Новогодний подарок

Когда на тёмно-синем вечернем небе зажглись первые светлячки-звёзды, тишину в норке нарушил громкий и настойчивый стук в дверь, одновременно удививший и обрадовавший хоббитянку. Неизвестный гость барабанил так, будто несколько раз заранее предупреждал о точном часе своего прибытия, и теперь негодовал, что его заставляют ждать! − Иду, уже иду! Подождите минутку! − громко крикнула Камелия, поспешно сняв фартук и направляясь к двери. Щёлкнул замок, Камелия потянула дверь на себя − да так и застыла на месте в немом изумлении. Прямо перед ней гордо стоял Торин Дубощит, а из-за его спины выглядывали задорно улыбающиеся Фили и Кили! − Мисс Бэггинс, может быть, вы всё-таки впустите нас? − не дождавшись приглашения войти, усмехнулся Торин. Камелия словно очнулась ото сна. − Да-да, конечно. Входите, пожалуйста, − засуетилась она, мысленно укоряя себя за нерасторопность. − Мы так рады снова тебя видеть! − Кили не удержался и обнял хоббитянку, а следом за ним − и Фили, за что младший брат, как бы ревнуя, в шутку пихнул его в бок. С улыбкой наблюдая за братьями, Камелия в полной мере осознала, как же сильно она по ним соскучилась! С приходом гномов в норке сразу стало как будто светлей и радостней. Торин резким движением стянул с плеч дорожную меховую накидку, стряхнул с неё поблёскивающие кристаллики снега и повесил на крючок для одежды − благо, их было предостаточно. Затем он бережно, почти любовно пристроил у входа Оркрист и прошёл в комнату. Ещё больше развеселившиеся от домашнего тепла и предвкушения скорого ужина Фили и Кили обменивались шутками и ставили в ряд с Оркристом свои мечи, а Кили − ещё и лук со стрелами. Камелии вдруг жутко захотелось достать из сундука надёжно спрятанное от любопытных глаз Жало и тоже поставить рядом. − У тебя тут праздником пахнет! − довольно заметил Кили, демонстративно втянув носом витавшие в норке аппетитные запахи. − Всё-таки не зря мы так торопились к тебе, − добавил, смеясь, Фили. Камелия чуть покраснела от тонких намёков на похвалу. Ей, как и любой уважающей себя хоббитянке, было особенно приятно признание её хорошей хозяйкой. − Ужин почти готов, − сообщила она, в душе радуясь, что не бездельничала сегодня и теперь может как следует накормить гостей. − Я как чувствовала, что у меня сегодня будут гости. Только вот... я ещё не успела украсить ёлку. − Это дело поправимое! − с азартом воскликнул Кили, оглядывая дерево деловитым взглядом. Ёлочка, отогревшаяся в тёплой норке, ещё больше распушилась и распространяла вокруг себя тонкий хвойный аромат. − У тебя ведь есть, чем наряжать? − Да, минутку... − Камелия бросилась к шкафчику, из которого достала небольшую коробку. В ней лежали несколько цветных стеклянных шариков, купленных как-то раз на ярмарке. Принцы с удовольствием взялись помочь хозяйке развешивать их. Помимо шариков, в ход пошли также разноцветные ленточки, красиво завязанные бантиками. − Как всё-таки здорово, что вы решили навестить меня и приехали как раз к празднику! − не переставала радоваться хоббитянка, вешая на ёлочку очередной шарик. − Ну, это во многом благодаря Кили, − Фили бросил на брата лукавый взгляд. − Если бы не он, то, я думаю, мы б ещё не скоро приехали к тебе. Камелия благодарно глянула на темноволосого принца, а он в ответ широко улыбнулся ей своей фирменной обезоруживающей улыбкой. − Надеюсь, ваш путь прошёл без злоключений? − с тревогой спросила она, вспомнив, сколько опасностей довелось пережить им во время похода. − Теперь дорога стала намного безопаснее, − ответил ей Торин. − Много этих тварей, орков, мы перебили в битве. А те, кому удалось выжить, забились в свои пещеры и долго ещё не посмеют вылезти оттуда. − А Лихолесье?.. − осторожно уточнила хоббитянка. − Лихолесье мы тоже миновали достаточно... благополучно, − скупо ответил Торин. Расспрашивать Камелия больше не стала. Последний шарик был повешен на ёлку, и теперь она блестела и переливалась при свете огня в камине. Пока Камелия делала последние приготовления на кухне, гномы тоже не теряли времени даром. Они перенесли стол на середину комнаты, зажгли