Глава 1.2 "Ты меня преследуешь?"
24 сентября 2014 г., 13:13
Девушка плакала и пыталась кричать, но силы стремительно покидали ее и без того слабое тело. От крика боли остались лишь незначительные отголоски. Ее убийца рвал нежную шелковистую кожу на шее милой брюнетки с голубыми глазами. Кол довольно рычал: кровь приносила долгожданную эйфорию, успокаивала и в такой же мере взбудораживала, заводила парня. Он отпустил тело юной девушки и оно мертвым грузом упало на холодный асфальт противным тупым звуком. Да, он успокоился, но какой ценой? Ценой еще невинной девушки. Сколько стоила ее жизнь? Для человека — много, а для него — ничего.
Он облизал кровавые губы, посмотрел в стеклянные глаза девушки и сказал:
— Вкусно, но мало, — и плотоядно улыбнулся. Подхватил ее мертвое тело и растаял в воздухе. Все же надо было убрать ее тело с центра города, но заморачиваться он не станет — просто закинет в лес, а звери закончат его работу. В голове Майклсона промелькнула смешная для него мысль: «Пищевая цепочка». И сам же ухмыльнулся от своей несказанной в слух фразе.
Прошло десять минут урока, а Майклсона все не было. Учитель что-то говорил, а ученики старательно это записывали. Дверь в кабинет открылась и вошел Кол. Как всегда идеальный: игривый взгляд, улыбка, что заставляет сердце усиленно перегонять кровь по венам, и уверенность в своих движениях. Девчонки быстро подметили, что еще одна пуговица расстегнулась на его черной, как смоль, рубашке. Они затаили дыхание и ждали, когда Кол выберет куда приземлится. Мест хватало.
Майклсон же улыбнулся тому, что Кокс сидит одна. Ему везет и он сможет начать исполнять свои планы прямо сейчас. Молодой мужчина наплевал на взволнованные взгляды девушек, которые сидели одни и направился прямо к той, что упорно пыталась смотреть на учителя.
— Привет, красавица, — вампир подсел к Кокс и обворожительно улыбнулся. Девушки на соседних партах словно подавились желчью — в миг их лица искривила и изуродовала ревность. Учитель напомнил классу о своем присутствии:
— По-моему, я не разрешал вам присаживаться, Мистер Майклсон, — золотистые брови преподавателя изобразили «домик», а лицо изображало искреннее негодование. Кол ухмыльнулся: «Праведник поглядывающий на младшие классы в свободное время». Майклсон был не прочь закусить как-нибудь им. «Потом», — отдернул себя вампир.
— А я, по-моему, не спрашивал разрешения, — затем посмотрел учителю в синие глаза и твердо сказал: — Не цепляйтесь ко мне, — тот завороженно смотрел на первородного, но затем вышел из этого состояния и продолжил урок. — Почему мы такие тихие? — шепотом промурлыкал Кол садясь в плотную к Кокс. В свете солнца с его стороны она казалась чем-то неземным и невинным: глаза словно светились, волосы небрежными волнами закрывали ее шею и столь желанную венку, кровь в которой немного разгорячилась, когда вампир подсел ближе. Влажные пухлые губы были соблазнительно приоткрыты, а голову свет окутывал словно нимб. Кокс перевела взгляд от учителя, урок которого сейчас был ей не интересен, и зацепилась за взгляд Кола, словно показывая, что это ему нужно опасаться ее. Мысленно Лина отметила, что в его золотисто-карих глазах действительно можно утонуть и потерять свое сердце, особенно когда он смотрит почти нежно, как сейчас.
— Может потому, что слова учителя мне более интересны, чем твои? — девушка невинно захлопала ресницами и снова перевела взгляд на учителя пытаясь оторваться от странного тепла в груди. Кол же, хмурясь, начал думать: провоцирует она его или нет? Если да — он ей нравится. Если нет — возникало два новых вопроса. «Это ее манера общения?» или «Может, действительно сучка?». Но каждый вопрос в голове первородного наводил на следующий. Например, в первом случае: «Как и почему образовалась эта манера общения?», — а во втором: «Почему она нормально общалась с Ребеккой без всяких намеков на гадости?». Первородный слышал слащавый разговор этих двух. Что сказать… Вампирский слух — мечта любого… Но Кол решил закончить длинный монолог в голове и, провоцируя, тихо спросил у девушки:
— Какой у тебя урок следующий? У меня физкультура, — та посмотрела на него и медленно свела свои брови:
— Ты меня преследуешь? — спросила очень тихо, почти интимно.
