Осколки прошлого

      Сайадзян про себя ругался последними словами. Опять этот упрямый омега влез в опасное дело! А ведь у него сын. Сайадзян заскрежетал зубами от ревности: если Микаэль в это ввязался, то он всё ещё любит Саймона. И, хотя это путало китайцу все карты, он не мог не восхищаться смелостью этого парня.       А Микаэль не обращал внимания на заледеневшего от гнева японца. Он вытащил устройство и поднял его над головой, демонстрируя его судьям. — Почтенные! Здесь находятся сведения о Саймоне, обо мне и Майке Танинке. Он готовился к поединку заранее. — Но то, что он нарушил закон о запрете покушения на частную жизнь, не является аргументом к отмене Альфакая, - возразил самый старый из судей и сурово взглянул на омегу.       Микаэль кожей почувствовал на себе гневные взгляды всех альф, а от страха у него задрожали колени, но голос его оставался твёрдым и ясным. — Это ещё не всё. Прошу вас, откройте мне, почему Хироши Курода вызвал на поединок Саймона Хонга. - Райдинг понимал, что ступает по лезвию бритвы. — Это невозможно! Это говорю тебе, омега, я, альфа Ямамото Хёдзе! - отрезал один из старейшин. — Недопустимо! - поддакнул второй альфа. Третий молчал, продолжая в упор смотреть на Микаэля. — Майк какое-то время был замужем за Саймоном, но вскоре они развелись, и Майк вышел замуж за Хироши, - парень чувствовал, что ещё немного, и он сорвётся. — Это ещё не является доказательством. Если это всё... — Нет. Ещё не всё, - решил выкинуть последнюю козырную карту Райдинг. - Саймон просто не мог сделать этому омеге ничего плохого, потому что я являюсь его Истинной парой, - с этими словами, Микаэль распахнул рубашку на груди, в спешке срывая пуговицы и открывая восхищённым взглядам всех альф стройную фигуру и белоснежную шею с ярко-красным пятном на шее.       По трибунам пробежался ропот. Старейшины долго о чём-то с друг другом говорили, а Микаэль бросал полные боли и сострадания взгляды на лежащего в крови Саймона. Наконец, старые альфы повернулись к Микаэлю и вынесли свой вердикт: — Священный поединок Альфакай не может быть отменён. Но альфа Хироши Курода пошёл на обман Жрецов и должен понести наказание. Если он одержит победу над своим противником, то мы подвергнем его благородной смерти через обезглавливание. Но если потерпит поражение, то его судьбу будет решать тот, кто пострадал от его руки. Едва старейшина кончил говорить, то Микаэль гневно вскинулся: — Саймон не в состоянии сражаться! - закричал он, подлетев к раненому Саймону и осторожно положив его голову себе на колени, осматривая раны на лице. - Вы не можете так поступить!       У старого японца гневно задрожали губы. — Ты забываешься, омега. — Не забывай, с кем разговариваешь! - вступил в разговор второй старейшина. — Мы всё сказали, - подытожил самый молодой из жрецов. - Но, если Саймон Хонг не в состоянии продолжать бой, то ты как его омега будешь отдан Хироши Куроде на одну ночь, прежде чем он будет казнён. Выбор за тобой. — Я... - промямлил Микаэль, смертельно побледнев и ловя на себе взгляд противника Саймона - бывшего главы Якудзы, от которого Райдингу просто стало жутко.       Ведь здесь, на арене Альфакая, не действуют законы цивилизованного мира. Это первобытное место, где уважали прежде всего силу. — Этого не будет!       Все как по команде обернулись и посмотрели на, обнажённого по пояс альфу, произнёсшего эти слова.       Сняв с себя рубашку, Микаэль сложил её, сделав подобие подушки, и бережно положив окровавленную голову своего альфы на неё. Встав с колен, он посмотрел на нежданного спасителя. — Сайадзян? - только и мог проговорить омега, теряясь под тёплым взглядом китайца. — Я хочу заменить моего брата и убить это ничтожество, посмевшее прикоснуться к омеге, который любит и принадлежит другому!       Едва будущий глава Триады произнёс это, все альфы зарычали. Все мужчины выражали в этом первобытном альфьем крике гнев, вызванный поступком Куроды и требовали убить его. — Да будет...       Но старейшину прервал всё это время молчавший японец: — Ты, маленькая тварь! Ты всё испортил! Умри! - заорал он, ринувшись на Микаэля. Омега понимал, что ему не хватит времени для того, чтобы уйти от удара, и поэтому чисто инстинктивно закрыл лицо руками.       Но инстинкты проснулись не только в омеге. Послышался звук удара. Решившись открыть глаза, Микаэль увидел своего альфу стоящего перед ним в боевой стойке, а японец лежал на земле, держась за живот и челюсть. Саймон оттолкнул Микаэля в сторону и увернулся от выпада Хироши. Конец этому поединку положил его точный удар в голову Куроды. Вскинув ногу, Хонг, развернувшись вокруг своей оси, с силой ударил противника в висок, положив конец поединку.       На этом воспоминания Микаэля о арене и бое обрывались. Последнее, что он помнил, это была фраза самого старого из жрецов: "Альфакай объявляется оконченным."       Спустя два дня омега зашёл в больницу, чтобы навестить обоих братьев. Саймон сразу после того, как вынес Микаэля с поля боя, упал на землю и был на грани смерти из-за большой потери крови и раны на глазу. Сайадзян перенервничал и в итоге свалился с сердечным приступом. Но Райдинг, очнувшись уже у знакомой деревянной двери и увидев лежащих без сознания Хонга и Цзай Лея, вызвал скорую, и, уверившись, что их жизни вне опасности, начал готовиться к возвращению домой.       Зайдя в палату, он долго смотрел на лежащего без сознания Саймона, вспоминал то хорошее, что у них было, и понимал, что лучшего спутника жизни, чем этот альфа, ему не найти. Но он не мог заставить себя поверить Хонгу, даже не смотря на то, что рисковал своей жизнью ради него. Микаэль не знал, зачем он ввязался в это дело. Да и не желал знать. Просто мысль о том, что Саймон умрёт, ввергала сердце Райдинга в липкую, холодную паутину страха и пустоты. Да, его сердце сейчас молчало, но видя, что альфа жив, душа наполнялась тихой радостью.       Он развернулся и, подхватив свою дорожную сумку, направился к выходу из палаты. Но остановившись у двери, омега, вспомнив, вытащил из кармана кусочек картона, разорвал его на четыре куска и небрежно отправил в урну.       Приоткрыв дверь в палату младшего брата Саймона, Микаэль не смог сдержать широкой улыбки: альфа спал, обнимая во сне молодого медбрата, на шее которого красовалась метка. Тихо прикрыв дверь, омега пошёл к выходу. Деньги за лечение братьев он перевёл анонимно, так, что эти двое не смогут его найти.       Уже сидя в самолёте, Микаэль ощутил небывалое чувство покоя и счастья. Скоро он будет дома и обнимет своего сына и папу.