Так получилось

Кёнсу с трудом вытаскивает сигарету из пачки и вхолостую чиркает зажигалкой. Раз, другой, третий. Руки дрожат. Он сжимает сигарету в кулаке и выдыхает сквозь зубы. Каждый раз как первый. Кёнсу дышит на счет, пока руки не перестанут дрожать. За окном темно, тускло светит одинокий фонарь в конце улицы, Кёнсу раздергивает шторы, просто чтобы убедиться, что это все еще его сонный тупик. Сердце перестает колотиться в горле. Кёнсу идет в кухонный угол своей избушки. Скручивает большим пальцем крышку, наливает и выпивает одним глотком. Потом еще раз. Вкус не чувствуется, но Кёнсу и не букет оценивает. Он закрывает бутылку, не глядя, берет кружку и идет к телефону. В такие моменты он скорее рад, что телефон старше его лет на двадцать. Гудки в трубке заставляют дышать медленнее. Трубку на том конце берут с третьего раза. Кёнсу слушает знакомый голос, сонный и злой. Пока ничего не произошло. Пока. — Заткнись. — Ты надоел звонить и молчать в трубку, — говорит Бэкхён уже спокойнее. — Ничего со мной не случилось. — Звоню, значит, надо. — Прекращай уже пить в этой своей дыре, — Кёнсу различает нотку отвращения в его голосе. Кёнсу представления не имеет, как начать разговор. — Будь осторожен, — говорит он наконец и вешает трубку.