Он рядом

— Опа. — взмахнув руками, произносит парень хриплым голосом. — Чё уставились? — Кто это? — откуда-то слышится знакомый голос, и я в поиске знакомой фигуры брожу глазами по комнате. — Я повторяю: «Че смотрите?» Выметайтесь отсюда! Мы делом заняты! — показывает незнакомец камеру в своих руках. — Никита, кто это? — слышу снова этот голос! Быстро делаю шаг вперед, входя в комнату. И далеко-далеко, в самом конце комнаты в лучах солнца сидит на подоконнике Рома. — Какие-то дебилы. — Я вижу дебила только перед собой. К твоему сведению, мы тоже заняты делом. — отвечает парень и уверенно шагает вперед, обогнав меня. — Адам? — раздается удивленное с угла, — Кира?! — спрыгнув с подоконника, вскрикивает бывший друг, широко раскрыв глаза. — Рома, — киваю, улыбнувшись, а сероволосый лишь спокойно подходит к незнакомцу с камерой и встает напротив. Улыбаясь, рассматриваю парня, медленно подходящего к нам. Он удивлен, а я скорее огорчен его появлением здесь. — Кому-то из нас придется отсюда выметаться. — подает голос незнакомец, сверкнув недовольно глазами нежно-голубого оттенка. Надо же, хоть Адам и в два раза больше телосложением, парень спокойно намекает, что нам придется уйти. — Я могу сказать уже, кто этот «кто-то». Это вы, — заявляет Адам. — Дверь позади меня. — подмигивает ему и обходит стороной. — Что?.. Да я… Я!.. — М-м? — сероволосый оборачивается, поглядев на растерянного парня. — Уходи отсюда! — топает ногой, как маленький обиженный мальчишка, на что я хихикаю. И он слышит мое хихиканье, грозно смотрит и быстрым шагом направляется ко мне. Хочу уже позвать Адама, но понимаю, что это придаст мне больше слабости в его глазах. — Смешно тебе?! — рычит недовольно он. — «Правая рука!» — раздается в голове, и я автоматически отдергиваю руку. Широкая ладонь незнакомца хотела схватить меня, но я успел одернуть руку. — «Отойди назад! На шаг. Два!» Не успеваю понять к чему, как тут парень тянет ко мне руки в попытке схватить за горло, и я делаю то, что говорит Саша – отхожу на два шага, увеличивая между нами расстояние. — Что, боишься? — хмыкает он. — Отойди от него! — рычит злобно уже Адам, стоя напротив Ромы. — Никит, отойди от него. — просит спокойно Ромка, и парень, бурча себе что-то под нос, разворачивается. Держу камеру в руках, стою на месте, наблюдая за тремя парнями, вставшими в кучу. — «Спасибо, Саш». — «Не за что». — Не думал, что ты так сделаешь, — скривив губы, говорит тихо Рома, указывая кивком на меня. — Извини, Ром, но я советую тебе уйти. — отвечает Адам. Никита уже что-то хочет сказать, но Адам смотрит рассерженно на того. Затихает, не успев и произнести слова. — А я советую уйти вам, — с ухмылкой говорит мой бывший друг и, выпятив бедро, опирается стоя на одну ногу. — Не хотите по-хорошему? Рома переглядывается с Никитой. И этот жест мне не очень нравится. — По-плохому желаете вы. Раз на то дело пошло, — пожимая плечами, говорит Никита. — Ром, ты же знаешь, что… — Леон! — неожиданно громко кричит шатен, перебив Адама. Вздрагиваю, когда слышу громкий смех и не одного, а нескольких человек. — «Достань нож». — слышу совет Саши. — «Что? Зачем?» — «Достань нож!» — «Да откуда?!» — «В портфеле! В самом маленьком кармане!» — «Ты положил?» — «Да-да! Быстрее!» Сразу снимаю с плеча портфель, успев положить камеру в него. Открыв маленький карман, вижу несколько метательных ножей. — «Чего смотришь на них, будто впервые видишь?! Бери!» — «Зачем?!» — «А ты посмотри сам… Может, поймешь». Голос Саши звучит четко, но тихо. В этот момент слышу топот со стороны. Когда поднимаю взгляд, в лучах солнца вижу двух накаченных парней, один из которых с оскалом уже замахивается на меня. — «Вниз!» Согнувшись вдвое, сажусь и отпрыгиваю, когда огромная палка пролетает прямо над моей головой. — Кира! — кричит Адам, успеваю взглянуть на него, только после чего его сразу же с ног сбивает второй парень. — «Ножи! Ножи!» — слышу голос в голове и, зарывшись рукой, обрезаюсь об острое лезвие ножа. Шиплю от боли и отхожу