Я падаю, даже когда ты держишь, или Клейн-модель по-американски

Блейн об­на­ружил се­бя на тер­ра­се треть­его эта­жа, ког­да пос­лы­шались го­лоса сни­зу. 'На­вер­ное уже семь'. Он по­тянул­ся и еще раз пос­мотрел на па­нора­му го­рода. 'Чем же я зас­лу­жил та­кую воз­можность?'. Затем Блейн дос­тал из кар­ма­на спор­тивных шта­нов прак­ти­чес­ки пус­тую пач­ку си­гарет и вы­удил от­ту­да пос­леднюю. За­жав её меж­ду гу­бами, он вспом­нил, по­чему не ку­рил рань­ше. Не бы­ло ни же­лания, ни де­нег. А теперь есть всё. Андерсон сде­лал пер­вую за­тяж­ку и по­нял, что при­норо­вил­ся за ночь. Те­перь он мо­жет вы­пус­тить 7 ко­лечек под­ряд. Го­речь от та­бака за­села в гор­ле, ка­залось, на­веч­но. Прош­ло око­ло 3 ча­сов, с то­го мо­мен­та как Курт по­кинул его, а гла­за всё еще зас­ти­лала пе­лена от былых неконтролируемых слёз. Нет, ему бы­ло не боль­но. Из-за то­го, что ге­рой-лю­бов­ник вы­курил всю пач­ку си­гарет за раз, он ощу­щал се­бя на удив­ле­ния лег­ко. Зна­ете, лю­бая ко­медия на­чина­ет­ся с сол­нца за ок­ном. Глав­ный пер­со­наж про­сыпа­ет­ся, выг­ля­дыва­ет из ок­на и хо­рошая по­года – его вер­ный спут­ник. И вдруг, от­ку­да ни возь­мись – гро­за, ли­вень и град од­новре­мен­но. Буд­то весь мир го­ворит «прос­ти, чу­вак, но те­бе грус­тно и по­года не толь­ко бу­дет на­поми­нать те­бе об этом, но и усу­губ­лять твое сос­то­яние». Но это был дру­гой слу­чай. Ут­ро Ан­дерсо­на обе­щало быть са­мым прек­расным и сол­нечным в ис­то­рии че­лове­чес­тва. Он слы­шал, как пти­цы пе­ли на де­ревь­ях, как сме­ялись де­ти не­пода­леку от учас­тка, как его Меч­та бла­жен­но мур­лы­кала, гре­ясь в теп­лых лу­чах на бор­дю­ре. И толь­ко гул вет­ра в гру­ди на­поми­нал об ис­тинной по­годе в Нью-Й­ор­ке. Блейн по­мор­щился от от­вра­щения к это­му дню и вы­кинул толь­ко за­горев­шу­юся си­гаре­ту с тер­ра­сы. По­ра спус­кать­ся вниз и ста­новить­ся са­мим со­бой. Без ма­сок ли­цеме­рия и фаль­ши­вых улы­бок из веж­ли­вос­ти. Новенький вер­нулся, дет­ки. Бой­тесь. Он ду­мал, что по­яв­ле­ние кры­ши над го­ловой, сде­лало всех про­жива­ющих под ней его семь­ей. Но все чу­жие. Та­кие же жес­то­кие, как на ули­це. На­пос­ле­док, в па­мять о ста­ром Блей­не, он неж­но про­вел ру­кой по шерс­тке Меч­ты, от­да­вая кош­ке пос­леднюю то­лику доб­ра. Спус­тившись на вто­рой этаж, брю­нет об­на­ружил лишь нес­коль­ко че­ловек на но­гах. Из ду­шевой вы­ходи­ла Рей­чел, на­певая "Wake me up". Пак уже ви­сел на брусь­ях в тре­наже­ром за­ле, в то вре­мя как Майк под­ни­мал ган­те­ли. Финн же спус­кался на пер­вый этаж, над­ку­сывая трёхэтаж­ный бу­тер­брод. Ос­таль­ные ли­бо спа­ли, ли­бо прос­то не хо­тели вста­вать. В лю­бом слу­чае, се­год­ня офи­ци­аль­ный подъ­ем в 8. Блейн заг­ля­нул в ком­на­ту де­вушек №1, где об­на­ружил Ку­инн, при­быва­ющую в Нир­ва­не в по­зе ло­тоса и двух де­вушек, ле­жав­ших, об­нявшись, на кро­вати. 'Не толь­ко мы с Кур­том сбли­зились за ту ночь'. За­тем Ан­дерсон нап­ра­вил­ся в свою ком­на­ту, что­бы пе­ре­одеть­ся. Он от­крыл дверь и заг­ля­нул внутрь. К со­жале­нию или к счастью, Мис­те­ра Икс там не ока­залось. Лишь Адам, рас­плас­тавший­ся по­перек кро­вати. Блейн дос­тал из шка­фа чер­ную ко­жаную кур­тку с зак­лепка­ми и низ­ко по­сажен­ные се­рые шта­ны. Он по­чувс­тво­вал се­бя Су­пер­ме­ном, те­ря­ющим си­лу без кос­тю­ма. Пе­ре­одев­шись, супергерой по­нял, что те­перь всё на сво­их мес­тах. Он обер­нулся к зер­ка­лу и вспом­нил те вре­мена, ког­да эта ко­жан­ка спа­сала его от су­ровых мо­розов на ули­цах го­рода. Та­кая за­ношен­ная, но та­кая лю­бимая. – Хо­рош. Но не­дос­та­точ­но хо­рош для не­го. – Блейн свер­кнул гла­зами в сто­рону зло­получ­ной кро­вати, при­чинив­шей так мно­го бо­ли ему вче­ра ве­чером. – Он всё рав­но вы­берет ме­ня, Блейк, – Адам при­тор­но улыб­нулся. – Оши­ба­ешь­ся, Алан, – по­качал го­ловой Ан­дерсон. – Он уже сде­лал вы­бор. И не в твою поль­зу. – За­меша­тель­ство и рас­те­рян­ность пар­ня нап­ро­тив раз­неслись по те­лу Блейна мил­ли­она­ми при­ят­ных уко­лов. – Он выб­рал се­бя и своё бу­дущее. Вско­ре дип­ло­матич­ный раз­го­вор нас­ку­чил Но­вому Блей­ну, и тот ре­шил пе­рей­ти в нас­тупле­ние: – И кста­ти, за­быв­чи­вый ты мой, ес­ли еще раз по­пута­ешь моё имя, я по­путаю бок­сёр­скую гру­шу с тво­им ли­цом. – В под­твержде­ние сво­их слов Ан­дерсон по­дошел и ле­гонь­ко уда­рил ла­донью по ще­ке оша­рашен­но­го Ада­ма. – Доб­рое ут­ро, ва­ше бри­тан­ское вы­сочес­тво, доб­рое и пос­леднее. Се­год­ня же те­бя выш­вырнут. Весь мир мне на­мека­ет. Све­тит сол­нце, птич­ки по­ют. На язы­ке ощу­щение... Че­го же? Ах, точ­но! Чу­жого язы­ка! Спус­кай­ся вниз и уз­най все све­жие но­вос­ти! – Я знаю, что вы це­лова­лись, иди­от. Все зри­тели и те­лез­ри­тели об этом зна­ют. И ка­кого чёр­та... Быть мо­жет, Адам и хо­тел от­ве­тить брю­нету, но тот не дал ему этой воз­можнос­ти. – Ночь длин­ная, ста­рик, - это об­ра­щение не бы­ло ос­кор­бле­ни­ем, ско­рее на­обо­рот бы­ло в оби­ходе у каж­до­го человека, но имен­но из уст Блей­на оно зву­чало так неп­ри­ят­но и с на­меком на воз­раст Кро­уфор­да.