светильники и подбросили побольше дров в камин, отчего ярко-оранжевые языки пламени взмылись ещё выше. В гостиной стало светло как днём. Наверняка каждый, случись кому проходить в это время мимо Бэг-Энда, видеть огни в окнах и слышать оживлённые голоса, с завистью подумал бы, как хорошо и радостно сейчас тем, кто находится внутри! Наконец стол был накрыт, и хозяйка позвала гостей ужинать. Гномы, проголодавшиеся с дороги, не заставили себя долго ждать. Вкусная еда и отменный эль − хранившийся доселе в кладовке, а теперь разлитый в большие деревянные кружки − способствовали хорошему настроению и оживлённому разговору. Камелия с интересом слушала, как гномы рассказывают об Эреборе и о каждом из участников их похода. Она же, в свою очередь, поведала им о своей размеренной жизни в Шире. Фили с Кили хохотали до слёз, и даже Торин не сдерживал улыбку, слушая рассказ хоббитянки о том, как, вернувшись в Шир, она чуть было не лишилась своей норки. Ох и пришлось же ей похлопотать тогда, чтобы вернуть Бэг-Энд! В те дни Камелия и представить не могла, что спустя два года будет смеяться над этой историей, как над самой забавной на свете!.. За разговорами не заметили, как на дворе совсем стемнело. Морозная, безлунная ночь заглядывала в окна, но в самой норке было тепло и уютно. Отужинав, друзья встали из-за стола и переместились поближе к камину. Торин сел в кресло, а братья и хоббитянка устроились прямо на мягком ковре. Свечи погасили − и теперь темноту рассеивал лишь тихо потрескивающий огонь в камине. − Дядя, расскажи что-нибудь, − попросил неугомонный Кили. Торин неторопливо раскурил свою трубку и, подумав, начал длинный рассказ − то ли гномья сказка, то ли древнее предание. Камелия сонным взглядом следила за тоненькими струйками сизого дыма, тянущимися к потолку, и больше наслаждалась атмосферой домашнего уюта, чем вникала в суть рассказа. Она закрыла глаза и прислонилась спиной к ножке свободного кресла, представив, будто снова сидит у костра в компании тринадцати гномов. Правда, обычно в такие редкие благоприятные вечера главным рассказчиком был Балин, ну да это не столь важно. Тихий голос Торина звучал умиротворяюще − и Камелия, забывшись, пустилась в воспоминания. Кажется, она даже задремала и не заметила, как рассказчик умолк, и в комнате воцарилась тишина. Камелия открыла глаза и огляделась. Ни Торина, ни Фили в гостиной уже не было − видимо, сон одолел их и они ушли отдыхать в отведённые комнатки. Один Кили сидел напротив камина и, сосредоточив взгляд, смотрел на постепенно угасающее пламя. Мягкий свет озарял его задумчивое лицо, а крохотные огоньки отражались в тёмно-орехового цвета глазах. В этот момент он показался Камелии очень красивым. Пожалуй, самым красивым из всех гномов. Кили, почувствовав её взгляд, повернул голову и улыбнулся: − Я вспоминал, как в походе мы по вечерам сидели у костра. Здорово было!.. Я бы не прочь пуститься в ещё одно такое путешествие. А тебе бы хотелось? Камелия задумалась над его словами. Она уже почти позабыла, как это − сидеть у ночного костра, спать под открытым небом и обходиться без носовых платков. Но одинокими поздними вечерами, когда она скрашивала свой досуг, читая любимые книги о приключениях, её вновь начинали манить к себе дальние дороги. − Увидеть снова Одинокую Гору, например? − приняв её задумчивость за нерешительность, подсказал Кили. − Разве тебе не хотелось бы посмотреть, как заново расцвёл Эребор? − Да, наверно, хотела бы... Только если по пути будет не так много опасностей, − поспешно добавила Камелия и с улыбкой продолжила: − Видно, я всё-таки от вас, гномов, переняла тягу к приключениям. − С кем поведёшься, − довольно хмыкнул Кили, что-то решив про себя, − и минуту спустя полез в карман, вынул оттуда небольшой завязанный мешочек и протянул его хоббитянке. − Вот, хочешь? Я брал их с собой в дорогу. Камелия с любопытством взяла мешочек, развязала и высыпала себе на ладонь его содержимое − несколько конфет, имеющих форму прямоугольных пластинок и, вероятно, с разными ягодными вкусами. Девушка на пробу выбрала малинового цвета конфету и положила