Как заслужить прощение?

Михаил Сидим со Свотом на балконе, дышим свежим воздухом. Сегодня выписывают Рысь. Метаморф матерился долго и со вкусом, когда узнал, что мы сотворили. — Мих, вот не понимаю я тебя. Хотел его прикончить, так почему не воспользовался шансом? Или мне не разрешил? Я бы точно угрызений совести не испытывал, — рыжий жмурится на солнце, попивает пиво. Я сижу к нему вплотную и рассматриваю свои ботинки. Тупоносые, на толстой такой подошве, со шнуровкой. — Неужели смог бы его прикончить, и ничего в сердце не дрогнуло? – встречаюсь с синими глазами. – Не верю. Ты ведь не полный отморозок. Он вздыхает. Задумчиво ерошит волосы пятерней. — Ну, может и не смог бы. Но отделал знатно! — Я и так постарался на славу. Неделю в больнице, это как, по-твоему? — Черт! – Свот запускает банку в полет с десятого этажа. – Ни черта не понимаю! Ты его ненавидишь или как? — Да не знаю я! — закрываю лицо руками. В душе полная сумятица. – Он у меня прощения просил. Говорил такие вещи… не знаю, Сергей, я запутался. Все так поменялось... — Ладно, Мих, не парься, — тяжелая рука обнимает меня за плечо. – Разберемся. Убивать ты его передумал? — Передумал, — с тяжелым вздохом подтверждаю. — Вот и славно. Живем дальше и действуем по мере обстоятельств. Он ведь к тебе за все это время ни разу ни приставал? — Нет. Даже намеков не было. — Вот. Уже хорошо. Я все время рядом, защитить тебя смогу, да ты и сам не безобидная овечка. Вывод: он нам не опасен. За такой промежуток времени Рысь мог много чего натворить, если бы захотел. Возможностей ударить в спину у него была масса. Но он, ни разу нас не подставил. Мы – команда. Следующий шаг к эффективной работе – взаимное доверие. Ты мне веришь? Я вскинулся. — Конечно! — Я тебе тоже, — Свот подмигнул. – На очереди Рысь. Продолжаем проверять его на вшивость? Я задумался. Кровожадные мысли покинули мою голову, даже тень уважения появилась к Вардо. Не каждый человек захочет измениться, переломить себя, а уж признать свои ошибки и просить прощения, таких людей вообще мало на свете. Каждый предпочитает считать себя непогрешимым и совершенным. Весь мир – дерьмо, виноваты все, кроме меня, а я весь в белом и отвяньте от меня. Или по-другому: Я гордый, мне все похуй, идите лесом, живу, как хочу и помру так же. Обе позиции почти одинаковы. Хочу ли я доверять ему? Мне вспомнились его горячие губы и свежее дыхание, когда он силой вырвал мой поцелуй. Тоска в его глазах, когда он смотрел на меня, эта обреченность, обволакивающая его. Он ведь поставил на себе крест и забил на свою жизнь. Решил искупить вину спасенными жизнями. Если анализировать его сегодняшнего без эмоций, что получим? Смелый, умный, почти безрассудный в некоторых ситуациях, жестокий, храбрый, сильный духом и телом. Он обуздал своего внутреннего зверя, посадил на поводок. Выдержка, самоконтроль. Убийца? Да. Солдат. Отморозок? Давно нет. Все цели и приоритеты у него выставлены, и он им следует. Осталось проверить на преданность. На что он готов ради своей команды? — Проверяем его дальше, — соглашаюсь. – Следим и анализируем все его поступки. Он заслужил моё уважение, пусть заслужит доверие. — Решено! Жизнь покажет, дать ему второй шанс или нет, — рыжий хлопает себя по бедру и открывает следующую банку пива. – Я поддержу тебя в любом твоем решении, знай это. Я смотрю на веснушки Свота, такие заметные на бледной коже, большие синие глаза, нос с горбинкой, лицо чуть вытянутое, рыжий ежик торчит в разные стороны. Этот долговязый субъект мой единственный друг, хотя он мечтает о большем. Для меня его желание не секрет, я иногда читаю его как открытую книгу, а там все чаще проскальзывает нежность, жар обладания. Но он боится спугнуть меня, поэтому не предпринимает никаких сексуальных жестов в мою сторону, лишь мимолетные прикосновения, обнимет за плечи, погладит по голове. Я теперь больше ему разрешаю, сам не знаю почему, тепла хочется, наверное. А на спарринге он всегда сдерживает свой удар, боится сделать мне больно. Ты для меня весь как на ладони, Сережа, я тебе доверяю, ты дорог мне, но решиться на что-то большее я пока не могу. Время покажет, все расставит по местам, безжалостно перемелет песчинки наших судеб в гигантских часах фортуны, сплетая жизни.