Так получилось

      

• ✤ •

      Кёнсу жмурится и выдыхает. Чужие руки снимают с него водолазку и оглаживают рёбра. Кёнсу опирается на руки и дрожит, прикосновения сильные и нежные. Если его и брать будут так же — уверенно, бережно и чуть быстрее, чем нужно — Кёнсу заранее на что угодно готов.       — Тебя… как зовут? — чужие губы целуют его плечи, у Кёнсу волны мурашек от таких поцелуев.       — А тебя, — парень прижимается сзади, обнимает за пояс. На нём всё ещё джинсы, на Кёнсу уже нет, он остро чувствует свою наготу на гостиничных простынях. — Как тебя?       Парень скользит вниз и накрывает его член.       Кёнсу трясёт от движений чужой руки по своему члену.       — К чёрту, — Кёнсу стонет. — Потом.       Парень отстраняется.       Кёнсу встряхивает головой, но здравый смысл не возвращается. Он встаёт на колени.       — Ты же не передумал? — парень снова прижимается сзади.       — Нет, — Кёнсу мотает головой. — Хочу тебя.       — Хорошо, — парень разводит его ягодицы. Кёнсу прогибается, пальцы скользят дальше. — Я тоже.       Кёнсу выдыхает. Парень входит медленно, мелкими толчками, придерживает его, положив руку на живот. Кёнсу расслабляется, откидывает голову на чужое плечо. Не самое удобное начало, но Кёнсу нравится.       Внизу живота стягивает теплом. Кёнсу стонет и двигается навстречу. Хочется сильнее и глубже, Кёнсу сжимает руку на его животе, парень останавливается и позволяет ему опереться на руки.       Второй раз входит легче и глубже, Кёнсу прогибается и расставляет ноги. Парень сзади двигается ровно так, как Кёнсу нужно — уверенно и чуть быстрее, чем надо. Кёнсу подстраивается, двигается в такт, приятно и почти не тянет, совсем не так, как должно быть в первый раз с парнем, которого подцепил в клубе.       Кёнсу опускает голову. Парень входит размеренно и глубоко, берёт его осторожно, но уверенно, Кёнсу нравится, как он двигается, нравится его чувствовать. Он дрожит, руки сводит от напряжения.       — Ложись, — парень придерживает его за бёдра, проводит рукой вдоль спины.       — Нет, — Кёнсу выгибается за его прикосновением. — Давай так.       — Ложись, — повторяет парень и с силой проводит по его пояснице.       Кёнсу стонет, приятно до мурашек и крупной дрожи. Парень выходит и гладит его спину и бёдра. Прикосновения сильные и уверенные, Кёнсу закрывает глаза и дышит через раз. Парень давит ему на спину, Кёнсу подчиняется и ложится.       Парень ложится на него почти сразу, входит и двигается неглубокими толчками. Кёнсу раздвигает ноги шире, пробует найти нужное положение, приноравливаясь. Парень входит глубоко, от его движений тепло разбегается волнами. Кёнсу жмурится и стонет, тонет в удовольствии, напрягается и выгибает спину. Парень приподнимается на локтях, входит быстрее и жёстче, Кёнсу стонет и раскрывается навстречу.       Быстро, горячо, до кончиков пальцев. Кёнсу жмурится до цветных пятен, хватает ртом воздух, сжимает кулаки и стонет беспомощно. Слишком глубоко, слишком хорошо, слишком много для первого раза.       — Я… я сейчас… — он задыхается.       Накрывает внезапно. Кёнсу сжимается, стонет долго, дрожит и подмахивает последними резкими движениями. Дыхание перехватывает, чувство сильное и сладкое, Кёнсу оглушает.       Долго, горячо, ослепительно сладко.       Когда Кёнсу открывает глаза, парень всё ещё в нём. Кажется, он только что кончил, и Кёнсу очень даже не против лежать под ним, пока тот восстанавливает дыхание. По крайней мере, пока не стало неудобно.       — Ты космос, — стонет парень ему на ухо и смеётся. — Потрясающе. Давно так не было.       — У меня тоже, — Кёнсу вытаскивает руку из-под груди. — Кто первый в душ?       — Ты. Я немного не в форме.       Кёнсу выбирается из-под него и шлёпает в неприметную дверь. Стоит под душем, приходит в себя. Горячие мягкие струи смывают следы секса, Кёнсу выключает воду и оборачивает бёдра одним из двух полотенец.       Полотенце, к слову, могло бы быть и побольше.       — Свободно, — Кёнсу машет в сторону душа. Парень так и лежит на простынях лицом вниз.       На дешёвых гостиничных простынях с катышками, в номере с круглой, подсвеченной красным кроватью и зеркальным потолком. Трахаться в лав-отеле с первым встречным, что может быть более глупым и пошлым. Вряд ли из этого знакомства выйдет что-нибудь путное.       Хотя секс был классный, парень ему с первого прикосновения понравился.       Кёнсу быстро собирается и закрывает дверь номера за собой.              

