнует!  — Брейк! — остановил назревающую ссору Гарри. — Давайте-ка всё-таки подумаем, как объяснить Посланцам, что нам нужен проход. Лёш, ты какой образ передавал?  — Представлял проход в стене и себя рядом. Только бесполезно.  — А если представить, как ты туда входишь?  — Сейчас попробую… Взгляд Лёшки стал отсутствующим. Теодор и Драко испуганно притихли, а Гарри попытался создать образ самостоятельно. Эта техника пока давалась ему с большим трудом. Так, значит, проём в стене. Дверей им тут пока не встречалось, хотя всё может быть. Хорошо, тогда эта дверь уже открыта. Какие могут быть при этом эмоции? Он мысленно встал у тёмного провала, представил шершавую поверхность камня под рукой, далёкий топоток крысиных лапок… Старательно представил, как замирает сердце перед неизвестностью и «шагнул» вперёд, пригибаясь в слишком низком коридоре… Шарик Гарри что-то весело протрещал, быстро скользнул по его волосам и метнулся в темноту.  — Кажется, поняли, — обрадованно прошептал Алексей. — Живём! Ко всеобщему великому облегчению, ни в одной из башен никаких выходов не оказалось. Верхние этажи можно было считать осмотренными, и после небольшого привала парни вернулись к главной трубе. Следующий коридор казался наиболее перспективным, так как лежал на уровне первого этажа, то чуть поднимаясь, то чуть опускаясь. Иногда раздваивался, но один из отводков быстро кончался тупиком, о чём исправно докладывали Посланцы, с азартом собак-ищеек ныряющие во все подозрительные щели. Только время шло, а коридор всё не кончался, всё тянулся и тянулся куда-то в темноту. Стены постепенно теряли четкость линий, становясь корявыми, выщербленными. Кое-где повыпадывали камни, перегораживая дорогу.  — Вам не кажется, что мы что-то слишком долго идём? — наконец не вытерпел Теодор, перелезая через очередную кучу щебёнки. — По-моему, замок должен был давным-давно кончиться.  — По-моему, так и Хогсмид давно должен был кончиться, — буркнул изрядно уставший Гарри. И тут же прикусил язык. Ведь по подземному переходу в Хогсмид в своё время ходил Поттер, а Гориславу Вельяминову о таких вещах знать неоткуда. Но, к счастью, на его оговорку никто не обратил внимания.  — Да нет, судя по направлению, это должен быть не Хогсмд, а, скорее, Запретный лес. Не удивлюсь, если мы, в конце концов, выйдем в самой чаще, — заметил Орлов.  — Уж вот куда соваться точно не стоит, — проворчал Драко. Там и на опушке-то опасно. Может, повернуть назад? А то у меня такое ощущение, будто мы уже не в замке, а в пещере какой-то. А то и в зверином логове.  — А ведь и правда зверем пованивает, — остановился Орлов. — И прелой листвой. Наверняка выход рядом.  — Осторожно проверяем вон ту развилку и назад, — решил Гарри. — Очертя голову не лезем. Двигаемся тихо.  — А как насчёт вон той дыры? — кивнул Тео.  — Какой?  — Да вон, под самым потолком.  — Туда уже мой Посланец полетел. — Гарри снова потёр палец под кольцом — там будто крошка какая царапалась. — Пошли, глянем одним глазком за поворот. Если верить Посланцам, там большой выход, но убедиться не помешает. Они осторожно подкрались к развилке. Правое ответвление кончалось уже в полутора метрах, зато левое выходило в небольшой грот, из которого открывался прекрасный вид на активно шевелящиеся в лучах заката кусты Запретного леса.  — Ну, туда нам точно не надо, — прошептал Алексей. — Сожрут и не заметят. Айда назад. Но беспрепятственно уйти не получилось. Вокруг Гарри, тревожно потрескивая, хлопотливо закружился его шарик-Посланец.  — Кто? Да не трещи ты так, говори толком! Ничего не пойму. Лёш, чего он передаёт? То, вроде, кошка, то насекомое какое-то…  — В любом случае что-то большое и опасное… И где-то под потолком… Давайте-ка вон туда. Парни осторожно проскользнули в тупичок, и Алексей медленно, двигаясь по миллиметру, выглянул в только что пройденный коридор. В трёх метрах от него, под самым потолком, на скальном выступе примостилась напружинившаяся для броска, злобно оскалившаяся мантихора, нервно бьющая себя по бокам суставчатым хвостом со скорпионьим жалом на конце.