ГЛАВА II
Ты слышишь? Просто иди на звук. Иначе потеряешься и заблудишься здесь навсегда. Я знал тех, кто просто исчезал; неспособные найти выход, они поддавались панике и собственному безумию. Мне кажется, они просто не хотели и не старались выбраться. Потеряли веру. Или себя. Но выход есть, я его «видел». Если внять музыке шёпотов и дождя, его можно найти. Прислушайся. Ты же слышишь, куда надо идти?
Или ты можешь услышать лишь тишину? Значит, ты уже заблудился.
Открыв глаза, Феликс резко поднялся и огляделся, игнорируя боль в голове и груди. Глаза далеко не сразу привыкли к темноте. Когда появилась возможность что-то разглядеть, он понял, что находится в довольно просторной комнате, заваленной всяческим хламом и мусором. Сам он сидел на пыльной кровати, на столе рядом лежали бинты, ножницы и какие-то полупустые ёмкости для медикаментов. Единственное окно было изнутри же заколочено досками, из-за чего совсем мало света проникало в помещение. Пошарив рукой по кровати, Феликс нащупал лежавшую рядом куртку. Подтянув ближе, он быстро удостоверился, что эта вещь принадлежит ему, и перебросил ветровку через плечо, поднимаясь с кровати.
Феликс пару минут постоял на месте, глядя куда-то перед собой. Затем он медленно подошёл к заколоченному окну и глянул в небольшую щёлку. На улице шёл ливень, но это он мог услышать. А за окном было слишком темно, чтобы что-либо разглядеть. Всё ещё глубокая ночь. Значит, он не так долго был без сознания. Добравшись до середины комнаты, Феликс заметил зеркало и подошёл ближе. Стерев со стекла пыль, он запоздало отметил, что у него перебинтована голова, да и болит она меньше. Бинты в такой темноте заметно бросались в глаза, как и его блондинистые волосы. Слегка помотав головой, он попытался что-то сделать с отсутствием каких-либо мыслей в ней.
Раз перебинтован, скорее всего, ему помог тот человек, что нашёл… но как тогда объяснить последующие события? Решив, что это был сон, блондин немного успокоился, и, кивнув в такт своим мыслям, направился к выходу. Выходя из комнаты, он попробовал включить свет: лампочка загорелась совсем тускло, но в темноте и это могло быть спасением. Выключив свет, Феликс вышел в коридор и чисто машинально залез во внутренний карман ветровки, чтобы достать телефон. Осознав, что гаджета нет на месте, он на мгновение замер. Получается, он теперь не сможет ни позвонить, чтобы рассказать о том, что с ним случилось, ни банально узнать, сколько времени или подсветить в темноте, если понадобится.
От неприятных мыслей Феликса оторвал писклявый звук, в общей тишине он показался необычаемо пронзительным и резким, но и знакомым. В нём блондин узнал звук собственного потерянного телефона, извещавшего о приходе SMS-сообщения. Обернувшись, Феликс обнаружил предмет благодаря свету, исходившему от экрана. Как оказалось, он лежал на старом полу сломанном кресле недалеко от кровати. Взяв в руки гаджет, блондин испытал облегчение и прочитал сообщение:
«Если ты проснулся, надеюсь, что ты себя нормально чувствуешь. Я застряла в женском крыле, поэтому, если ты можешь ходить, пожалуйста, помоги мне».
Феликс несколько оторопело перечитал сообщение пару раз, прежде чем в голову пришла мысль о том, что пишет это девушка. Но разве его нашёл не парень? Что ж, это означало, что они тут не одни, что успокаивало. Но почему-то помощи попросили именно у него.
Блондин всё ещё был несколько не в себе после аварии, а нахождение в заброшенном и захламлённом месте было не слишком приятным. Однако, собравшись с мыслями, он снова взглянул на экран телефона и набрал ответ, интересуясь как попасть в это самое женское крыло и, где конкретно находится его новая знакомая. Собираясь послать сообщение, он заметил, что сигнал сети отсутствует и, недовольно поморщившись, всё-таки нажал на кнопку отправления и пошёл дальше.