• ✤ •

             Кёнсу поддаётся на уговоры Чонина после того, как тот пускает в ход тяжёлую артиллерию и напоминает, что последний раз в клубе они были на дне рождения Чонина больше года назад. Кёнсу бы и дальше не был, но противостоять печальному чониновскому взгляду всё ещё не умеет. Вечер проходит без особых потерь. Кёнсу его помнит не особо, предпочитая общению алкоголь, но утром штаны всё ещё при нём, в постели только сопящий Чонин, а на теле никаких следов внезапного секса. Разве что чей-то номер в заднем кармане джинсов.       Кёнсу расталкивает Чонина, отправляет его в душ, потом за дверь, а сам идёт досыпать. Сегодня нет пар, можно поваляться подольше.       Через два часа Кёнсу сдаётся любопытству, берёт смартфон и пишет неизвестному номеру.       «Доброе утро. Вчера вы оставили мне номер, решил, что пора написать».       Ответа нет довольно долгое время. Нет, Кёнсу не следит за временем на экране, но близко к тому.       «Привет! Я уж думал, ты не напишешь!»       Кёнсу удивлённо поднимает брови. Серьёзно? Первый выход в свет за полтора года — и он подцепил гея? Вот так сразу? И чем, интересно, он привлёк — сексуальным опрокидыванием шотов или неотрывным разглядыванием Чонина? Может, конечно, сумасшедшим подёргиванием на танцполе, но вряд ли.       «Мне стало интересно. Вы точно хотели дать номер именно мне?»       «Хм, дай подумать. Симпатичный брюнет с гипнотическим взглядом и губами, от которых сердце перестаёт биться? Да, точно тебе».       Губы, от которых перестаёт биться сердце? Кёнсу фыркает.       «Подкат засчитан».       «Хочешь узнать что-нибудь обо мне?»       «А надо?»       «Я надеялся пообщаться».       «Рассказывайте».       «Может, отбросим формальности? Я хочу заняться безудержным и жарким флиртом!))))»       Кёнсу с трудом сдерживается, чтобы не упасть в фейспалм.       «Скажи, как тебя зовут, чтобы я мог стонать твоё имя~~».       Нет, не сдерживается.              

• ✤ •

             «Я сижу за столиком у окна, пью кофе и думаю о тебе.       Нет, не в том смысле.       Я знаю, что ты подумал~~».       «Я ничего не подумал», — пишет Кёнсу. Даже сообщением выглядит категорично.       «А жаль~~».       «Кофе вкусный? — в ответ Кёнсу получает фотографию чашки с молочным сердечком. — И что это значит?»       «Зато он красивый. Прямо как ты~~».       Кёнсу качает головой. Они ещё не встречались, даже фотографий не посылали друг другу, а комплименты сыплются каждые пять минут.       «Спасибо».       Правда, это Кёнсу не помнит их встречу. Может, поэтому ему так неловко.       «Поцелуи со вкусом кофе — самые сладкие. Ты знал?»       «Хочешь, чтобы я тебя целовал?»       «Хочу, чтобы ты попробовал».       Кёнсу чувствует некоторую заинтересованность. Очень некстати, через десять минут у него пара.       «В следующий раз слизну молочную пенку».       Кёнсу откладывает смартфон и почти сразу берёт, услышав уведомление.       Изогнутые приоткрытые губы в пене, и кончик языка в углу рта. Кёнсу зависает на пару секунд.       «Это чтобы тебе было, что представлять;)».       Кёнсу жмурится, открывает глаза и снова зажмуривается. Фотография не то чтобы пошлая, но очень, очень провокационная. Кёнсу пока что не знает, какие она рождает желания, но определённо рождает.       Лизнуть молочную пенку так точно.              

