OOPS

«Это будет самой большой ошибкой сейчас, но.»

Но? - Стайлс, ты, блять, невозможен, это прос- Бросаю пульт от телевизора на пол и ухожу в комнату. Достал. Он слишком ко всему придирается, он слишком раздражает, всем недоволен, орёт уже пол часа о том, что я уехал к маме и не предупредил его, да какого хрена?! Луи идет за мной и придерживает дверь, которую я закрыл прямо перед ним. - Мы договаривались, нет? - О чём? – безразлично спрашиваю, подавляя желание бросить в него чем-нибудь. - О том, что мы, мать твою, не шифруемся! Если надо куда-то уехать, так и скажи! Или приспичило съебаться на два дня непонятно куда, оставив телефон?! Ты идиот?! Игнорирую. Просто. Игнорирую. Луи молчал, но я слышал, что он еще в комнате, стоит и смотрит мне в спину, надеется, что я что-то отвечу. Я, может, и виноват. Но он достал. - Ты не заметил, что в последнее время мы творим непонятную хрень? Ты разобраться в этом не хочешь? – вызывающе спросил парень, на что я только отрицательно махнул головой. Мне плевать. Мы ссоримся. Не можем терпеть друг друга. Который по счету раз мы орем в этой квартире за эту неделю, отталкивая друг друга всё дальше и дальше? Луи каждый раз исчезает. Я даже не замечаю, как он берет ключи и тихо закрывает дверь. И не слышу, как он возвращается и подолгу стоит и курит на балконе, прежде чем пройти мимо меня и игнорировать ближайшие пару часов. И так каждый раз. И я не знаю, что делать. Поводы мелочные, чаще всего состоящие из того, что Томлинсон – мудак, который не хочет идти людям навстречу и хотя бы иногда прогибаться. Он делает то, что хочется ему, и часто причиняет боль, потому что боится, что ему сделают то же самое. Проблемы с доверием и огромная дыра в сердце из-за смерти близких. В этом весь он. И я терплю. Сильно, мужественно, бла-бла-бла. Но в этот раз я попросту не выдержал его присутствия и замечаний. Просто собрал вещи, пока его не было, и уехал к родителям на все выходные. Это вылезло мне боком. Пока думаю об этом всём, игнорирую то, что Луи говорит. Просто не слышу, потому что это слишком достало. Слишком больно, окей? Он всё говорит и говорит, и его слова пролетают мимо моих ушей. Томлинсон что-то спрашивает, я молчу. Он кричит, я всё так же молчу. - А, ну тогда, наверное, нам надо расстаться, потому что ты всё время молчишь и ненавидишь меня, - продолжал Луи, говоря всё тише и тише. Я всё еще молчал. - Ты, блять, мог хотя бы сейчас что-нибудь сказать, или тебе слишком всё равно?! Я развернулся только тогда, когда он ушел. Хватаю со стола пару тонких книг и бросаю в дверь, которая только что захлопнулась. Вот именно здесь я перегнул палку. Потому что больше не хватало терпения. *** Сколько прошло? Месяц? Не знаю. Так мало времени, и мы сорвались. Я, он, не знаю. Оба не выдержали всего этого дерьма. Может, мы изначально не должны были быть вместе. Потому что не могут люди уничтожать друг друга вот так. Я не знал, что делать. Поэтому не делал ничего, как и Луи. Мы игнорировали друг друга, он съехал на неопределенный срок к Крису, и я видел его только в универе. Мельком. Он всё время проходил мимо, то же самое делал и я. Будто вообще не были знакомы. И от этого всего тошнило. Меня буквально выворачивало от того, насколько я ненавидел Луи и при этом хотел, чтобы он был со мной. Я не пил. Не начинал курить. Не резал вены, не пил таблетки, не рыдал. Ничего. Я будто был тем Гарри Стайлсом, который не знал Луи Томлинсона. Не знал, при этом играл иногда на его гитаре. Пару дней? Несколько недель? Не помню. *** Даже если мы вот так вот расстались, то я должен был сделать одну вещь. Одну единственную. В тот день я шел по коридору в университете, просверливая взглядом спину Луи. Сердце слишком сильно билось, руки потели, дыхание ускорялось. В животе будто всё переворачивалось от одной только мысли, что я сейчас должен с ним заговорить. Ведь тогда я промолчал. Я ускорил шаг и направился к нему. Когда между нами оставалось все меньше и меньше пространства, протянул руку вперед и схватил его за локоть, останавливая. Томлинсон резко развернулся и посмотрел на меня, приподняв брови. Безразлично и холодно. Он снова закрылся, как когда-то давно. Затаиваю дыхание. Надо собраться с мыслями. - Луи, я- - Что ты хочешь? – вызывающе спросил парень, скрещивая руки на груди и отступая от меня на шаг. Нервно сглатываю. Начинаю мямлить, потому что не успеваю сопоставить все нужные слова в одно предложение. - Я должен был тогда сказать, что- - Но не сказал же, - хмыкнул он. Мотаю головой и раздраженно смотрю на него. - Дай договорить. Я- - Нет. Бессмысленно открываю и закрываю рот. Луи разворачивается ко мне спиной и начинает уходить. - Нет? - Я же слишком люблю уходить от проблем, Стайлс, - ехидно бросил он, - А ты и есть проблема. Парень скрывается в аудитории, я всё еще смотрю ему вслед. Мне нужно туда же. Разворачиваюсь и ухожу в противоположную сторону, игнорируя всех знакомых, которые спрашивают, почему это я решил не пойти на пару. *** Он точно знал, что я хотел сказать. Я в этом уверен. Но не захотел этого слышать. Но кто сказал, что его мнение меня интересует? Томлинсон выходил из университета. Я прождал Луи час с лишним, сидя на скамейке возле главного входа, и мне хотя бы за это уже должно воздаться, но удача никогда не была на моей стороне. Он медленным шагом брел в сторону остановки, придерживая рюкзак на своем плече одной рукой. Я резко поднялся и пошел к нему. - Ты меня выслушаешь, понял? Я схватил его за толстовку и потянул за собой, в сторону. И он пошел за мной, не вырывался, даже ничего не говорил. Вероятно, потому, что ему было плевать. - Ну, говори, что ты там хотел, - парень достал сигарету, сжал её губами и поднес зажигалку. Тут я должен был собрать свою гордость и прочую хрень и свалить, но я этого не сделал. Потому что, собственно- - Я люблю тебя. Луи долго смотрит в мою сторону, но ничего не отвечает. Он только делает затяжку и выпускает дым куда-то в сторону. - И делай с этим, что хочешь.