★★★

Блейн ушел, не за­быв хлоп­нуть дверью. Спус­тившись по лес­тни­це, он всё-та­ки нат­кнул­ся на Не­го. И он сов­рал бы, ес­ли бы ска­зал, что ми­молет­ная улыб­ка не по­сети­ла его ли­цо, что сер­дце пре­датель­ски не ус­ко­рило свой ход, что в мыс­лях не прос­коль­зну­ли та­кие сло­ва, как 'ска­зоч­ный' и 'как всег­да'. Толь­ко спус­тя ми­нуту ли­цез­ре­ния Ан­ге­ла Но­вень­кий по­нял, что сам всё ещё ос­та­вал­ся не­заме­чен­ным. И он и ос­тался бы за хо­лодиль­ни­ком веч­но смот­реть на это про­из­ве­дение ис­кусс­тва, но так пос­ту­пил бы вче­раш­ний Блейн, ни­как не се­год­няшний. Этот па­рень наг­лой по­ход­кой вы­шел из сво­его убе­жища и усел­ся на бар­ную стой­ку, тем са­мым оп­ро­кинув нес­коль­ко бо­калов с шам­пан­ским, ос­тавших­ся пос­ле фур­ше­та с пре­дыду­щего дня. Под­це­пил шпаж­кой па­ру оли­вок с боль­шой та­рел­ки и ог­ля­нул всех при­сутс­тву­ющих над­менным взгля­дом. На кух­не ока­зал­ся еще один че­ловек по­мимо Кур­та. Это был разъ­ярен­ный Финн, ко­торый про­иг­но­риро­вал эф­фек­тное по­яв­ле­ние Ан­дерсо­на и про­дол­жил ру­гать­ся с бес­по­мощ­ным Хам­ме­лом. На са­мом де­ле у Курта был впол­не во­инс­твен­ный нас­трой: вы­бив­ши­еся пряд­ки из при­чес­ки, ру­ки на бо­ках и ру­мянец на ще­ках. Но Блейн мог за­ведо­мо ска­зать, кто по­бедит в схват­ке. От­ры­воч­но он по­нял, что раз­мол­вка про­изош­ла на поч­ве при­готов­ле­ния зав­тра­ка. По всей кух­не бы­ли раз­бро­саны ку­соч­ки сы­ра, вет­чи­ны и... ана­наса? 'На заметку: никогда не есть то, что приготовил Финн'. По­ка брю­нет оце­нивал мас­шта­бы тра­гедии, Хад­сон пе­решел в нас­тупле­ние и на­чал кри­чать на Кур­та. На Его Кур­та. И всё ес­тес­тво Блей­на скан­ди­рова­ло 'Ты так и будешь стоять?'. Но ему всё-та­ки приш­лось от­клю­чить чувс­тва и действительно лишь стоять. 'Я прям вам­пир'. – Не лезь ко мне, Курт, со сво­ими гей­ски­ми со­вета­ми! Бы­ло оче­вид­ным то, что Финн ляп­нул сго­ряча, не по­думав, и по­том бу­дет жа­леть о ска­зан­ном, но сло­во не во­робей, а Хам­мел не ла­тен­тный гей. Ша­тен хва­тал воз­дух ртом, пы­та­ясь по­доб­рать сло­ва в от­вет, но всё что при­ходи­ло в го­лову, за­пика­ли бы при по­казе на те­леви­дении. Он по­вер­нулся в сто­рону дру­га, в по­ис­ке под­дер­жки и за­щиты, но тот лишь по­бол­тал но­гами, как пя­тилет­ний ре­бёнок и на­чал рас­смат­ри­вать по­толок. Но Курт не сдал­ся. – Блейн? – он вы­жида­юще пос­мотрел на брю­нета. – Что ты хо­чешь от ме­ня ус­лы­шать, Ан­гел? – Ан­дерсон нем­но­го опе­шил, от то­го что про­из­нес тай­ное имя Хам­ме­ла вслух, но все же про­дол­жил. – Я не гей. У ме­ня нет по­доб­ных проб­лем. – То есть ты би? – Курт был во­ис­ти­ну за­ин­те­ресо­ван. – Я не би, – брю­нет был серь­езен как ни­ког­да. – О, Гос­по­ди, всё да­же ин­те­рес­нее чем я ду­мал! – Хам­мел рас­сме­ял­ся злоб­ным сме­хом. – Так кто ты? Ге­теро­сек­су­ал, го­мосек­су­ал, пан­сексу­ал, асек­су­ал, а­уто­сек­су­ал? - его фан­та­зия кон­ча­лась. – Нет, нет, нет, нет, а пос­леднее что во­об­ще зна­чит? – Вле­чение к са­мому се­бе. – Но не всем так по­вез­ло, как те­бе. Я прос­то сек­су­ал, Курт. За­чем ве­шать на лю­дей яр­лы­ки? Я не оп­ре­делил­ся со сво­ей ори­ен­та­ци­ей. И это не твоё чер­то­во де­ло! Он схва­тил бу­тыл­ку пи­ва и вы­шел из ком­на­ты, осоз­на­вая, что сей­час приз­нался не толь­ко Кур­ту, но и всем ка­мерам на кух­не. Оша­рашен­ный Финн вы­давил из се­бя что-то на­подо­бие «Прос­ти, я не хо­тел» и так же уда­лил­ся. Хам­мел ос­тался на­еди­не с са­мим со­бой и клас­си­чес­кой пу­тани­цей в го­лове. Сей­час ему пред­сто­яло бро­сить Ада­ма. А Курт сов­сем не хо­тел это­го де­лать. Не по­тому что це­нил их от­но­шения, а по­тому что уж слиш­ком мно­го у не­го бы­ло рас­ста­ваний. Он ус­тал бро­сать лю­дей или быть бро­шен­ным. Он хо­тел люб­ви и до са­мого кон­ца.

