Он рядом

Не успеваю сказать что-либо, только развернуться к двери на стуле. В эту секунду, звонко залаяв, в комнату забегает Ри, подбегает ко мне и тщательно, быстро, обнюхивает. Поворачивается к двери. Топот за дверью, только что прикрывшейся самой, и в дверях появляется чёрная огромная собака с небольшими пятнами тёмно-рыжего оттенка на лапах и морде. Уши подняты вверх. Он явно хочет повеселиться, а не напасть на меня! «Доберман?» — спрашиваю сам себя, убирая своего питомца подальше. Сжимаю ошейник своей собаки, а тот подпрыгивает и пытается снова вырваться. Медленно сползаю со стула на пол. Незнакомая мне собака смотрит на меня с интересом. — Ри, место. — приказываю ему, а тот не слышит, так и пытается энергично увильнуть. — Ри! — говорю громко, тот глядит на меня, прекратив прыгать. — Место! — указываю рукой назад, куда-то на окно. И он идёт туда. Доберман уже намеревается ко мне подойти. Вошёл в комнату и принюхиваясь, подходит. Двери закрыты, как он вошёл вообще? — А ну-ка, ко мне. — тихо говорю, и тот с интересом подходит быстрее. — Хороший… Ты ведь меня не укусишь? — протягиваю ему руку, и его мокрый, холодный нос, скользит по ладони. Ри рычит злобно позади. На незнакомой собаке тонкая цепь а на ней свободно покачивается брелок, с изображением молнии на ней. (Ломаная линия, изображается на табличках со словами: «Осторожно, высокое напряжение!») — Значит, ты чей-то… — произношу вслух свой вывод. — Он мой! — раздаётся из дверей, сверху (сверху, так как на полу я). Поднимая взгляд, встречаясь с карими глазами. Брюнет, в тёмной рубашке, заправленной в джинсы того же чёрного цвета, с порезами на коленях. Его пухлые губы расплываются в улыбке. — Я рад знакомству! — выпаливает парень и Ри срывается на лай. Доберман быстро отпрыгивает назад, ближе к хозяину и злобно скалится. — Ри, тихо! Фу, нельзя! — хватаю пса за ошейник и трясу его, и животное не успевает напасть на незнакомцев. Отпихиваю своего питомца назад, он сваливается на бок и замолкает. — Тише, мальчик, всё хорошо. — тихим голосом говорит брюнет с улыбкой, гладит своего питомца по голове, а он и не скалится к этому времени уже. Хмыкнув, поворачиваюсь к Ри, а он встаёт. Смотря на не знакомых ему, как на врагов, подходит ко мне, и демонстративно ложиться всей своей тушей мне на колени. Глажу его по спине, зарывшись пальцами в густую шерсть. Поднимаю взгляд на кареглазого. Встретившись с моим взглядом, улыбается мне. — А-а, я Паша. — также продолжает улыбаться, представляется мне юноша, который, значит, мне сводный брат. — Я Кирилл. — протягиваю ему свою руку, он кивает и подходит ко мне ближе, пожимает руку, сжав её в своей. — Думал, ты стрёмный. — Я того же был мнения о тебе. — ухмыляюсь, язвлю, а он хмурится. — Мне твой отец рассказывал о твоем, ну, «хобби». Я думал на фото ты просто симпатичный, а оказалось ты не только там, но и в реальности. Я, кстати, твой фанат! Ещё тот чокнутый по отношению к твоим фотографиям. И-и, Ромы там! Клёвые вы парни! — Рад, что угодил тебе. — поджав губы, продолжаю сжимать его руку. — А я то, как рад! — а он убирает уже свою руку в карман джинс, разглядывает мою комнату. — А где родители? — Ай, да они вообще подвезли меня и сказали, что ты всё расскажешь сам! — махнув рукой, задыхаясь аж, объясняет мне кареглазый. — А сами уехали хрен его знает куда! Несправедливо