Я падаю, даже когда ты держишь, или Клейн-модель по-американски

– Алоха, мучачос, или приветствую вас, уважаемые слушатели, вы на волне Skytopradio24*, и я хочу вам напомнить, что сегодня у нас в студии шесть несравненных моделей. Сантана Лопез, Сэм Эванс, Куинн Фабре, Финн Хадсон, Рейчел Берри и Курт Хаммел. Сильнейшие из сильнейших, красивейшие из красивейших. Наш прямой эфир является не чем иным, как частью самого конкурса. После него судьи выставят каждому из наших гостей определенные баллы, отражающие их способности общаться со СМИ. Желаю всем удачи, но все же не перестаю вас мучить вопросами. Я догадываюсь, быть участником ANTM не так весело, как выглядит на телеэкранах. Тем не менее, я не хочу, чтобы вы рассказывали о своих страшных диетах или драках в доме. Хотя мне нравится твоя зловещая ухмылка, Сантана. Я жду подробностей ваших любовных похождений. Ни для кого не секрет, что этот сезон называют Голодным неспроста. Расскажите нашим слушателям о самых романтичных поступках, которые делала ваша половинка на проекте. Начнем с тебя, Рейчел. Она заглянула в глаза своему парню, и тот едва заметно кивнул ей. – Финн подарил мне звезду. До сих пор понятия не имею, как ему удалось это сделать, не выходя из дома. Но факт остается фактом. Звезда носит имя Финн Хадсон, чтобы я всегда помнила, что независимо от того, кто победит на конкурсе, наши звезды всегда будут гореть ярче всех. Моя – на Земле, его – в небе. – Очень трогательно! А что сделала Рейчел? Финн загибал пальцы один за другим, пытаясь вспомнить все песни, которые девушка ему посвящала, пока пальцы не кончились. – Я помню в тот вечер, когда Курта чуть не выгнали в очередной раз, она пришла ко мне в комнату с намерением серьезно поговорить, но в силу своей эмоциональности не смогла связать и пару слов в предложение. Поэтому решила выразить свои чувства через песню. Она начала петь «Make you feel my love», и где-то на середине я подхватил. Именно в тот момент я понял, как сильно люблю её. Это была не просто симпатия, это настоящее неподдельное чувство. Она открывала мне свою душу тогда и не перестает делать это и по сей день. Мне кажется, именно тот вечер был самым романтичным. – Рейчел, чья голова уже несколько минут покоилась на плече Финна, смущенно сморщила нос. – Специфическая романтика, но, это Рейчел, никто ведь не удивлен? – радиоведущий прошептал в микрофон “That’s so Rachel” и закатил глаза. – Итак, Куинн? – Он подарил мне кольцо, – загадочно проговорила девушка своим чарующим голосом. – Конечно, не такое настоящее, как у Курта, но, тем не менее… – сарказм был слишком ощутим. – Это было большим шагом в наших отношениях. Кольца-обещания сейчас нет на моем безымянном пальце, я ношу его на цепочке, у сердца, и пока что все обещания, что он дал, сдержаны. – Куинн показала всем присутствующим в студии две цепочки: на одной висел крестик, на другой аккуратное кольцо из белого золота. – Нездоровая одержимость кольцами на проекте, это мы поняли, – ведущий засмеялся. – Теперь ждем решительных действий от Финна и Бриттани, и тогда официально все финалисты будут счастливы и окольцованы. Какие идеи у Сэма? – Она подарила мне малиновую помаду, – блондин расплылся в счастливой мечтательной улыбке, вспоминая