Древо.

      У неё бывало так, что сердце выпрыгивало из груди ещё до того, как человек скажет какое-либо слово. Иногда она понимала всё без слов, хоть сама того и не осознавала, и так становилось страшно внутри, что хотелось остановить время и перевести дыхание. Но такой способностью она не обладала, а потому её сердце часто ухало куда-то вниз, переставая ощущаться. Лишь гулкий стук в висках давал понять, что она смогла это пережить.       Но сейчас её сердце стучало ровно, как никогда раньше. Пускай её тело и приросло к удобному диванчику в кабинете, где всё кричало о том, что всё будет в порядке. Будто этот человек, сидящий напротив неё с большими, честными голубыми глазами сейчас не сообщал ей не самую утешительную новость своими аккуратными губами.       Почему-то больше внимания она обратила не на то, ЧТО сообщали ей эти губы, а именно на их форму и на волевой подбородок с ямочкой. Эта новость не была для неё чем-то шокирующим, хоть это и было на неё не похоже. Она всегда теряла сердце, даже от самых наивных признаний в любви или просто серьёзного тона собеседника. А здесь - ничего. Она не вздрогнула, не охнула и даже не закрыла руками приоткрывающиеся губы. Она улыбнулась. Скорее самой себе, словно ждала этого самого дня, будто чувствовала, что однажды этим все закончится для неё.       Её ноги не были ватными, когда она выходила из кабинета, его рука успокаивающе лежала на её плече, но она и не переживала, ей не нужна была его рука и его сочувствие. Только говорить совсем не хотелось. Ни с семьёй, ни даже с этим мужчиной, пускай он всеми силами и пытался внушить ей доверие. Она была ему благодарна, но большего ей было не нужно. - Я приду завтра. - Лишь тихо ответила она мужчине, легко улыбаясь.       Выйдя на свежий воздух, она вдохнула холодный ветер, который нес запах осени с нарастающими порывами. Защипало в глазах, но это лишь от резкой прохлады, хотя она надеялась, что это наконец проснулись чувства от услышанного. Но она снова обманулась.       Она всегда считала себя слабачкой, ведь стоило лишь колыхнуть её душу и сердце готово было взорваться от эмоций. Но почему же сейчас она спокойно шла по вымощенной дорожке к дому, кутаясь от холода в драповое красное пальто? Почему именно сейчас она не чувствовала биения сердца, жалости к самой себе или элементарной истерики, душащей горло слезами горя? - Где ты шлялась столько времени?! - Она виновато опустила голову, снимая туфли на пороге своего дома. - Уже половина девятого! - Прости, просто хотелось прогуляться после работы. - Быстро соврала она, не смотря матери в глаза. - На улице холод страшный, а ты снова полураздетая. - Заворчала женщина, удовлетворившись ложью дочери. - Что делать, штрафуют теперь. Дресс-код. - Коротко ответила она, снимая пальто, которое почему-то стало как родное после двух лет носки. - Проходи давай быстрее, сегодня я ничего не готовила, так что перекуси тем, что найдешь. - Голос матери звучал уже совсем гулко. - Сегодня мне пришлось пол дня плясать на кухне. Твоя сестра сдала диплом, причем на отлично. Нужно было приготовить торт её преподавателю. Ну знаешь, чтобы поблагодарить, ведь он помогал нашей доченьке.       