Он рядом

Тело ломит. Кости просто ноют от боли. Выдыхаю, от чего в груди колет, и я вздрагиваю от боли. — Кирилл, просыпайся. — чей-то шепот. — Еще пять минут, Паш. — мычу в ответ ему, но тут же получаю локтем в бок. — Молодой человек, у нас урок! — слышу женский крик. Молодой человек? Что за чушь? Стоп! Резко поднимаю голову. Оглядываю удивленные лица вокруг. Полную женщину у доски и ее искривленные красные губы. — Так-то лучше. — выдает она и поворачивается обратно к доске. — Кирилл, ты чё? — слышится знакомый шепот сбоку. — Па… Я хотел сказать: «Паш, что происходит?» Но, оглядев незнакомого мне парня, сидящего рядом за партой, замолкаю. Что происходит?! Я же спал! Спал! — Записываем… — командует учительница, и все дети утыкаются в свои тетради. Скольжу взглядом по столу и хватаю ручку. Где я? — Кто ты? — шепотом спрашиваю у парня рядом. Тот косо смотрит на меня и качает головой. — Мне говорили, что ты странный, но чтобы так. М-да. — Где я вообще? Что за чертовщина?! — оборачиваюсь по сторонам. Некоторые из подростков поглядывают на меня, но, встретившись взглядом, сразу отводят глаза. — Я – Никита. Мы в классе. Успокойся только. Тихо веди себя, — выдает парень, поправляя галстук на своей шее. — Я… Я что-то… Что-то я чокнулся. Я не помню этого. Не помню линейки, не помню, как сюда ехал. Не помню, как собирал портфель! Я ничего не помню! В глазах иногда мелькают неоновые пятна, но стоит мотнуть головой или проморгаться, то все исчезает. — Следующее, — слышу у доски голос женщины и вижу, что та направляется к нам. — Блять. — комментирует это некий Никита и утыкается в тетрадь, начиная сразу списывать с доски в тетрадь. Быстро листаю помятую тетрадь, пока не натыкаюсь на более свежий и чистый лист в клетку. Пишу «Классная работа» и смотрю на доску, но ни черта не вижу без очков. И очки сами где? На парте их нет. Быстро начинаю списывать то, что в тетради у моего соседа за партой. Женщина замедляется и возвращается уже обратно. — Прокатило, — усмехается и глядит на меня. — Ага. — бросаю в ответ ему. Я уснул. Так. Я уснул. Что было дальше? Я ничего не помню. Совсем ничего! В панике кидаю взгляд на Никиту, который спокойно смотрит на доску. Опускаю. Смотрю на число на полях в его тетради: «06.09.2021». Шестое сентября… Что тут происходит?.. Быстро хватаю свой портфель и начинаю рыться в нем в поиске телефона. Много времени это не занимает. Разблокировав его, вижу дату: «6 сентября». — Я спал шесть дней? — шепотом спрашиваю сам у себя и так и смотрю на число «6». — Че? — Никит, а-а, я только сегодня пришел в школу? — Ты все шесть дней ходишь в школу, вообще-то, болван. Господи, ты серьезно такой тупой или притворяешься?! — М-м, — хмуро смотрю на парня. Раздается звонок. Все сразу же встают со стульев. Некоторые, как и я, удивленно глядят по сторонам и только потом встают. Видно, что новенькие. И только после недолго молчания учитель прощается с нами. Все начинают собирать учебники в портфель. То же самое делаю и я. «Я продолжал ходить в школу, но не помню этого. Все шесть дней… Я не помню ни часа из жизни этих шести дней!» — Никит, а на линейке я был? — спрашиваю парня, когда тот уже собирается идти к двери. — Да был-был, — кидает в ответ и выходит из класса. — Я не помню… — говорю тихо и, закинув портфель себе на плечо, спешу к выходу из класса. Сталкиваюсь плечом о плечо какого-то незнакомого мне парня и извиняюсь, быстро выйдя в коридор. Сначала иду быстро, но потом замедляюсь. Нужно разобраться. Точно нужно разобраться. Сегодня шестое сентября. И это был Саша. Это Он жил за меня. Точно Он. Если сейчас буду вести себя, как дурак, все поймут, что со мной что-то не так. Нужно вести себя нормально. Разберусь попозже с Артуром. Мне нужен только он, только Артур поможет мне. А сейчас куда идти? Оглядываю коридор, некоторые задевают меня плечами и недовольно смотрят. А я так и стою. Нужно на урок. На какой? Где кабинет? Я вообще не знаю, на каком я этаже. Не знаю буквы своего класса! — Не тормози, — пихает меня кто-то в плечо и хватает за локоть. Оглядываю тонкие пальцы, обхватившие мой локоть, и