Чакра

Празднование окончилось шумным поздравлением Наруто с днем рождения и его пассии с помолвкой. От такого количества внимания Хьюга с трудом сохраняла сознание, отмечая про себя, что руки предательски дрожат от волнения. Неужели ее мечты сбылись? Девушка бережно взяла своего жениха под локоть и мягким жестом увела из толпы празднующих, которые, казалось, даже не заметили их ухода. Почти у самого леса пару нагнали друзья — Сакура и Саске тоже засобирались домой. — Поздравляю вас. — Счастливо улыбалась Сакура, опираясь всем весом на Учиху. — Мои поздравления. — Сдержанно произнес Саске. — Спасибо, ребята. — так невзначай хором ответили обручившиеся. — Надеюсь, что скоро и вы… — Узумаки многозначительно подмигнул, заставляя Сакуру в мгновение ока залиться краской, а Саске изогнуть бровь от удивления. Странно, но бывший отступник Конохи никак не прокомментировал то, что сказал Наруто. Лишь неопределенно качнул головой, подхватил Сакуру на руки и двинулся дальше, преодолевая свой путь до деревни по толстым веткам многовековых деревьев. Он бережно придерживал куноичи, уютно устроившуюся у него за спиной и, кажется, задремавшую, потому как чувствовал, что девушка расслабилась и перестала держаться. Когда они прибыли в деревню, девушка уже видела девятый сон. — Чтож, я провожу Хинату, а вы идите спать. — Заявил Наруто, когда они дружно вошли в деревню. — Доброй ночи. — Отчеканил Учиха, махнув на прощание. Странно, но в последние пару дней Хината избегает бесед с Саске и краснеет глядя на него. Учиха обычно ловил на себе такие взгляды от поклонниц, которые табуном бегали за ним в деревне. Но, никогда он не встречал такого взгляда от Хинаты. Это немного смутило парня, и он твердо решил поговорить с девушкой завтра. Выяснить в чем дело и, может, объяснить, что она — невеста его лучшего друга, что у него есть Сакура и больше ему никто не нужен. Последний из Учих медленно брел по опустевшей деревеньке, следуя по тропе, ведущей к его красивому и уже такому привычному дому. В правое ухо тихо посапывала Сакура, безвольно опустив голову в глубоком сне. Они уже почти были дома, когда Саске почувствовал чакру Орочимару в своей гостиной. Чтож, пора отдавать долг — поведать о том, что он пронаблюдал… Парень ускорил шаг, ощущая неприятный нервоз от самого факта нахождения змеиного саннина в его доме. Буквально влетев в дом, Учиха сначала пронесся на второй этаж, укладывая девушку в постель и удостоверяясь, что она крепко спит, а затем, коротко выдохнув, последовал на первый этаж в гостиную. — Ааа, Саске-кууун. — Протянул Орочимару, таким образом приветствуя хозяина дома. Этот змееподобный нахал восседал на кресле, попивая чай и поедая его рисовый пудинг! Учиха злобно сверкнул взглядом, но не сказал ни слова. — Я думал, ты не будешь против, если я немного похозяйничаю здесь. Не ожидал, что вы вернетесь так поздно. — Орочимару хлебнул из чашки, поднимаясь с кресла. — Я ждал, что ты зайдешь ко мне в новое логово, однако, сколько бы я ни следил тут чакрой, ты не приходил на мой зов. Что такое, мой мальчик? — Прекрати вести себя со мной как с ребенком. Ты ведь сам пришел сейчас, зачем мне необходимо было тебя выискивать тогда? — Ну, полно-те, забудем. Лучше поведай мне о состоянии твоей подопытной. — Бывший наставник Саске снова расплылся в безумной улыбке, показывая свой мерзкий язык. Учиха вздохнул и жестом предложил опуститься в кресло. Он медленно начал свой пересказ, следя, как его слушатель делает пометки в своем свитке и качает головой из стороны в сторону, то утвердительно, то отрицательно. Язык Саннина беспорядочно блуждал по губам, иногда выползая и касаясь подбородка. — Затем вихрь враждующих чакр стал замедляться, та, что была окрашена моим цветом, стала оседать, прихватив с собой немного ее чакры, это длилось около недели, причем если сначала вихрь замедлялся почти незаметно, то в последние дни с каждым днем все отчетливее виднелись изменения. В конце недели сгусток энергии стал сжиматься в одну точку и исчезать. — Учиха взглянул своим шаринганом куда-то сквозь потолок, проверяя состояние чакры девушки. — И сейчас он замедлил скорость сжатия, превратившись в совсем маленькую точку и в конфликт уже не вступает. Саске сокрушенно вздохнул, выложив все карты перед саннином. Тот еще с четверть часа делал какие-то пометки, а затем вдруг снова вскинул свой безумный взгляд на бывшего ученика. — Ммм, ты действительно не представляешь, что происходит с ученицей Цунаде. — Это было утверждение, от которого сердце Учихи болезненно сжалось. — Еще ничего не закончено? — Саске еле удержал голос ровным, дабы не выдать тревогу. — Оооо, нет-нет, еще не закончено. Эта куноичи вскоре умрет. Лишь чуть позже, чем