Дальше мама начала довольно мурлыкать себе под нос, радуясь успехам своей старшей дочери. - Она у нас большая молодец. - Искренне произнесла девушка, входя в свою комнату и закрывая плотно дверь.       Она гордилась своей сестрой, которая закончила пятый год обучения в престижном университете. Хоть кто-то же должен был оправдать ожидания матери, если уж у неё не вышло. Хоть она и не была глупой, а всё же стремления и усидчивости в ней не наблюдалось, а цели в жизни и подавно не было. Средние оценки в школе, средненький колледж и такая же среднестатистическая работа бухгалтером - все, чего она смогла добиться в жизни. Хотя в детстве она мечтала стать богатой и помогать родителям, но вышло не так уж и радужно, как хотелось. Она понимала, что её сестра была большой умницей, пускай и эгоисткой, но зато к своей цели шла упорно и без оглядки.       Сев на небольшой современный диванчик в комнате, она перевела дух и начала собирать сумку. По дороге домой она думала о том, что нужно взять с собой много разных вещей, но сейчас получилось так, что не набралось и половины. Зачем ей те ненужные вещи, которыми была обставлена её жизнь? Которые просто добавляли её комнате вид обустроенности и уюта. Там, где она будет через неделю, ей все это не понадобится. Все это уже бесполезный хлам. Собрав сумку, она сняла с себя черную юбку с блузкой и вышла на кухню, где сидела мама и разговаривала по телефону с её сестрой.       Она решила не мешать и залезла в холодильник, выискивая что-то, что можно быстро приготовить, чтобы немного утолить голод. В её голове проскочила мысль о том, что скоро ей совсем не придется напрягать голову и думать о том, что поесть сегодня. Скоро ей будут приносить еду по расписанию и смотреть, чтобы она съела всё без остатка. Мама положила трубку и тяжело вздохнула. - Знаешь мам, сегодня я заглянула в больницу и... - У твоей сестры случился обморок. - Перебила мать, снова тяжело вздохнув. - Она в порядке? - Её сердце снова болезненно ухнуло вниз вместе с руками. Разбилась тарелка с салатом. - Что ж ты такая растяпа?! - Вскрикнула мама, кидаясь подбирать осколки. - Я сама приберу. - Быстро отреагировала она, отстраняя мамины руки. - Всё в порядке, ей поставили капельницу. Бедненькая, она столько нервничает и трудится, а я ведь совсем не обращала внимания на её уставшее лицо. - Продолжала сокрушаться мама уже сидя на стуле и сминая край кофты худыми пальцами. - Хорошо, что все обошлось. Ей ведь совсем скоро нужно будет выходить на практику. - Что ты всё о плохом?! - Сорвалась мама. Это все нервы. - Сама-то небось и знать не знаешь, что такое работать до изнеможения и шума в ушах. Пристроилась куда смогла и счастлива, а твоя сестра мучается, насилует себя, лишь бы в люди вырваться! - Наверное ты права. - Она лишь пожала плечами, соглашаясь. - Что-то перехотелось есть. Я спать пойду. - Только и делаешь, что спишь и шляешься ночами по улице. Совсем совести нет, за сестру и не переживаешь небось. - Забурчала мама, пятый раз протирая стол. - Ну что ты говоришь, конечно переживаю. - Тихо ответила она. - Просто в больнице за ней присмотрят, зачем лишний раз волноваться и изводить себя... Она плотно закрыла за собой дверь и тяжело опустилась на кровать. В её голове роились различные мысли, но усталость брала своё и она уснула.

