Всегда

- Ты простишь меня? - За что? - За то, что не боролся за тебя сразу. За то, что позволил уйти. - Джей, я не прощаю тебя. Потому что не обижался, - Дженсен потянулся навстречу мужу, их губы встретились, язык Джареда скользнул в рот Дженсена и принялся его подробно изучать. Омега застонал и вжался всем телом в мужа. Они лежали на кровати, их кровати, в их спальне, в их вторую брачную ночь. У кого так еще бывает? - Здорово сегодня было, да? – Джаред гладил Дженсена везде и всюду. - Хорошо, что никого не было. Спасибо тебе, - Дженсен плавился под руками альфы. - Рад, что смог тебе угодить, мой хороший. Мой, - мурлыкнул Джаред, - Джееенс… - Что, Джей? - Хочу тебя, любимый, дай мне, - Джаред подмял под себя Дженсена, лизнул в шею, прикусил и двинул бедрами, - Перевернись, мой хороший, дай мне, так скучал, - Джей целовал, лизал и кусал везде-везде, - Так и съел бы, вкусный мой. Дженсен перевернулся на живот, он не смог бы отказать Джареду сейчас ни в чем, он, вообще, похоже, не сможет отказать своему альфе ни в чем и никогда. Джаред всегда подходил к делу ответственно, и секса это тоже касалось. Альфа не мог допустить, чтобы Дженсен испытывал боль, поэтому он старательно разрабатывал желанное отверстие, от чего Дженсен начал поскуливать. Потом было хо-ро-шо и тесно. Джаред медленно вошел, а дальше он, кажется, потерял способность мыслить, но явно попал в рай. Дженсен стонал и выгибался, подставляясь под ласку. Они сливались в одно целое, и это было правильно, так должно было быть, словно они всегда жили лишь для того, чтобы стать единым. Это было похоже на обряд, ритуал, что обещал избавление от всех мук и дарил наслаждение, несравнимое ни с чем. Джареда захватила бешеная страсть, он стал двигаться все быстрей и быстрей, Дженсен уже почти кричал, его муж обладал им, брал свое по праву, и это было сейчас необходимо. Они кончили почти одновременно, наслаждение накрыло с головой, кто они и откуда было уже трудно вспомнить. Главное, они есть друг у друга. Больше не существует ничего. Усталость взяла свое, их аккуратно передали в мир снов.

***

Тягучая нежность и рассвет за окном. Так начинался день четы Падалеки. Дженсен открыл глаза и первое, что он увидел, смотрело на него так, как никто еще не смотрел. Джа-ред. Обволакивал и согревал взглядом, дарил улыбку и надежду. Надежду на то самое светлое и счастливое будущее. Вдвоем… Дженсен хотел бы просыпаться так каждое утро, много-много-много лет. Время не остановилось, но потекло приятно и размеренно. Дженсен ощущал себя словно на небесах, на мягком и пушистом облаке, голова кружилась от ласки и заботы. Джаред был очень внимательным, он буквально топил своего супруга в любви, и Дженсен не мог не дарить в ответ всего себя со всей страстью, на которую был способен. Джаред любил целоваться. Джаред любил обниматься. Джаред любил тискаться. И, безусловно, Джаред любил Дженсена. Потому что он хотел целовать, обнимать, тискать, лизать, кусать, нюхать, зажимать по удобным углам, таскать на руках и снова целовать, и, наконец, упоительно трахать – только Дженсена. Его никогда так ни к кому не тянуло. Каждый новый день теперь альфа встречал с ослепительной улыбкой, ведь рядом в ворохе подушек, одеял и конечностей альфы воодушевленно сопел Дженсен Падалеки. Черт подери, как же ему идет эта фамилия! Было ли это любовью с первого взгляда, первого запаха, если можно так сказать? Кто знает. Джаред был очарован, околдован и заколдован сразу, и, похоже, навсегда. Одни глаза чего стоили – зеленые, болотные, так и затягивают. Джареду не хотелось отпускать любимого от себя ни на минуту, возможно, это зависимость, очень сильная и неизлечимая, Джаред не собирался лечиться, нет. Сможет ли что-нибудь оторвать их друг от друга, пройдут ли чувства? Ответ на этот вопрос дадут только годы, и Джареду хотелось верить, что годы эти будут наполнены волшебством любви и звонким смехом. Альфа хотел детей, его любви и заботы хватило бы на десятерых, а то и больше, в десятки раз больше, но Джаред действительно променял бы все богатства на свете, какими бы они не были, материальными или духовными, лишь бы быть рядом с тем, с кем он сочетался браком уже второй раз.