это могло произойти не успокой ты враждующие чакры. — Саннин мечтательно вздохнул. — Что я могу сделать? Орочимару вдруг округлил свои глаза в удивлении. А затем расхохотался в голос, чем вполне мог бы разбудить спящую на втором этаже девушку. Но та настолько устала за сегодняшний день, что вряд ли даже поморщилась от громких звуков. Саске молчал, борясь с желанием стукнуть змеиного саннина по голове. — Шанс, что она выживет не велик. Но, прежде, чем я дам тебе очередное наставление, у меня есть одно условие. — Наконец заговорил Орочимару своими неопределенными загадками. Выдержав паузу, во время которой бывший учитель во все глаза разглядывал Учиху, что-то обдумывая, и слюнявя себе подбородок. Затем заговорил снова. — Я хочу, чтобы все результаты эксперимента, какими бы они ни были, ты отдал мне. Все до единого. Не позже, чем через… Ммм… — Он пронял руку и загнул несколько пальце, затем кивнул сам себе и продолжил. — Восемь лет. Тогда я расскажу тебе, что делать дальше. Ты пойдешь на это? — У меня нет другого выбора, ведь так? — Сокрушенно выдохнул Учиха, осознавая, что терять ее он не хочет. — Выбор есть всегда. — Зашипел саннин, оголив зубы. — Ты подпишешь со мной контракт на обмен? Ты заключишь этот контракт со мной и Богом Смерти. Если ты нарушишь этот контракт, то умрешь. И умрет она. Ты готов пойти на это? Глаза Орочимару были настолько безумные, что казалось, вот-вот вывалятся из орбит. Саске чувствовал подвох, однако, не мог понять, в чем он заключался. Это всего лишь результаты эксперимента. Всего лишь исследования, к чему такие меры? Он, ведь сегодня все поведал Саннину безо всяких контрактов. — Ты ведь помнишь, что я поглотил когда-то твое тело, второй раз будет то же самое. Не важно, набрался ты сил, или нет. — Мне не нужно твое тело, Саске-кун. Я уже говорил это. — У меня нет иного выхода, как согласится, однако, я внесу поправку в этот контракт. Тело Сакуры ты тоже не получишь. При любом раскладе. — Злобно сверкнул глазами единственный в своем роде Учиха. — Ее тело мне не нужно. Но, помни, если ты нарушишь контракт, она умрет. Тебе нечего терять, если я не скажу тебе, что с ней сейчас, она тоже умрет. Выбор очевиден. — Саннин растянулся в его мерзкой улыбке. — Я подпишу. — Улыбка стала шире. — Это все? — Тогда помни, что стороны контракта не могут причинить друг другу никакого вреда, иначе это повлечет за собой расторжение контракта и забвение навеки в животе Бога Смерти. — Подытожил Саннин. Учиха утвердительно кивнул. К горлу подступила тошнота и он сделал резкий вдох, чтобы хоть немного успокоить себя. Орочимару быстро развернул новый свиток, в котором уже было заполнено все, кроме последнего учиховского условия, которое он внес слегка подрагивающей от предвкушения рукой. Саске ознакомился с написанным в свитке, затем, слегка помешкав, достал кунай и порезал свою ладонь. То же самое проделал Орочимару. Затем он сложил сложные печати, хлопнув о пол что есть мочи. От ладони в стороны поползли красные кровавые письмена, обозначающие активацию печати, и призрачное очертание Бога Смерти явилось двум ниндзя. — Я скрепляю контракт своей кровью. — Прохрипел Саннин, ставя отпечаток ладони на свитке. — Я скрепляю контракт своей кровью. — Повторил действия Саске. Бог Смерти протянул свою призрачную руку к контракту, подцепил его и в мгновение ока направил его в свой гигантский рот. Едва свиток был проглочен, Бог вобрался обратно в печать, которая быстро начала стягиваться в точку, пока на полу не осталась лишь капля крови. Капля поползла по полу и, добравшись до Учихи, взобралась на его тело и осела за ухом, став его новой Печатью Смерти. Это вызвало очередной приступ радостного смеха у Орочимару. — Хорошо. Я расскажу тебе побочный эффект такого лечения. — Завил змеиный саннин. — Как ты уже помнишь, для того, чтобы успокоить ту войну между двух чакр — твоей и ее, необходимо подарить ей очередную порцию своей жизненной энергии. Однако, не просто так, ее тело должно было принять эту порцию с любовью, и желая этого. Иными словами, ты должен был излить в нее свое семя, перенося таким образом часть чакры в ее организм. Со временем, ее жизненная сила распознала, что та новая порция энергии идентична с той, с которой ведется война, отчего буйство в ее организме начало стихать. При этом, чтобы твоя энергия покинула куноичи, ей необходимо пройти полный цикл и излить вражескую часть чакры ее вместе с кровью. Однако, в твоей ситуации все гораздо интереснее и прозаичнее. В ее организме образовался сосуд, в который твоя чакра и немного ее слились в одну. — Сосуд? Что еще за сосуд? — Не понял Учиха. — Ты еще совсем юн, Саске-кун. — Расплылся в умилении Орочимару. — Этот сосуд — это ребенок…