★★★

Раз­го­вор сос­то­ял­ся, и че­рез час всех кон­курсан­тов уже ждал дву­хэтажный ли­музин, ко­торый при­вёз их пря­мо на ули­цы шум­но­го Нью-Й­ор­ка. Ко­неч­но, на Тай­мс-Сквер. На зна­мени­той крас­ной лес­тни­це пе­рек­рес­тка Брод­вея и Седь­мой Аве­ню их ждал Джес­си с ос­ле­питель­ной улыб­кой. – При­ветс­твую вас всех! Как нас­тро­ение? Дол­жно быть от­личным, ведь се­год­ня мы бу­дем ве­селить­ся. Вер­нее – по­зорить­ся. Как вы зна­ете, не­мало­важ­ным фак­то­ром ус­пешнос­ти нас­то­ящей мо­дели яв­ля­ют­ся её мар­ке­тин­го­вые спо­соб­ности. Пря­мо сей­час мы про­верим, нас­коль­ко вы в этом хо­роши. Это ва­ше пер­вое за­дание. Тай­ра при­дума­ла его спе­ци­аль­но для всех тех, кто впер­вые в Боль­шом Яб­ло­ке. У вас есть уни­каль­ная воз­можность поз­на­комить­ся с этим прек­расным го­родом, на­чиная с его глу­бин. Я, прав­да, умо­лял её от­везти вас, де­ток, на Лон­гвуд Аве­ню в Бронкс, что­бы сра­зу най­ти силь­ней­ше­го, как в Го­лод­ных иг­рах, и уп­ростить со­рев­но­вание. Но на­ша ми­лосер­дная су­пер­мо­дель ре­шила ки­нуть вас на рас­терза­ние ту­рис­там. Что я то­же на­хожу ув­ле­катель­ным. Итак, суть кон­курса зак­лю­ча­ет­ся в раз­де­вании. – Он рас­слы­шал воз­му­щение мо­делей да­же в са­мом шум­ном мес­те ми­ра. – Я знаю, что тво­рит­ся в ва­шей го­лове "Как же дав­но я не раз­де­вал­ся. Жду не дож­дусь пов­то­рить, спа­сибо, Тай­ра". Но не все так прос­то. Толь­ко счас­тлив­чи­ки смо­гут по­щего­лять сво­ими го­лыми те­лами пе­ред но­сами со­тен лю­дей. От­части по­беда в этом кон­курсе за­висит от ва­шей удач­ли­вос­ти. По­тому как ва­ша за­дача на бли­жай­шие пять ми­нут – про­дать все, что на вас есть. Лю­быми спо­соба­ми, за на­иболь­шую сум­му де­нег. По­бедит тот, кто по ис­те­чении пять ми­нут со­берет боль­ше. За жуль­ни­чес­тво – ав­то­мати­чес­кий 0 за ис­пы­тание. Ну что? Пред­вку­ша­ете осуж­да­ющие взгля­ды, плев­ки и гру­бос­ти? По­тому что я в не­тер­пе­нии. – Джес­си бро­сил взгляд на за­пол­ненную людь­ми ули­цу. – И пусть уда­ча всег­да бу­дет с ва­ми! Сент-Джей­мс по­каза­тель­но под­нял ру­ку вверх, и толь­ко Рей­чел пов­то­рила за ним. – Я всег­да знал, что ты осо­бен­ная, – про­гово­рил он, под­ми­гивая конкурсантке. – На старт, вни­мание и... вре­мя по­зора нас­та­ло! Око­ло десяти опе­рато­ров с ка­мера­ми пос­ле­дова­ло за раз­бе­га­ющи­мися мо­деля­ми. Пер­вым объ­ек­тив зас­тал Хам­ме­ла – единс­твен­но­го, за­мер­ше­го на сту­пень­ках, как ста­туя. С от­сутс­тви­ем ка­ких ли­бо идей. Да­лее в кад­ре по­казал­ся Финн, пы­та­ющий­ся про­дать свою крас­ную фут­боль­ную кур­тку с эм­бле­мой шко­лы ка­кому-то аф­ро­аме­рикан­цу. И сдел­ка прак­ти­чес­ки уда­лась, по­ка жи­тель Нью-Й­ор­ка не стал рас­пла­чивать­ся пес­ня­ми вмес­то де­нег. Сле­ду­ющей пе­ред ка­мерой яви­лась Брит­та­ни, ко­торая по­казы­вала, не по­бо­юсь это­го по­роч­но­го сло­ва, стрип­тиз у стол­ба. Идея дей­стви­тель­но бы­ла ге­ни­аль­ной и Брит­та­ни мог­ла бы вый­ти по­беди­телем, ес­ли бы смот­ре­ла на цен­ность ку­пюр. Но это бы­ла Брит­та­ни. Сан­та­на пы­талась её об­ла­гора­зумить, из-за че­го по­теря­ла по­лови­ну от­ве­ден­но­го вре­мени. Под ко­нец Майк при­со­еди­нил­ся так­же к тан­цам и по­мог Пирс и Ло­пез с под­сче­тами, но шан­сов на по­беду ос­та­валось нем­но­го. Па­ка дис­ква­лифи­циро­вали спус­тя ми­нуту, по­тому как тот, при­жал к сте­не го­мофо­ба и зас­та­вил от­дать все день­ги. Юник, пос­ле нес­коль­ких не­удач­ных по­пыток по­теря­ла на­деж­ду и, сми­рив­шись, се­ла на крас­ные сту­пень­ки. Рей­чел очень да­же пре­ус­пе­вала в про­дажах. Она не да­вала про­хода лю­дям и не от­ста­вала от них, по­ка те не от­да­вали ей все свои день­ги в