• ✤ •

             Рано утром Кёнсу приходит оповещение мессенджера. Время самое неподходящее, первая пара через восемь минут, а он всё ещё в утреннем нежном тумане. Он снимает блокировку и пялится на рельефный живот, расстёгнутые джинсы и полное отсутствие белья. Вздрагивает, приходит в себя и отключает уведомления. Трясёт головой и выключает смартфон на всякий случай. Совсем.       Первая пара проходит с трудом. Кёнсу отвлекается, теряет нить рассуждений, забывает переключать слайды и путается в материале. В перерыве Кёнсу собирается, сверлит взглядом тёмный экран, но побеждает соблазн. Хотя что там побеждать, фотография так и стоит перед глазами.       Вторая пара чуть лучше. Для верности Кёнсу водит пальцем по конспекту и читает, не отрываясь. Студенты непонимающе хлопают глазами, но молчат, не осмеливаясь спросить.       Ещё бы они осмеливались. Им ещё экзамен пересдавать.       К третьей, отсутствующей, паре Кёнсу подходит с дёргающимся глазом. Последний студент шмыгает в дверь, закрывая её с той стороны, и оставляет Кёнсу в одиночестве. Кёнсу трёт лицо ладонями и включает смартфон.       «Доброе утро~~       Эй       Э-э-э-эй!       Ты где?       Ну и ладно».       Кёнсу вздыхает. Он ещё пожалеет, уже жалеет. Наверняка его ещё не одна такая фотография ждёт.       «Прости. Был занят».       Проходит минута, две. На пятой Кёнсу перестаёт касаться экрана, и тот гаснет.       «Был кто-то важнее меня?»       «Что-то, — Кёнсу отправляет и раздумывает, стоит ли уточнять. — Две пары. И твоя фотография была очень некстати. Очень».       «У меня есть ещё кое-что. Хочешь?       Хо-о-очешь~~».       «Нет».       Кёнсу барабанит пальцами по столу.       «Ещё три пары. Я выключаю смартфон до вечера».       «Стой!       Подожди       Ты не можешь       Дай мне тоже что-нибудь?       Хоть немножко?»       «Например?»       Сообщение приходит минуты через полторы.       «Фотографию той части тела, которую я ещё не видел».       Кёнсу трёт глаза. Очень, очень плохая идея. Очень провокационная. В конце концов, он понятия не имеет, кто этот парень. Может, он студент.       Может, он преподаватель.       «Жди».       Кёнсу идёт в туалет, дожидается, пока все разбредутся на пары, и задирает рубашку. Его торс, конечно, не такой рельефный, но тоже ничего. Кёнсу не зря преподавательским абонементом пользуется.       «Ва-а-а-а-а-а-ау       Круто       Правда, круто!       Не знаю, как дожить до вечера       Ты умеешь соблазнять~~~».       Кёнсу опускает рубашку. Руки дрожат.       «Рад, что понравилось».       «О-о-о-о-о-очень       Только я это уже видел~~».              

• ✤ •

             Кёнсу лежит в постели и пялится в потолок. За эти недели он уже как-то привык к диалогу и обмену постельными фотографиями, засыпать без них не получается.       «Спокойной ночи, — пишет он в чат. — Такой же скучной, как моя».       «Ревнуешь?» — прилетает почти сразу.       Вот ещё.       «Нет».       «Ревнуешь~~       Не ревнуй».       И фотография довольной улыбки.       Кёнсу изучил эти загнутые уголки вдоль и поперёк, жаль, только по фотографиям.       «Есть, к кому?»       «Я один, — фотография постели с левой рукой от плеча до кончиков пальцев. — Хочешь ко мне?»       «Воздержусь».       «М-м-м-м       Точно?       А то давай       Пошалим~~».       Кёнсу прикрывает глаза. Чувство такое, будто любимый щеночек нагадил на постель. Вроде как можно ругать, а вроде бы и в который раз уже…       «Я не дрочу для тех, чьего имени не знаю».       «Не рисковый ты парень((       Чондэ       Меня зовут Чондэ       И вообще я имел в виду свою прямую трансляцию       Если ты понимаешь, о чём я».       Пожалуйста, просит Кёнсу Вселенную, только не смайлики! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!       Вселенная слушает кого-то в другом месте. Чондэ посылает смайлик с пошловатой улыбкой.       Кёнсу отбрасывает телефон и бессильно воет в подушку.              