— Да, милая, — ответил он, сладко улыбнувшись и подавшись к ней максимально близко. Казалось, еще пару сантиметром и его губы накроют губы Кокс.
— Лучше не трать свое время, — отрезала она и отвернулась от него. Это действие и эти слова взбесили Кола. Он решил, что на следующим уроке начнет действовать: раз природное очарование не действует — надо показать, что он сильнее и не отступится… Ни до, ни после того как получит то, чего хочет — ее в своей постели. Урок шел, а Майклсон уже представлял, что ждет его сегодня.
Девушка лет восемнадцати спешила по коридорам. Она уже опаздывала на урок. Ей еще надо было переодеться — что Кокс и начала делать, когда вошла в раздевалку и подошла к своему шкафчику. На мгновение шатенка обрадовалась, что он хотя бы был чистым. Она быстро сняла с себя кожаную куртку и запихнула ее в шкафчик. Туда же полетела и сумочка девушки. Кокс присела на скамейку, которая стояла посередине серо-синей раздевалки и начала снимать босоножки. Через секунд тридцать, когда ремешки поддались ей и с ними было покончено, они вслед за другими вещами отправились в стремительный полет. Убедившись, что они не сменили траектории и попали куда нужно, Кокс встала и через голову стянула свое платье на тонких бретельках, отправив его в шкаф предварительно аккуратно сложив его.
Первородный подкрался к ней незаметно и откровенно разглядывал девушку со спины облизывая губы при этом. Его очень соблазнял зад девушки прикрываемый черными трусиками. Он посмотрел на застежку лифчика Лины, но не успел подумать о том, чтобы подойти и расстегнуть ее, как девушка быстро надела майку и шорты. Кол испустил немного разочарованный вздох. Он не хотел брать ее внушением или силой, пока она действительно не разозлит его. В постели он предпочитал искренние эмоции и желания, а не слепое повиновение. Девушка присела на скамейку, быстро натянула носки и обула кеды. Она встала и уже собиралась идти, но развернулась к выходу и увидела ухмыляющегося, откровенно разглядывающего ее Кола. Она и бровью не повела, как будто так кто-то делал множество раз. Кола разозлила эта мысль. Но потом злость прошла, когда первородный услышал сбой в ее сердцебиении и увидел, как шатенка беззвучно сглотнула. Он напугал ее.
— Ты меня напугал, — призналась девушка, что показалась странным: он не ожидал услышать правду от нее. Хотя такой расклад был хороший для него — это означало, что она себе тоже особо не лжет. В постели пригодится, — И какого хрена ты здесь забыл? — буравя его злым взглядом спросила девушка, быстро очнувшись от небольшого ступора.
— Тебя искал. Нашел, — голос словно сладкий яд — отравляет сознание порочными желаниями. Кол ухмыльнулся и добавил: — Разглядел тебя без платья. Что сказать… Я совсем не сожалею, — закончил он и стал медленно подходить к ней.
— Понравилась? — ехидно уточнила Лина медленно отступая к шкафам, сама того не зная, перекрывая, хотя бы иллюзорную, возможность отступления.
— Очень, — облизнулся первородный. Еще пара небольших шагов. Кокс внимательно следила за его хищными, отточенными движениями. И не могла оторвать взгляд от слишком притягательных глаз.
— Я за тебя рада, — ласково продолжила она ангельски улыбнувшись, а затем добавила, — Больше ты этого не увидишь.