об­мен на ти­шину. Ар­ти ос­та­нав­ли­вал ма­шины и убеж­дал во­дите­лей в том, что по­купая ве­щи они от­да­ют день­ги в бла­гот­во­ритель­ный фонд. Ти­на и Мер­се­дес убеж­да­ли про­хожих по­купать одеж­ду под уг­ро­зой арес­та за дис­кри­мина­цию по на­ци­ональ­но­му приз­на­ку. Ку­инн но­сила дей­стви­тель­но ди­зай­нер­ские ве­щи и об­ла­дала уме­ни­ем убеж­дать, так что рань­ше ос­таль­ных, раз­девшись до кру­жев­но­го белья, ста­ла ожи­дать окон­ча­ния кон­курса, прик­ры­ва­ясь кур­ткой Сэ­ма. Кста­ти о Сэ­ме, ко­торый сра­зил нь­юйор­кцев сво­ими па­роди­ями. На нем все­го бы­ли лишь фут­болка, шта­ны и крос­совки. И за каж­дую вещь да­ли по пять бак­сов. Смель­чак не по­бо­ял­ся по­пытать­ся убе­дить про­хожих ку­пить так­же нос­ки и бок­се­ры. Но Джес­си во вре­мя спас си­ту­ацию. Зай­зис име­ла не­кото­рые зат­рудне­ния с про­дажа­ми. Но не дол­го поб­ро­див по Тай­мс-Сквер, нат­кну­лась на Мак­до­налдс, где мно­жес­тво де­вушек схо­жего с ней раз­ме­ра с удо­воль­стви­ем при­купи­ли об­но­вок. Вся на­пус­кная са­мо­уве­рен­ность Ада­ма на де­ле ока­залась пус­то­той, по­дус­тав сто­ять на од­ном мес­те, он по­дошел к сво­ему зас­тывше­му быв­ше­му пар­ню и пред­ло­жил ему сдать­ся. И, быть мо­жет, Курт бы от­сту­пил, ес­ли бы не ус­лы­шал до бо­ли зна­комый го­лос. Так по­любив­ший­ся теп­ло­той и тем­бром за эти два нич­тожных дня. Блейн пел. Ра­зуме­ет­ся, он пел, что тут уди­витель­но­го. Бо­лее то­го - пел под ак­компа­ниров­ку. Ог­ля­нув­шись, Хам­мел за­метил тол­пу лю­дей и за­ранее по­нял, ра­ди че­го они там соб­ра­лись. С са­мой вы­сокой сту­пени он рас­смот­рел Но­вень­ко­го, по­юще­го “Do ya think I’m sexy”, в ок­ру­жении ка­кой-то улич­ной груп­пы. Ан­дерсон в сво­ей сре­де. С ги­тарой в ру­ках и ко­жаной кур­тке на го­лое те­ло. Один из чле­нов груп­пы по­могал брю­нету с про­дажа­ми, ор­га­низо­вав а­ук­ци­он. Сре­ди де­вушек был ажи­отаж, не го­воря уже о пар­нях. Не уди­витель­но, что ма­ло ко­му из мо­делей уда­лось про­дать одеж­ду, ведь Блейн соб­рал боль­шинс­тво про­хожих вок­руг сво­ей по­луго­лой пер­со­ны. Курт сбе­жал с лес­тни­цы и по­пытал­ся проб­рать­ся сквозь тол­пу пок­лонни­ков его пар­тне­ра по ночным посиделкам. У не­го еще есть ми­нута. Хам­мел рас­толкал всех ве­реща­щих под­рос­тков и проб­рался в пер­вый ряд, как раз в тот мо­мент, ког­да Блейн сни­мал с се­бя пос­леднюю вещь, ос­та­ва­ясь в од­ном белье. Один удив­ленный взгляд пе­ресек­ся с другим от­ча­яв­шимся взгля­дом. Блейн за­метил, что Курт все еще в одеж­де, не про­дал ни од­ной ве­щи. И на­чал мыс­ленно бо­роть­ся сам с со­бой раз­ры­ва­ясь меж­ду по­мощью Ан­ге­лу и до­воль­ством сво­его пре­вос­ходс­тва. И, ко­неч­но, сер­дце взя­ло вверх. – В чем твоя проб­ле­ма?! – не­доволь­но прок­ри­чал Блейн, на что ему от­ве­тили зас­тенчи­вым по­жати­ем пле­чами. Лю­ди уже на­чали бы­ло рас­хо­дить­ся, но тот ос­та­новил их. – Вни­мание, гос­по­да! – Ан­дерсон про­тянул ру­ку Кур­ту и вы­тащил его в центр им­про­визи­рован­ной пло­щад­ки для выс­тупле­ний. Раз­дался ше­пот. – “Ты же сам шь­ешь одеж­ду, да?” – Ки­вок в от­вет. – Толь­ко се­год­ня у вас есть уни­каль­ная воз­можность по­лучить одеж­ду от пер­спек­тивно­го мо­лодо­го ди­зай­не­ра Кур­та Хам­ме­ла! Он собс­твен­но­руч­но сшил каж­дую вещь. Есть же­ла­ющие при­об­рести это чу­дес­ное паль­то на мол­нии? – Блейн прок­ру­тил ша­тена, как ба­лери­ну. – Я ви­жу од­ну ру­ку! Из тол­пы по­казал­ся па­рень лет двадцати со сло­вами «Даю за неё десять дол­ла­ров», пос­ле че­го Ан­дерсон мол­ни­енос­но сни­ма­ет с Ан­ге­ла паль­то и ки­да­ет в юно­шу. – Даю сот­ку за ди­зай­не­ра, – слы­шит­ся из пер­вых ря­дов жен­ский го­лос. Сно­ва