• ✤ •

             Скоро три месяца, как они переписываются с Чондэ. За это время Кёнсу узнал, во сколько тот просыпается, как выглядит его квартира, что тот любит есть и где отдыхать. Даже внешний вид изучил за исключением, быть может, лица. Лицо из отдельных фотографий всё ещё не складывается. Пора переходить на новый уровень отношений.       «Я тут подумал, — Чондэ как мысли его читает. — Мы давно знакомы. Ты столько обо мне знаешь. Пора переходить на следующий уровень».       И смайлик, коварно потирающий руки.       «Тоже об этом думал. Что ты предлагаешь?»       Логично было бы встретиться и предаться разврату, ну или просто встретиться, но Кёнсу не готов. Разврат со смартфоном совсем не то же самое, что разврат на первом свидании с незнакомцем, даже если они переписывались. У Кёнсу уже был опыт секса с неизвестным, приятно, но повторять не хочется.       Точнее, повторять не хочется с кем-то другим.       «Сначала пообещай, что сделаешь!       Тебе не придётся ни с кем разговаривать и даже вообще выходить из квартиры       Так что не бойся. Я храню твою честь!»       Снова какой-то смайлик, Кёнсу не присматривается. Если нужно оставаться в квартире в одиночестве, пожалуй, можно рискнуть.       «Хорошо. Что делать?»       «О, у меня целый квест.       Тебе понравится~~!»       Кёнсу фыркает. Какая самоуверенность. Но ему всё ещё любопытно.       «Сфотографируй себя между ног».       Он выдыхает. Лицо обжигает краской. Он не всем любовникам так открывается, а тут какому-то парню в переписке. С другой стороны, он здесь один. Никто не увидит, кроме, разве что, Чондэ. Можно делать всё, что угодно.       Кёнсу расстёгивает штаны, откидывается на изголовье, разводит ноги и фотографирует. Смотрит на результат, спускает бельё и фотографирует ещё раз.       «М-м-м-м, как вкусно».       Кёнсу неловко, немного стыдно и примерно в той же пропорции мало. Возбуждает больше, чем реальный любовник.       «Но я про другое. Сфотографируй так, чтобы я всё видел».       «Всё?» — он начинает дрожать.       «Всё-всё~~».       Кёнсу медленно выдыхает, надеясь вернуть хоть каплю спокойствия. Это откровеннее, чем задницей перед кем-то вилять, он обычно себя так открыто не предлагает. Выдох не помогает, голова всё так же кружится, а тело потряхивает. Кёнсу приподнимает и разводит колени, съезжает по изголовью, чтобы в объективе точно было всё, и фотографирует. И отсылает прежде, чем посмотрит, чтобы не передумать.       «Тебе понравилось? Потому что мне нравится!       Как это выглядит с твоей стороны».       Кёнсу зажмуривается. Дёрнуло же его согласиться. Он фотографирует живот, спущенные до середины бёдер штаны и встающий член. Отсылает и ждёт ответа. Волнение мешается со смущением, Кёнсу записывает двухсекундную гифку, как он касается кончиками пальцев бедра и скользит вниз, и отсылает её Чондэ.       «А ты горя-я-я-яч!       А ещё?»       Кёнсу проводит рукой вверх по животу. Потом вниз, накрывает рукой член. Похоже на порногифки, Чондэ должно понравиться. Кёнсу и самому нравится. Он рассеянно поглаживает живот и смотрит на экран смартфона.       «Продолжай~~       Не представляешь, как мне нравится».       Кёнсу ставит запись видео и снимает, как проводит рукой по груди, гладит низ живота, накрывает рукой член и выгибается от удовольствия. Отсылает видео и стонет от нетерпения. Останавливаться не хочется.       «Что дальше?»       Кёнсу кладёт руку на бедро, пока ждёт ответа.       «Потрогай себя».       «Серьёзно?»       «Там       Хочу смотреть…»       Кёнсу не дочитывает. Бормочет под нос ругательство, жмурится и набирается храбрости.       — Ничего не случится, в самом-то деле, — говорит себе Кёнсу, отмечая, что голос немного дрожит. — Только я и смартфон.       