её вкус, пока остальные в непонимании уставились на него. – Нет. Вы не понимаете. Гигиеническая. Помада. Малиновая! У меня как раз закончилась! А за территорию дома и шагу ступить нельзя! Я бы умер в страшных муках из-за обветренных губ! Он спасла меня! Еще краску для волос тайно проносила… Надеюсь, об этом не узнает Тайра. Я клялся ей, что это мой натуральный цвет. Давайте, наш разговор не выйдет за пределы этой комнаты? - прошептал Сэм в микрофон, в то время как Куинн, тихо посмеиваясь, гладила его светлые волосы. – Она не узнает, Сэм, – улыбнулся ведущий. – Сантана? – Бриттани взяла на себя вину за падение Курта вместо меня, – так просто сказала брюнетка и поспешила стереть с лиц ребят удивление. – Ну, если говорить об истинно романтичных поступках. Нет, а вы чего ждали? Что я буду вечно держать это в тайне? Хаммел врет о помолвке, чтобы вернуть своего ненаглядного на проект, а я чем хуже? – Глаза Курта, казалось, уже не могли стать больше. – Играем по-серьезному? Бриттани выгнали незаслуженно. Так что, если Comeback будет, я хочу передать всем слушателям, и по совместительству фанатам Бриттаны, чтобы они голосовали за мою девочку. Прекрасную модель, богиню секса и добрейшего человека. – Ведущий хотел что-то вставить, но Сантана его перебила. – С Куртом мы уже все выяснили, правда, утопленник? Поперхнувшегося парня явно застали врасплох. – Никаких претензий, кроме тех, которые касаются моих новых прозвищ и необоснованных сомнений насчет моей грядущей свадьбы. – И пока наш сайт разрывается от новых комментариев из-за признания Сантаны, мы спросим тебя, сэр ОставалсяВДвойкеХудшихЧащеЧемКтоЛибоНоВсеЕщеНадеюсьВыиграть. – Я даже не знаю, что было самым романтичным… – Как насчет самого предложения? Романтик Блейн не мог не сделать чего-то феноменального. Расскажи нам подробности, – Сантана довольно ухмылялась, пока Курт делал вид, что пытается подобрать слова. – Это не так… Он пришел ко мне в палату после падения, взял меня за руку и просто предложил. Я просто согласился. Никаких громких речей, лепестков роз и приглашенных хоров. Только мы вдвоем. – Многие все же ждали продолжения рассказа, но Хаммел уже сменил тему. – Имя Блейн Андерсон само по себе является синонимом романтики. Все, что он сделал для меня, было очень романтичным и значимым. Знаете, сейчас вспоминаются мелочи, такие как корица на кофе или наши имена в сердечке на запотевшем зеркале в душевой. Уже не говоря о том случае, когда он увез меня в Лайму повидаться с отцом или просто спас жизнь. Ваш вопрос заставил меня задуматься о другом: из нас двоих только он проявлял любовь с помощью таких широких жестов. Теперь настала и моя очередь. Я хотел бы сказать ему о своих чувствах, и очень надеюсь, что это послание дойдет до него, так или иначе. Потому что он должен знать, как сильно он мне нужен. Как сильно я хочу, чтобы он вернулся на проект и составил мне достойную конкуренцию. Чтобы весь мир знал, как сильно я люблю его. Я хочу посвятить ему песню. Одну из любимых и ненавистных в одно и то же время. Диджей запустил минусовку, и первые аккорды ударили по ушам заседающих в студии осознанием, что именно это за песня. Курт тихо откашлялся, закрыл глаза и погрузился в Dope. Corks off, it's on