ше­пот. – У нас мень­ше тридцати се­кунд, прос­ти. – Даю но­мер это­го кра­сав­чи­ка каж­до­му гею и де­таль его гар­де­роба вдо­бавок за сто дол­ла­ров, – лю­ди вок­руг на­чали под­ни­мать ру­ки. – День­ги от­да­вать мне, те­лефо­ны раз­да­ет он. Свис­ток прос­вистел в тот мо­мент, ког­да Блейн на­киды­вал на пле­чи пар­тне­ра по кон­курсу кур­тку из ли­музи­на. – Ты про­дал ме­ня, – ус­лы­шал Ан­дерсон. Как но­жом в сер­дце. – Я сде­лал то, что нуж­но бы­ло сде­лать, – его не на шут­ку ра­нила эта реп­ли­ка. Вре­мя ге­рой­ства кон­чи­лось. Хам­мел все тот же. – А раз­ве те­бе не нуж­ны де­сят­ки пар­ней, схо­дящих по те­бе с ума? Не вол­нуй­ся, не обя­затель­но с кем-то встре­чать­ся. Прос­то це­луй их, зна­ешь, при­чиняй им боль и по­чаще пов­то­ряй про бес­смыс­ленность люб­ви. Нам, пар­ням, это нра­вит­ся, уж по­верь. – Блейн през­ри­тель­но пос­мотрел на Кур­та и пос­пе­шил к лес­тни­це. ‘Я иди­от’. И в пус­той го­лове слова, на крис­таль­ных гла­зах сле­зы, по блед­ной ко­же му­раш­ки. Все мо­дели вста­ли пе­ред Сент-Джей­мсом, по­ка по­мощ­ни­ки под­счи­тыва­ли ре­зуль­та­ты. – Это бы­ло умо­ритель­но! – рас­сме­ял­ся Джес­си. – Вы бы се­бя ви­дели! «Сни­мите, с ме­ня это, сэр, по­быс­трее!». Обо­жаю свою ра­боту, – ему под­несли ре­зуль­та­ты кон­курса на Ipad. ‘На­конец-то мне да­ли Ipad. Те­перь я - нас­то­ящий судья. Те­перь они ме­ня бо­ят­ся’. – Итак, у нас есть четыре ли­дера. Рей­чел, Блейн, Ку­инн и... Курт. Блейн по­дошёл к ис­пы­танию очень кре­атив­но, за­дей­ство­вав улич­ную груп­пу, Ку­инн до­каза­ла, что не зря за­кон­чи­ла Й­ель, Рей­чел прос­то ве­ла се­бя, как обыч­но, а Курт... я да­же не за­метил, как он раз­делся, ну да лад­но. Хо­тя раз­рыв у по­беди­теля и Блей­на в один дол­лар, поб­ла­жек мы не да­ем. Курт Хам­мел, поз­драв­ля­ем с по­бедой на пер­вом за­дании на шоу. Пам. Пам. Пам. Раз­да­лись ап­ло­дис­менты. Гром­че всех хло­пал, конечно, Блейн, вык­ри­кивая “Так дер­жать!” и “Зас­лу­жил”. Этот день не мог быть ху­же. Взгля­нув на эк­ран ре­зуль­та­тов в до­ме, Хам­мел по­нял, что не у од­но­го не­го день не за­дал­ся. Курт – 10 Блейн – 9 Ку­инн – 8 Рей­чел – 8 Сэм – 7 Ар­ти – 7 Майк – 7 Сан­та­на – 7 Финн – 7 Зай­зис – 6 Мер­се­дес – 5 Ти­на – 5 Брит­та­ни – 4 Адам – 0 Юник – 0 Пак – 0

★★★

Ре­бята при­еха­ли на фо­тосес­сию. И ес­ли чес­тно, мес­то уж очень на­поми­нало съ­емоч­ную пло­щад­ку Аме­рикан­ской Ис­то­рии Ужа­сов. Ско­рее все­го, по­тому как мо­делей вы­сади­ли у заб­ро­шен­ной пси­хи­ат­ри­чес­кой боль­ни­цы. Пе­ред взо­ром шестнадцати мо­лодых лю­дей яви­лась нес­равнен­ная Тай­ра Бэнкс. – При­вет, мо­лодежь. Се­год­ня вас ждёт не­обыч­ная фо­тосес­сия. Пер­вая и са­мая не­веро­ят­ная. Спон­си­ру­емая цен­тром пси­холо­гичес­кой по­мощи. Мы бу­дем сни­мать фо­тог­ра­фии для со­ци­аль­ной рек­ла­мы. Я приг­ла­сила на­ита­лан­тли­вей­ше­го и на­ип­рекрас­ней­ше­го фо­тог­ра­фа Эл­ли­от­та Гил­берта, бо­лее из­вес­тно­го вам под име­нем Стар­чай­лд. Ноги Кур­та под­ко­сились, ког­да ря­дом с Бэнкс по­явил­ся Он. Тот са­мый фотограф. – У нас ма­ло вре­мени. При­вет всем, я знаю, я оча­рова­телен. Спа­сибо за неп­ро­из­не­сен­ные ком­пли­мен­ты. Не бу­дем тра­тить на них вре­мя. Всю страсть при­бере­гите для фо­тосес­сии. Пры­га­ющая ев­рей­ка идет со мной к ви­зажис­ту, по­ка ос­таль­ные бо­ят­ся и ожи­да­ют сво­ей оче­реди. И, да, Тай­ра, раз­дай им бо­лез­ни. Как ни стран­но, су­пер­мо­дель под­чи­нилась при­казу и на­чала пе­речис­лять ду­шев­ные за­боле­вания. Хам­ме­ла проб­ра­ла дрожь. – Жут­кие наз­ва­ния, не прав­да ли? А глав­ное - прак­ти­чес­ки не­воз­можные для ре­али­зации. Нас­коль­ко глу­боки ва­ши чувс­тва? Нас­коль­ко вы силь­ны