маникюр на ногтях. — Э-э. — протягиваю я, подняв взгляд на девушку. Из-за каштановых волос ниже плеч не вижу ее лица. Смотрю на белоснежную блузку и пиджак в ее второй руке вместе с сумкой. Юбку выше нормы. Поддавшись интересу, оглядываю и ноги, ничего так, не страшненькая, вроде как, хоть и не видел лица. Хорошенькая даже, я бы сказал. Правда, эти каблуки меня пугают. Вот сейчас она выше немного. Позорно и обидно. — Меня Лина зовут, — представляется она и поворачивает голову, наконец-то давая разглядеть ее. «Не уж то за шесть дней мы так с ней и не познакомились?» Все нормально, будто бы я и не спал, да, я все помню. Я не удивлен. Все нормально… — П-почему Лина? — Потому что Ангелина, но обожаю сокращения. Тем более неприятно, когда тебя зовут Ангелом. — Согласен, — киваю и иду вместе с ней. — Тебя зовут как? — А, меня Кира. — Как девушку что ли? Почему Кира? — Потому что на самом деле Кирилл, но окружающие меня люди любят сокращения! Она улыбается, и красный матовый оттенок губ ярко выражается на ее лице. Вспомнились сразу слова Ариона, что темные тени увеличивают глаза. Смотрю на ее длинные густые ресницы и бело-черные веки. Странный такой переход от белого к серому и с серого к черному. Удивительно. — Наконец-то ты стал разговаривать, — выдыхает и останавливается у двери в кабинет. — А я молчал? — Как неживой был. Косо на нас так смотрел. Все девчонки хотели с тобой познакомиться, а ты ноль реакции. — А ты? — Я не подходила к тебе. «Значит, неглупая». — Но ты смотрел на меня, — добавляет она, хихикая. «На тебя не посмотреть сложно», — хотел сказать, но улыбнулся ей только в ответ. — Если я смотрел на тебя, то ты это видела, то есть, ты тоже смотрела на меня. — Признаю, тоже, — кивает и отпускает мой локоть. — Так-то, — тянусь к ручке двери. — Нам сюда? — уточняю у нее. — Да-да. Открывай. Послушно открываю дверь, уже хотел было войти первый, но Лина перегнала меня и вошла первая в кабинет. — Спасибо, — поблагодарила она тихо меня. — А-а, да. — отвечаю. «Хоть я и не хотел ничего подобного сделать». Оглядев все занятые парты, вижу на втором ряду последнюю. Иду к ней и усаживаюсь за нее. Лина сидит за первой на третьем ряду. Разглаживая рукава на пиджаке, вешает его на стул, общаясь с соседкой по парте. Та косо смотрит на меня, а шатенка смеется и качает головой. Смотрит на меня и подмигивает. Подмигиваю ей в ответ и, заметив взгляды недовольных других парней в классе, понимаю, что за шатенкой приувиливают многие здесь, а новенький я тут ни к чему. Роюсь в портфеле в поисках учебника. Оглядев кабинет, легко понять, что у нас физика. Достаю учебник и тетрадь. Когда начинается урок, все снова встают, как на том уроке в конце. Учительница – молодая девушка, которая приветствует нас и просит садиться. Все садятся, я в том же числе. Сразу открываем учебники, тетради. Она что-то долго говорит, а я пока изучаю рисунок карандашом. Не понимаю, что это, но похоже на эскиз. «02/09» в уголке листа – дата – второе(02) сентября(09). И сверху «41 каб» - 41 кабинет, наверняка. Только вот для чего? К чему вообще эти четыре прямоугольника в ряд(во втором ряду пять), и через каждый по два овала. В начале листа, наверху – огромный тонкий прямоугольник, рядом с ним левее прямоугольник и маленький квадрат. А по ту сторону то же самое – небольшой шириной прямоугольник. Самый последний овал во втором ряду обозначен красной ручкой крест. И в третьем ряду ближе к овалу с крестом, первый по счету после прямоугольника – тот же овал, помеченный красным крестом. Будто кабинет… Точно! Это кабинет же, вид сверху. Отсчитываю на втором ряду пять парт - прямоугольников, и я оказываюсь у пятой. Овалы, должно быть, это стулья. Я сижу на том, который отмечен. А на другом первая парта… Лина? Лина сидит там, где отмечен другой красный крест. Получается, тонкий прямоугольник перед партами – это доска. В другой стороне учительский стол со стулом, а в противоположной – дверь. Просидев за партой с задумчивым лицом, я смотрел на эти два креста и не понимал. Что этим я хотел сказать? Да даже не я… Это сделал не я, а Он. Я уверен. Это Саша…