В этот момент Майклсон подошел на опасно-близкое расстояние и бессовестно впился в ее губы своими, властно целуя. Шатенка начала сопротивляться, но Кола это не волновало. Одной рукой он решительно обнял ее талию и прижал к себе на максимально близкое расстояние, а второй ухватился за ее задницу и мягко мял ее, пытаясь своим языком ласковым напором отвоевать доступ к ее языку. Майклсона злило то, что по коже девушки не пробегало мурашек возбуждения, но все же он предположил, что этого нет только из-за того, что он ее напугал. Лина руками колотила по его спине и первородного это быстро достало. Резким движением, он закинул ее ноги себе на бедра и прижал к холодному стальному шкафу. Лина ощутила его твердое возбуждение, ее дыхание сбилось. Майклсон крепко держал ее руки над головой и продолжал пытаться углубить поцелуй. Да, он был еще тем упрямцем, но то, что он прижал ее руки над головой… ее возбудило. Кол чувствовал это по ее разгоряченному дыханию. Она не паниковала. Боролась. С ним, с собой. Но он все же пробил маленькую брешь в ее обороне и смог углубить поцелуй. Кол медленно, словно тигр, исследовал ее рот, зубами мягко прикусил за губу. Девушка не смогла сопротивляться дальше и ответила на поцелуй. Борясь с ним за лидерство со всем своим желанием, но она все время проигрывала ему. И это начинало ей нравиться. Он отпустил ее руки и вернул свои на законное место — ягодицы Лины. Она ласково обвила его шею, но когда первородный расслабился и хотел перенести их в более укромное место, вывернулась, подставила колени под его живот и отпихнула его от себя со стоном отчаянья. Девушка не хотела сопротивляться, но это и было страшно — отдаться в порыве незнакомому человеку даже не зная ничего о нем. Не говоря уже об отсутствии влюбленности, хотя бы какой-то. Кол не смог удержать равновесие и упал больно ударившись об пол спиной, а ногами об скамейку. Кокс еле удержалась на ногах, потом быстро подошла к нему, села на него, своими руками прижала запястья парня по обе стороны от его головы, а колено удобно разместила возле его достоинства. Немного прижав эрогированную часть Майклсона и близко наклонившись к нему, она прямо в его губы сорвалась вымещая свою слабость на нем.
— Отвали от меня! Не смей так больше делать! Ты меня понял?! — зло и громко сказала она со всем раздражением на которое вообще была способна. Она попыталась встать, но он перевернул ее на спину и, нежно поцеловав ее в губы, тихо произнес:
— Ты еще не поняла, но ты моя, — он быстро встал довольный ее реакцией, поднял разгоряченную девушку и снова прижал к шкафчику, но уже с другой стороны от скамейки и нежно поцеловав за ушком уверенно произнес. — Моя, — он говорил все это своим разгоряченным, немного хриплым, теплым и нежным голосом. И напоследок еще раз сказал, — Моя, — прикусил мочку ее уха, лизнул под ним и отстранился. Он быстро оставил ее одну. Девушку разозлило то, что она ничего не смогла сделать, была беспомощна перед ним и своим возбуждением, которое она пыталась подавить еще с подросткового периода, дабы не наделать глупостей. Она перешагнула скамейку, злостно ударила по дверце своего шкафчика и, закрыв ее руками, попыталась успокоиться. Когда ей все же это удалось, она пошла на урок…
«Я совсем ее не понимаю, — такие мысли сейчас звенели у Кола в голове. — Она боролась до последнего, а когда путей для отхода не осталось и многие бы заплакали от безысходности, ответила. Еще и перебороть пыталась, а потом взбесилась, когда я собрался отнести ее куда-нибудь, чтобы получить то, чего мы оба хотели. Почему она не дала мне это сделать?»
Целый каскад подобных мыслей звучал в голове парня и его раздражало то, что он не может прямо сейчас быть на максимально близком к ней расстоянии. Внутри нее… Целовать ее, слышать ее сладостные стоны и то как она тихо шепчет его имя. Двигаться быстрее и сильнее под одобрительные отрывистые поцелуи… Не прибегая к принуждению. Без страха. Но больше всего его раздражало то, что ему пока не все равно. Он спрашивал себя: «Почему я не вгрызся ей в глотку и не выпил всю ее кровь, а перед этим не сделал то, что хотел? Я ведь мог». Но древнему ничего не оставалось, кроме того, чтобы неотрывно следить за ней. Это наваждение немного пугало первородного, сердило и одновременно вызывало неподдельный интерес. Он мог взять ее силой, внушить, шантажировать, но он этого не сделал. Что-то ему не дало и, скорее всего, это был интерес. Он был на стадионе уже несколько минут и делал вид, что готовился к тренировке по американскому футболу когда появилась она. Вся злая, непокорная и немного растрепанная. На ее лице было написано невидимыми буквами: «Злая как черт!», и только истинный дурак этого мог не заметить. Это было видно, и она не скрывала это. Жгучая волна прошла по телу Майклсона — покорить, приручить и сделать своей. Вот чего желал вампир глядя на свою добычу, которую нужно еще заманить в ловушку, чтобы крепко схватить.
