Всегда

- Свадьба, Джаред? Ты это серьезно? Опять? – Дженсен во все глаза смотрел на своего бывшего-будущего мужа и искренне не понимал ничего. - Ну… замялся альфа, для праздника все равно уже все заказано и готово… - То есть тебе все равно с кем сочетаться браком?! Главное, что уже все готово? – Дженсен, будучи в неприятном шоке, соскочил с места и хотел уже вылететь за дверь, но Джаред успел схватить его за руку, дернул на себя, и Дженсен оказался в руках своего альфы, как в тисках. Своего ли? Омега задохнулся от возмущения, но стоило ему заглянуть в глаза Джареда, как все, что он хотел высказать от возмущения, исчезло из головы, связных мыслей не наблюдалось, только лицо альфы перед глазами, такое родное и… любимое. Глаза в глаза и дыхание одно на двоих, время обязано было остановиться прямо сейчас, чтобы ничего больше, никого… кроме них. - Дженсен… - прошептал альфа, - прости меня дурака, пожалуйста, я не то имел ввиду, я не… мне все равно на праздник и гостей, мне нет до этого всего дела. Я только хочу тебя рядом. Всю жизнь. - Всю жизнь? – ошеломленно выдохнул Дженсен, не сводя глаз с Джареда. - Да. Всегда, - подтвердил альфа и улыбнулся, показывая свои обезоруживающие ямочки на щеках. - Но как? Твой отец ведь против, то есть я ведь бесп… не могу… - Тшш… - Джаред приложил палец к губам омеги, другой рукой он поглаживал его по спине. - Все равно. Плевать я на всех хотел. Мы живем в обществе, погрязшем в каких-то глупых стандартах, а я не собираюсь становиться одним из этих глупцов, не собираюсь отказываться от счастья. - И что же делает тебя счастливым? – улыбнулся, наконец, Дженсен. - Мое счастье – зеленоглазое, немного рыжее, с веснушками и очень милое, особенно, когда спит, - Джаред выдохнул последние слова прямо в губы Дженсена, а затем поцеловал так, как уже давно хотелось: и нежно, и страстно, и дооолго. Дженсен, застыв на пару секунд, стал отвечать на поцелуй. Он так соскучился по Джареду, слов не найти. Неизвестно, сколько прошло времени, только воздуха стало катастрофически не хватать. Оторвавшись с неохотой от своего-и-ничьего-больше омеги, Джаред, напоследок прикусив нижнюю пухлую губу Дженсена, так и не разорвал объятий, отпускать куда-либо совсем не хотелось. Альфа притянул омегу обратно на диван, где они начали свой разговор, когда озадаченный Дженсен нашел Джареда в комнате для отдыха на третьем этаже. Раньше Джей и Джен очень много времени проводили здесь, ведь тут было довольно уютно и тихо: широкий диван, книжная полка, мольберт, камин с игривым огнем и балкон с чудесным видом, а еще безумно мягкий ковер и куча разноцветных подушек, валявшихся тут и там. - Джен… - Подожди, - прервал альфу опомнившийся омега. – Как так получилось? Том отказался от брака? - Не совсем так, - вздохнул Джаред. – Я отказал Тому. - Но… на каком основании? - Пришлось заплатить большой откуп его отцу, и еще придется выслушивать кучу дурацких слухов и сплетен, но это можно пережить, - Джаред ласково погладил омегу по щеке. – Поэтому я подумал… раз уж все готово, то почему бы и не отметить. У нас ведь с тобой есть повод, Джен. - Какой? Падалеки хитро улыбнулся и, встав на одно колено, произнес, четко разделяя слова: - Дженсен Эклз. Ты. Выйдешь. За меня. Снова? Дженсен нервно рассмеялся и, расплывшись в улыбке, только и смог, что произнести: - Д-да. - Что прости? - Да. - Второй раз и навсегда. - Обещаешь? - Клянусь. Кажется, глаза намокли. - Я хочу тебе... я верю тебе. Джаред очень хотел ощутить вновь губы Дженсена, и он получил желаемое.

