OOPS

POV Louis Да, я превратился в депрессивное дерьмо, которое сбегает от собственных проблем. Да, я сказал, что все-таки не смогу отпраздновать Новый Год с Гарри и остальными. Да, я куда-нибудь свалю на эту ночь. И я даже не знаю, как это все обьяснить. Свою непостоянность, эти все непонятки с эмоциями и беспросветную боль. Именно боль. Меня буквально выворачивает наизнанку и трясет во время очередной вспышки, от которых меня уже тошнит. Я ненавижу то, что не знаю, в какой гребанный момент снова всплывут воспоминания и пробудят во мне желание разбить стену своей головой. Я ненавижу это ватное, помятое состояние, эту вечную бессонницу и то, что меня норовят пожалеть. Мне нужен психотерапевт и хороший друг, при этом я выбираю сигареты с книгами. Класс. И что я хочу сделать? Ага, убежать. Я не умею решать проблемы. Достаю свой рюкзак, освобождаю его от тетрадок, книг и ручек, кидаю туда какую-то одежду и прочие нужные мне вещи, хватаю пачку сигарет и зажигалку с полки и направляюсь в коридор. Даже не смотрю на Стайлса, потому что боюсь, что он что-то начнет расспрашивать, и я буду дико зол из-за его жалости, как обычно. Он знает от Грега, почему я сюда приехал и зачем уезжаю сейчас, вот только строит из себя дурака. Меня раздражает его желание чем-то помочь, меня бесит моё желание принять эту помощь. Меня всё, блять, раздражает. Обуваю ботинки, застегиваю теплую куртку, засовываю телефон в карман и вспоминаю о забытой в коридоре шапке только тогда, когда уже выхожу на улицу и попадаю под снегопад. Ладно, я один. Делаю глубокий вдох, задираю голову вверх и закрываю глаза в попытке упорядочить мысли. Такое ощущение, будто я вообще без куртки. То ли это моя неустойчивость к холоду, то ли просто…ОЧЕНЬ холодно. Надев капюшон, закуриваю и быстрым шагом иду к метро, чтобы добраться потом к электричке. Мне нужно уехать хотя бы на эту ночь. *** Я медленно иду по улицам, придерживая вечно сползающий с плеча рюкзак, и осматриваюсь по сторонам. Раньше в этом районе я проводил больше всего времени , потому что здесь есть отличное футбольное поле. И половина моих прогулов в школе была именно из-за не-совсем-дружеских матчей со знакомыми. Пару раз я даже ночевал в раздевалке, когда не хотел возвращаться домой из-за…Своего максимализма? Останавливаюсь рядом с тем же футбольным полем, где сейчас никого нет, потому что нет накрытия\холодно\зима\ужасный снегопад\еще сотня причин, о которых я не знаю. Я бы сейчас сыграл с кем-то, как раньше. Окей, ладно, это называется «ностальгия»? Потому что у меня все сводит внутри только от осознания того, насколько все это было давно. Сажусь в полупустой автобус в надежде на то, что правильно помню, куда мне нужно ехать. Помню только ориентиры: больница, где мне вправляли вывихнутую ногу, бар, в котором я «зависал» раньше с друзьями, парк, где выгуливал собаку, которой сейчас уже нет, школа, в которой учился и вечно был клоуном, спортивные секции, кинотеатр, центральные улицы, где гулял с семьей и… Господи, я даже помню, где в первый раз поцеловался с парнем, и ДАВАЙТЕ не будем об этом. Мотаю головой и отворачиваюсь от окна с вялой улыбкой. Когда я был маленьким, этот город казался мне чертовски огромным и интересным. Сейчас я смотрю на каждую улицу разочарованно. В этом городе меня ничего не держит. *** Я был на кладбище. Сам себе говорю, что это дерьмовая идея, но все равно прихожу и сажусь на лавочку. Я здесь только на пол часа. Только на пол- Потерял счет времени. Еще долго смотрю куда-то вперед, сощурив глаза, и выкуриваю уже неизвестно какую по счету сигарету.

「воспоминания」 - Крис. - Да, Луи? Он смотрит на меня долгое время, пока я пытаюсь сдерживать слезы. У меня получится. Сжимаю белую простынь. Чувствую запах лекарств, от которого начинает мутить. - Забери меня домой. Забери меня, блять, домой! КРИС! - Томмо, я не могу тебя забрать, прос- Хватаю подушку и швыряю её в сторону, слезаю с постели, морщась от боли во всем теле. Держусь за капельницу и подхожу вплотную к Крису. Мое сознание распадается на кусочки. Я рыдаю, как никогда не рыдал до этого. Перед глазами плывет и все, что я вижу – Крис и его полный гребанной жалости взгляд. - Мне плевать, - упираюсь лбом ему в грудь, - Я сам уйду. Он осторожно обнимает меня, пытаясь не задевать бинты: - Ты ведь всегда был сильным. - Я никогда таким не был.