Кокс подошла к трибуне и села. Заняться ей сейчас было нечем. Рядом с этими трибунами тренировались болельщицы из местной команды. «Странно, что Ребекки не было, она любит быть в центре внимания», — пронеслось в голове Кола даже не смотря на то, что сейчас он был занят тем, что буравил взглядом девушку, которая отказала ему пять минут назад. Но все же заметил, что сестрички нет. Хороший выработанный инстинкт — подмечать малейшие изменения в окружающем пространстве и поведении людей. Много раз он спасал его и его семью от неприятностей. Но Кол быстро переключил внимание на Кокс. Сейчас его злило и раздражало то, что девушка заходя на площадку, увидев его, решила пойти в другую сторону и выбрала самые дальние от него трибуны. «Не поможет», — подумал Кол.
Вдруг он заметил, что к ней подошла толпа тех самых болельщиц. Из всей этой шайки не хватало только Ребекки, Елены и Кэролайн. Он напряг слух и внимательно слушал:
— Лана? Лана Кокс? Как ты со своей фамилией живешь? — ехидно спросила высокая блондинка, которая уже давно приметила Кола. Все ее подруги напыщенно улыбались, решив, что с новенькой все быстро закончится и Лина не будет доставлять им проблемы, отбивая внимание местных парней от них. Она только первый день в школе, а о ней говорит уже добрая половина. Некоторые завидные парни уже положили на нее глаз. Да и по понятным причинам: новенькая, красивая, никто еще ничего о ней не знает. Проще говоря — загадка, которую хотелось разгадать. В числе желающих этого был и Кол Майклсон. Только вот он собрался не загадки разгадывать.
— Знаешь, отлично, — ответила Кокс с довольной и сладостной улыбкой. Майклсон быстро понял, что сейчас свое поганое настроение его девочка спустит на них, что было весьма ему на руку. Когда придет время она уже немного остынет и подобраться к ней будет проще, — А у меня к тебе ответный вопрос: как ты со своей физиономией живешь? — сказала она и ухмыльнулась. — Считаешь себя умной? — продолжала Лина. — Изменила мое имя? О боже, как это остроумно! — воскликнула шатенка и ухмыльнулась еще больше. — Зависть — плохая вещь, милая. Она тебя погубит, — все еще продолжала она, но сведя брови и выпятив губы, на что первородный облизнулся.
Вдруг шатенка подмигнула проходящему мимо них парню, тот ответил ей тем же и приправил это самой сальной улыбкой. Колу отчаянно захотелось выдрать ему позвоночник или что-нибудь поинтересней. Блондинка пришла в ярость, но шатенка продолжала.
— Оу! — Кокс сделала удивленное лицо. — Это твой парень? — Лина победно улыбнулась: нужной реакции она достигла. Не зря она прогулялась с Ребеккой, ведь сейчас она точно знала куда бить блонду и где будет больнее — по самолюбию и парню, — Так вот, теперь слушай меня внимательно, — говорила Лина, четко произнося каждое слово. — Если я от тебя еще что-то услышу, то он станет не твоим парнем, а моим. Поверь на слово, он будет не против такой пикировки, — Кол сжал футбольный мячик в руке. — И из твоей команды черлидеров тебя вышвырнут, потому что я с легкостью тебя заменю. Поняла? — та блондинка побагровела и сказала:
— Ты просто мне завидуешь. Я звезда школы, а ты — никто, — заключила она.
За этой перепалкой уже следили почти все. Событие дня для голодных на сплетни и разборки подростков. Для Чейз — так звали блондинку — было не в новинку так делать с симпатичными девчонками. Вот только отпор почти никто не давал в ответ.
Ребекка же самого начала следила за происходящим и за реакцией Кола. Тихо в стороне она наблюдала и подслушивала — не каждый раз ее братишка западал на девчонку. А она знала уже после первого его взгляда на нее — он не отступиться. Да и возиться с девушками было совсем не в его духе.