Кое-как добредя до конца коридора, Феликс нашёл лестницу и спустился, поняв, что ходить ему всё-таки не так легко, как показалось в начале, особенно по лестницам. В голове так и сидела неприятная мыслишка, что он вот-вот оступится. Позже к ней прибавилась надежда на то, что он не получил сотрясение мозга при ударе, но Феликс быстро отметнул эту мысль, стараясь переключиться на что-то другое. А в данный момент стоило подумать о том, где он находится и почему это место выглядит столь паршиво, будто заброшено не первый год? В самом деле, всё тут имело совершенно безрадостный вид: везде пыль и мусор, свет преимущественно нигде не работает, а если и работает, то слабо и грозится вот-вот умереть. Почти все окна кроме первого этажа заколочены изнутри – кто-то не пожалел на это сил и времени.
Феликс и сам не заметил, как оказался в просторном Т-образном помещении, всё указывало на то, что это был главный холл. Дойдя до середины, блондин устало опустился на пыльную банкетку и каким-то подозрительно-недовольным взглядом оглядел всё помещение, когда его взор остановился на засохшем растении, он вяло помотал головой, отгоняя неприятные и навязчивые мысли. Потом, совершенно случайно заметив план пожарной эвакуации, висевший на противоположной стене, встал и приблизился, чтобы его осмотреть. Как оказалось, Феликс действительно находится в главном холле, в центральном корпусе. Если верить плану, справа и слева находились так же мужское и женское крыло. Ощутив некоторое облегчение оттого, что теперь можно хоть как-то ориентироваться в этом месте, блондин тем не менее, несколько раз как следует рассмотрел план, после чего вновь чуть помотал головой, словно отгонял от себя посторонние мысли, и тихо сквозь зубы произнёс:
– Это не может быть реальным.
Феликс резко развернулся и направился к женскому крылу, когда телефон вновь известил о полученном сообщении. На мгновение растерявшись, блондин замер и достал гаджет. С той же растерянностью он отметил, что сети всё ещё нет, а его сообщение не дошло до адресата… но ответ он получил. Тем не менее, теперь он точно знал, куда идти, и что придётся выйти на улицу, так как дверь в женское крыло давным-давно невозможно открыть. Чуть слышно чертыхнувшись, Феликс отправился на поиски чёрного выхода. Хотя ему ни капли не хотелось оказаться на улице, если припомнить события, произошедшие пару часов назад. Пускай он и решил счесть самые безумные и пугающие из них за сон, отрицать их связь с предыдущими было глупо.
В тот момент, когда Феликс шёл по одному из коридоров, он услышал шёпот. Замерев, блондин осторожно прислушался и невольно вздрогнул, когда звук стал усиливаться, приближаясь сразу со всех сторон, донося до его уха сплетения разных голосов, старавшихся друг друга перебить. Он почувствовал, как от постепенно накатывающего ужаса его рука сама собой потянулась к ближайшей дверной ручке. Дверь открылась, и тихо закрывая её за собой, он в один момент проскользнул в комнату и прильнул спиной к стене рядом, чтобы лучше слышать, что происходит в коридоре. Шёпоты становились всё громче, приближаясь, от этого у Феликса начинали волосы вставать дыбом. Хуже всего, что звук нарастал со всех сторон, и казалось, что эта кошмарная тень сейчас появится прямо за спиной. Поэтому блондин предпочёл стоять на одном месте и издавать как можно меньше звуков.
Спустя какое-то время шёпоты начали утихать, и Феликс облегчённо выдохнул, присев на стул, очень кстати оказавшийся прямо позади него. Он согнулся, схватившись руками за голову, в миг осознав, как же сильно она у него разболелась не то от нервов, не то от этих подозрительных шёпотов, сопровождающих теневое нечто.
Феликс оглядел комнату и тут же ему в глаза бросился письменный стол, заваленный ручками и бумагой, чистой и уже исписанной. Поддавшись любопытству, он поднялся и подошёл к столу, начав разглядывать записки. Они вразнобой и вперемешку лежали по всему столу. Судя по крайне разбросанной нумерации, автор так и не удосужился сложить их по порядку, или же даже не собирался. Включив настольную лампу, которая светила на удивление хорошо и ярко, блондин вчитался в записи, которые первыми попались ему на глаза.