Пробки сняты, время приближается.

The party's just begun

Вечеринка только началась.

Низкий глубокий голос разносился из колонок старого радио. – Блейн, иди сюда. Блейн, он поёт! I promise this drink is my last one

Я обещаю, этот напиток — мой последний.

Андерсон показался в дверях и застыл в проеме, прислушиваясь к хриплому и режущему слух, пению. I know I fucked up again

Я знаю, я снова облажался

– Я и не думал, что это радио еще работает, просто проходил мимо и услышал знакомое имя. Это он? Да? Cuz I lost my only friend

Потому что я потерял своего единственного друга.

God, forgive my sins

Господи, прости мне мои грехи

Блейн знал эту песню и помнил, какие слова будут следующими. Курт не мог так с ним поступать. Don't leave me, I

Не покидай меня, я...

Oh, I'd hate myself until I die

О, я буду ненавидеть себя до самой смерти.

Он кивал каждой строчке текста, как бы соглашаясь, как бы горько осознавая. My heart would break without you

Моё сердце разбилось бы без тебя,

Might not awake without you

Может перестать биться без тебя

Been hurting low, from living high for so long

Так больно падать вниз, долго пробыв на небесах

Его брат увеличил громкость, и теперь голос темного Ангела, казалось, бурлил в венах. I'm sorry, and I love you

Мне жаль, и я люблю тебя

Sing with me, "Bell Bottom Blues"

Давай споём с тобой "Bell Bottom Blues"

I'll keep on searching for an answer

Я буду продолжать искать ответ,

Cuz I need you more than dope

Ведь ты мне нужен сильнее, чем наркотик.

Блейн пропел вместе с ним одними губами I need you more than dope

Ты нужен мне сильнее, чем наркотик.

Повторять, повторять, повторять, пока Курт на каком-нибудь уровне не почувствует. Need you more than dope

Нужен сильнее, чем наркотик.

Need you more than dope

Нужен сильнее, чем наркотик.

I need you more than dope

Ты нужен мне сильнее, чем наркотик.

Новенький приложил руку ко рту, давая себя отдышаться в этот маленький промежуток времени, прийти в себя, понять, что Курта сейчас нет рядом и ответить он ему не сможет. Toast one last puff and two last regrets

Последний клуб дыма и два последних сожаления.

Three spirits and twelve lonely steps

Три потерянные души (1) и двенадцать шагов в одиночестве (2)

Этот глупый мальчишка часто разбрасывается словами, но в это раз он попал в самую точку. Up heaven's stairway to gold

Вверх по небесной лестнице к богатству.

Mine myself like coal

Рою себе яму, будто добываю уголь.

A mountain of a soul

Уголь под горой его души.

Кому нужны горы золота без любви? Кому нужно сердце без Курта поблизости? Each day, I cry

Каждый день я плачу.

Oh, I feel so low from living high

О, я чувствую себя таким подавленным, прожигая жизнь на высоте (3)

Блейн закрыл глаза и отпустил себя далеко. Туда, где он сможет помочь. Туда, где можно обнять и перенять его боль. My heart would break without you

Моё сердце разбилось бы без тебя,

Might now awake without you

Может перестать биться без тебя,

Been hurting low, from living high for so long

Так больно падать вниз, долго пробыв на небесах.

Руки трясутся, а глаза застилает пелена слез. Дышать и ждать окончания. А потом найти в сети и переслушать миллион раз. Пока кровь не пойдет из ушей. I'm sorry, and I love you

Мне жаль, и я люблю тебя.

- И я тебя люблю, - не удерживается он. Sing with me, "Bell Bottom Blues"

Давай споём с тобой "Bell Bottom Blues"

I'll keep on searching for an answer

Я буду продолжать искать ответ,

Cause I need you more than dope

Потому что я нуждаюсь в тебе больше, чем в наркотике.

- Я нужен ему, - шепчет Блейн над приемником. Наверное, он мог оглохнуть, если бы поднес колонку еще ближе. I need you more than dope

Ты нужен мне сильнее, чем наркотик.

– Я нужен ему… Need you more than dope

Нужен сильнее, чем наркотик

Need you more than dope

Нужен сильнее, чем наркотик.

I need you more than dope

Ты нужен мне сильнее, чем наркотик.

Блейн выключил раньше, чтобы, не дай Бог, не услышать слезы в конце. I need you more

Ты мне нужен сильнее,

Need you more

Нужен сильнее,

I need you more than dope

Ты мне нужен сильнее, чем наркотик.

Курт поднял голову и увидел застывших людей. Они никогда не поймут.

★★★

Курт – 10 Сантана – 9 Финн – 8 Рейчел – 8 Куинн – 7 Сэм – 7 – Сцена удалась на славу! Очень артистично! Все поверили, – выдала Сантана, когда увидела результаты испытания в доме. – Я пел только для него, а не для показухи. Ты же знаешь, Сан. – Курт сидел на диване и пялился в телефон, ожидая, что Блейн позвонит. Или сделает хоть что-то. – Ну, конечно. Ведь уличные музыканты обожают слушать радио. Они только это и делают. – Крепкое кольцо рук девушки обхватило его плечи. – Повзрослей, Курт. Ты уже ничего не изменишь, нужно ждать судейства.