***

- Боже мой! Доченька, наконец пришла, что ж ты себя так изводишь? - Она проснулась от громкого голоса матери и сильно захлопнувшейся входной двери. - Проходи, родная, садись. Что случилось? - Да ничего страшного, мам. Просто поплохело, я не успела покушать в обед и вечером очнулась уже в больнице. - Коротко объяснила сестра. - Привет, как ты? - Она вышла из спальни, даже не успев причесаться и переодеться. - Господи, ты ужасно выглядишь. Как же ты собираешься жить с мужчиной, если вот такая с самого утра. - Скривилась сестра, разглядывая её с ног до головы. - Ну сейчас-то я среди женщин. - Быстро отшутилась она, вытаскивая из холодильника несколько яиц. - Хоть бы сестре предложила, единоличница. - Укоризненно заворчала мама, крепко сжимая руку сестры. - А это ей. Я не голодна. - Она снова улыбнулась сама себе и продолжила готовку, слушая мамино воркование над сестрой. - В любом случае придется полежать в больнице ещё недельку для профилактики. - Радостно сообщала сестра. - Хоть отдохну немного, а профессор мне поможет с переносом практики, он слишком много обо мне заботится, даже не удобно как-то. - Ей показалось, что сестра говорила последние слова слишком самодовольно и ехидно, будто лицемерила. Но она тут же отмела подобные мысли, ведь её сестра умница и красавица, а значит не может быть настолько лицемерной.       Она вообще считала, что её сестра обладает всеми качествами, которые способствуют хорошей жизни. А если всё есть, так зачем ещё что-то придумывать и искать? - А у меня завал на работе. - Быстро выпалила она. - Отчётность и прочее, так что я некоторое время буду ночевать на работе. - Ну раз так нужно, что ж поделаешь. - Не переставая смотреть на бледное лицо сестры, безэмоционально произнесла мать. - Я уже собрала некоторые вещи, сегодня же пойду заниматься отчетами. - Сегодня же воскресенье. - Недоуменно произнесла сестра, хватаясь за вилку и сметая яичницу с тарелки. - Бухгалтерам это не помеха. У нас нет выходных. - Она взяла пустую тарелку и вымыла её до скрипа. - Прям так уж и нет выходных. - Скептически высоко заметила сестра, но ей уже было все равно, что они скажут.       Она прошла в ванную, умылась, причесалась, переоделась и, взяв из спальни сумку, вышла за дверь. Погода снова не радовала глаз, однако она понимала, что долго не сможет ещё почувствовать "свободный" ветер на коже. Потому она остановилась рядом с больницей и долго вдыхала всеми лёгкими холодный воздух. Стоя возле ворот Больцы, она боялась сделать шаг и переступить этот невидимый порог, разделивший бы всю её жизнь на две половины.       Только сейчас она четко понимала, что нужно было найти в себе силы и сказать, что она заболела, чтобы мама хоть немного обратила на неё внимание на той кухне. Но она не хотела жалости или, что более вероятно, очередного ворчания матери, что она сама виновата в своих бедах. Что бы изменилось, скажи она, что заболела? Разве болезнь это оправдание чего-либо? - Доброе утро, вы все же пришли? - Она резко развернулась и уставилась на эти губы, которые так тщательно запомнились ей в тот раз. - Да. - Тихо ответила она, отводя взгляд в сторону. - Тогда проходите скорее, на улице жутко холодно сегодня. - Он непроизвольно дернул плечами. - Я ещё немного постою, если можно. - Она не хотела уходить, не была ещё готова расстаться...расстаться с чем? - Честно говоря, я за вами наблюдал из больницы и...вы здесь уже довольно давно стоите. - Он слегка замялся, но потом продолжил твердо и уверенно. - Не думаю, что вы хотите заболеть ещё и простудой. - Он протянул руку. - Пойдемте же.       Его пальцы крепко и тепло обвили её запястье и все её мысли о том, что нужно пересечь невидимый порог, моментально разлетелись белой пылью. Он показал ей, как легко было сделать шаг, как мысли в голове иногда могут заставить человека бездействовать дольше, чем это требовалось. - Спасибо. - Тихо произнесла она, слегка смущаясь его теплых пальцев. - Черты и нет вовсе, она лишь в голове.