и эмо­ци­ональ­ны? Я хо­чу уви­деть нас­то­ящее су­мас­шес­твие. Хо­чу уви­деть прав­ду, – Тай­ра свер­кну­ла гла­зами, по­жела­ла уда­чи и уш­ла с пло­щад­ки. Для каж­до­го бы­ло не­посиль­ной за­дачей пе­редать сос­то­яние ду­шев­но боль­ных. Ког­да грим был на­несен, ста­ло не­выно­симо страш­но, по­тому как все пя­лились в зер­ка­ла, пы­та­ясь изоб­ра­зить за­боле­вание. Рей­чел вер­ну­лась к ре­бятам в при­под­ня­том нас­тро­ении, уве­рен­ная в сво­их си­лах, чем так же под­ня­ла план­ку. Все бы­ли серь­ез­но нас­тро­ены, и толь­ко один че­ловек сде­лал из этой фо­тосес­сии шут­ку. Уга­дай­те, кто бы это мог быть. Пра­виль­но. Блейн Ан­дерсон. Ко­торо­му дос­та­лась ним­фо­мания. ‘Спа­сибо, Тай­ра, луч­шее за­боле­вание EVER!’. Ему пред­ла­гал­ся раз­личный рек­ви­зит, но он от­ка­зал­ся, объ­яс­нив свое по­веде­ние не­оп­ре­делен­ностью ори­ен­та­ции. – Хо­рошо, ты не зна­ешь кто ты, Ан­дерсон. К че­му же тог­да те­бя вле­чет? – Ме­ня вле­чет к му­зыке, – уве­рен­но ска­зал Блейн. – Мы го­ворим о нез­до­ровом вле­чении, – уточ­нил фо­тог­раф, на­де­ясь, что уп­ря­мец-та­ки пе­реду­ма­ет. Но не тут-то бы­ло. – Дай­те мне од­ну вещь, и я по­кажу вам нез­до­ровое вле­чение. У нас с ним осо­бая связь... - Удив­ле­нию Стар­чай­лда не бы­ло пре­дела. Спус­тя па­ру ми­нут съ­емок до­воль­ный Блейн вы­шел на ули­цу по­курить и пос­мотреть на за­кат. А обес­си­лен­ный Эл­ли­отт отор­вался на Па­ке. Фо­тог­раф от­ка­зал­ся сни­мать че­лове­ка, на­рушив­ше­го пра­вила на ут­реннем кон­курсе. И раз­давлен­ный Ноа стал раз­ду­мывать над пла­ном «В». Ку­инн пе­режи­ла раз­дво­ение лич­ности, Финн рас­пра­вил­ся с одер­жи­мостью, в то вре­мя как Сан­та­на по­беди­ла деп­рессию. Но не все спра­вились так же ус­пешно, Курт, нап­ри­мер, чувс­тво­вал, как про­вали­ва­ет­ся под зем­лю от сты­да. Эл­ли­отт был не­дово­лен, он кри­чал, он пы­тал­ся дос­ту­чать­ся до Хам­ме­ла, но в его го­лове проч­но за­село од­но куд­ря­вое не­дора­зуме­ние, пе­ревер­нувшее всю его жизнь верх тор­машка­ми. Би­поляр­ное аф­фектив­ное расс­трой­ство в на­чаль­ной ста­дии – фе­номе­наль­ный ди­аг­ноз. По­вышен­ное нас­тро­ение, по­яв­ле­ние чувс­тва ду­хов­но­го подъ­ёма, фи­зичес­кой и пси­хичес­кой бод­рости. Ка­залось бы прос­то. Но нет. На де­ле прос­то ужас­но. Ра­зоча­рован­ный в сво­их спо­соб­ностях Хам­мел пос­ледним вы­шел со съ­емоч­ной пло­щад­ки. По воз­вра­щении до­мой, мо­дели раз­де­лились на два ла­геря: уве­рен­ные в се­бе и бо­ящи­еся вы­лететь. И тре­тий ла­герь. Осо­бен­ный ла­герь. Сос­то­яв­ший из од­но­го че­лове­ка, си­дяще­го на кух­не с вед­ром мо­роже­ного и шпаж­кой. – При­вет. На кух­не по­яви­лась Мер­се­дес. – Как по­жива­ешь? – Мы­чание в от­вет. – Зна­ешь, Курт, мне ка­жет­ся ты хо­роший па­рень, прос­то по­чему-то от­талки­ва­ешь всех. – Ти­шина. – Хо­тя бы ска­жи, что ты де­ла­ешь с бед­ной па­лоч­кой?! Ли­цо ша­тена ис­ка­зила гри­маса му­чения, по­ка тот ко­вырял сла­дость ми­ни-кин­жа­лом. – Нам нель­зя мо­роже­ное, но, ког­да деп­рессия – мож­но. Лож­кой я бы дав­но его съ­ел, а со шпаж­кой слож­нее. Я уже вто­рой час си­жу ко­выряю. И по­лучаю не­веро­ят­ное удо­воль­ствие! – гор­до за­явил Хам­мел. – По­чему не идешь к се­бе? – Я умуд­рился пос­со­рить­ся со все­ми со­седя­ми в ком­на­те за один день. Ре­корд. Ду­маю, ес­ли зай­ду ту­да, жи­вым не вы­берусь. – Ты не единс­твен­ный. – Мер­се­дес да­ла ему пять. – Эти бе­лые не­выно­симы! – по­дели­лась тай­ной де­вуш­ка. – Осо­бен­но Рей­чел! – сог­ла­сил­ся Курт. – Да! Осо­бен­но Рей­чел! – зас­ме­ялась в от­вет Джонс. Ка­жет­ся, не все так пло­хо. Ка­жет­ся, он еще нем­но­го про­дер­жится. Ког­да на эк­ра­не плаз­мы в гос­ти­ной