***

— Кира-а-а! — раздается где-то позади, и я оборачиваюсь. В этом коридоре после шести уроков очень трудно идти. В той школе такого не было. Пашка машет рукой мне и медленно приближается. — Готов идти домой? — спрашивает без улыбки. Ноль эмоций на лице. Не успеваю ответить, как вдруг позади Пашки какой-то парень кладет руку ему на плечо. — Пока, Пашок! — прощается он. — Пока, — отвечает он с улыбкой, и, когда поворачивается ко мне, его лицо вновь ничего не означает. Да что происходит?! — Лицо сделай посчастливее, как никак шесть уроков пройдены, — говорю ему и выхожу из здания. — Стоп! Кира?! — вскрикивает Паша, и я смотрю на кареглазого, который уже улыбается мне. — Зачем кричать так? — Кира! — вздыхая, парень набрасывается на меня и обнимает. Стою, как вкопанный, заметив сквозь толпу на улице Лину, стоящую с парнями. — Господи, ты заговорил. Я думал, с тобой что-то не так. Мать уже запаниковала. Нужно срочно позвонить ей и сказать, что с тобой все хорошо. — Чушь, — фыркаю я, оттолкнув парня от себя. — Кирилл, это так на тебя учеба повлияла? — растерянно смотрит. Смотрю в глаза брату и на подростков, проходящих позади него. — О чем ты? Что происходит, черт возьми?! — Я у тебя вот это хочу спросить, — раздраженно выдает брат, — Что с тобой, а? — Все нормально со мной. — Ты молчал… — Начиная с первого сентября? — предположил я, и Паша закивал утверждающе. Значит, это был, правда, не я. Все эти шесть дней был не я, а Он в моем теле. — Просто молчал? — Нет, ну ты… Да-да. Ты молчал, — берет за руку и тянет меня за собой. — Смотрел на всех, как будто не знаешь, кто мы, и вообще, сам где ты. Такой меланхоличный взгляд был. Я пытался разговорить тебя, но нет, — качает головой. Убираю руку его от своей, когда понимаю, что мы приближаемся к Лине, которая, улыбаясь, смотрит на нас двоих. — Ты чего? — бросает на меня обиженный взгляд карих глаз. — Продолжай, — отстраняюсь немного от него и ободряюще улыбаюсь. — Продолжать нечего. За ужином родители спросили у тебя что-то, а ты даже не притронулся к еде, просто молчал. Они начали тебя доставать, ты встал и ушел. И так все пять дней. — Шесть. — Шестой сегодня наступит. — Да, ты прав. — И вообще, чего я тебе рассказываю. Ты так вел себя! — М-м-м, угу, — отвечаю ему, по пути смотря на Лину. — Ты не помнишь этого? — Что? — поворачиваюсь к нему, — Помню. Конечно же, помню. Да, — отвожу взгляд от него, — Конечно, да. — Ты… — До завтра, мальчики. — с улыбкой говорит Лина приятным голосом. — До встречи. — прощаюсь с ней я, и она вновь подмигивает. Когда уже пора отвернуть голову и смотреть вперед, Паша поворачивает меня за подбородок. — Мне показалось, или она попрощалась с тобой?! — С нами. — Твою мать, ладно я. Я с ней общаюсь. Но как ты смог познакомится с ней?! — удивленно раскрыв глаза, спрашивает он. — То есть? — Она знакомится, считай, только с избранными. Красавчиками такими типа. — Ты говоришь, что… — Нет, я не говорю, что ты страшный. Ты, скорее, милый, чем красавчик. — Это еще как? — накидываю портфель на другое плечо. — Милый — это милый. Ребенок милый – беззащитный, симпатичный. А красавчики – брутальные парни с неотразимой внешностью. Понятно? — Рассуждаешь, как девушки, но ты, может, прав. — согласно киваю. — Она сама со мной познакомилась. — Она прекрасна. Умная, красивая. От нее все без ума! — Я заметил, — ухмыляюсь, вспоминая недовольные взгляды парней класса.

