Драбблы и зарисовки

— Босс, можно? — Маммон, предварительно постучав, осторожно заглянула в кабинет. — Да, заходи, — Занзас отложил очередной счёт-фактуру и взял следующий лист. — Ещё работаете? — иллюзионистка подошла ближе, бесцеремонно забираясь мужчине на колени. — Как видишь, — босс вздохнул и устало помассировал переносицу. — А что, уже так поздно? — Половина третьего. Я сегодня тоже засиделась, — Маммон устроилась поудобнее, прижимаясь щекой к груди мужчины. — Да уж. Ёбаный отчёт, — Занзас хмыкнул, стягивая с подчинённой капюшон и приглаживая вздыбившиеся фиолетовые волосы. Иллюзионистка недовольно что-то проворчала, но повторять громче не стала. — Ты сегодня спать, или просто посидеть? — Как получится, босс, — невнятно пробубнила Маммон. — Лады, — Занзас кивнул, прижимая её ближе к себе и возвращаясь к работе. Последние пару месяцев, после одной миссии ранга А, иллюзионистку мучили кошмары. Маммон упорно отказывалась это признавать, но обмануть Небесную интуицию босса не смогла и, когда Занзас припёр её к стенке, всё рассказала. Не выспавшаяся и измученная иллюзионистка Скариони категорически не устраивала. Решение нашлось случайно, когда, в конец измотав себя, Маммон уснула на диване в кабинете Занзаса, пока они обсуждали бюджет на грядущий месяц. Мужчина сначала даже не понял, что упало на его колени. А потом, отложив бумаги, увидел, что аркобалено Тумана мирно посапывает, уютно устроившись головой на коленях босса. И у Занзаса просто не поднялась рука согнать нахалку. К тому моменту Маммон успела немного подрасти и выглядела лет на семь, но от этого не стала менее хрупкой и беззащитной. Иллюзионистка проспала так почти четыре часа, пока у Занзаса не затекли ноги и не лопнуло терпение. Однако, оказалось, что только рядом с боссом Маммон спит без сновидений. В результате, за приличную скидку на её услуги, Занзас позволил аркобалено приходить к нему в кабинет после отбоя, чтобы поспать. Маленькое послабление, как говорил себе Скариони. Просто потому, что иллюзионистка нужна ему работоспособной, а не полудохлой. А вовсе не из-за идиотского желания заботиться и защищать. Скариони осторожно чуть передвинул руку, чтобы Маммон было удобнее лежать, и взял отчёт технической службы. Небо в окне неуклонно светлело. Занзас, крепко зажмурившись, потёр переносицу. В кабинет на цыпочках вошёл Луссурия, поставил на стол перед боссом чашку свежесваренного кофе и так же на цыпочках вышел, привычно сделав вид, что не заметил спящую Маммон. Занзас так же привычно сделал вид, что не увидел и не услышал офицера, а Маммон — что не проснулась. В Варии начинался новый день.