Как справиться с ребенком. Пятидневный курс.

Тео лишь сильнее сжал его руку, когда Стайлз постучал в дверь. Что ж, возможно было не лучшей идеей приводить пятилетнего мальчика в логово оборотней. Но в конце-то концов, шерифа Стилински не будет в городе пять дней, и, как бы ни была велика его любовь к этому маленькому разрушителю, неделю наедине с ним он не выдержит. Тем более, Тео уже положил глаз на его коллекционную фигурку Железного человека. Стайлз продолжал убеждать себя, что три девушки, преисполненные любовью к чересчур активным детям, не дадут Дереку порвать его горло. Спустя две минуты дверь все еще оставалась плотно закрыта перед его носом. Стайлз постучал еще громче, тихо бормоча под нос проклятья. Тео захихикал, прикрывая рот ладошкой. Дверь открыл Айзек в одних серых спальных штанах. Все еще зевая, он сказал: - Какого хрена, Стайлз, восемь утра, все ещё сп... - он заметил Тео, который рассматривал его с широкой улыбкой, хищно посматривая на его кудри. Остатки сна, казалось, мигом испарились. - Дерек тебя убьет. - Не ругайся при детях, - буркнул Стайлз, отталкивая Айзека, и протискиваясь вглубь дома. Когда Дерек, наконец, собрал свою стаю, перед ним встал вопрос с жильем. И поэтому, спустя пару недель и много тысяч долларов, старый сгоревший особняк перестал походить на призрак жилого здания. Теперь, благодаря коллективному труду стаи и рабочих, была отреставрирована большая часть дома. Стайлз до сих пор помнил, как отмывал волосы от пыли и штукатурки, когда стая, устав работать, решила немного поразвлечься. Или как Лидия со злости наступила каблуком на ногу Питеру, когда они спорили, какого цвета лучше заказывать мебель на кухню. Глупо было упоминать, что сделали так, как хотела Лидия. По ступенькам спускалась заспанная Эрика в шортах и в широкой темно-серой футболке. Стайлз мысленно порадовался, что хоть ночью девушка расстается со своими майками с большими вырезами, которые вызывали прилив крови в нижнюю часть корпуса у мужской половины стаи. Кроме самого Стайлза и Дерека. Потому что у Дерека это вызывало синдром сварливого папаши (альфа стаи заботится о своих волчатах и бла-бла-бла), а Стилински просто не замечал этого, втихаря поглядывая за Дереком. - Стилински, какого черта так рано? - спросила она, потирая кулаком левый глаз. - Отец оставил меня одного с Тео. А нянька из меня не очень. Эрика удивленно разглядывала мальчика, а затем, ласково улыбнувшись, села на колени прямо перед ним. Тео, все еще крепко державший Стайлза за руку, шмыгнул носом и улыбнулся в ответ. - Привет, - тихо сказала Эрика, - как тебя зовут? Тео расплылся в улыбке еще шире - хотя шире, казалось, просто невозможно - и, гордо выпятив грудь, сказал: - Теодор, - а затем протянул Эрике свободную ладошку. Райес, хихикнув, пожала ее. - Ну что ж, Теодор, я Эрика, а это Айзек. Тео, повернувшись к Лейхи, протянул руку и ему и тот, быстро сменив страдальческий взгляд на натянутую улыбку, пожал ее тоже. Да, дети - это определенно не его. Эрика же, пока Тео ее не видел, тихо пропела Стайлзу, все еще улыбаясь: - Дерек тебя убьет. Стилински лишь закатил глаза. - Вы сговорились, что ли? С чего вы это взяли? Может он только на людях изображает злого чокнутого парня, а на самом деле он хранит в комнате коллекцию розовых пони и плакат с единорогом. Эрика, подняв одну бровь, пыталась выразить Стайлзу взглядом, что это он здесь чокнутый, а не кто-то другой. Айзек усмехнулся в кулак, представляя себе альфу, развлекающегося с игрушками для десятилетних девочек. - Тео, пойдешь со мной на кухню? У меня в тайнике припасена большая шоколадка с орехами, - сказала Эрика таким голосом, словно это была величайшая в мире тайна. Она, как заботливая мамочка, чувствовала потребность увести ребенка от нерадивой няньки, на которого его спихнули. Тео покосился на Стайлза в ожидании разрешения. Стилински кивнул и легонько подтолкнул его к Эрике. Она взяла его на руки так, словно он ничего не весил, и двинулась в сторону кухни. Стайлз фыркнул, смотря им в след. - Волчьи штучки, - пробормотал он, оборачиваясь к Айзеку. Он смотрел вслед Эрике с выражением благоговения и ужаса на лице. - Стайлз, ты зачем это сделал? - тихо спросил он, все еще смотря в сторону кухни, откуда послышался громкий детский смех, а вслед за этим - тихий смех Эрики. - Что сделал? - Ребенок! - грозно прошептал Айзек, наконец оборачиваясь к