ведь, да? «Бурно эмоциональный тип.» — делаю очередной вывод, разглядывая его — Не молчи! — взвизгнул он. — Господи! — от неожиданного его визга, вздрагиваю я. — Я ж с тобой спать не буду! — Что? Ну, да. А к чему ты это? — Я ж спросил: Где моя комната будет? — Но я не знаю, куда тебя заселит мой отец. — Сказал, что он то же крыло, где и твоя комната. — Раз он так сказал… — задумчиво произношу, — То и вправду ты будешь спать в той комнате. — Какой-какой? — приоткрыв рот, смотрит на меня. Он ужасна-а-а. Уже убираю эту тяжёлую тушу со своих ног и встаю с пола, слышу грохот , чей-то незнакомый мне голос. Точно не родители! — Это грузчики! — оповещает меня мой брат, с улыбкой. — Ах, вот оно что! — смотрю на Ри, а тот недоволен посторонним голосам. — Покажи уже быстрее мне мою комнату, пожалуйста-а-а. — Да. точно. Пошли. — Быстро обхожу его, бросив последний взгляд на него, а он следует за мной. Если в том же крыле, то я сочувствую ему, ведь комнату нужно долго отмывать. Там не тронуто ничего уже как год! — Ну, ты так не радуйся, э-э… Его имя! Имя! Как его там зовут? Господи. На языке крутиться же! Вот. — Я Паша. — спокойным голосом, впервые за эти минуты общения, он сказал хотя бы что-то без доли эмоций. — Извини, извини. Плохая память. Не обижайся только, я так всегда. Назвать могу тебя даже не тем именем. — Скоро запомнишь. — ой, вновь ответил спокойно! Надо же, он не такой надоедливый позитив. — Ага, — отвечаю плевательски, — Так вот, эта комната была не очень, но… «Ты не огорчайся». Замолкаю, когда открываю дверь, которая должна громко скрипеть, вместо этого она молча отворилась и тёмно-синие обои с черными тонкими полосами по горизонтали, так и ребят глаза. — Ахринеть! — отталкивая меня от двери, Паша заходит в комнату, скользя по паркету в обуви. — Вот это да! — широко и радостно улыбаясь, крутиться вокруг своей оси, разглядывая уже свою комнату. А я возмущённо смотрю на всё это. Я даже. Даже не знал об этом! Ни черта не знал! Она была просто ужасной, эта комната! Тут не было жалюзи, и-и, этих обоев! Паркет был в ужасном состоянии, да и вообще было ли то покрытие паркетом? Так где это всё старое, страшное, ужасное?! — Нужно отблагодарить твоего отца! — просто проскальзывают слова Паши мимо моих ушей. Меня, наверное, не было, тогда он и приглашал людей. Те быстренько делали и уходили, иначе, почему он разрешал гулять до часу ночи? Никогда такого не было! И это не знак: «Ты взрослый», а: «Ремонт делаю, чтобы ты не завидовал и надоедал мне с разговорами по смене обстановки в твоей комнате!» — Кирилл! — из раздумий уже прямо вырывает меня он. — Задумался, извини. — тихо отвечаю я. — Да понял, что не просто так в одну точку пялишься, как даун, не реагируя на мои слова! — Ты поосторожнее будь со своим лексиконом, братик. — язвительно, но прямо. — Не обещаю, но постараюсь. — с той же доли злости, отвечает парень. — Угу. Э-э-эй! — слышится снизу и Паша выбегает из комнаты, бросив мне: «Грузчики, точно!» — Хозяева! — зовёт мужской голос, и я медленно иду по коридору. Проходя мимо своей двери, захлопываю её, избегая сразу нападений Ри на грузчиков. Останавливаюсь у ступеней, ведущих вниз. Разглядываю мускулистых мужчин, которые уже заметили меня. Один разговаривает с парнишкой, а ещё трое смотрят только на меня, а потом уже переводят взгляды на другие предметы. — Так