выс­ве­тилось зло­вещее «Ник­то не в бе­зопас­ности», ре­бята по­няли, что се­год­ня из до­ма уй­дут двое. Все гу­дели, со­бира­ясь на су­дей­ство. Па­роч­ки на­чали фор­ми­ровать­ся. Сан­та­на и Брит­та­ни не от­хо­дили друг от дру­га ни на шаг. И Ти­на с Май­ком пос­то­ян­но про­води­ли вмес­те вре­мя, раз­го­вари­вая об искусстве. Финн и Сэм про­ник­лись сим­па­ти­ей к Ку­инн, ко­торая не от­ве­чала ни од­но­му из них вза­им­ностью. Ос­таль­ные ре­бята в до­ме лишь воз­му­щались лег­ко­мыс­ленностью ув­ле­чен­ных. – За­чем они во­об­ще при­еха­ли на про­ект? – воз­му­щалась Юник, поп­равляя па­рик. – Не нам их су­дить, – от­ре­зал Курт, зас­мотрев­шись на бал­кон, где сто­ял один за­гадоч­ный па­рень, с пя­той си­гаре­той в зу­бах за пос­ледние пол­ча­са. Не то что­бы ша­тен счи­тал или осуж­дал. Или ду­мал о вку­се этих губ, про­питан­ных горь­ким смо­гом. Нет. Он ду­мал лишь о пред­сто­ящем су­дей­стве. Ни­каких от­но­шений, толь­ко шоу.

★★★

– Здравс­твуй­те, до­рогие мо­дели. Я хо­чу пред­ста­вить вам на­ших су­дей, ес­ли вы еще не зна­комы, нач­нем по нес­носнос­ти: Сью Силь­вестр – мод­ный кри­тик, пи­сатель­ни­ца и прос­то силь­ная жен­щи­на, Се­басть­ян Смайт – мо­дель, сти­лист и свет­ский лев, Джес­си Сент-Джей­мс – зна­мени­тый блог­гер и Бог ма­нипу­ляций в од­ном ли­це. И я, Ва­ша по­кор­ная слу­га – Тай­ра Бэнкс. – Су­пер­мо­дель сде­лала ре­веранс. – Итак, о при­зах. Вас ждут: об­ложка в жур­на­ле NYLON, кон­тракт с мо­дель­ным агентством NEXT и сто тысяч дол­ла­ров от GUESS. – Раз­да­лись гром­кие ап­ло­дис­менты. – Эта не­деля бы­ла для вас слож­ной. Ули­цы и боль­ни­цы. Ну что ж, нач­нем с по­беди­теля. Курт, иди к нам. Ша­тен пред­стал пе­ред судь­ями со сво­ей наш­ко­див­шей улыб­кой. – Поз­драв­ля­ем с по­бедой на кон­курсе. Как ду­ма­ешь, ты спра­вил­ся с фо­тосе­том? – буд­то спе­ци­аль­но спро­сила Тай­ра. – Я не так в этом уве­рен, – на эк­ра­не по­яви­лась фо­тог­ра­фия.* – Би­поляр­ное аф­фектив­ное расс­трой­ство. Ги­перак­тивность. Чувс­тву­ете? – Я чувс­твую воз­бужде­ние, ни кап­ли су­мас­шес­твия. Я став­лю 5. – При­ходит­ся сог­ла­сить­ся с Се­басть­яном. Здесь, ты сек­су­аль­ный па­рень - не боль­ше. 5. – Ты мне во­об­ще не нра­вишь­ся. Ку­коль­ный. Я мо­гу пос­та­вить 0? – взмо­лилась Сью, но ку­лака Тай­ры хва­тило, что­бы она пе­реду­мала. – Хо­рошо, тог­да при­со­еди­ня­юсь к флеш­мо­бу и став­лю 5 за пос­редс­твен­ность. – А зри­тели ра­зош­лись во мне­ни­ях, Курт. **Mistty_blue** пи­шет, что в те­бе есть ог­ромный по­тен­ци­ал, но эта фо­тог­ра­фия про­пита­на де­шевым сек­сом. Без глу­бин­ных чувств. За­то фо­тог­ра­фия Ку­инн еди­ног­ласно всем пон­ра­вилась. 10 от жен­ской судейской части, су­хая вы­мучен­ная 9 Се­басть­яна и вос­хи­щения от зри­телей за раз­дво­ение лич­ности.** Фо­то ши­зоф­ре­нии Рей­чел зас­та­вило Сью уро­нить свою че­люсть от шо­ка. И так же вы­нуди­ло её пос­та­вить твер­дую 9, 10 от Тай­ры и Се­бы. Де­вуш­ки срав­ня­ли сче­ты.*** Деп­рессия Сан­та­ны по­рази­ла всех сво­ей прав­до­подоб­ностью и то­же зас­лу­жила вы­сокие оцен­ки и ком­пли­мен­ты от те­лез­ри­телей.**** Одер­жи­мый Финн при­ят­но уди­вил всех. Не­доче­ты бы­ли, но ник­то не хо­тел их за­мечать.% Ког­да нас­та­ла оче­редь Па­ка, он объ­яс­нил при­чину от­сутс­твия фо­то судь­ям и про­демонс­три­ровал хо­ум-мейд сел­фи. По мне­нию Ноа бо­лезнь на­зыва­лась «Бе­лоч­ка». Сью убеж­да­ла всех су­дей пос­та­вить на­ивыс­ший балл за вер­ную са­мок­ри­тику Па­кер­ма­на.