Right In... alone.

«Ни один человек не сможет победить свое любопытство. А я всего лишь человек». (с) Филипп Лафреск (Penumbra).

***

Этой ночью Брайан Форд не мог уснуть, и даже очень хорошая новость не смогла повлиять на его недосып. Эта новость была очень прекрасной: он теперь может ходить. После игровой комнаты мистер Боу позвал его к себе и как-то случайно решил это проверить. Удивительно, но мальчику удалось встать на ноги, и ходить он ничуть не разучился. Врачи могли назвать это только чудом, как и сам Брайан. Но шорохи за дверью, казалось, были громче, чем храп его соседа в тёмной палате. Форд долго лежал и нервно теребил накрахмаленную белую простынь, сомневаясь, стоит ли сходить проверить. Любопытство было сильнее, чем страх, поэтому он встал и бесшумно направился к двери, стараясь не упасть. Брайан знал, что все мед. сестры разошлись по домам, а санитары наверняка опять спят, вместо того, чтобы выполнять свою работу. Каштановолосый тихо вышел в плохо освещенный коридор и бесшумно прикрыл за собой дверь. Поломанная, постоянно мигающая лампочка только еще больше угнетала атмосферу, и бывший инвалид думал, что сейчас его сердце просто разорвется от страха. А вдруг в больнице появился какой-нибудь монстр? Или того хуже - убийца? Брайан в свои одиннадцать лет отлично понимал, что его ждет при встрече с ним. У него даже некоторое время была паранойя... На втором повороте Форд резко замер. Лампочка, что до этого устрашающе мигала, погасла, и коридор погрузился во тьму, заставив мальчика задрожать. Более того, он начал слышать страшные шорохи, что были впереди и приближались к нему. Паралич, охвативший Брайана, напугал его не меньше, чем чернота перед глазами из-за отсутствия хоть малейшего освещения. Когда шорохи резко остановились перед ним, то было уже слишком поздно. — Будь тише, маленький засранец, и мне не придется убивать тебя после содеянного... Эти страшные слова, что вырвались хриплым голосом сверху, были последние, что скользнули в его разум. Его резко схватили и закрыли рот рукой, после чего потащили куда-то в направлении чулана. Раздался скрип, потом Брайан налетел на что-то твердое, ударившись коленкой. От страха он даже не мог вскрикнуть, чтобы помешать незнакомцу, который, судя по всему, уже зашел следом. Как только свет в чулане был включен, а мальчик повернулся, то увиденное повергло его в шок. Перед ним стоял Манс Дэвис, один из санитаров. И самое удивительное было то, что Люциус этим вечером говорил Брайану, что тот был мёртв. Неужели этот загадочный и молчаливый мальчик ему солгал, но зачем? Или, быть может, ему показалось? С другой стороны, Форд не мог отрицать, что перед ним стоит живой Манс. Здесь. И он является угрозой для ребенка. Конечно, Брайан подозревал, что этот санитар что-то скрывает, и вообще что-то было странное в его коварной улыбке, но... Брайан никогда не думал, что это будет именно он. Серыми невинными глазами мальчик уставился на маньяка, который всё так же ухмылялся и масляными глазами разглядывал свою жертву. Кто же знал, что скрывается в опошленном разуме Дэвиса Манса? Разумеется, никто.