Стилински и указывая рукой на кухню. - Стайлз, это плохо. Я... я, конечно, люблю детей, но... Стайлз, я не умею с ними общаться! Поскрипывая лестницей и зевая, вниз шел Скотт, держа за руку, все еще, кажется, спящую Эллисон. Теперь, когда Мелисса знала о том, что ее сын обрастает шерстью, Скотт часто оставался ночевать у Дерека, обосновывая тем, что так они укрепляют связь стаи. Наглая ложь, конечно, потому что он оставался только тогда, когда Эллисон оставалась. - Чего вы вскочили в такую рань? - спросил он, подавляя зевок. - Я привел Тео, - сказал Стайлз и расплылся в улыбке, предвещая у Скотта такую же реакцию, как и у Айзека. Стилински два дня выедал мозг Скотту чайной ложкой, в подробностях рассказывая, что Тео такой же гиперактивный ребенок, как и Стайлз. МакКолл тогда признался ему, что двоих Стилински в своей жизни он вряд ли выдержит. Стайлз, еле сдерживая рвущийся наружу смех, подумал, что зря не взял фотоаппарат, так как это непередаваемое выражение лица, которое демонстрировал сейчас его лучший друг, грех было не запечатлеть для потомков. Айзек, указывая рукой на лицо Скотта, кивнул головой и, глядя на Стайлза со знанием дела, изрек: - Во-во! - Тео? - спросила Эллисон, наконец открывая два глаза. - Какой Тео? - Теодор, мой племянник, - объяснил Стайлз. - Отец уехал в Вашингтон по каким-то супер важным делам по работе, о которых нельзя сказать собственному сыну. Его старшая сестра оставила нам своего внука на неделю, так как они, видите ли, улетели в Польшу, и боялись, что долгий перелет скажется на ребенке. - Боже, неужели бедный ребенок остался с тобой совсем без взрослых? - удивилась Эллисон и начала озираться вокруг, в поисках ребенка. - Эй! - возмутился Стайлз и помахал ладонью перед лицом Арджент. - Я не ребенок! Эллисон лишь махнула на него рукой, а потом Тео на кухне снова громко засмеялся, и девушка поспешила присоединиться к Эрике. Скотт глубоко вздохнул, проведя ладонью по лицу, и завалился на диван, включая телевизор. Би-Би-Си Америка вещала утреннюю серию "Доктора Кто". Стайлз тут же расположился рядом, мысленно выражая свою внеземную любовь к Би-Би-Си и Одиннадцатому Доктору в частности. Айзек тихо опустился рядом и безучастно уставился в экран. - Знаешь, Дерек тебя... - Молчи. Убьет? О да, Стайлз ясно представлял, как Дерек будет стоять перед ним, поигрывая мускулами и скрипя зубами. Как он поднимет свою огромную горячую руку и прижмет Стайлза к стене одним легким движением. Как в его глазах будет ясно читаться желание вгрызться в глотку Стилински и смотреть, как он тихо умирает в луже собственной крови. Стайлз почувствовал отчетливое желание подвинуть в штанах вставший член и возликовал, что надел сегодня широкие джинсы. Похоже, что восемнадцать лет без секса начали сказываться на нем именно в эту минуту. Но вся его радость вмиг сменилась стыдом, когда Скотт и Айзек разом покосились на него. Чертов волчий нюх! Из кухни вышли Эллисон и Эрика, смеясь и держа по две кружки с ароматным кофе. Вот почему приходы Эллисон всегда были желанны. Такой кофе умела делать только она. Она говорила, что нашла этот рецепт в дневнике своей бабушки-охотницы и никому не говорила, что туда входит. У Айзека и Бойда была целая теория о том, какие травы она туда подсыпает. - А где мой? - спросил Стайлз, когда Эллисон вручила кружку Скотту, чмокнув его при этом в щеку, а Эрика - Айзеку. - Тео ушел вперед нас с твоей кружкой, - сказала Эрика, и все стали свидетелями того, как Стайлз вмиг посерел. Он уже представлял картину того, как маленький Теодор тихо выскальзывает за дверь особняка в холодный одинокий лес, как на него нападает какой-нибудь бешеный олень, или что-то типа того, а потом он находит окоченевший маленький труп. Господи Иисусе, отец его четвертует. Но разумный голосок подсказал ему бежать сначала вверх по лестнице и обыскать все там, прежде чем отправить его верных волков прочесывать лес. Стайлз рванул на второй этаж, чуть не упав на одной из ступенек и сбив с дороги сонного Бойда. Скотт, Айзек, Эрика и Эллисон бежали прямо за ним. В конце коридора была приоткрыта одна дверь, а внизу, рядом с ней, стояла большая желтая кружка с ароматным кофе. Буквально на одну секунду Стайлз успокоился и обрадовался, что ему не придется с болью смотреть на искалеченное тело, но потом он поднял взгляд выше, и его бешено бьющиеся сердце приостановило свой ход, впрочем, как и