★★★

– Добрый день, дорогие гости! – На сцене показалась Тайра Бэнкс собственной персоной в судейской накидке и с молотком в руках. – Мы собрались в этом огромном зале не просто так. Сегодня мы будем разыгрывать не картины, не вазы и даже не акции. Сегодня будут проходить настоящие торги за таланты. Шестеро финалистов нашего шоу за кулисами с нетерпением ждут начала, поэтому я поспешу объяснить правила аукциона. Здесь собрались лучшие фотографы Нью-Йорка с лучшими идеями для фотосессий. Вы будете биться за возможность поработать с нашими моделями до победного. Минимальная ставка: тысяча долларов. Максимальную не устанавливаем. Все деньги идут на благотворительность в проект Trevor. Если вы выкупили лот – поздравляю. Этот человек в вашем распоряжении с шести до девяти вечера. Можете экспериментировать. В приличном смысле. В десять начнется судейство, и мы с судьями решим, фотография какой модели заслуживает стать обложкой нового выпуска Cosmopolitan. Начнем-с? – она подошла к импровизированной кафедре с левой стороны сцены и оглядела публику. В основном мужчины. В основном преклонного возраста. С толстыми кошельками. – Первый лот: Куинн Фабре. – Девушка с платиновым цветом волос предстала перед оценивающей аудиторией. Позади проецировались её снимки на проекте, пока она делала различные позы и подмигивала фотографам. – Она молода, амбициозна и безупречна. Единственный недостаток: рост. Но когда вы увидите её в деле, забудете обо всем на свете. Куинн еще ни разу не выигрывала лучшую фотографию, но также, ни разу не была в боттоме. Я вижу табличку? Ю Тсай! Тысяча долларов раз. – Семь, – послышалось издалека. – У нас есть конкурент! – торги продолжались до того момента, как Ю Тсай не закричал: «пятнадцать и не больше». Больше никто из стареньких озабоченных фотографов спорить не стал. – Рейчел Берри. По параметрам телосложения и личностным качествам совпадает с мисс Фабре, только немного более эксцентрична, взбалмошна, не рожала и брюнетка. Во время съемки может внезапно начать петь, не удивляйтесь. Две есть! От Эллиотта Гилберта! Кто-нибудь даст больше? Две тысячи раз, два, продано! – Недовольная своей низкой ценой разгневанная Рейчел сошла с подиума. – Сантана Лопез. Латиноамериканка. Опасная, дерзкая, чем-то похожа на меня в молодости. – Одна! – Три! – Пять! – Шесть! – Десять! – Десятт раз, два, три, продано не менее сексуальному, чем сама Сантана, Найджелу Баркеру. – Финн Хадсон. Мужественный, веселый, немного неуклюжий, но с изюминкой.Финн… Я уже слышу ставку? Пять? Больше желающих нет? Финн Хадсон, Эйприл Роудс теперь владеет вами до девяти часов вечера. – Курт Хаммел. Необыкновенный, ангельский, аномально красив. Уже заметно, что я к нему слегка неравнодушна? Нужно ли еще что-нибудь про него говорить, или вы уже слышали о нашем сокровище? – Одна. – Курта ослепляли софиты, и разглядеть фотографов с подиума не представлялось возможным. Поэтому он пытался разобрать голоса. – Пять. – Знакомые нотки, но из-за шума все равно было сложно определить владельца. – Десять. – Два мужских и суровых голоса пытались друг друга перекричать. – Пятнадцать. – Кажется, один из них победил. – Пятнадцать раз, пятнадцать два. Хотя знаешь что, Себастьян? Ты уже поперек горла у меня стоишь своей нечеловеческой помешанностью на Хаммеле. Я сама даю за него тридцать, я тоже знаменитый фотограф как не крути, и если хочешь поиграть и побросать деньгами – вперед. Тишина воцарилась в зале, в то время как Курт размышлял, будет ли уместным обнять Тайру прямо на сцене. – Пятьдесят. – Этот голос точно не принадлежал Себастьяну, но его тембр казался слишком родным. – Продано, без раз, без два и без три. Выкуси, Смайт. Купер Андерсон – фотограф Курта Хаммела на этот вечер. – Сэм Эванс. Сильный, обаятельный, притягательный. Делает неплохие пародии. Имеет сексуальное лицо 24 часа в сутки. Сэм бывает излишне разговорчивым, но, тем не менее, он - отличная модель и однажды даже получил лучшее фото недели. Я услышу тысячу? Сэм Эванс отличное приобретение, почему нет желающих? – угнетающую тишину разбавляли нервные смешки Себастьяна. – Эх, что ж с тобой делать, горе луковое… Я даю за тебя косарь. Бойся, будешь моим подопытным кроликом. – Тайра стукнула молотком несколько раз. – Аукцион объявляется закрытым, можете встретиться со своими моделями и обсудить место проведения фотосессии. Всем спасибо, все свободны, все молодцы, Смайт наказан.