— Зависть? Это ты ко мне подошла! — самодовольно и громко произнесла Кокс. — Думаешь, я шучу, говоря о том, что с легкостью заменю тебя? Пока ты научишься тому, что умею я, пора школы закончится и ты будешь уже в преклонном возрасте плесневеть на старом диване, — Лина была готова растоптать девушку за то, что затеяла это представление. Знала бы Кокс, что его подстроила внушением Ребекка, чтобы посмотреть на реакцию брата... Да и при любом раскладе она бы ничего не потеряла, а возможность держать шатенку ближе, хотя бы на какое-то время, было довольно заманчивой перспективой, ведь она смогла бы в первых рядах наблюдать за странной парочкой.
— У меня есть идея, — бодро сказала капитанша болельщиц в лице Ребекки, которая давно отбила это место у Кэролайн. — Ты покажешь нам то, что умеешь. Если всем присутствующим на стадионе понравится, ты займешь место Чейз, — закончила она и искренне улыбнулась Кокс поддерживая ту. Если все получится, держать в друзьях шатенку будет выгодно. Бекка всегда будет знать где Кол и все ли у него в порядке. Да и девушка ей нравилась и вампирша не видела ничего плохого в том, чтобы сложить две единицы в двойку, конечно, если получится. Все зависит только от них двоих.
— Что? Нет! — вскрикнула Чейз. Небольшой испуг отобразился на красивом лице. Если она вылетит найдется много девчонок, что захотят поквитаться с ней. Но Чейз быстро справилась с эмоцией, по крайней мере, на лице.
— Боишься? — ухмыльнулась Лина, а у Кола уже несколько минут пульсировало желание по всему телу от того, что его девочка может постоять за себя. Майклсон был так увлечен перепалкой, что даже не обратил внимание на странное ощущение гордости внутри себя, — Лично я согласна. Кто за? — спросила Кокс. Ребята заинтересовано кивали желая узнать результат стычки, — Отлично.
— Посмотрим, что ты умеешь, — ехидно вставила Чейз.
— Учись, — Лина и отошла от болельщиц на пару метров, разбежалась и допрыгала колесом до рядом стоящих трибун. Прямо к ступенькам, которые ведут на ряды пластмассовых кресел. Шатенка перестала прыгать, пробежала четыре ступеньки вверх и прыгнула назад, перевернувшись в воздухе через голову и на полном ходу поджав колени. Сердце Кола в этот момент пропустило удар: уж больно не хотелось терять такой экземпляр, тем более даже не опробованный. Шатенка приземлилась на ноги, повернулась к болельщицам и села на шпагат. Нагло ухмыльнулась Чейз и еще раз подмигнула ее парню.
— Мы тебя берем, — сказала Ребекка и была поддержана всеми, а Лина лишь подошла к Чейз и на ухо прошептала:
— Я тебе же говорила заткнуться? Или не успела? Как жаль… — притворно грустно отметила девушка, — Кстати, — секунда молчания и шатенка прошептала, — твой парень теперь мой.
Футбольный мяч в руках Кола лопнул. Как сахарная вата смялся в руках вампира. Его очень вывело из себя то, что сказала Кокс. На Майклсона были устремлены непонимающие взгляды футболистов. Они не понимали как он мог сделать такое с мячом — он почти каменный, его и разрезать ножом трудно будет.
В это время Чейз буравила соперницу взглядом и сказала:
— Ты сгоришь в аду.
— У-у-у, — протянула Кокс. — А ты не думала, что ада нет? Но, знаешь, я тебе его устрою, если такое повторится еще раз, — шатенка мило улыбнулась словно она невинный ребенок и ничего дурного не сказала в адрес блондинки. Когда она поняла, что смысл сказанных слов дошел до Чейз, Кокс оторвала свой цепкий взгляд от девушки и увидела, что все на нее смотрят. Это побудило ее громко спросить:
— Глаза не выпадут? — она развернулась и направилась в школу переодеваться, а Кол пошел выпускать пар на том самом парне про которого она сказала: «…Теперь мой». Эта фраза крутилась в голове первородного и в какой-то момент он понял, что хочет услышать тоже самое. Хочет, чтобы Кокс сказала так про него с таким же вызовом какой-нибудь дуре, которая будет обращать излишнее внимание на него…