***

Когда приехали домой, Паша позвонил Лене, объяснив, что я пришел в себя. Когда Паша, стоя со мной в автобусе, спросил, так что же со мной произошло, я ответил: «Депрессия. Не хотел ни с кем разговаривать». Паша смутился, ибо это самое глупое вранье, но понял, что не стоит добиваться правды и спокойно согласился со мной. Войдя в комнату, изменений не заметил. Ноутбук только стоял уже на столе. Переодевшись, я схватил его и поспешил на кухню. Пока Пашка накладывал еды в тарелки, я уже читал сообщения, усаживаясь на стуле.

Первого сентября: Артем: «Я видел тебя на линейке! Может, ты не заметил меня, но это было бы трудно. Хмурый такой, бледнющий». Адам: «Игнорировать весь день — прекрасно. Умница! Что произошло? Было не до меня? Как появишься — напиши».

Второго сентября: Артем: «Да что с тобой, эй?» Артем: «Ты почему молчишь?» Адам: «Привет)» Адам: «Как дела у тебя, малыш?» Адам: «Что с тобой происходит?» Адам: «Прекрати игнорировать!» Третье сентября: Артем: «Про тебя все говорят! Воу! Ну ты даешь! Удивил физрука!» Артем: «Эм… Не молчи». Артем: «Пожалуйста, не молчи, Кирилл». Адам: «Ладно, окей. Ты сначала игнорировал, потом наконец берешь трубку и молчишь? Кирилл, что за шуточки?» Адам: «Малыш, прекрати мучить меня своей тишиной…»

Четвертое сентября: Адам: «Завтра увидимся мы, хочешь ты этого или нет!»

Пятого сентября никто не написал. Только заявок в друзья около пятнадцати (откуда столько?), комментарии под фотографиями и приглашение в школьное сообщество. А вот в самом школьном сообществе обсуждают каждого ученика, где появился и я:

«Кирилл — рыженький такой. Симпатичный)»

Комментарии: Ди: «Молчаливый ужасно». Лилия Т: «Согласна, милый!» Екатерина: «Он в десятом, а даже одиннадцатиклассницы захотели его забрать к себе в класс. Это чересчур, девчонки!»

Следующая запись:

«Кто-нибудь познакомился с рыжим? Хочу узнать его поближе, но стесняюсь».

Комментарии: Анастасия Н: «Не-а. Молчит, как партизан». Диана М: «Странный он. Будто глупый какой-то». Лилия Т: «По мне так он просто не хочет общаться с нами». Аня Р: «Может, не по вкусу вы ему?» Лина Б: «Возможно, что вы ему не по вкусу». Марина Е: «Ой, Лина, только ты ему и по вкусу, конечно, ага». Лина Б: «Смотря, как он на меня пялится, можно подумать, что да, я ему по вкусу».

И еще несколько десятков комментариев. Следующая запись на стене в сообществе:

«Кто-нибудь, дайте ссылку на этого рыжего милашу. Видели, че на физ-ре этот молчаливый партизан творил?! Ух!»