на язык. − Ммм... − зажмурилась она от удовольствия. − Вкусные! − Эльфийские, − небрежно пояснил Кили, взял одну пластинку и, ловко подбросив её на ладони, сунул в рот. − А разве Торин помирился с Трандуилом? − спросила Камелия и тут же засмеялась своей недальновидности. − Дядюшка до сих пор не доверяет этому эльфу, хотя после той битвы они вроде как простили друг другу обиды. Но торговые сделки всё же пришлось заключить, без них не обойтись, − со знанием дела рассказал Кили и потянулся за новой конфеткой. Некоторое время гном и хоббитянка молча ели эльфийские сладости. Смородиновые, земляничные, малиновые − конфеты быстро таяли во рту и оставляли приятное послевкусие. Когда они закончились, Кили неожиданно признался: − А ведь я привёз тебе из Эребора подарок, − и не успела хоббитянка удивиться, как он тут же попросил: − Только ты должна будешь закрыть глаза. Камелии ничего не оставалось делать, кроме как послушаться. Очень скоро она почувствовала, как ей на шею легло что-то холодное и тяжёлое. Тёплые, чуть шершавые пальцы гнома напоследок легонько провели по коже и опустились на её руку. − Всё, можешь открывать! − торжественно произнёс Кили. Открыв глаза, Камелия опустила голову и увидела изящное длинное ожерелье − золотое, с вкраплениями драгоценных красных рубинов! Хоббитянка невольно ахнула от восторга. Украшение и вправду было восхитительное, это признал бы каждый, но в следующую минуту её смутил такой дорогой подарок. Ведь ей даже нечего было подарить взамен. − Кили... оно очень красивое, но я не могу принять такой дорогой подарок... − попыталась запротестовать Камелия. Кили тем временем придвинулся совсем близко. Он не сводил глаз с хоббитянки, чем ещё больше смутил её. − Это ожерелье когда-то носила моя матушка, − серьёзно сказал он. − Наша фамильная драгоценность, можно сказать... И я не просто так подарил тебе его. Камелия, − Кили взял её руки в свои ладони, − ты давно занимаешь далеко не последнее место в моём сердце!.. В общем, я хочу сказать, что я... полюбил тебя. Тут Камелия совсем растерялась. Теперь стало ясно, почему Фили сказал, что именно его младший брат был главным инициатором их путешествия... Но долго размышлять на эту тему девушке не пришлось: обняв одной рукой её за талию, Кили наклонился к ней, собираясь поцеловать. Затаив дыхание, Камелия замерла в его руках. Мягкие, пахнущие смородиной губы гнома прижались к ней в настойчивом поцелуе. Растерявшаяся поначалу Камелия всё же несмело ответила на поцелуй, чувствуя, как принц уверенней прижимает её к себе. Кили первым прервал слияние их губ и, чуть отстранившись, посмотрел ей в глаза. От его тёплого, проникновенного взгляда у Камелии защемило сердце. Все прожитые в одиночестве дни вдруг показались ей бессмысленными и серыми, как безликое осеннее небо, и ей стало нестерпимо грустно от одной мысли, что этот гном с такими красивыми, добрыми глазами может вскоре уехать навсегда. − Но, Кили... я не смогу оставить Бэг-Энд насовсем, − слабо возразила всё ещё немножко смущённая хоббитянка, скорее для того, чтобы он убедил её в обратном. − И не нужно, − заверил её принц. − Если ты согласишься, у тебя будет два дома. Так ведь гораздо лучше, правда? Камелия посмотрела на него долгим взглядом. Смутное чувство чего-то простого и цельного наполнило её душу теплом и заставило счастливо улыбнуться: − Правда... *** Медленно таяли последние звёзды на предутреннем небе. Постепенно смолкли в домах шутки и смех, и Шир погрузился в недолгий сон, чтобы наутро продолжить празднество с новыми силами. Кили и Камелия, прижавшись друг к другу, сидели напротив тлеющих угольков в камине. Ещё не успевшие полностью исчезнуть сумерки словно бы ограждали их от всего внешнего мира. Камелия, уложив голову гному на плечо и прикрыв глаза, думала о том, что происходящее больше похоже на волшебный сон, который может случиться в новогоднюю ночь. А Кили... Кили чувствовал себя самым счастливым гномом на свете. − Ты ведь будешь рядом, когда я проснусь? − засыпая, шёпотом спросила Камелия. − Теперь − всегда, − улыбнувшись, так же тихо пообещал ей принц.