Чакра

Гаара вышел на постамент, когда последние искры сверкающего салюта погасли в ночи. Звездное небо засияло ярче, подсвечивая песчаного каге бледным сиянием. Четверо из команды №7 стояли чуть поодаль, не находясь в поле зрения тех, кто находился в кратере, они смотрели на казекаге, и ждали его действий. Он вышел и недолго молча постоял, ожидая, когда толпа утихнет. — Сегодня поистине счастливый и одновременно скорбный праздник. — Траурным голосом произнес Гаара. — Прошел ровно год с тех пор, как мы очнулись после вечного тсукиеми и с ужасом обнаружили трупы наших друзей, братьев, сестер, родителей… — Он выдержал паузу, а затем продолжил. — Сегодня мы пришли сюда, чтобы почтить жертв, павших на этой войне. Павших, как герои, потому, что каждый, кто отдал жизни в тот день — принес нам победу и мир в наши дома! — Снова пауза. — Давайте же воздадим все почести павшим, отпустив их души в небо! — Эмоционально прокричав последнюю фразу, казекаге сложил несколько печатей, и в ногах у каждого появился бумажный фонарик. В звенящем молчании тысячи шиноби вдруг подняли белые конусовидные фонарики вверх, разжигая масляную сердцевину своими огненными техниками, или дожидаясь, когда кто-то из товарищей поможет это сделать. Когда материя наполнилась раскаленным воздухом, казекаге продолжил. — Как символ мира во всем мире — пять великих деревень сегодня собрались вместе, чтобы почтить память мертвых. Спасибо тем, кто сложил свои головы здесь за то, что мы можем стоять сегодня плечом к плечу и радоваться новому дню! — Гаара развел руки в разные стороны, удерживая правой белый небесный фонарик, рвущийся в небо. — Как символ чистых душ, уходящих в небо, сегодня мы отправим эти сияющие огни вверх. Спасибо за мир! — Выкрикнул он, отпуская белый конус. — Спасибо за мир. — Эхом тысяч голосов отозвалась толпа. И в один миг кратер осветился тысячами сияющих огней, рвущихся в небо. Они быстро поднимались, слегка раскачиваясь и унося с собой молитву каждого отпустившего чью-то душу шиноби. Саске с удивлением обнаружил, что у Сакуры, Хинаты и даже Наруто щеки блестят от слез. Ничего не сказав, он прижал к себе Харуно, стоявшую чуть сбоку от него, и легонечко сжал. Девушка зарыдала в голос. Да, он понимал почему. Ее родители тоже погибли в этой войне, хоть и не были великими шиноби, сражавшимися на поле битвы, но их тоже не стало. Девушка всхлипывала, временами заходясь в рыданиях, а потом обняла Учиху и продолжила плакать уже беззвучно. Толпа зачарованных шиноби все еще провожала взглядом улетающие символы душ умерших, когда Гаара вновь заговорил. — Сегодня мы должны сказать спасибо не только тем, кого больше нет рядом. Есть еще живые люди, которые, став альянсом, невзирая на опасность и угрозу смерти, встали на защиту мира. Я говорю спасибо вам. Каждому, кто участвовал в той войне, не боясь смерти и действуя как единое целое. Мы и правда смогли доказать, что альянс шиноби — это великая сила! Толпа внизу зааплодировала громко и шумно, нарушая скорбную тишину, окутавшую это место ровно год назад. — Но, особой чести достойны те, кто смог вернуть нас из вечного сна, победив величайшего врага всех времен! — Казекаге обернулся, вытянув в пригласительном жесте руку, и четверо зашагали к нему, оставляя Хинату стоять во тьме одну. — Ээ, Хина, ты обещала быть со мной в этот момент. — Возмутился Наруто, узрев, что его девушка не присоединилась к выходу на постамент. — Я не герой войны, Наруто. — Она покраснела и спрятала лицо за волосами. — Герой! Самый настоящий! Ты спасла меня! — Наруто улыбнулся и протянул девушке руку. Гаара удивленно вскинул брови, но ничего против не сказал. Хьюга скромно спряталась за спину Узумаки, и от смущения уткнулась ему в плечо лицом. Саске на миг оцепенел, осознав, что сейчас нужно будет толкнуть пламенную речь, стоя над толпой из тысяч людей, и не зная, ненавидят они его, или нет. Какаши жестом предложил сказать свое слово Сакуре, но та качнула головой, и прижалась от усталости к Учихе, который тоже отказался говорить. — Что ж, остается Наруто. — Прохладно произнес Хатаке, спрятав руки в карманы, и глядя на людей сверху вниз. — Мои друзья немного стесняются. — Громко произнес джинчурики. Да, за словом он точно в карман не полезет. — По-этому, сегодня честь произнести что-то стоящее выпала мне. Узумаки улыбнулся самой ясной и сияющей своей улыбкой, глядя куда-то вперед, раскинул руки и продолжил. — Я давно мечтал о том, что этот мир станет добрым и счастливым. Я очень хочу, чтобы и дальше у шиноби не было ни одного задания сложнее сопровождения, ведь до тех пор, пока нам не нужно кого-то снова убивать, до тех пор, пока мы считаем себя альянсом, а не зовемся жителями Конохи, Суны, Ивы, Кири или Кумо, и до тех пор, пока мы несем гордость за то, что бились плечом к плечу и принесли эту победу вместе…. Именно до тех пор наш хрупкий мир будет прочен, как сталь! А пока… Пока здесь так здорово и легко живется, пока остается время на счастье, я хочу чтобы мы все насладились им сполна! Узумаки топнул ногой, ища взглядом нужных ему шиноби внизу. Благо, острое зрение, унаследованное от взаимодействия с Кьюби, сыграло на руку. — Хиаши-сан! — Громко прокричал он, приглашая главу клана Хьюга выйти из толпы, что тот незамедлительно сделал. Затем Узумаки крепко сжал ладонь Хинаты, выуживая девушку из-за своей спины и прижимая к своей груди покрепче. — Хиаши-сан! Это Хьюга Хината — Ваша наследница и старшая дочь, а так же моя возлюбленная — единственная девушка, которая всегда верила в меня, поддерживала и вдохновляла. Глава клана кивнул, хотя это и увидел только Наруто, в принципе, именно ему и был адресован кивок. — Я не знаю, сколько продлится мир на этой планете, я не знаю, наступит ли новый рассвет, я не знаю, сколько проживу сам, но я точно знаю, что мои к Хинате чувства переживут меня самого! Я хочу, чтобы Вы дали свое согласие на воссоединение наших сердец. Я прошу у Вас руки и сердца Вашей дочери! — Узумаки слегка сожмурился от столь серьезных слов, на лбу выступила испарина, а щеки побледнели, но он все же раскрыл глаза и решительно взглянул вниз. Хиаши поколебался немного, а затем в два прыжка преодолел расстояние между ними, словно возникая из ниоткуда, вдруг появился рядом с Наруто и Хинатой. Он ни слова не сказал этой паре, просто подошел к ним, и обнял. Крепко так… По-отечески. И тут толпа внизу взорвалась аплодисментами. Саске снова обнаружил, что Сакура залилась слезами, но лицо ее озаряла счастливая улыбка. Он нежно чмокнул ее в макушку, прижимая к себе и ощущая нежное тепло, разливающееся по сердцу.