Ты мне такой и нужен!

POV Жени

      Как же я люблю своих родителей! Особенно папу: бежать спасать родное дитятко с бутербродами и чаем в термосе мог только он! И как это нам с Маратом пригодилось (ещё бы – три дня голодовки, плюс течка, в общем, проголодались мы знатно). По дороге домой родители рассказали нам, как после моего звонка о нападении три дня назад все бросились к старой ферме, прихватив с собой мой отряд. Еле омег уговорили дома остаться - те собирались пешком бежать. Последним аргументом стало то, что альфы будут отвлекаться и делать ошибки, которые могут стоить жизни их детям. Папы вынуждены были отступить. Когда спасатели прибыли на место, ферма уже вовсю полыхала. Завязалась перестрелка. Самсон был убит при попытке скрыться. Часть бандитов ломанулась в ещё не загоревшиеся уголки фермы, надеясь под покровом дыма сбежать. Как после оказалось, двое прятались в той же комнате, откуда сбежали мы с Маратом. По иронии судьбы ими оказались альфа и омега. Их полностью обгоревшие трупы опознанию не подлежат. Именно их тела и были опознаны как наши, а подтверждением того, что это могли быть мы, стал обгоревший телефон Марата, который тот потерял, когда мы спасались от огня.       Отец отказывался верить, что это наши трупы были обнаружены, и ждал результаты анализа ДНК тел. Для этого нужно было ждать десять дней. Но с каждым днём надежда таяла. По словам отцов, самое страшное было вернуться домой и посмотреть в глаза своих омег. Как продолжил уже папа, они с папой Марата караулили с телефонами во дворе, готовые в любой момент сорваться по первому звонку. Для них время остановилось, когда их альфы все в саже медленно зашли во двор. Создавалось впечатление, что мужчины отсчитывают шаги до места казни. По отсутствию нашей парочки родители поняли, что случилось самое страшное. Тяжело было слышать, как самые близкие твои люди пережили эти три дня. Как отцы днём развивали бурную деятельность, бегая по лабораториям и подключая все связи, чтобы ускорить проведение экспертизы, а ночью молча курили в беседке, так как не могли вынести беззвучные рыдания своих половинок, хоть те и пытались всячески это скрыть. И только надежда на поздний звонок, не позволяла выпить снотворное, и хоть ненадолго отключиться от реальности. Когда я дозвонился, отец даже не посмотрел на дисплей телефона, а просто нажал на кнопку принятия вызова. Когда он осознал кто звонит, то побежал в дом, где находились остальные. В этот раз папы наотрез отказались оставаться дома. Они даже помогали разгребать завалы. Когда им говорили, что это слишком тяжело для них, те орали в ответ, что рожать не легче, а сейчас происходит второе рождение их детей. Против этого возразить было нечего. И вот мы все вместе едем домой в микроавтобусе, где сидели все члены наших семей. И тут этот паразит, то есть мой братик Ник, так ехидненько прищурив глаза, спрашивает: — Ну, чем заняты были мы, вам уже известно, а чем занимались вы все эти три дня, что не смогли позвонить раньше?       Переглянувшись с Маратом, я вдруг резко почувствовал, как жарко стало щекам. Перед глазами промелькнули сцены наших с альфой игрищ, а судя по загоревшемуся взгляду учёного, его посетили те же мысли. Я обвёл взглядом родственников и по едва сдерживаемым смешкам понял, что им всё известно. Да и скрыть всё равно ничего не получилось бы, так как запахом секса от нас несло за версту, даже запах гари не помогал скрыть это. Да и метка на моей шее говорила о том, что мы не стишки друг другу читали.       Если я надеялся, что на этом всё и закончится и братья оставят нас в покое, то я зря надеялся. Уже вечером того же дня я подслушал (да, некрасиво подслушивать, но иногда нужно) разговор моих братьев с Маратом: — Ты же понимаешь, что несмотря на то, что вы провели течку вместе, ты должен доказать, что достоин Жени? — Я никогда не отказывался от своих слов. Но и вы помните моё условие: если я выдержу, то вы исполняете моё задание. — Да, мы не против. — Тогда по рукам.       Больше я не смог ничего услышать, а как не пытался выспросить у заговорщиков подробности, те только загадочно улыбались, а этот гад любимый ещё и целоваться лез, да так удачно, что я обо всём забывал.       А через неделю Марат пропал. Телефон и вещи были на месте. Не было только той одежды, в которой он был утром. На столе была лишь записка, что он меня любит и что я не должен волноваться, всё будет хорошо. Я бросился к родителям, но и те ничего не знали, а братья как сквозь землю провалились. Две недели я не находил себе места. Я плохо ел, мало спал. Но однажды мне повезло: я через знакомых случайно узнал место укрытия своих братьев. О! Мое появление было фееричным! Выбитые двери, отряд спецназначения, и вот уже мои братцы лежат в наручниках, уткнувшись лицами в пол.       