сердца других, стоявших в коридоре. На белой двери аккуратным каллиграфическим почерком было написано "Дерек". Если отец его точно не четвертует, то Дерек - вполне вероятно. Кажется, в доме вмиг похолодело градусов на десять. Стайлз осторожно положил руку на золотистую ручку и потянул дверь на себя. Та немного скрипнула, а Айзек сзади него коротко и испуганно вздохнул. Дерек больше не спал. Одеяло было откинуто в сторону, он сидел на кровати в одних черных боксерах, сложив ноги в позе лотоса и скрестив руки на груди. Как только открылась дверь, он тут же пригвоздил Стайлза тяжелым взглядом. Стилински бы с легкостью возбудился от такого вида, но, пожалуй, на данный момент у него преобладало желание убежать отсюда, сверкая пятками, и не появляться пару месяцев. Стайлз отстранённо подумал, что Хейл прилагает немалые усилия, чтобы не обратиться, и что еще немного, и у Дерека начнется нервный тик. Но пока стая за спиной Стайлза ждала реакции от альфы, затаив дыхание, Хейл продолжал молча сидеть, скрестив руки, стрелять гневными взглядами в бедолагу Стайлза и позволять радостному Тео стоять сзади него и копошиться двумя руками в его волосах. Что ж, Стайлз с чистой совестью мог сказать, что это самый большой его страх с тех пор, как Джексон парализовал его ядом в автомастерской. Он действительно мог поверить в то, что Дерек сейчас его убьет. Просто свернет шею. Тихо, без пафоса, типа клыков и когтей, и всякого прочего. Потому что, Стилински даже не заслужил этого. Казалось, это длится минут десять, хотя на самом деле не прошло и пяти секунд. - Стайлз. Голос тих и скрипуч, полон ярости, заставляет всю стаю разом судорожно вздохнуть. Стайлз перестает чувствовать свои ноги. - Что это? Стайлз тихо выдыхает. - Это Тео... Слова повисают в воздухе, что совсем не мешает маленькому хозяину ситуации хихикать и еще глубже зарывать ладошки Дереку в волосы. Это все, на что его хватает, потому что как только Стилински открыл рот, он почувствовал, как ярость Хейла окутывает его, словно кокон. В конце концов, Стайлз тоже был в стае, Дерек был его Альфой, и вполне возможно, что он мог передать ему свою ненависть, не расточительствуя на это слова. - Что у вас здесь происходит? - спросил сонный Бойд, пытаясь заглянуть в комнату, чем несказанно разрядил ситуацию. Эрика очнулась первой и тихо позвала Тео к себе. Мальчик напоследок коротко обнял Дерека своими ручками и спрыгнул с кровати, подбегая к Эрике. Та схватила его за руку и тут же ретировалась из эпицентра, прихватив с собой бледную Эллисон. Скотт еще немного помялся у двери, а потом бочком ушел из поля зрения разъяренного альфы, прихватив с собой Айзека. Бойд, признав ситуацию неинтересной, ушел вслед за этими двумя. Стайлз, чувствуя острую необходимость все же почувствовать свои ноги, остался стоять у двери, за неимением лучшего выхода. - Стайлз, - Дерек не пошевелился ни на йоту, но по голосу Стилински мог судить, что появилась маленькая вероятность того, что до дома он сегодня дойдет со всеми конечностями. - Кто бы это ни был, я надеюсь, что через час я его больше никогда не увижу и забуду это как страшный сон. - Дерек, я не могу его забрать. Хейл поднял одну бровь. Неужели так умеют делать все, кроме Стайлза?! - Тео остался со мной на пять дней. Я не могу его увести... я не могу... он меня в могилу загонит! Нет, я его люблю... Я правда его люблю, он милый, но... Дерек, ты хоть представляешь, как это иметь дело со мной, только ребенком? Дерек, это... Здесь Эрика, Эллисон и... Лидия! Да, Лидия... Я помню... эм... Помню, как она обращалась со своей племянницей и-и-и... И, Дерек, она может быть превосходной матерью! Самой... лучшей. Стайлз понимал, что он несет полнейший бред, но он не мог перестать оправдываться! Он чувствовал себя загнанной в угол овечкой. Дерек встал с кровати и медленно, не отводя от Стилински грозного взгляда, двинулся в его сторону, заставляя Стайлза пятиться из его комнаты. Что ж, по крайней мере, он снова в состоянии передвигаться. Как только он переступил порог комнаты, перед его носом с грохотом закрылась дверь. Стайлз судорожно выдохнул, и уже собирался было уходить и забирать Тео домой, как дверь снова слегка приоткрылась, и из недр комнаты послышался почти спокойный голос Хейла: - Пять дней. Не больше. А потом дверь захлопнулась, казалось, еще громче, чем в прошлый раз. Стайлз не мог сдержать довольной улыбки.