★★★

– Курт? – Эти ни с чем несравнимые острые скулы он узнал из прошлой жизни. Так же, как и услышал бархатные приглушенные согласные в своем имени. – Да, да, мистер Андерсон, здравствуйте. – Юноша пожал руку состоятельному мужчине с ослепительной улыбкой. Ежесекундно его передернуло. – Прошу прощение... – На лице фотографа застыло смятение. – Вы тут не причем, просто Ваша фамилия и некоторые черты лица напомнили мне моего жениха. – Это так мило, что поддерживаешь этот миф, даже когда нас не снимает камера. – Улыбка, к сожалению, все еще оставалась ослепительной. – Что, простите?! – Курт стоял на распутье перед выбором между тем, чтобы признаться в малодушии и сказать что-то колкое в ответ. – Я говорю, что ты мило врешь мне в лицо. – Хаммел уже выбрал тактику нападения, но Купер успел вставить довольно-таки емкое предложение. – Потому что совсем недавно мой брат, как маленький ребенок бегал по дому с криками «У меня есть жених! Я обручен! У меня будет свадьба!», когда я сообщил о твоем заявлении на судействе. Как думаешь, всему виной его инфантильная забывчивость? – Блейн? Блейн Андерсон?! Он Ваш брат? Он не говорил, что у него есть брат… То есть это не ирония судьбы, и вы не однофамильцы? Я думал это проклятье всех Андерсонов мира быть… такими… Где он? Как он? – Он живет вместе со мной. Временно. Потому что этот упрямый баран скоро собирается возвращаться к своему бессмысленному виду деятельности… Он в порядке. Первую неделю страшно много ел, компенсируя стресс. Вторую поспешно худел, после твоего объявления о свадьбе. Кричал, что не влезет ни в один приличный костюм, - Курт смеялся, его глаза блестели, а пальцы теребили рукав Андерсона. – Да, он понимает, что эта свадьба - фальсификация, просто ему нравится искать подходящие для этого рестораны, выбирать торты и показывать мне гейские фильмы, – он громко смеялся, потому что все остальные кроме них уже покинули зал. – Он скучает по тебе. – Ты не представляешь, как сильно я, – Курт размял кисти и добавил. – Ударь его, пожалуйста, от меня, когда увидишь. За то, что нормально не попрощался. – Конечно, всегда рад ударить брата, давай только поговорим на месте, в процессе съемки? Через полчаса по этому адресу подъедешь? – Купер оставил ему записку и похлопал по плечу. – Рад познакомиться, Курт. Ты такой же очаровательный, как он и говорил.