Сижу на лавочке перед какой-то могилой, спрятав лицо в ладони. Холод буквально пронизывает, пальцы дрожат, и я понимаю, что надо перестать рыдать. И ничего для этого не делаю. *** - Луи? Что ты здесь делаешь? Стою весь в снегу, с красным лицом перед дедушкой, который только что открыл дверь. Мне повезло, что он еще не уснул, потому что пришел я сюда поздней ночью абсолютно замерзший (наверное, я уже простудился) и без желания как-либо жить дальше. Иногда, вернее, постоянно я перебарщиваю с эмоциями. - Привет. С праздником. Можно? Это странно смотрится, да? Привет, я твой блудный внук. Я пью, курю, я в бабской депрессии, я трахаюсь с парнями, и зачем я вообще приперся сюда? - Конечно. Что ты забыл здесь посреди ночи? Он отступает в сторону и впускает меня внутрь. И я просто не знаю, что ему сказать. Я просто, блять, не знаю. Помню, как возвращался сюда посреди ночи еще пару лет назад и мямлил какие-то извинения, типа «в следующий раз вернусь раньше» и прочую фигню. И каждый раз на меня орали, лишали карманных денег и «я тебя не выпущу из дома следующую неделю», грозно сказанное мамой. И на следующий день я снова уходил гулять. - Что-то случилось? Поворачиваюсь к дедушке и понимаю, что мне не хватало его строгого взгляда. Окей, ладно. Уже расклеиваюсь. - Ничего особ- - Даже не думаешь рассказывать. Понятно. Недовольно фыркаю и усаживаюсь в кресле поудобнее, забравшись на него с ногами. Да, я даже не собирался что-либо рассказывать. Радует, что дедушка и не собирался давить на меня этим. - Расскажи что-нибудь, - прошу я, зевая, - Что-нибудь…Интересное. Он едва заметно улыбается, уменьшает громкость на включенном телевизоре, смотрит куда-то в сторону и, откашлявшись, начинает: - Вчера посмотрел «дискавери» и, представляешь, там- *** Утром я уже подхожу к дому Гарри, полный энергии (ложь) и хорошего настроения (ложь в квадрате). Мы еще долго вчера говорили с дедушкой на отвлеченные темы, пока он не уснул на диване. А потом я посидел на балконе, пока окончательно не промерз. Если заболею, то вообще не удивлюсь. Поднимаюсь по лестнице пешком, иду по направлению к квартире и вижу полумертвых Лиама и Найла. Они молчат и едва переставляют ноги, находясь за метр друг от друга и игнорируя всё вокруг. Кто-то очень сильно нажрался и, кажется, они еще и поссорились. Ну, ведут себя странно, в общем. - Привет, - обращаю на себя внимание и тут же удивленно приподнимаю бровь. У Лиама серьга в ухе? У Лиама серьга в ухе. Господи. Мне даже страшно подумать, как они отпраздновали, если честно. Черт, у него проколото ухо. Ухо. Гребанное ухо. У Лиама. Что-о-о у них произошло? Найл машет мне рукой и едва улыбается, после этого они скрываются за поворотом, а я думаю, что эти двое выглядят слишком подавленными даже для похмелья. Надеюсь, у них там все нормально прошло, а то я не хочу застать в квартире какой-то труп. В виде Стайлса, например. Хотя- Подхожу к двери и останавливаюсь прямо перед ней, скептически глядя на то, что она, блять, не закрыта. Прекрасно. Где-то там валяется Гарри, и я не удивлюсь, если все уже давно вынесли из квартиры. Включая и его. Или он все-таки мертв? Почему я вообще за это переживаю, а не он?! Тяну ручку на себя: - Почему дверь откр- Твою мать! Гарри сбивает меня с ног, и я падаю на пол, ударяясь вообще всем, чем угодно: затылком, локтями, спиной, своей ГРЕБАННОЙ жизнью. Из легких буквально выбит весь воздух, я вскрикиваю и несколько секунд лежу, не двигаясь. Что это было?! Что это, блять, было?! Этот идиот еще и устраиваться поудобнее начал, он вообще нормальный?! Черт, у меня будет синяк на затылке. Гарри, ты меня неимоверно бесишь, я серьезн- - Доброе утро. Доброе?! Доброе утро?! Он серьезно? - Встань, блять, с меня, мне больно! Еще секунда, и я точно начну орать, потому что такое ощущение, что этот гребанный осьминог сейчас раздавит меня. И, да, я правда не знаю, что руководило мной, когда я задвигал шторы, носил Гарри аспирин и ходил в магазин за несколькими бутылками воды. Может, я был слишком подавлен для того, чтобы продолжать оставаться дерьмом. Или мне было жаль смотреть на него. Или мне хотелось лечь рядом с ним и поспать так часов двадцать. Или- Ладно, все, молчу. *** В среду я понял, что работа помогает избавиться от навязчивых мыслей и сосредоточиться на чем-то другом. Настроение, конечно, было дерьмовым, но я действительно отвлекся, пока бегал от одного заказчика к другому. В конце рабочего дня я даже договорился с шефом по поводу того, что