***

- Ну как ты себя ощущаешь после недельного постельного режима и больничного питания? - Растягиваясь в улыбке, произнесли его губы. - Лучше, чем когда - либо. - Честно ответила она, приподнимаясь на локтях. - Вот только ощущаю, что желудок усыхает. - Это нормально, если учесть твой диагноз. - Он нахмурился. - Я не видел, чтобы у тебя были посетители. Ты сирота? - Нет. Просто родные думают, что я на работе. - Быстро ответила она. - Мужа нет, детей тоже. - Значит я ваш самый верный друг на данный момент. - Он улыбнулся и ласково посмотрел голубыми глазами в её зеленые. - Получается так. Если конечно вы не делаете это лишь потому, что являетесь моим лечащим врачом. Но вы конечно же скажете, что это не так. - Это не так. - Она улыбнулась и посмотрела на него, но почему-то он не шутил, а был серьезен. Даже слишком. - Не думаю, что можно стать друзьями вот так сразу. - Она тоже резко стала серьезной, будто его выражение лица передалось и ей. - Почему же? - Он отвернулся и направился к двери. - Я вот считаю вас другом. И это не из жалости. Вы в ней не нуждаетесь. - Почему вы так в этом уверены? - Он замер на пороге. - Лишь потому, что я ни разу не плакала в подушку? Или потому что так спокойно говорю о том, что мои родственники не интересуются моей жизнью вот уже неделю? - Плакала. Потому и не нуждаешься. - Она замерла на месте. Откуда он знает об этом? Ведь она была так осторожна, чтобы ни кто не видел и не слышал. - Любой человек плакал бы, оставшись совершенно один, лицом к лицу с наступающей на пятки смертью.       Она вдруг разозлилась. Неужели она настолько легко читаемый человек? Неужели она не может скрыть даже элементарных слез, показать себя сильнее, чем она есть на самом деле? Или этот человек действительно интересуется ею и чувствует её боль, словно давний и самый преданный друг? Она бы хотела, чтобы он был искренен в своих словах и стал для неё той самой опорой тогда, когда ей было тяжело. Но она и не надеялась.

***

- Мам, я дома. - Она вошла в квартиру, но ей ни кто не ответил.       Сбросив сумку с плеча, она прошла на кухню, заглянула в комнату матери, но так никого и не обнаружила. Зайдя на кухню, она позвонила сестре, после чего выяснилось, что они с матерью поехали в театр и вернутся поздно вечером. Она сообщила сестре, что снова будет ночевать на работе некоторое время, чтобы та передала её слова маме. Их разговор был коротким, потому она собрала чистые вещи в сумку и направилась обратно в больницу. - Почему ты не скажешь своей семье, что больна? - Услышала она, зайдя в свою палату. Он стоял около окна, скрестив руки на груди, и вглядывался в темноту. - Зачем лишний раз нервировать их? - Она пожала плечами и засунула сумку в шкафчик. Послышался звонкий щелчок. - Ну вот, сломалась. - Она раздосадованно вертела в руках заколку в виде розового бантика. - А ведь это был подарок сестры. - Не собирай их обратно. - Он развернулся и подошел к ней. - Такие волосы не нужно убирать, они твоё богатство. - Он взял прядь теплыми пальцами и перекинул на её грудь. - Всё равно скоро этого богатства уже не будет. - Она отошла от него и собрала длинные белые вьющиеся волосы в пучок. - Кстати, где я могу оплатить счета за своё лечение? Я взяла с собой карточку...вот только не знаю, куда мне с ней податься. - Не нужно. Твоё лечение уже оплачено. - Он быстро вышел из палаты, явно расстроенный чем-то. Она не понимала этого человека с такими добрыми глазами.