36.
Дин и Стен решились пойти в лес и посмотреть, можно ли найти дорогу. Я бы на их месте не стал этого делать, даже если мог бы нормально ходить, но могу сказать, что понимаю их. Сейчас я как никогда готов поверить во всё, что угодно, ухватиться за любую ниточку надежды. Однако я не смог бы пойти с ними, даже если хотел бы, с ногой дела становятся только хуже. Боюсь, ещё пара недель и мне будет затруднительно выйти из комнаты. Даже стыдно, что Айрис постоянно со мной сидит, всё подаёт и подносит.
Ребята так и не вернулись, даже не знаю, сколько часов прошло – мои давно остановились. Я бы сказал, что в реальности минули сутки, но когда тебя окружает вечная ночь, чувство времени начинает подводить.
9.
Мы хотя бы нашли, чем можно питаться. Кто бы мог подумать, что в этом жутком месте можно как-то жить? Впервые в жизни мне невыносимо хочется домой. Хотя меня там никто не ждёт… Как давно меня там не было? Что если я туда больше никогда не попаду?
Айрис действительно напугана. Буквально минуту назад она рыдала, сидя на полу. Я не знал, как её успокоить, поэтому просто сел рядом и обнял. Успокоившись, она вышла. Ей стыдно. Почему-то я даже не смог ей объяснить, что меня это не отталкивает, и я готов ей помочь как смогу. Мы же семья.
42.
Стен вернулся из леса. Один. Ничего не говорит, выглядит просто ужасно. Бледный, будто саму смерть увидел, и изрядно побитый. Мне даже смотреть на него страшно, никогда не думал, что увижу его таким. Долгое время он даже не брал еду и не давал Айрис обработать раны. Казалось, он был готов накинуться на того, кто к нему приблизится. Мне кажется, кто-то его безумно напугал. Если это была та Тень, то я его понимаю, но почему он тогда смотрит на нас, как на монстров и так себя ведёт?
Попробую с ним поговорить.
43.
Думаю, прошло точно два-три дня. Стен более-менее пришёл в себя, но до сих пор просто игнорирует вопросы о том, что случилось в лесу, и куда делся Дин. Либо молчит, либо опять вздрагивает и начинает себя странно вести, а потом будто всё забывает.
Мы перестали даже пытаться его разговорить. Как говорится, порой неведенье – счастье. В душе я всё ещё надеюсь, что это лишь кошмарный сон.
Неожиданно Стен встал и начал упрямо говорить, что ему позарез надо увидеться с тем странным парнем. Я не знаком с ним, хотя и видел его пару раз. Насколько я знаю, он слепой. Это меня очень смущает. Он до сих пор бродит где-то здесь, будто бы один. Но это же невозможно. Мне всё это не нравится, как и то, что Стен отчаянно рвётся его искать.
83.
Света, хоть немного света… Надоела эта темнота, этот шум дождя. Не могу больше это терпеть.
Пойду пройдусь, правда, с моей ногой лишь ползать вдоль стены можно. Их всех нет, почему Тень не хочет придти и за мной? Я не хочу здесь оставаться. Даже если придётся умереть или бесследно исчезнуть.
Всё бесит, не хочу никого видеть. Сегодня я накричал на Амабель и прогнал её, хотя она просто хотела посмотреть мою ногу. Она врач. Но мне это не нужно. Какой толк от лечения тем, кто уже обречён?
Опять дождь. Тошнит уже.
Феликс внутренне вздрогнул и выпрямился, отрываясь от чтения. Он уже жалел, что поддался любопытству. Надеясь хоть как-то отвлечься, он теперь только ещё больше себя напугал. Возвращение в реальность оказалось не менее неприятным, блондин вспомнил, что его, между прочим, ждут. Резко развернувшись, он вышел из комнаты, стараясь забыть о том, что только что прочитал.