***

Минули полгода, и Джей и Джен могли бы отметить год совместной жизни. Ну, с небольшим перерывом. Могли бы, но не стали. Все из-за того, что настроения ни у одного не наблюдалось. На днях молодая пара гуляла в парке, и Джаред умудрился на пару минут выпасть из реальности, с глупой улыбкой наблюдая за одной семейной парой с детьми. Это были милые люди с милейшими карапузами трех и пяти лет. Дженсен не выдержал, он долго копил в себе боль, замалчивал, скрывал. Соскочив со скамейки, где они устроились, чтобы дать ногам небольшой отдых, омега быстрым шагом направился в сторону леса, в который плавно переходила парковая зона. Джаред, опомнившись, окликнул Дженсена, но тот не остановился, и тогда альфа, проклиная себя в своих мыслях, кинулся за супругом. Дженсен, давясь невыплаканными слезами, практически бежал, куда глаза глядят. Ему было больно, он знал, что Джаред хочет детей. Он сам их хотел. Но не мог. Не мог. И что теперь? Был ли смысл вновь заключать брак? Надо было сдохнуть еще дома, у отца, чтобы Джаред женился не на нем, и был счастлив. А он мучает его, человека, которого любит больше жизни, мучает и себя. Все было так наивно и призрачно. Зачем? Ну, зачем он ввязался во все это снова? Ведь он знал, что ничего хорошего от него не будет. Только молчаливое горе и задушенные слезы. Не этого он хочет для себя. Для Джареда. И, видимо, пора собрать чемоданы и уйти на все 154 стороны. Слезы застилали глаза. Дженсен остановился и прислонился к стволу дерева, ему нужна опора, иначе он рухнет без сил. Хотелось разреветься совершенно по-детски, навзрыд. - Дженсен! – запыхавшись, нагнал его Джаред. - Что?! - Прости меня! Прости, дурака. Я… Мне все равно, слышишь? Я могу любоваться, восхищаться, но от тебя ни за что не откажусь. Я не… ни за что… от тебя никогда… Джен, никто не заменит мне тебя! Прости. Меня. Пожалуйста. - Не ври мне! – крик разорвал нерушимое спокойствие леса. Дженсена колотила истерика, лицо его было мокрым и соленым, он сорвался с места, хотелось бежать, бежать и бежать, не оглядываясь. И вот на одном из «бежать» Дженсен вдруг потерял землю, его кинуло назад, и чьи-то руки подхватили его и закинули на плечо. - Хрен, куда убежишь теперь, - довольно произнес Джаред, неся на плече любимую ношу. - Отпусти меня! Опусти на землю! – сучил руками и ногами Дженсен. - Обязательно. Только до дома дойду. Ну, знаешь, теплая, удобная кровать… - Чтоб тебя! – продолжал возмущаться омега. - Ты еще поблагодаришь меня,- шлепнул по заднице альфа омегу: грех был не воспользоваться случаем. Под удивленные взгляды прохожих Джаред так и нес своего супруга до самого дома, парк находился недалеко от особняка, Дженсен весь покрылся румянцем и продолжал возмущаться, но уже не так сильно, как в начале, скорей для приличия. По прибытии домой Джаред отпустил от себя Дженсена, предварительно поцеловав в губы и исследовав по новой его рот. Дженсен, все еще дуясь на мужа, проявившего свою альфа-сущность, целый день не выходил из комнаты, но Джаред все же упросил своего супруга выйти на ужин; и вот, едва откусив от сочного куска мяса, Дженсен сорвался с места и «так его и видели». Джаред весь испереживался, стучась без перерыва в дверь ванной, когда услышал звуки, характерные при отравлении, его Дженни явно тошнило. Джаред поклялся убить повара, но главное сейчас было добраться до Дженсена. - Открой дверь, Дженсен! Немедленно! - Уходи, – раздался слабый голос из-за двери. - Я никуда не уйду, Джен! Открой! По-жа-луйста… Раздался щелчок, и дверь с тихим скипом открылась. Джаред, распахнув ее настежь, ворвался в ванную, крепко обнял Дженсена и прижался губами к виску. Дженсен сидел на полу возле туалета, его больше не тошнило, но он был бледен, ему явно было плохо. - Джен, хороший мой, ты как? Что болит? - Уже лучше. Ничего не болит, голову только кружит. Я в порядке, Джей. - Да, как же, в порядке он, - проворчал Падалеки, - Пойдем в кроватку, любимый. Вот так, давай, встаем. Умыться хочешь? Давай. Пойдем, хочешь, я отнесу тебя? - Не надо, я сам, пусти, - Дженсен вырвался из объятий мужа и решительно направился на второй этаж, в спальню. Голова закружилась, все в миг потемнело, и Дженсену стало необходимо присесть, но это не понадобилось, потому что он, кажется, падал. Очнулся Дженсен в кровати. Как он здесь оказался – это хороший вопрос. Рядом сидел Джаред, держал его за руку. И глаза его так подозрительно блестели, словно он собирался плакать. - Джей, что?.. - Дженни, я так люблю тебя, - всхлипнул альфа, - ты у меня такой молодец… - Ты о чем, Джей? - Ты подаришь мне ребенка, хороший мой. Мир перевернулся, перед глазами все поплыло. - Ты это... серьезно?.. - Более чем, малыш. Дженсен, кажется, забыл, как дышать.