Комментарии: Дима Р: «Подумаешь, пару сальто сделал и прыгнул лучше всех. Обогнать он смог почти всех». Макс Д: «Во-во. А девушки у нас тут все сразу потекли, да?» Вадим Н: «Ахаха, Диман, ты просто злишься на него за то, что он обогнал тебя!» Дима Р: «Ничего такого. Мне все равно». Лина Б: «Ммм)))» Рома Л: «https://vk.com/id****** - вот». Ольга: «Бабы, ссылка! Быстрее пишем! Ахахахаа» Анжелика Т: «Юху! Конец молчаливому партизану! Раскусим!» Мария В: «Рома, а ты где взял его ссылку?» Рома Л: «Я его бывший лучший друг». Мария В: «Ого… Почему бывший?» Рома Л: «Решили так оба и разошлись. В августе случилось вот это все». Лина Б: «Сочувствую, Ромыч». Виктория К: «Если бы вы общались с ним, ты бы был популярным, Ром, судя по всем этим желаниям познакомиться с друзьями этого рыженького». Женя Д: «Ромка, расскажи нам о нем. Какой он?» Рома Л: «Веселый, очень умный. Зануда в какой-то степени. И волосы это его, не крашенные они. От природы такие яркие, а то подумаете еще, что он дебил и покрасился». Альбина: «Надо же! Мы думали, что крашенные. Оказывается, это его настоящий цвет! Вау!» Паша М: «Сейчас вы все ахуетете. Но… Я ЕГО БРАТ!» (написано несколько минут назад) Кирилл: «Как меня тут любят! Не ожидал». (написано несколько секунд назад)

Закрыв вкладку, вхожу в видео-чат.

Первое сентября: Артур: «Я приехал! Юху!» Второе сентября: Артур: «Где ты?» Третье сентября: Артур: «Не смешно. Где ты, Кирилл?» Артур: «Я же просто убью себя, если узнаю, что не смог уберечь тебя…» Артур: «Ты просто так не исчезаешь из сети, это я знаю точно». Артур: «Что-то произошло с тобой…» Четвертое сентября: Артур: «Умоляю, ответь, как только появишься в сети!» Артур: «Жутко становится, смотря на твой оффлайн». Пятое сентября: Артур: «Я боюсь за тебя что-то. Очень боюсь. Мой страх увеличился сегодня утром в два раза». Артур: «Ну, где ты?! Где?!» Кирилл: «Артур! Артур! Ох… Прости, что меня не было так долго. Я не виноват. Это Он… Все Он…»

Сообщение пришло минуты через две:

Артур: «Звони мне. Нам нужно поговорить. Я чертовски соскучился по тебе!»