***

- Операция назначена на завтра. - Она сосредоточенно кивнула головой. - Так как у тебя первая стадия рака желудка, все должно пройти хорошо. Я лично буду проводить удаление опухоли. - Тогда я могу быть спокойна. - Она улыбнулась. - Даже, если умру на столе, я не буду сожалеть, ведь вы сделаете всё возможное. Я в этом уверена. - Мне нравится твой оптимизм, не растеряй его до операции. Мне очень поможет твое желание жить. Считай, что это пятьдесят процентов успеха. - Его улыбка снова согрела её изнутри.       Она не боялась операции, скорее благодаря этому человеку, который так хотел ей помочь. Выйдя на улицу прогуляться по больничному парку, она поймала себя на мысли, что больница не стала для неё тюрьмой. Ей вообще не хотелось покидать это место, словно теперь это её крепость, а от всех бед её защищает верный пес. Только уж больно этот пёс был похож на того доктора в её подсознании. - Что ты здесь делаешь? - Она вздрогнула и обернулась, натыкаясь глазами на лицо своей сестры. - Ты же вроде должна работать сейчас?! - Я...я всё объясню. - Замялась она, не зная, как лучше отреагировать на злые упреки своей сестры. - Вот значит чем ты занимаешься вместо того, чтобы работать и помогать маме выплачивать кредиты?! - Послушай меня... - Я тут значит вся извелась с дипломами, нервный срыв заработала второй раз, а ты решила отдохнуть и в больничке поваляться?! - Никак не могла успокоиться сестра. - Когда же ты уже хоть немного начнешь о нас думать?! Эгоистка! - Эгоистка? - Она остолбенела. - А чей кредит мы с мамой выплачиваем? Напомнить тебе, из-за кого мама так надрывается? Из-за кого я начала работать вместо учебы в университете? - Теперь значит я виновата в том, что ты тупая? Я должна была оставить свои планы на будущее, чтобы ты пошла учиться в какой-нибудь дурацкий университет с твоими куриными мозгами?! - Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? - Она смотрела на сестру и в голове у неё не укладывалось то, что вылетало из этих красивых губ. - Тебе всегда всего было мало. Дорогая косметика, дорогие вещи, престижный университет, опека твоего преподавателя. Сколько ещё ты запросишь у мамы, сколько ещё она будет из-за тебя влезать в долги? Не пора ли остановиться? - Это из-за твоей непролазной тупости и неудачливости мама поседела так рано. В этом виновата ты и только ты. Неудачница. - Она смотрела на сестру, которая разворачивалась и уходила от неё в другое крыло больницы, и не понимала, чем она заслужила такую ненависть.       На следующее утро к ней пришла мама, сестра явно сразу позвонила и сообщила о том, что она в больнице налёживает пролежни. - Как ты могла врать нам всё это время?! - Кричала мама. - Ты должна была работать, нам нужно выплачивать кредит. А как же будущее твоей сестры? Неужели нельзя было подумать о том, что ты портишь ей жизнь лишь потому что решила немного отдохнуть?! - Хотя бы дверь закрой. - Спокойно сказала она. - Персоналу незачем слушать наши семейные скандалы. - А мне всё равно! Пускай знают, какая неблагодарная дочь у меня выросла! - Тогда забудь обо мне. - Снова спокойно произнесла она, смотря прямо матери в глаза. - Раз вы с сестрой так уверены в моем эгоизме, почему не перестанете пытаться сделать из меня человека? Я ведь настолько тупая, что даже не поддаюсь переделке. Может уже хватит пытаться? - Что ты говоришь? Да разве может мать отказаться от своего дитя?! - Снова разошлась мама. - А если у меня больше не будет денег? - Она пожала плечами. - Меня уволили. Теперь у меня нет денег. Нет богатого мужчины, чтобы я могла выскочить за него замуж, да и детей у меня тоже не будет. Как не крути, а неудачницу уже ни чем не исправишь. - Так ты ещё и бесплодна?! - Мама театрально рухнула на кресло в палате. - Послал же господь напасть на мою голову. Что же мне теперь с тобой делать? - Ничего, мам. Иди к сестре. Она слишком устало выглядит. Думаю, там ты нужнее, чем здесь. - Вот видишь! Из-за тебя я даже забыла навестить твою сестру.       Мама быстро подхватила сумку и вылетела из палаты, причитая себе под нос о несправедливости жизни. Она заплакала. Теперь ей не хотелось сдерживать слезы, пускай медсестры заглядывают, проходя мимо и обсуждают то, что услышали минутой ранее. В конце концов она всегда была слишком "средней" по всем параметрам. Не выше и не ниже, а просто никем даже для своих родных.       Осознание ничтожности своей жизни больно легло на грудь. Раньше она не замечала этой несправедливости по отношению к себе, но только не сейчас, когда её шансы выжить были малы, только не в день операции ей хотелось это понять и прочувствовать. - Что случилось? Мне сказали, что крики из твоей палаты перебудили половину первого этажа... - Он замер на месте, видя её заплаканное лицо и то, как она поспешно вытерла слезы со своих щёк и подбородка. Но новые струйки тут же побежали по старым тропинкам. - Это была твоя мама, так ведь? - Да. - Тихо ответила она, снова вытирая лицо. - Ко времени операции я буду в норме, можете не переживать. - Она ведь не знает, почему ты лежишь в больнице и что у тебя рак же... - Не говорите ей. - Перебила она. - Она больше не придет. И скандала больше не будет. Честно. - Я не об этом беспокоюсь. - Понизив голос, сказал он и посмотрел прямо ей в глаза. - Ты справишься без поддержки? Стоит ли оно того, когда ты будешь лежать на операционном столе, зная, что тебя не поддерживают и не ждут родные? - Все будет в порядке. Думаю, вы вытащите меня. - Она улыбнулась ему. - Как скажешь, но постарайся всё же настроиться позитивно, пускай это сейчас будет сложно для тебя. - Он развернулся и направился к двери. - Не могли бы вы сказать моим родным, что я умерла на этой операции? - Её голос звучал тихо, но уверенно. Она больше не плакала, лишь смотрела пустыми глазами на капли дождя, бегущие по оконному стеклу. - Если ты ещё раз попросишь меня об этом после удачно проведенной операции, я исполню твою просьбу.