Жаль, у него нет подставки. Кёнсу тянется за книгами, прислоняет к ним смартфон и глубоко вздыхает. Нажимает на запись и откидывается на спину, надеясь, что в объектив не попадает лицо. Смартфон новый и дорогой, фронтальная камера снимает в умопомрачительном разрешении даже в ночном полумраке.       Кёнсу разводит колени, чтобы было лучше видно экран, и слегка приподнимает бёдра. Проводит руками по внутренней стороне, возвращается обратно к коленям, снова ведёт вниз. Кружит кончиками пальцев, не решаясь коснуться. На экране смартфона всё видно куда лучше, чем ему бы хотелось. Кёнсу оглаживает мошонку и кусает губу. Смотреть на себя на экране смущает и возбуждает, ещё больше смущает и возбуждает осознание, что Чондэ тоже увидит его таким. Кёнсу прерывисто вздыхает и проводит по члену.       Дрочить на камеру непривычно, но лучше уж так, чем-то, о чём Чондэ попросил. Кёнсу двигает рукой по члену, стараясь не касаться головки, поглаживает бедро и решается. Соскальзывает пальцами дальше, обводит по кругу несколько раз, вздрагивает, когда касается. Неожиданно приятно, чувствительность куда больше, чем Кёнсу привык. Он легко трёт, чувствуя, как собирается тепло, и мелко дрожит. Внизу живота тяжелеет, идея явно удачная, Кёнсу давно так не заводился. Он покачивает бёдрами навстречу движениям, постепенно надавливает пальцами и стонет от неожиданности.       Приятно до мурашек.       Смартфон пищит, время записи закончилось. Кёнсу сохраняет видео дрожащей рукой и отправляет Чондэ. Три минуты двадцать секунд. Он столько ждать не выдержит.       Кёнсу ставит смартфон обратно, снова включает запись и смотрит на экран. Выглядит странно, смотреть, как он ласкает себя, неожиданно, смущающе и очень, очень возбуждает. Кёнсу почти жаль, что он не балуется игрушками.       Он снова обхватывает рукой член, пальцами другой проводит ниже. Находит удобное положение и подмахивает, движения ускоряются, Кёнсу откидывает голову и стонет. Горячо и ослепительно, до дрожи приятно. Он стонет, двигается навстречу пальцам, сжимает член, старается не дрожать слишком сильно. Его ведёт, дыхание перехватывает, он закрывает глаза и давится стоном, кончает себе на живот.       В ушах звенит.       Кёнсу откидывается на спину и ждёт, пока дыхание восстановится. Тянется за смартфоном, отрезает конец видео, где он просто лежит, и посылает запись Чондэ. Тот всё ещё молчит, Кёнсу надеется, что просто не досмотрел до конца.       Он идёт в душ. Как бы то ни было, а смывать внеплановые следы придётся. Мягкие горячие струи бегут по телу, Кёнсу некстати думает, что ещё ни с кем не занимался сексом в душе и, наверное, зря. Включить воду посильнее, чтобы чувствовалось, как она ударяет по коже. Одному неинтересно, а вдвоём, пожалуй, можно попробовать.       Кёнсу не спеша развешивает полотенце и выходит. Ложится обратно в постель, снимает блокировку с экрана и читает сообщения от Чондэ.       «О-о, ты крут! Ты тако-о-о-о-ой горячий! — и фотография испачканной руки, держащей член. К члену Чондэ он привык, а рука что-то новенькое. — Если бы мог, я бы кончил два раза».       «А ты чего ждал?» — Кёнсу хмыкает.       «Что тебя придётся долго уламывать!       Самое большое, на что я сегодня рассчитывал — увидеть твой стоящий член».       «Ты увидел».       «Я увидел куда больше~~       Признайся, тебе понравилось?»       «Снимать для тебя видео?»       «Касаться себя».       «Нет. — Кёнсу раздумывает и отправляет второе сообщение. — Снимать, как касаюсь, да. Это возбуждает. И то, что ты увидишь, тоже».       «Тогда как насчёт продолжить?»       «Хочешь посмотреть в прямом эфире?»       «Не только смотреть~~».       Кёнсу прикидывает расписание.       «В это же время послезавтра».       Кёнсу интересно, как он отреагирует на прикосновения, когда будет их видеть. Когда их будет видеть Чондэ. Кажется, снова пора в душ.              