Разыскав чёрный выход, Феликс оказался на улице и с каким-то упоением вдохнул чистый воздух. Ливень уже закончился, превратившись в противный мелкий дождик. Зато воздух был действительно свежим, скорее даже освежающим. От него, казалось, даже немного прошла голова.
Однако самая большая проблема заключалась в том, что на улице царила непроницаемая темнота. Хоть глаз выколи, а куда идти – не видно. Феликс в ступоре постоял несколько секунд, прежде чем додумался достать телефон. Сейчас блондин как никогда был рад небольшому фонарику, встроенному в его корпус. Света он давал не слишком много, но вполне можно было идти. Неуверенно и аккуратно ступая по ещё мокрой траве, Феликс решил идти вдоль здания, чтобы уж точно не пропустить вход в женское крыло. Освещая то свой путь, то стену строения.
Помимо темноты на улице царила мёртвая тишина. Не было слышно ни единого звука: ни ночных птиц, ни насекомых; когда начал завывать ветер, Феликс невольно вздрогнул и замер, не сразу определив источник нового звука. Но здесь не хотелось и явно не следовало долго находиться, поэтому он ускорил шаг, стараясь как можно скорее найти нужную дверь.
Когда, наконец, Феликс заметил первую дверь, он протянул руку, чтобы открыть её и заметил, как у него дрожат пальцы. Но блондин решил ни на чём не зацикливаться и просто следовать своему маршруту, когда у тебя есть какая-то цель, требующая немедленного осуществления, это помогает сосредоточиться на ней и выгнать из головы ненужные, неприятные мысли. В любом случае, Феликс рассчитывал, когда встретится с живым человеком, ему станет спокойнее, да и будет возможность узнать, что здесь происходит.
Судя по номеру 203, указанному в последнем SMS-сообщении, нужная комната находилась на втором этаже. На поиски лестницы ушло не так много времени, однако Феликс уже моментами переходил на бег, чувствуя всё нарастающую внутреннюю тревогу. Он чувствовал, что ему нужно хоть услышать человеческий голос, хоть увидеть мельком живое создание, чтобы немного успокоиться…
Женское крыло, казалось, было ещё в большем запустеньи, чем главное здание. Здесь всё было покрыто пылью, на первом этаже свет вовсе нигде не горел, поэтому Феликс продолжал идти, освещая свой путь фонариком. Проходя мимо окон, он заметил, что они не заколочены, а в большинстве из них выбиты стёкла вместе с рамами, будто через них кидали что-то тяжелое или же… Нет, он не хотел об этом думать.
От внимания блондина так же не укрылись следы, отлично заметные на пыльном полу. В это место давно никто не заходил, неужели здесь могло что-то кому-то понадобиться? В этом крыле царил полный хаос, будто кто-то с невероятной силой скидывал предметы в одном месте, баррикадируя определённые пути и двери. Например, дверь, ведущую в главное здание, невозможно было открыть из-за того, что перед ней стояли два массивных шкафа и стол со стульями сверху. Хорошо, что он сразу пошёл по улице и не стал терять время.
Поднявшись на второй этаж, Феликс несказанно обрадовался, обнаружив, что коридор, пусть и слабо, но освещён. После мрака на улице и первом этаже, это место показалось ему светлым и ясным, как солнечная поляна в летний день. Идя по коридору быстрым, но тихим шагом, он вглядывался в номера комнат, стараясь как можно скорее дойти до нужной.
Звук шагов. Феликс инстинктивно замер, прислушиваясь и приглядываясь. Звук всё приближался, но коридор был абсолютно пуст. Теперь, не смотря на эхо, блондин мог точно сказать, что источник звука идёт прямо к нему, но сколько он не всматривался и не пытался понять, что происходит, ничего не менялось. Когда источник звука должен был быть буквально в десяти шагах от него, Феликс опустил взор и внутренне вздрогнул.
По пыльному полу тянулась полоска небольших, очевидно, детских следов, они появлялись каждую секунду, приближаясь к нему. В тот момент, когда, казалось, он должен был вот-вот столкнуться с невидимкой, она остановилась. Постояла на месте пару секунд, после чего обошла Феликса, встав сбоку от него.