назад, пока в ушах раздается какой-то гадкий смех, и карие глаза незнакомого парня смотрят прямо на меня. — Иди сюда, мелкий, — грубый голос. — «Кидай…» И пальцами зажимаю уже ручку ножа. Замах рукой за голову, кидаю! Замираю в том же положении, выпрямив руку в воздухе, целясь всей кистью в него. Нож, проделав несколько поворотов в воздухе, прямо врезается в живот тому, кто хотел напасть на меня снова. И он застывает. Застывает, как и все в этом помещении. На секунду вижу в дверях белоснежную маленькую фигуру ребенка. Детский звонкий смех. И… Парень кричит от боли. Рома бросается к нему. Поворачиваю голову и вижу, как Адам уже сидит на другом парне, собираясь ударить кулаком в лицо, но застывает, оглядывая упавшего, ручка ножа которого торчит из его живота. Никита следует за Ромой. Адам переводит медленно взгляд на меня и ухмыляется. Не говоря ни слова, одобряюще кивает. Испуганный взгляд лежащего на полу под Адамом не изменяется даже тогда, когда тот встает с него и подходит ко мне. — Черт, что я сделал… — произношу тихо, пытаясь игнорировать, как Рома кричит. — Уходим, — холодным тоном выдает Адам, схватив меня за плечо, тянет за собой в другой конец комнаты. Прохожу мимо лежащего парня на полу, который уже встает на ноги. Спотыкаясь об игрушки и перепрыгиваю через маленькие черные (ибо пострадали из-за пожара) стулья, спешу за другом. — Но мы так и не сняли! — тащу за собой раскрытый портфель и сумку со штативом. — На третий, бегом! — приказывает он, и я, спеша за ним уже по коридору, быстро фотографирую вид, который позади меня. Щелкаю несколько раз камерой и бегу на третий этаж по лестнице, слушая, как позади раздается тот же детский приглушенный смех. — Делаешь все на скорости, и мы уходим. Быстро! — заводит меня в очередную комнату, обложенную грязно-синим кафелем. Несколько раз фотографирую и иду за другом в другую комнату. — Еще не было на скорости. Но мне нравится! — тихо смеюсь и, склонившись над столом, на котором разложены документы и фотографии, щелкаю камерой. — Они наверняка снова решатся напасть на нас сейчас. — А-а, мой нож. — Забудь об этом ноже. Сейчас главное — спасти наши задницы! — шагая по коридору, отвечает мне, по пути раскрывая все двери. Гляжу в очередную дверь, вздрагиваю, когда вижу через щель между дверью два глаза. Человеческих. Низко расположены от пола. Ребенок?.. — «Не бойся. Она мертвая». — «Мертвая?» — «Та самая маленькая Света, о которой рассказывали тебе по интернету». — «А если поговорить с ней?» — «Не думаю что она…» — Эй, привет, — улыбаюсь, медленно приближаясь к двери. — Почему ты прячешься? — спрашиваю шепотом, успев оглядеть пустой коридор. Пока Адама нет, можно! — Покажись мне. — сажусь на корточки тихонько перед порогом комнаты. И детские маленькие глаза исчезают. Не видя тени под дверью, слышу только тихий скрип. Маленькими шажками осторожно ступает Она. Появляется маленькая ручка, ухватившаяся за дверь. Следом уже плечо и половина лица. Тонкая и полупрозрачная нога повисает в воздухе. Маленькая девочка просто зависла, согнув ногу в колене, не касаясь стопой пола. С интересом один глаз смотрит на меня. Тихонько пригибаюсь, направляя на нее камеру. — Ну же, давай… — медленно надавливаю пальцем на кнопку затвора. — Привет, — едва слышно шепчет она, и я, вздрогнув от неожиданности, фотографирую. Она не пугается звука съемки. Только смеется. — Ну, где ты там?! — прямо надо мной говорит Адам. — А? — поворачиваю голову назад. Смотрю на нависающего надо мной парня. — Я просто… Просто отвлекся, — оборачиваюсь и смотрю на так же стоящую девчонку, сквозь фигуру которой можно разглядеть все предметы, находившиеся в комнате. — Идем, поторопись, — разглядывает комнату и вздыхает. Идет медленно дальше. Улыбаюсь девчонке, которая вдруг просто растворяется в воздухе! — Эй! — недовольно произношу громко. Адам оборачивается, а я, среагировав, делаю вид, будто смотрю в камеру. — Плохой кадр? — невозмутимо задает вопрос он, а я киваю и встаю на ноги. Иду за ним.