• ✤ •

             Чем ближе назначенное время, тем чаще Кёнсу вспоминает того парня из лав-отеля. Он небольшой поклонник самокопаний и предпочитает оперировать фактами, а не возможностями, поэтому сожаления неизвестно о чём выбивают из колеи. А факты в том, что Кёнсу больше ни с кем не был и теперь волнуется. Глупо, конечно, но прекратить он тоже не может.       «Не передумал?» — пишет он Чондэ.       «А ты?»       А он, кажется, в процессе. Кёнсу трясёт головой.       «Всё в силе».       Полтора года прошло, а Кёнсу всё ещё помнит. И как он поймал чужой взгляд, и как взял за руку, и как парень касался губами его лица, и как Кёнсу потерял голову и потащил его в лав-отель. И как сердце сбивалось, и дыхание перехватывало от его ласк. Кёнсу помнит прикосновения, хотя внешность парня в памяти не отложилась. Кёнсу запретил себе думать об этом, и запрет работал вполне успешно, по крайней мере, до тех пор, пока он не стал переписываться с Чондэ.       «Буду ждать тебя в номере, — пишет Кёнсу. — Адрес скину чуть позже».       Приглашать его в свою квартиру Кёнсу не собирается, приходить в чужую тоже. Безопаснее начать на нейтральной территории.       «Уверен? Может, сначала выпьем чего-нибудь?»       «В номере есть бар».       Кёнсу не собирается облегчать ему задачу. Если Чондэ ему не понравится, так на трезвую голову. На пьяную Кёнсу уже сделал один раз то, о чём пожалел.       «А ты не хочешь облегчать мне задачу».       «Мы ведь не на свидание собираемся».       «А я бы сходил~~».       Кто бы сомневался.       «Я подумаю после секса».       «Ну вот, теперь я волнуюсь».       Присланный смайлик больше похож на пляшущий возле туалета, чем на испуганный. Жаль, нельзя удалить его из истории.       «У меня две пары подряд, выключаю телефон».       «Подожди, стой!       Вот, чтобы точно не передумал!»       Чондэ присылает двухсекундное видео, на котором оттягивает вниз резинку белья в расстёгнутых джинсах. Ничего такого, но Кёнсу хочется прикоснуться. Просто потрогать чужой член, шутка ли, он больше двух лет держит в руках только свой.       Кёнсу потряхивает только от ожидания чужих ласк. От забытого ощущения чужих рук на своём теле, ладоней, скользящих по животу и спине, колена между собственных бёдер. Кёнсу встряхивается, возбуждение кружит голову уже сейчас, а у него ещё две пары впереди. Да и потом нужно быть в форме, очередной пиаровский рейд выпал на их факультет, и декан зачем-то просил Кёнсу зайти к нему. Хотя Кёнсу знает, зачем. Он на редкость фотогеничен, поэтому на всех рекламных материалах, на сайте и даже на баннерах приёмной комиссии именно он. Ну и ещё пара несчастных, но они не так хорошо получаются. Кёнсу это искренне раздражает, он же не писаный красавец. Да и видеть своё лицо надоедает.       Пары пролетают незаметно. Кёнсу рассеян, студенты сидят как мыши, семинары проходят в абсолютной тишине и без единого вопроса. Они и аудиторию покидают без единого звука, а половина отвечавших готова упасть в обморок от радости. Кёнсу первый раз в жизни никого не завалил.       Он собирает вещи, взвешивает телефон в руке, раздумывая, но не включает, и идёт к декану. Разумеется, его будут фотографировать для рекламных буклетов. Разумеется, завтра, в крайнем случае, послезавтра, график ещё не утверждён, но Кёнсу на всякий случай нужно постричься сегодня вечером, ночью хорошо выспаться, а завтра прийти свежим и готовым на подвиги.       Никакой бурной ночи, мрачно думает Кёнсу. Ни тебе засосов, ни коленно-локтевой, ни ограничения подвижности. И один раз. Так себе перспектива.       Кёнсу выбирает лав-отель подальше и поприличней, чтобы избежать ассоциаций с прошлым разом, расплачивается наличными и посылает Чондэ адрес. У него есть час, может, больше. Как раз время подумать.       Кёнсу выходит из душа, завернувшись в полотенце, и на этот раз полотенце больше, мягче и не такого противного цвета. Правда, оно всё равно красное, и постельное бельё тоже, но хоть не розовое, как в прошлый раз. И подсветка мягкого тёплого оттенка, не превращающего в жертву маньяка. Да и в целом номер не похож на декорации к порнофильму, номер как номер. Даже бар ничего так, решает Кёнсу, заглянув внутрь.       Ничего общего с прошлым разом. Кёнсу даже не знает, хорошо это или плохо. Волнение только усилилось, его ещё больше потряхивает, Кёнсу очень хочется не пожалеть.       Он достаёт сливовый сок и наливает в стакан. Никогда не пробовал, почему бы не начать. Он прохаживается по номеру, потягивает сок и думает, как скоротать время. Сок, к слову, неплох. Стук в дверь отвлекает от мыслей, Кёнсу встряхивается и идёт открывать.       — Чондэ?       — А ты ждал ещё кого-то? — Чондэ улыбается, но попытки войти не делает. Он в чёрной шапке и джинсовой куртке, Кёнсу узнаёт загнутые вверх уголки рта.       — А надо было?       — Ну не зна-а-аю, — тянет Чондэ, и Кёнсу безошибочно узнаёт интонации из чата. Голос, к слову красивый, певучий, Кёнсу бы послушал его стоны. — Дашь мне войти?       — Как раз над этим раздумываю.       