Шаги затихли, и звук больше не повторился. Блондин ощутил на себе пристальный взгляд. Он всё так же стоял на месте, глядя куда-то перед собой, опасаясь повернуться или посмотреть в сторону. Трудно было сказать, сколько прошло времени. От напряжения секунды превратились в минуты, последние – в часы. И Феликс ничего бы не предпринял, если бы не уловил боковым зрением движение с той стороны, где стояла невидимка, и был готов поклясться, что стал различать едва заметный силуэт ребёнка. Резко развернувшись, он вновь увидел перед собой пустое пространство. Тяжело дыша, Феликс судорожно посмотрел в невидимую точку, испытав странное ощущение, будто он сейчас на кого-то смотрит.
Шаги продолжились, снова приближаясь к нему. Феликс испуганно отпрянул. И так шаг за шагом, пока он не оказался прибит к стене. Почувствовав себя как никогда беспомощным и слабым, испытывая то забытое с детства чувство опасности, отчаянно требующее хоть какого-то убежища, он метнулся к ближайшей двери и, оказавшись внутри комнаты, захлопнул её.
Замерев в паре шагов от входа, Феликс почувствовал себя в безопасности. Но ненадолго. Дверь начала медленно открываться, и блондин в один момент оказался рядом с ней и вновь закрыл, надавив всем своим весом. Прислушавшись к звукам из коридора, он расслышал скрежет и тихое сопение, мысленно удивившись чуткости своего слуха, а затем таким неуместным мыслям в подобной ситуации. Вскоре попытки проникнуть в комнату прекратились. Похоже, что невидимке банально не хватало сил, поэтому она прекратила бессмысленные старания. Феликс уже было успокоился, про себя порадовавшись, что хоть перед кем-то он не беспомощен, когда послышался приглушенный металлический щелчок, заставивший его вздрогнуть. Блондин будто во сне, машинально протянул руку к дверной ручке и дёрнул за неё. Заперто. А снаружи послышался радостный и задорный детский смех.
– По-твоему это смешно?! – возмутился Феликс, не понимая, откуда в нём взялось столько смелости.
Ответа не последовало, лишь смех стих и послышались удаляющиеся шаги. Все ещё пребывая в ошеломлённом состоянии, он тихо выругался и обернулся, чтобы осмотреть комнату, в которой оказался. Будто это как-то могло ему помочь. Судя по всему, это место давно пустовало. Никаких личных вещей, всё чисто, убрано, завёрнуто и покрыто пылью. Впрочем, как и везде. Всё указывало на то, что люди давно ушли отсюда. Остались лишь призраки, тени и следы тех, кто когда-то здесь был. Однако он всё-таки сюда попал, и тут были ещё люди… минимум двое-трое.
Немного придя в себя, Феликс вновь удивился совершенно неуместным мыслям. И в этот момент его посетила первая здравая из них, как он сам решил. Быстро достав телефон, он набрал своей новой подруге сообщение:
«Я теперь как бы тоже застрял. В паре комнат от тебя». Блондин не стал упоминать о причинах, сомневался, что ему поверят. Он и сам до конца не верил и не был уверен, что не получил сотрясение при аварии. Легче было думать, что ему всё это почудилось, хотя что-то внутри настойчиво твердило об обратном.
Сообщения по-прежнему значились как неотправленные, а сигнала сети не было, но меньше, чем через минуту пришёл ответ:
«Значит, она и с тобой “поиграла”?». Внутренне вздрогнув, Феликс вновь помотал головой, уже свыкнувшись с болью, собрался с мыслями и, отправив однозначный и очевидный ответ, про себя решил, что сейчас в любом случае нет времени на раздумья и расспросы, нужно придумать, как окончить или выиграть эту «игру».
При повторном осмотре комнаты, Феликс заметил смятый листок бумаги, лежавший под столом. Кое-как вытащив его, он стряхнул пыль и развернул его, разглядывая рисунок. По телу пробежала лёгкая дрожь. Он уже не знал, во что верить и о чём думать.