Допрос вел с особым пристрастием. Нет, я сначала спокойно поинтересовался, где Марат, но те сами напросились, отказавшись отвечать. И тогда я достал... Правильно, восковые полоски для депиляции. Братья нервно сглотнули, но продолжали молчать. Тогда я поставил чайник и приготовил миску под воду. Молчали, хоть и нервно елозили по дивану. Потом я отдал приказ своим ребятам раздеть братьев до трусов, почему-то у меня были смутные подозрения, что их снимать уже не придётся. Такого мата, что оглашал квартиру, где мы находились, я никогда не слышал! Я даже хотел записать на будущее, чтобы расширить свой словарный запас. К чести братьев могу сказать, что продержались они дольше, чем я рассчитывал. Но когда я отдал приказ снять с них и трусы... Даже мои ребята побелели, не ожидая от меня такой жестокости. Через боксёрки было заметно, как поджались яички у четырёх альф. Тут-то братьев и прорвало. Как оказалось, эти придурки отправили моего альфу на необитаемый остров на три недели, предложив взять с собой флягу под воду и ещё две вещи на его усмотрение. И этот... самый любимый человек взял с собой... пакет с нитками и набор спиц!!! Тут уже матерился я, и, судя по реакции окружающих, некоторые обороты уже они готовы были записать. К слову, они дали ему с собой прибор экстренной связи на случай, если Преображенский решит прервать испытание, но тот им не воспользовался. Разнеся квартиру в хлам, я отдал приказ готовить вертолёт. Когда он был готов, я немного успокоился. Ещё где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что я стал какой-то нервный в последнее время. Но, благополучно спрятав её до лучших времён, я сел с братьями в вертолёт и уже через час высадился на острове. Картина, увиденная нами при высадке, поразила нас до глубины души.       Марат сидел в гамаке, который сам же и связал, наблюдал за жарящейся на костре рыбой, которая была нанизана на спицы, и вязал свитер. Он был загорелый и ни капельки не истощённый. Я бросился к нему на шею и, только почувствовав его надёжные объятия, смог ощутить, как сковывавшее меня последнее время напряжение уходит. Нет, я, конечно, погонял альфу по острову с резиновой дубинкой в руках, но это так, для профилактики. Братья, косо поглядывая на меня, решили прервать задание досрочно, признав победу за Маратом. Ха! Ещё бы они не признали, я же в это время вертел в руках восковые полоски для депиляции, делая вид, что наслаждаюсь видом на океан, а сам внимательно вслушивался в разговор. Всё-таки, у меня умные братья: не стали проверять, насколько богата моя фантазия.       Через три недели мы с Маратом поженились. Я бесконечно счастлив! Мой личный гений не перестаёт демонстрировать мне свою любовь. Хоть он и против моей работы, но с пониманием относится к моему выбору и не заставляет меня делать выбор между ним и работой. Только с ним я могу позволить себе быть сильным лидером на работе, способным управлять отрядом альф, и слабым омегой дома, которого всячески оберегает и лелеет муж. А наши генералы всё же договорились и теперь на работу приезжают на одной машине. А судя по переменно хромающей походке в семье у них равноправие.       Последнее время я стал замечать за собой резкие перепады настроения. Врач подтвердил мои догадки: в те три дня моей течки мы зачали ребёнка. И вот я спешу домой, чтобы поделиться радостной новостью с мужем. Зайдя в дом, я застыл в шоковом состоянии. Я думал, что в этой жизни видел всё и ничем меня не пронять. Нет, я ошибся! Вот теперь я видел точно ВСЁ! В зале сидели мои братья и, тихо матерясь, считали петельки на спицах!!! А мой любимый муж подходил к ним и исправлял ошибки. Как потом объяснил Марат, это было условие их спора: если он выдержит их испытание, то они овладеют тем, что он возьмёт с собой на остров. Мои самонадеянные братцы подумали, что это скорей всего будет разновидность холодного оружия, да и не думали они, что альфа выдержит испытание. Вот сейчас и расплачиваются за свою глупость. Смеялся я долго! А на вопрос моего мужа, почему я раньше вернулся домой, я рассказал ему о скором прибавлении в нашем семействе. Такого головокружительного полёта по комнате на руках у мужа я никогда не ощущал.       А зимой я красовался в шапочке от Кота, рукавичках от Шерочки, шарфике от Машерочки и носочках от Ника. А мои самодовольные братья зареклись спорить с Маратом, так как он заявил, что следующим заданием, которое будут выполнять проигравшие, будет вышивание крестиком...