Кёнсу впускает его, и Чондэ смеётся. Смех переливчатый, у Кёнсу мурашки бегут.       Может, правда, это мурашки от нетерпения.       Чондэ снимает куртку, Кёнсу стягивает его шапку и бросает куда-то за спину. Под шапкой очаровательно непослушные вихры, Кёнсу уже представляет, как запустит в них пальцы.       — Может, познакомимся?       — Зачем? — Кёнсу раскидывает руки. — Я готов.       — Не могу вот так сразу, — Чондэ ерошит волосы. — Это как-то… неправильно.       Кёнсу не видит в этом неправильного хоть убей. Для чего ещё оставлять телефон парню в клубе, чтобы при встрече за ручки держаться?       — Там в баре есть допинг для храбрости, — Кёнсу машет в нужную сторону. — На любой вкус. Смазка и презервативы в шкафчике за изголовьем, выбор отличный.       — Ты, — Чондэ начинает волноваться под его взглядом. — Ты уже выбрал?       — Прости, что без тебя, — говорит Кёнсу без капли сожаления. — Может, начнём?       Чондэ подходит и проводит ладонями по его рукам вверх, к плечам. У Кёнсу мурашки бегут, он закрывает глаза и подаётся вперёд. Чондэ кладёт руку ему на шею и притягивает к себе.       — Без поцелуев, — почти шепчет Кёнсу. — Не оставляй следов.       — Нигде?       — Завтра на факультете важное мероприятие.— Близость Чондэ возбуждает. — Нельзя плохо выглядеть. — Кёнсу чувствует тепло его тела, хочется, чтобы Чондэ, наконец, дотронулся. — Я должен хорошо выглядеть.       Чондэ скользит губами по его щеке и целует за ухом.       — А плечи?       — Под… под пиджаком.— Кёнсу мелко дрожит. — И без фанатизма.       — Ладно, — Чондэ трётся щекой о его висок. — Как скажешь.       Он поднимает голову. Чондэ ведёт рукой вверх, берёт в ладони его лицо, почти касается губ, но не целует. Кёнсу сам подаётся вперёд. Губы Чондэ мягкие, но это всё ещё не поцелуй. Просто прикосновение. Кёнсу выдыхает приоткрытым ртом и кладёт руки Чондэ на пояс.       Хочется чувствовать ладони Чондэ на своём теле.       Чондэ поворачивает его спиной к себе и целует его плечи. Кёнсу опускает голову и вздрагивает с каждым прикосновением. Мягким.Осторожным.Обжигающим. Кёнсу едва слышно стонет.       Чондэ обнимает его за пояс, притягивает к себе. Кёнсу чувствует его ладонь на животе, трётся о встающий член, Чондэ то целует его плечи, то прикусывает, мурашки разбегаются волнами. Кёнсу хватает ртом воздух.       Чондэ развязывает полотенце, Кёнсу не успевает его подхватить, и оно падает к ногам. Ощущение собственной наготы смущает. Чондэ не настаивает, не толкает его к постели, он всё так же держит Кёнсу и медленно целует его шею. Кёнсу сам не знает, от чего дрожит больше. Он опускает голову и закрывает глаза.       Чондэ обнимает его второй рукой, дожидается судорожного вздоха. Всё это кажется ужасно знакомым, как дежавю. Кёнсу не знает, куда девать руки, кладёт ладони поверх рук Чондэ, но этого мало.       Самого Чондэ мало.       — Стой, — Кёнсу разворачивается. — Подожди.       — Что? — Взгляд у Чондэ затуманенный. — Ты же не хочешь?..       Кёнсу расстёгивает его штаны, спускает вниз. Чондэ снимает пуловер, потом майку. Кёнсу проводит носом вдоль его шеи, парфюм кажется знакомым, но Кёнсу не уверен.       — Я хочу тебя обнажённым.       Чондэ снова поворачивает его спиной, притягивает его к себе и обнимает. Кёнсу жмурится и забывает дышать, чувствует Чондэ всем телом, его бьёт дрожь.       У Кёнсу ещё никогда, ни с кем так не было.       — Будешь так отвечать, — слова Чондэ оседают на его щеке, — надолго не хватит.       — Возьми меня, — выдыхает Кёнсу.       Чондэ несколько раз толкается бёдрами, Кёнсу чувствует его сквозь бельё. У Чондэ стоит, Кёнсу хочется быстрого секса так же, как долгой мучительной прелюдии. До жалобных стонов, искусанных губ и выступивших слёз, до дрожи и сорванного голоса. Он заводит руку назад, подцепляет резинку чужого белья, но Чондэ перехватывает.       — В постель, — он прикусывает ухо Кёнсу, не сильно, но колени подгибаются.       Даже лучше, чем в прошлый раз.       Кёнсу шагает, забирается на постель и мешкает совсем чуть-чуть. Чондэ поглаживает его поясницу, Кёнсу прогибается, раскрываясь навстречу, и перестаёт думать.       Чондэ гладит его ягодицы, разводит и скользит дальше, обводит, но не касается, Кёнсу стискивает зубы и сжимает кулаки, тянется за прикосновениями, Чондэ хочется так, что где-то внутри сводит.       — На спину, — Чондэ перестаёт касаться его между ног. — Ложись на спину.       — Зачем? — Но Кёнсу ложится и разводит поднятые колени.       — Смазку возьми.       Кёнсу жмурится. Смущает, заводит, и вряд ли Чондэ имеет в виду именно это, но Кёнсу не может выбросить из головы. Касаться себя под запись одно, а готовить на глазах у Чондэ совсем другое. Кёнсу не уверен, что не кончит от собственных пальцев.       Он подкладывает подушку под поясницу, снова разводит ноги, чтобы Чондэ было видно, и выдавливает смазку. Проводит языком по губам, выдыхает и касается себя пальцами.       