***

За окном потихоньку стало светать, солнце просыпалось, разминая каждый свой лучик; в доме семьи Падалеки начинали вставать и готовиться к праздничному событию, которое должно было состояться уже скоро. Дженсен не знал, как его Джаред провел предыдущие два дня, а провел он их почти без сна, мучаясь и размышляя, как устроить все так, чтобы не получить проклятий в спину. Обычай предписывал ему вновь жениться после неудачного брака, и выбор его отца пал на Тома Уэллинга, сильного, здорового и красивого, несомненно, омегу из рода Уэллингов. Помолвка состоялась, и договор был заключен. Однако, за несколько дней до свадьбы Джаред, извинившись лично перед мистером Уэллингом и, отписав ему крупную сумму за моральный ущерб, пригласил Тома на разговор. - Том, мне очень жаль, но я должен сказать тебе… - Можешь не продолжать. Это из-за него? - О чем ты? – замялся Джаред. - Я говорю о твоем бывшем. Я видел, как ты привез его. Ты хочешь сказать, что бросаешь меня ради него? Верно? Возвращаешься к бесплодной омеге ради его смазливой рожи? Или чем он тебя взял? - Замолчи! – не выдержал альфа, - Прекрати. Мне очень жаль, что я причинил тебе столько неудобств, но ты не хуже меня знаешь, что все это затеял мой отец, а не я. И да, с Дженсеном я прожил полгода, я знаю его, и я люблю его. И даже если у нас никогда не будет детей, я все равно буду счастлив с ним. - Если? Так ты все еще надеешься на чудо? Как убого. - Я приношу тебе свои извинения, Том! – Джаред повысил голос, - И я беру весь позор и ответственность на себя. У тебя же, я уверен, будет прекрасный брак с кем-нибудь другим и чудесные дети. Так что прими мои искренние пожелания счастья. - Оставь их себе, Падалеки. Тебе, видимо, не известно, что такое обязательства. Твое слово ничего не значит, я понял. Смотри не пожалей потом, когда надоест играть с твоими воображаемыми детишками, - с этими словами Том грациозно встал из-за стола в обеденной и отправился в комнату, где он так недолго прожил. Джаред выдохнул и прислонился к стене, на душе было погано, но, по крайней мере, он все более-менее уладил. Спустя три часа Джаред провожал Тома, который успел столкнуться с Дженсеном, чего альфа очень хотел избежать. Падалеки чувствовал вину перед Уэллингом, но еще большую вину он ощущал перед Дженсеном.

***

Свадьба Джареди Падалеки и Дженсена Эклза состоялась вновь. Их поженили без мишуры, ничего лишнего не было. Гостей не было, ворота дома были закрыты. Однако, в самом доме играла музыка, и был накрыт стол. Джаред и Дженсен танцевали чуть ли не весь день, они не могли отлипнуть друг от друга. Родители Джареда наблюдали за ними и не скрывали улыбок. Эти двое, похоже, все-таки были созданы друг для друга, сливались друг с другом, светились, подзаряжаясь друг от друга, и заряжали других своим светом. Джеральд Падалеки смирился с решением своего сына. Никогда и никто в их роду не нарушал традиций, но Джаред был сыном Джеральда, а потому не мог быть не любим – единственный ребенок: ты дрожишь над ним, как огонь дрожит над свечой. И сколько бы ты ему не внушал, как жить, он, наплевав на все, пошел своим путем. Что ж, он доказал, что готов вершить жизнь сам. Характер присутствует, и это главное. Пора отступить. Да, люди еще долго будут судачить и показывать пальцем, мол « надо же, предпочли гибель знатного рода процветанию». Но Джеральд готов был закрывать уши, ведь его любимый муж, несомненно, готов был ему в этом помогать. Вообще, на этом тихом, семейном празднике Шерон был довольнее всех. Что может быть важнее для омеги счастья его ребенка? Да ничего.

***

- Эти Падалеки совсем обезумели. Надо было взять с них еще больше денег. Отказать моему сыну и ради кого?! – возмущался мистер Уэллинг. - Не беспокойся, отец. Мой бывший женишок и его приблуда еще пожалеют.