%% Блейн пред­стал пе­ред судь­ями в но­вом об­ра­зе, ко­торый те не мог­ли не за­метить. – Что за прок­лятье дос­та­лось те­бе, Блейн? - спро­сил Се­басть­ян. – Ним­фо­мания, – про­шеп­тал Ан­дерсон. – Ммм, я сам пред­ло­жил это слад­кое прок­лятье в пе­речень. Кста­ти, раз уж речь заш­ла о пред­почте­ни­ях: не по­делишь­ся ли ты с на­ми сво­ей ори­ен­та­ци­ей? – Не по­делюсь, прос­ти­те. Моя ори­ен­та­ция – мой лич­ный вы­бор, ко­торый я еще не сде­лал, – от­ра­пор­то­вал Блейн за­ранее за­готов­ленный от­вет. – Ох, глу­пый маль­чиш­ка, – про­гово­рил Се­ба. – А на по­казе ты прис­во­ил се­бе Хам­ме­ла по ка­кой при­чине? – Он выг­ля­дел на­ибо­лее без­за­щит­ным и на его фо­не лег­ко бы­ло вы­делить­ся, – кри­вил ду­шой Ан­дерсон, по­ка слё­зы под­сту­пали в гор­лу од­но­го учас­тни­ка кон­курса. – Так с кем ты раз­вле­кал­ся, ним­фо­ман? – спро­сила Тай­ра. – С мо­им вер­ным дру­гом, – спо­кой­но от­ве­чал Блейн.%%% – По­чему все сни­мались в боль­ни­це в лох­моть­ях, а ты в кос­тю­ме на сце­не с ро­ялем и гвоз­ди­кой? – Тай­ра бы­ла не­доволь­на. – Я умею до­гова­ривать­ся. И во­об­ще, мик­ро­фон без сце­ны смот­релся бы не со­лид­но, – оп­равды­вал­ся он. 10 за дер­зость от Се­басть­яна. 10 за упер­тость от Тай­ры. 10 за мик­ро­фон от Сью. Она прос­то лю­била из­вра­щения. Од­ни вос­торжен­ные от­кли­ки от те­лез­ри­телей. Ос­таль­ные мо­дели не по­лучи­ли вы­соких оце­нок и не от­ли­чились фо­тог­ра­фи­ями. Сум­ма бал­лов всех бы­ла приб­ли­зитель­но рав­на. Те­перь все бы­ло в ру­ках те­лез­ри­телей.

★★★

Ког­да все учас­тни­ки шоу от­пра­вились за ку­лисы, ожи­дая ог­ла­шения ре­зуль­та­тов от­бо­ра, Курт убе­жал в ту­алет, про­тереть ли­цо и за­быть по­зор это­го ве­чера. Ми­нутой поз­же, слу­чай­но или нет, в ту­алет во­шел Ан­дерсон со сво­ей стан­дар­тной са­модо­воль­ной улыб­кой. – В чем твоя проб­ле­ма?! – Хам­мел пов­то­рил реп­ли­ку брю­нета, об­ра­щен­ную к не­му са­мому днем. – Моя проб­ле­ма – это ты. Не об­щай­ся со мной. Не смот­ри на ме­ня. Да­же не смей ду­мать обо мне, – Блейн при­жал Кур­та к сте­не об­щес­твен­но­го ту­але­та и окинул презрительным взглядом. – Мы раз­ные. У нас раз­ные до­роги. Ты сам это ре­шил. Мы не друзья. Мы вра­ги, со­пер­ни­ки. Ни­како­го су­па. Ни­каких вздо­хов. Ни­какой по­мощи. Каж­дый сам за се­бя, по­нял? – Блейн все еще был так близ­ко, что, ка­залось, его те­ло бы­ло не­сог­ласно с го­ловой. Но ког­да брю­нет ото­шел от сос­то­яния аф­фекта, он от­пустил хруп­кое те­ло из зах­ва­та и рез­ко вы­шел из ту­але­та, ос­тавляя Кур­та вспо­минать свои школь­ные го­ды и за­пуги­вания у шкаф­чи­ков. – Пе­редо мной сто­ят шестнадцать прек­расных мо­делей, но у ме­ня толь­ко четырнадцать фо­тог­ра­фий в ру­ках. И эти лю­ди вой­дут в ос­новной сос­тав шоу ANTM. Мы сло­жили ва­ши бал­лы за су­дей­ство, за­дание и зри­тель­ское го­лосо­вание. И вот ва­ши ре­зуль­та­ты. Че­ловек, имя ко­торо­го я на­зову пер­вым, име­ет луч­шую фо­тог­ра­фию и по­лучит клю­чи от но­мера Тай­ры. – Блейн Ан­дерсон! 47 – Рей­чел Бер­ри. 45.5 – Ку­инн Фаб­ре. 45.0 – Финн Хад­сон 43.0 – Сан­та­на Ло­пез 42.0 – Сэм Эванс 39.0 – Ло­рен Зай­зис 38.8 – Майк Чэнг 38.7 – Ар­ти Аб­рамс 38.0 – Мер­се­дес Джонс 35.0 – Ти­на Ко­эн-Чэнг 34.3 – Брит­та­ни С. Пирс 33.0 – Пе­редо мной сто­ят четыре мо­дели и толь­ко две фо­тог­ра­фии в ру­ках, – твер­дил бар­хатный го­лос, а Хам­ме­ла тря­сло от ощу­щения, буд­то он на лез­вии брит­вы. – Ноа Па­кер­ман 31.0 Юник вста­ла меж­ду Кур­том и Ада­мом и взя­ла обо­их за ру­ки. По­ка тро­ице объ­яс­ня­ли, по­чему они сто­ят пос­ледни­ми, Хам­мел сам се­бе объ­яс­нял при­чины. ‘Один кре­тин все­му ви­ной‘. Да­лее па­уза дли­ною в веч­ность и дол­гождан­ное... – Курт Хам­мел. Нас­тавле­ния от Тай­ры, объ­ятия от Мер­се­дес, мно­гоз­начный взгляд от Блей­на. А впе­реди оди­нокая ночь на ог­ромной кро­вати. Без пар­ня. Без су­па. Без сна.