***

Сфотографировав все, что хотелось, плетусь за Адамом. — А где они? — шепотом спрашиваю. — Уехали они. — Я же несильно… — Они не скажут никому, кто так его ранил. Они будут мстить. Тебе и мне. — Шутка? — Я всерьез, — выходит из здания и говорит, даже не посмотрев на меня. Замолкаю и иду. «Зачем я это вообще сделал?» «Почему они не напали сразу же, пока мы были наверху?» «Как мстить?» «И насколько опасен был удар, нанесенный моим ножом?» — Вот они!!! — эхом раздается крик. — Черт! — оборачивается Адам, следом и я. Позади нас, далеко, но стремительно приближаясь к нам, бегут Никита и тот, кого не успел ударить Адам. — Бежим! — приказывает Адам и, схватив меня за руку, пускается вперед. Поспевая за ним, чуть не роняю сумку со штативом. — Что нам делать?! — спотыкаясь, кричу я. — К машине! Быстрее к машине! — задыхаясь, отвечает Адам и в руке уже вертит ключи от машины. — А не лучше ли разобраться с ними сейчас? — Нет! Поверь, они сейчас разъярены, они не пожалеют нас! — Ты уже ждешь их победы над нами? — Увы, но да! — Трус! — кричу на него, чувствуя, как его рука отпускает мою. — Отнюдь! Ты ранил их друга, они нападать будут больше на тебя! Ты не справишься. — Но есть же ты в целях защиты! Черт! — спотыкаюсь вновь и чуть не падаю, но Адам меня подхватывает. — Не хочу проблем. — коротко ответив, дышит шумно и уже замедляется. «В беге он слаб», — примечаю это, только для чего? Оббегаем гостиницу. Легкие неимоверно жжет от непривычки столько бегать да к тому же на скорость. Бегущий рядом сероволосый что-то говорить, но ничего не слышу кроме своего же голоса: «Беги, беги!» Голос Саши отдается эхом, но даже его не могу понять. Что он говорит? Что? Впереди виднеется уже автомобиль Адама. Фары мигают, издав вдобавок звук. Открываю дверцу и запрыгиваю в машину, захлопнув за собой дверь. — Черт-черт-черт! — приговаривает Адам, пока заводит автомобиль и поглядывает на двух накаченных парней, бегущих к нам. Рывком машина устремляется задним ходом назад, отдаляясь от настигающих нас незнакомцев. По шуму, окружающему автомобиль, можно понять, что ветви все равно, как бы не желал этого Адам, царапают корпус. Две фигуры уже исчезают среди деревьев. И не верится, что они так и бежали за нами. Хотя, если смогли пробежать столько мы, то они подавно.

***

Когда едем спокойно по асфальтированной дороге, ведущей к городу, оба молчим. Смотрим на дорогу и ни слова. Нервно сжимаю ручку сумки со штативом внутри и портфель прижимаю к своей груди.