★★★

Как только Ангел вышел из такси, он осознал, что все фотографы неординарные личности. Ладно, Курт не рассчитывал увидеть пентхаус по этому адресу, но надеялся как минимум на дверь. Перед ним стоял полуразрушенный недостроенный дом XX века. Второй этаж – гласила надпись на салфетке. Несколько раз перепроверив адрес, Курт поднялся по сомнительной лестнице наверх и не обнаружил ни оборудования, ни Купера, ни ассистентов. Только куски цемента, доски, заброшенное фортепиано и гуляющий ветер. Снег залетал хлопьями в разбитые или местами отсутствующие окна и превращал эту пустую просторную комнату в сувенирный музыкальный стеклянный шар. Уже было темно и холодало. Терпение кончалось вместе с запасом храбрости, но через минуту его мнение изменилось. Он развернулся, и все жалобы перестали быть жалобами. Ангел увидел его, когда уже собирался выйти из этого страшного здания. Он стоял у грязной стены с болезненно широкой улыбкой на усталом лице. На его шее висел полупрофессиональный фотоаппарат, а на поясе была повязана черная кожанка. – Ну, здравствуй, женишок. – Курт незамедлительно бросился к Блейну в объятия, успевая только пропищать что-то нечленораздельное при беге. – Тише, тише. Задушишь… – После того, как брюнет спас зеркалку от неизбежной кончины от удара о сильное мужское тело, он попытался немного отстранить Курта от себя. – Давай сначала поговорим… – парень игнорировал все, что вылетало из любимых губ, он принялся целовать открытую незащищенную шею. – Малыш, детка, я серьезно, погоди… – Курт все же оторвался и прижался холодным лбом ко лбу Блейна, заглядывая прямо ему в глаза и кивая. – Я слышал тебя по радио. Я был нужен тебе, ты хотел поговорить, и вот я пришел. На случай если на Comeback надолго не задержусь. – Грустная улыбка была немедленно сцелована с сухих губ. – Не надо… – он пытался увернуться. – Я хотел тебя увидеть, убедиться, что с тобой все хорошо, услышать твой голос. Нормальный голос, а не охрипший. Просто поговорить, никаких поцелуев. – Со мной не все хорошо, – просипел Курт. – Я схожу с ума. Я начинаю тебя ненавидеть. За эти недели я окончательно понял, что на самом деле терпеть тебя не могу. Ты первый и последний человек в моем черном списке, Блейн Андерсон. Ты оставил меня одного с этим дурацким письмом на этом дурацком проекте. Королева Драмы, блядь, письмо написал. Ты породил в моей голове мысли о том, что я больше не увижу тебя, и они разъедали меня изнутри. Но, о счастье, сейчас ты в моих руках. Как ты провернул это? Как оказался здесь? – Курт утопал в вопросах, которые хотел задать, и в ответах, которые нельзя было давать. – Купер.… Помнишь, я говорил, что моя семья обанкротилась, и каждый из нас пошел своей дорогой? Так вот, как оказывается, дорога Купера привела его в шоу бизнес, как и меня. Он успешный, богатый, знаменитый, и активно ищущий меня на протяжении всех этих лет брат. Он заплатил круглую сумму, чтобы посидеть в жюри и посмотреть на тебя, затем такую же, чтобы попасть на аукцион, и, в конце концов, еще немного, чтобы тебя выкупить. Но ты был необходим мне на эти два часа, ты – самый бесценный экспонат. – Блейн бережно провел рукой по волосам Курта и вдохнул полной грудью его любимый запах туалетной воды. – Есть всего лишь один изъян в моем совершенном плане: мне, правда, придется быть твоим фотографом. – Почему мы не пошли в студию? Почему мы встретились здесь? Мы скрываемся? – Нет, я… просто хотел показать тебе истину. Если у остальных фотографов, есть декорации, которые они могут предложить, современная техника и талант, то у тебя есть только я, заброшенный дом и мой фотоаппарат времен загульной молодости. – Курт не переставал улыбаться, а только сильнее сжимал Блейна в объятиях. – Мне и одного тебя бы хватило. Ну, так что? Будем побеждать на этой неделе? – Курт расстегнул пуговицы на своем пальто и скинул его на пыльный пол. Его ‘НаверноеВсеЕщеКакХочется’ парень внимательно следил