Хочу уже сам позвонить, но Артур опережает, и мне остается лишь согласится, включить звук и камеру. На экране сразу появляется лицо Артура. Темные глаза и широкая улыбка, которая внезапно сменяется на грустную. — Привет, — говорю я и уже роюсь в своем портфеле в поиске той тетради с эскизом. — Привет, Кирилл… — шепчет тихо и отдаляется от своей камеры. Вижу его те же светлые волосы, но кудри исчезли. Постригся, значит. На нем мешковатый серый свитер, прикрывающий руки. Ставит их на стол и, опершись об него локтями, прикрывает свое лицо. — Артур… — Где ты был?! — выкрикивает, злобно посмотрев на меня. — Я спал шесть дней. — Чего? Как? Как так? — Послушай меня! Мне брат и несколько человек из класса сказали, что я ходил в это время в школу. Я был живой, просто бледный и молчаливый. Родителей напугал своим поведением. — Блин, да как так? Ты не помнишь этого? — часто моргает и стучит руками по столу. — Вообще, — качаю головой. — Я помню, что лег спать тридцать первого августа, и проснулся за партой шестого сентября. Настает молчание, длится оно всего пару секунд. Артур смотрит удивленно на меня, а я испуганно смотрю на него. Его серые глаза задумчиво разглядывают меня, а я кусаю губу и жду от него какого-нибудь совета. Наверное, глупо было рассчитывать от него помощи. Он всего лишь живущий далеко от меня мальчишка. И ничего более. — О, Боже… — выдыхает внезапно и глазами ищет у себя на столе что-то. — Так. Так, сейчас. — Что такое? — Нет, ничего, — руками ищет у себя на столе, — Нужна просто та тетрадь мне! — говорит, и его голос слышится приглушенно. Может, этот «просто мальчишка» с темными глазами вовсе и непростой. Возможность того, что он может помочь, существует. Он вообще исчез с экрана, только его локоть мелькает в экране. Слышу грохот, как ящики стола выдвигаются и захлопываются после секундного шороха бумаги. — Он жил за меня почти шесть дней. А я в это время спал… — выдыхаю, глядя в камеру. — Просто, спал… — Вот, нашел! — кладет на стол толстую тетрадь, от чего слышится хлопок. — Что это? — Тетрадь возможных способностей, побочных эффектов после появления в жизни человека Электуса или обычного существа. — И что она тебе даст? — Побочные эффекты – это то, что опасно может быть для человека – хозяина. — М-м? — недоуменно смотрю в камеру и оглядываю себя в экране в маленьком окне. — Иногда Электус хочет большего, и вот тогда начинается это. То, что происходит у тебя. Понимаешь? — Нет, — дергаю плечами и смотрю в темноту его комнаты. Что-то блестит за его спиной. Неужто Он? Он там с ним сейчас? Не опасно ли это для Артура? Долго разглядываю два блистающих в темноте белым светом глаза. В животе все скручивается в комок. Прикусив губу, пытаюсь молчать. Делать вид, что не вижу его – трудно. И решаюсь сказать. — Артур, Он… — шепчу, приблизившись к микрофону. — Да? — реагирует сразу. — Ну, Он… — Денни? — поднимает брови и оборачивается назад, и обратно ко мне. — Не бойся, Кирилл, он охраняет меня просто, — улыбается и продолжает листать страницы в своей тетради, которая больше похожа на книгу. — Мне страшно, — признаюсь я. — Страшно теперь засыпать. — Понимаю, — кивает, не поднимая на меня взгляда. — Я подозревал это. Знал, что просто так исчезнуть из твоей жизни он не сможет. Он готовился к этому. — Да, ты прав. — Он не появлялся в твоей жизни несколько недель, чтобы собрать энергию. После чего воспользовался ею, и случилось это. — проанализировал Артур и затих. Молча соглашаюсь с ним, следя за тем, как немигающие два белых и блестящих глаза смотрят на меня. Будто Он пожирает меня взглядом. — Я думал, что такое было… — внезапно проговаривает Артур и смотрит на меня, прекратив листать страницы. — Что? То есть? — Такого не существует. — качает головой, смотря стеклянным взглядом на меня. — Вообще не было… — Да что это значит? — Это… Это значит, что впервые в жизни существует электус, который закрепился в твоем сознании, как вторая личность. — Ты уверен? — Уверен. Было разное. Они пытались завладеть телом, но не получалось. Пытались, но получалось нелепо, лишь на несколько секунд. — И что же делать?.. — Твой Саша единственный, кто смог так сделать. Эта строка числится, как самая невозможная. Такой Электус должен быть сильнее любого. Его власть просто граничит с властью Бога… — Артур! — выкрикиваю я, прервав его размышления вслух. — Что мне делать? — С ним трудно будет бороться. Очень трудно. Сначала нам нужно узнать, чего желает он. — Я не знаю, чего Он желает, — нахмурившись, смотрю в экран. — Ты обязан спросить, — поджимает губы и серьезно смотрит на меня. — Понял? — Понял. Я спрошу, но... Но не сейчас. — Не сейчас, да. Мне как раз сейчас уже нужно ложиться спать. — Артур, нет. Побудь со мной еще! — Прости, но нет. — Артур, что мне делать? Мне страшно! Вдруг я засну и проснусь вообще через месяц?! Артур качает головой и опускает вниз взгляд. Глаза за его спиной исчезают. Экран темнеет внезапно. Я лишь вздрагиваю и выдыхаю шумно. Это отключился не он. Отключился мой ноутбук… — «Ложись спать…» — шепчет в голове Он. — «Саш, зачем ты это сделал?» — «Пожалуйста, ложись». — «Я не лягу. Не дам тебе вновь проникнуть в мое сознание». Тишина. Не успеваю выдохнуть облегченно, как вдруг слышится топот позади меня. В темноте ничего не вижу. Не двигаюсь. Смотрю в окно, свет фонарей поблескивает сквозь шторы. Прохладный ветер обдувает меня. В глазах красно-неоновые пятна. Разум пьянеет. Слабость в ногах. Хочу лечь на кровать, пытаюсь хотя бы встать со стула, но что-то меня само поднимает и укладывает на кровать. Последнее, что вижу, так это горящие белым светом два глаза. — «Ложись». — «Саша… Я…» — «Спокойной ночи». Шепот в голове становится громче, усыпляет… Сопротивляться сну нет сил.