наверх, Кирилл? — спрашивает кареглазый у меня, стоя внизу. — А что именно вам нужно нести наверх? — спрашиваю у мужчин. — Мебель! — недовольно бурчит один из них, указывая рукой на синий диван, стоящий позади них всех, около входной двери. — Наверх, да. Несите. — киваю и спускаюсь медленно, нехотя, к ним. — А вам уже заплатили за эту работу? — Да, уже заплатили! Да не волнуйтесь, всё донесём без каких-либо последствий! — уверяет меня тот, кто стоит возле улыбающегося мне брюнета. — Отлично, можете начинать. — прохожу мимо них, разглядывая получше. — Да, пожалуй, стоит начать, ребят! — хлопает в ладоши, после чего потирает их друг о друга. — Начнём? — Начнём! — отвечаю ему другие, а я, умирая со скуки, смотрю на них. — Вторая комната, вот, в этом крыле. — указываю рукой в сторону, — Вторая, пустая ещё. Не первая, а вторая! — Не глупые, — недовольно говорит мне кто-то, — поняли уже. Молодой человек, Вы присядьте, а мы сами тут разберёмся. — Угу. А ты, Паш, не глупи, и покажи людям куда там тебе надо всё устроить. — Покажу! — кивает он и скачет уже по ступеням. Пробурчав им, что-то типа: «Не разгромите дом», ухожу на кухню, сажусь за стол, и смотрю на добермана, лежащего возле миски моей собаки. За дверью кухни уже раздаются вздохи и охи грузчиков, поднимающихся по лестнице. А я гляжу в пол, положив голову на стол. *** Сбегал наверх за телефоном, утихомирив при этом своего бешеного Ри, который так и рвался разорвать мускулистые тела грузчиков, находящихся за пределами комнаты. — Пап, слушай, где ты? — говорю в трубку и женский смех на фоне. — О, Кирилл, привет! Ну как ты там с Пашей? — радостный такой, уф! — Нормально. Хороший он. Грузчики тут вон, возятся с его мебелью. — Так, значит всё идёт по плану! Слышишь, Лен? Всё отлично у них! Я же говорил, они смогут сдружиться! — Не обещаю… — произношу тихо, а отец замолкает. Услышал? — Так, что ты хотел, сынок? — тон более грубее. — Мне к другу нужно, пап. Ты обещал. После встречи, я… — Ты можешь идти, Кирилл! — перебивает меня отец резко, — Главное, чтобы ничего Павел не натворил без тебя! — Он не глупый, справится без меня со всем этим. — ковыряя поверхность кухонного стола ногтём, говорю ему и поднимаю взгляд на раздавшийся звук в тишине. Уже возле двери вижу Пашу, подходит с улыбкой, молча, ко мне. — Я надеюсь. Ты свободен, Кирилл, но стоило тебе взять с собой Пашу! — Не надо брать Пашу с собой! — ударяю кулаком по столу, а парень морщится, остановившись на месте. — Ой. Паш. Прости, пожалуйста. — Я понимаю тебя. — кивает парень, скривив губы. — Всё хорошо у вас там? — тихий голос отца. — Да-да. Пап, я пойду, мне уже как раз пора к Артёму. Пока! — До встречи, сынок. Пока! Бросаю быстро трубку и смотрю на разочарованного брюнета. — Я… — не успеваю произнести, как парень качает головой. — Я не хвост тебе, бегать не буду за тобой, я тебе не младший сопливый брат. У меня тоже есть своя личная жизнь и тебя я не впущу в неё. — Прости ещё раз, да, я понял. Но, пожалуй, я пойду. — Удачи. Во сколько вернёшься? Я номер твой знаю, позвоню, когда тебе нужно придти домой. — Что? Не понял. — Говорю, позвоню. — Зачем звонить? Я сам приду. — Я твой старший брат! Я соскучусь – ты придёшь! — Это слишком! — Привыкай, братик. — хитро улыбнувшись, подмигивает мне и выходит из комнаты. — Сука… — шепчу в тишине и спрыгиваю со стула.