зарплату за каникулы я получу в пятницу, и графика работы в дальнейшее время. Мотаться по городу у меня все-таки лучше получается, чем обслуживать клиентов в кафе. Вспомнить только, как я метался от стола к столу, ненавидел клиентов и таких же официантов, которые, в свою очередь, ненавидели меня. Зейн: Встретимся сегодня? Еду в автобусе, смотрю на только что пришедшее сообщение и думаю о том, что я, на самом деле, не хочу видеть Зейна. Я не влюблен в него. Это похоть. Сколько раз я это уже повторял? Я это знал еще с самого начала, но просто начал плыть по течению. Ну и какого хрена я все еще с ним вместе? С этим нужно что-то делать, честно. Судорожно вздыхаю и думаю, что написать. Я еще долго смотрю на экран мобильного, прежде чем ответить. Луи: Сейчас подъеду к тебе. Разберусь на месте. Наверное. *** По дороге к Зейну я успеваю еще несколько тысяч раз передумать что-либо делать, потому что и так неделя не задалась, зачем все ухудшать? С такими же мыслями я захожу в дом, звоню в дверь, здороваюсь с Маликом и переступаю порог. Всё с теми же мыслями я здороваюсь с его соседями и беру в руку чашку кофе, которую мне протягивает Зейн. Всё с теми же мысл- - Нет. - Что? Зейн смотрит на меня в недоумении. Он сейчас такой идеальный, что, наверное, было бы разумнее с ним переспать, но- ЧТО за херня вообще творится у меня в голове?! Я говорю вслух какую-то хрень, начинаю нервничать и все больше сжимать чашку, пока Малик смотрит на меня, как на последнего идиота. - Луи? Нервно сглатываю и ставлю чашку с недопитым кофе на стол, отодвигаю её подальше и снова перевожу взгляд на парня. - Я так больше не могу, Зи. Все, я это сказал. Механизм запущен, осталось не испугаться и не перевести тему. Он хмурится, ожидая, что я продолжу говорить. Я облокачиваюсь бедром о стол. Сосредоточься и скажи ему всё, что должен. - Ты знаешь, что я не влюблен в тебя. Это была похоть, Зейн. И я не могу встречаться с тобой, зная, что, - запинаюсь. Отвожу взгляд в сторону, думая о том, как же это все хреново, - Что мне плевать. Что я ничего не чувствую, что мне абсолютно на всё насрать. Это неправильно, понимаешь? Так не должно б- - Я знаю. Мы же говорили об этом. Мой бессмысленный поток слов был резко остановлен Зейном, и я просто смотрю на него, не зная, нужно ли что-либо еще говорить. Чувствую себя последней тварью, но он же знал. И он же все это прекрасно понимал. И мы не раз об этом говорили. Вот только легче от этого не становится. Мне противно от самого себя. - И? – теперь жду ответа я. - И… Мы расстаемся, ты это и хотел сказать? – парень пожимает плечами и вызывающе смотрит на меня. Такое ощущение, что ему точно так же плевать на все, вот только его выдает надломленный голос, сжатые кулаки и блеск в глазах. Я не могу это игнорировать. Не могу стоять и смотреть на него вот так, просто не- - Да. Тяжело вздыхаю. Почему все произошло именно так? Во время праздников? Плюс еще пять тонн дерьма и на без того мертвый здравый смысл, самооценку, настроение и всю мою жизнь. Зейн не смотрит на меня. Он достает сигарету и собирается курить в помещении впервые после того, как мы когда-то поссорились. Символично. И я просто ухожу. Потому что мне нечего больше сказать в своё или чье-либо еще оправдание. Ухожу, игнорируя звук разбившейся чашки и неловко брошенное «Береги себя, окей?». *** Гарри: Молоко Ошарашенно смотрю на это сообщение и думаю, что Стайлс ошибся номером, напился, он под чем-то, ну или он опять-таки ошибся номером. Луи: Что? Он идиот, да? Гарри: Купи Да. Луи: ЧТО Я уже готов разбить телефон. ЧТО КУПИТЬ? Я иногда его не понимаю. Да какое иногда, всегда. О чем он вообще?! Что он от меня хочет? Сжимаю мобильный в руке и жду еще одного непонятного сообщения, после которого я уже точно позвоню Стайлсу и скажу, что он меня заебал. Гарри: Молоко купи, придурок:/ Оу. Ну ладно. *** Перед тем, как зайти в магазин, меня понесло в бар. Ну, как понесло. Тормоза снялись, так сказать, настроение дерьмовое, мне снова захотелось развеяться. Я просидел за барной стойкой примерно час, выпивая какие-то дешевые коктейли, пока не начал медленно пьянеть. Ко мне лезла какая-то девушка, я её игнорировал и разговаривал с барменом, мне хотелось помереть прямо на этом полу. Опрокидывал все содержимое бокалов в себя и наивно полагал, что «уже выхожу через пять минут». Ощущение мнимой свободы и странной сонливости отвлекало абсолютно от всего, и я бы остался еще, если бы… Если бы просто не захотел пойти домой. К Гарри.