за действиями, попутно настраивая фотоаппарат. Блейн сглотнул, обнаруживая, что Хаммел не намерен останавливаться лишь на пальто. Рубашка была распахнута наполовину, когда Блейн выключил устройство. – Что ты творишь, милый? – Рубашка полетела вслед за пальто, и его бледная кожа, покрытая россыпью мурашек, чуть озарилась светом фонаря. – Задаю тему фотосессии… Знаешь, кому нужны декорации и оборудование, когда есть обнаженная модель… – Курт уже расстегивал ремень своих брюк, в то время пока Блейн обрабатывал только что прозвучавшие слова. – Нет, Курт, ты же был против… Говорил о чести и принципах, что ты не можешь… – Бляшка ремня звякнула, ударившись о бетонный пол и теперь речь Блейна уже никогда не стала бы такой внятной, как прежде. – Я до сих пор считаю, что фотосессии в стиле «ню» безвкусны, но в этот раз все по-другому. Здесь только ты, я тебя доверяю, ты не сделаешь ничего пошлого, непристойного или принижающего. Ты любишь меня, и только тебе я могу открыться. – Глаза Блейна все еще испуганные и застывшие. – Что с тобой? Разве не ты назвал целью всей своей жизни увидеть обнаженного меня? – Блейн стал еще более напряженным, чем раньше. – Ты - мое все, а это просто фотографии… – Курт подошел к фотографу ближе. – Поцелуй меня, идиот. – Но он не двигался. Курт взял у него аппарат и аккуратно положил на пол. – Пожалуйста, мистер Андерсон. Мне так холодно, согрейте меня. Вы нужны мне. Блейн впился в сладкие губы и обхватил мускулистые плечи руками. Они отлетели к стене. Казалось, парни были одни во всем мире. Слышалось тяжелое дыхание обоих, стоны, мокрые поцелуи и столкновения с твердой поверхностью. Блейн пытался закрыть все открытые участки тела Ангела, обнимая, сжимая, согревая, обожая, но у него не выходило. – Это самое последнее место, где я бы хотел целоваться обнаженным. Ты хоть представляешь, насколько сильно я тебя люблю? – Курт оторвался от жарких поцелуев и запустил ладонь в короткие, но всё же кудрявые волосы. – Еще немного и я уговорю тебя на свадьбу в конюшне. – Теперь Блейна было невозможно оторвать от такого желанного тела. Он целовал грудь, шею и ключицы. Когда Курт вздрогнул из-за ловкого языка Андерсона, который подобрался к мочке уха, Блейн неправильно все воспринял. – Нет… То есть… Я понимаю, что про предложение ты выдумал, для моего же блага… Я просто так сказал. Я всегда говорю глупости, когда ты так близко. Забудь, никакой свадьбы, только грязные поцелуи в не менее грязных местах. – И теперь настала очередь Курта разочаровываться. – Ну как, раскрепостился? – спросил он через некоторое время, когда возбуждение стало непреодолимым. – Да… вполне. Теперь я хочу тебя трахнуть, – ухмыльнулся Андерсон. – Никогда не слышал от тебя подобных слов. – Никогда не видел тебя в подобном облачении. – Бери фотоаппарат. – Курт медленно спустил брифы, и разговоры в этом доме затихли где-то на час. Не было стонов, криков и упований на Господа. Были слышны лишь щелчки затвора фотоаппарата, тяжелые шаги Блейна и его сбивчивое дыхание. Вспышка сверкала, боготворя освящаемое тело. Такое подкаченное, идеальное и неповторимое. Лучшая скульптура из всех, что видел брюнет. Все эти мышцы, изгибы, выделяющиеся ребра, узкие бедра и сильные плечи. Но он держался и фотографировал, пытаясь передать свое благоговение на пленку. Когда такси подъехало к дому, Блейн открыл дверь своей модели и отдал ей карту памяти. – Могу ли я быть уверен, что все фотографии на ней пристойные? – лукаво спросил он, заранее будучи уверенным в ответе. – На этой карте только лучшие. Остальные, превышающие рейтинг восемнадцати лет, на той карте памяти, что покоится у меня в кармане брюк. Будет нескучно одинокими вечерами, – улыбнулся Блейн. Курт потянулся за поцелуем, кода тот вновь уклонился. – Никаких прощаний, просто иди… – пробурчал он. – Скоро встретимся… – Блейн, не глупи, ты вернешься на проект. – А что если нет? – бросил парень, захлопывая дверь авто.