Неожиданно, немного холодно, Кёнсу сжимается, сводит колени и выдыхает со стоном. От удовольствия трудно дышать. Он выравнивает дыхание, отводит колено и двигает пальцами вверх-вниз. Чондэ смотрит, не отрываясь, от его взгляда движения пальцев чувствуется острее, чем в прошлый раз. У Кёнсу горят щёки, он дрожит, внизу живота тяжелеет от напряжения.       Чондэ накрывает его руку своей, надавливает и ускоряет движения. Кёнсу запрокидывает голову и перестаёт дышать, стонет и раскрывается.       — Ещё, — он находит взглядом Чондэ. — Ещё!..       Чондэ надавливает его пальцами, Кёнсу выгибает. Мало, совсем неглубоко, но так сладко, что Кёнсу не выдерживает.       Чондэ убирает руку. Кёнсу трясёт головой, но не помогает. Он точно кончит с первого же толчка.       Он жестом показывает Чондэ лечь на спину, перекидывает ногу и садится на бёдра. У Чондэ стоит так, что он тоже долго не выдержит, но Кёнсу просто не может удержаться. Он наклоняется и целует его шею, ложится сверху. Чондэ резко вдыхает и сжимает его бёдра, но не сопротивляется. Кёнсу приподнимается на локтях и спускается поцелуями ниже, прикусывает, дожидаясь ответной дрожи, и трогает языком. Чондэ едва сдерживается, его член точно между ягодиц, Кёнсу видит его взгляд, чувствует каждое движение, и это точно лучше, чем в прошлый раз. Кёнсу нравится видеть, как Чондэ отвечает.       Кёнсу выпрямляется, привстаёт и задерживает дыхание. Чондэ входит медленно, но уверенно, не останавливается, не даёт привыкнуть, Кёнсу жмурится и тихо стонет. Опускается до конца, не может перестать дрожать от удовольствия. Чондэ сжимает его ягодицы, мешая двигаться, Кёнсу может только покачиваться и задыхаться от ощущений. Горячо и сладко почти до предела, он едва дышит, опирается на руки, Кёнсу почти больно от наслаждения.       — Пожалуйста, — он сам не знает, о чём просит. — Чондэ…       Чондэ подталкивает его снизу, позволяет приподняться и опуститься, выбивает жалобный вздох. Наслаждение стягивается в густой и вязкий клубок, двигаться почти невозможно, в глазах темнеет от каждого нового толчка. Кёнсу стонет, просит и задыхается. Чондэ входит до конца, каждый раз. Кёнсу чувствует его внутри, все движения, отвечает и двигается навстречу.       Дыхание сбивается, Кёнсу перестаёт контролировать движение и чувствует, что сейчас кончит.       Чондэ опрокидывает его на спину, Кёнсу даже не сразу понимает, что тот вышел.       — Какого?!.       — Хочу видеть, как ты кончаешь, — Чондэ над ним опирается на руки. — В прошлый раз не увидел.       Кёнсу почти рычит от разочарования.       Чондэ закидывает его ногу на плечо, входит снова, до конца, и снова двигается, не давая ему привыкнуть. Кёнсу выгибает, он беззвучно стонет от наслаждения. Чондэ берёт его быстро, сбиваясь с ритма. Кёнсу раскрывается до предела, вцепляется в простынь, не успевает отвечать. Наслаждение поднимается, Кёнсу срывается и тонет, чувство сладкое, болезненно острое. Кёнсу трясёт, он мечется и хватает ртом воздух, чувствует движения Чондэ внутри, резкие, рваные. Кончает долго и не может остановиться даже после того, как Чондэ затихает.       Кёнсу открывает глаза и вздыхает. Чондэ понимает по-своему, приподнимается на локтях и начинает выходить. Кёнсу снова прошивает наслаждением, он дрожит и стонет, двигает бёдрами, снова тонет в горячем и сладком чувстве.       Тело звенит, Кёнсу не чувствует пальцев, наслаждение отступает слабеющими волнами. Кёнсу бы не поверил, что так бывает.       — Лучший секс в моей жизни, — Чондэ лежит рядом и улыбается довольно и лениво. — Даже круче, чем тогда. — Глупо было думать, что он вспомнит, а Чондэ нет. Интересно только, когда. — Как насчёт встречаться?       Кёнсу мычит что-то неопределённое. Сейчас Чондэ предложит отношения в статусе секса по переписке, и ему придётся отказываться. Ещё пару часов назад Кёнсу был бы не против необременительного партнёрства, но не теперь.       Чондэ перестаёт улыбаться и приподнимается на локте.       — Если ты вдруг пытаешься вспомнить моё имя, — Кёнсу пробует пошевелиться и переворачивается на бок, — то я не говорил. Я тебя вообще вспомнил только сейчас.       — Тебя зовут Кёнсу, я знаю.— Интересно, откуда? — Это не случайный секс, ты мне правда понравился. — Чондэ кладёт руку ему на плечо и говорит на ухо: — Я бы ещё тогда предложил.       — Зачем, — ровно говорит Кёнсу. — Я бы отказался. И теперь откажусь.       — Ты веришь в любовь с первого прикосновения? — Чондэ трётся носом о его висок. — Я потерял голову, когда ты меня за руку взял. Просто кровь закипела, и я понял, что без тебя дальше никак.       — Я уже вырос из романтического возраста, — Кёнсу не пытается встать, что-то останавливает, — нет необходимости объяснять физиологию.       — Я тебя искал, — Чондэ обнимает его крепче. — Нашёл твоего друга с хореографического, он согласился помочь. Правда, сказал, что у меня никаких шансов. У меня есть шанс, Кёнсу?       Он слышит, как стучит сердце Чондэ. Слишком быстро для человека, уставшего после отличного секса.       — Если перестанешь присылать смайлики.       

• ✤ •