★★★

Тайра стояла перед моделями с тонкой стопкой, фотографий тех людей, которые останутся еще на одну неделю. – Курт Хаммел 48.9 в заброшенном доме, оголенный по пояс, получает номер Тайры и обложку в Cosmopolitan. – Финн Хадсон 46.2 – Куинн Фабре. 45.6 – Сантана Лопез 45.4 Сэм и Рейчел медленно подошли к Тайре, оттягивая тот самый страшный момент. – Передо мной стоят две модели и только одна фотография в руках, – проговорил добрый голос. – Рейчел, ты стоишь здесь ввиду многих причин. Но главная и самая важная отображена на твоей новой фотографии. Ты выглядишь на ней гораздо старше своих лет, а этот бизнес не терпит старость, так же, как Сью не терпит громких людей. – Сэм, сексуальный и прекрасный Сэм. Как думаешь, почему никто не выбрал тебя на аукционе? Не потому ли, что тебя принимают исключительно за модель нижнего белья? Твоя фотография, сделанная моими чудесными руками, оставляет желать лучшего. В то время как Себастьян желает глубины в твоих глазах. – Так кто же останется? Сэм или Рейчел? Тайра перевернула лист и продемонстрировала паре белую сторону. – Извините, ребята. Ни один из вас не проходит дальше в нашем шоу. Рейчел и Сэм начали прощаться с ребятами, пока Себастьян их поспешно не остановил. – Совсем забыл сказать, что Comeback состоится сегодня. Вот почему, сегодня уходят сразу две модели. Но у вас есть еще возможность вернуться. В зале появились сияющие жизнерадостные лица. Лорен, Майк, Арти, Мерседес, Тина, Бриттани, Адам, Юник, Пакерман и Блейн. К ним присоединились Сэм и Рейчел. Все происходило слишком быстро, будто специально, чтобы ребята не успели вспомнить, как сильно скучали друг по другу. – На протяжении всего шоу ваши фанаты безустанно голосовали, еженедельно оценивали фотографии, тыкали, комментировали и шипперили. И вот сейчас мы рассчитаем общую сумму баллов с момента начала конкурса. – Тайра взглянула на экран, довольно хмыкнула. – Я назову трех человек, у которых наибольшие баллы. – Можно я? Можно я? – к ней подбежал нетерпеливый Смайт. – Нет, ты наказан! – Ну, пожалуйста, прочитать имя-то я смогу! – Смотри у меня, я уже знаю, кто вернется. – Тайра обратно уселась на свой трон. Пока Себастьян низким голосом проговорил: – Бриттани С. Пирс, Блейн Андерсон, Рейчел Берри. По аудитории разнеслось несколько взволнованных и разочарованных вздохов. – Сейчас я назову имя человека, который продолжит участие в ANTM. Курт буравил взглядом профиль Блейна, пока тот обхватывал девушек, стоящих по бокам за талии. Сейчас или никогда. – Бриттани С. Пи-и-ирс, – улыбчиво растянул Себастьян под бешеный крик Сантаны. Пока девушки отчаянно целовались, Рейчел рыдала в плечо Блейна, а Курт все еще заворожено смотрел на Себастьяна. ‘Этого просто не может быть’. – Хватит всех мучить, Смайт… – прорычала Бэнкс, и из Себастьяна вырвалось еле различимое шептание. – Ну и Бл… – Что он сказал? – взволновано переспросил Курт. – Он сказал, что Блейн тоже возвращается на шоу! Девушка и парень возвращаются! – радостно запричитала Тайра. – И теперь вы все летите заграницу! Курта отпустило от фразы Тайры, только тогда, когда знакомые теплые руки вцепились в его плечи, а родная голова легла на плечо. – Мы снова вместе… – раздалось в одном ухе. – Мы летим в Лондон! – кричали в другом. Комментарий к части * – это радио РЕАЛЬНО СУЩЕСТВУЕТ В НЬЮ-ЙОРКЕ. Всю ночь пока писала слушала. Ничотакое. Сэм Смит и Фрэнк Синатра целыми днями 1 — Three spirits — три духа — речь идёт о Пресвятой Троице. 2 — Twelve lonely steps — двенадцать одиноких шагов — речь идёт о программе лечения наркозависимости "Twelve-step program". 3 — High — "высоко" — т. е. под кайфом. **И Я СДАЛА СЕССИЮ, Я СЧАСТЛИВА *** Фотографий не прикладываю, ибо если бы в этом мире существовала фотка обнаженного Колфера, он бы взорвался от идеальности **** я очень хотела закончить главу на имени Бриттани) но я добрая решила порадовать молодежь:3