***

      Она закрыла глаза и улыбнулась. Теплый ветер ласково гладил её короткие белые волосы и щеки. Прошел год после операции и перенесенной химиотерапии, сейчас все это казалось лишь сном или просто пройденным этапом. Ей даже не верилось, что сейчас она счастлива, что его рука отдает тепло, лежа на её колене. И кто бы мог подумать, что так все обернется. Что этот человек будет заботиться о такой, как она.       Он не бросил её ни во время операции, ни после. Её родным сообщили, что её не спасли, и это словно дало ей второе дыхание. Он научил её жить и получать от этой жизни удовольствие. Научил её быть собой, а не кем-то другим, как было раньше. Сейчас её жизнь максимально заиграла красками, пускай она и догадывалась, что долго это счастье не будет находиться рядом с ней. Но хотя бы немного, хотя бы год или два она поживет для себя, для него, пускай и не может дать ему того, что он заслуживает. Она бы хотела отдать ему гораздо больше. Она хотела бы всю жизнь смотреть в его теплые глаза и чувствовать нежность этих красивых губ. - Завтра домой... - Как-то тоскливо произнес он, смотря вдаль. - Да. - Так же тихо и тоскливо ответила она, понимая, что придется попрощаться с этим теплым и уютным местом, где обо всем забываешь.       Она встала и взяла его за руку. На его пальце легонько блеснуло кольцо. Оно много значило для них обоих. Оно давало им уверенность в принадлежности друг другу, в любви и уважении. Она улыбнулась, до сих пор не веря своему счастью. Он нежно поцеловал её губы, шею, плечи и руки. Он любил зарываться пальцами в её густые волосы, а она намеренно не стригла их, чтобы чаще чувствовать его прикосновения. Но он и так любил её, любил нежно и настойчиво, безжалостно и так сильно, что не мог выпустить её из своих объятий очень долго.       Ей часто хотелось плакать от того, что он так сильно её любит, а она не может дать ему ничего взамен. Как бы она жила, если бы не этот человек, заботившийся о ней с самой первой минуты их знакомства. Она даже не могла любить его сильнее, просто потому, что сильнее её ни кто не мог любить.       Она отдавала ему всю душу и сердце каждую ночь, она протягивала к нему руки и крепко прижималась к его груди, слушая как бьются в унисон их сердца. В этот вечер она снова прислушивалась к гулким стукам их сердец, лежа на кровати. Он осторожно гладил её обнаженную спину пальцами, словно боясь, что она может растаять или испариться. Но она не собиралась испаряться, будь её воля, она бы никогда не покинула этого мужчину, который сделал её жизнь такой прекрасной. Но судьба всегда преподносит крутые повороты даже самым счастливым или самым несчастным.       Вернувшись в свой родной город, она старалась не падать духом и не жалеть о том, что она оставила позади. Он был рядом с ней и это уже грело её изнутри стойким пламенем. Конечно, он уходил на работу, но она знала и чувствовала, что он думает о ней и скучает. Ей было скучно сидеть дома в одиночестве и она часто выходила прогуляться по парку. На улице было холодно, но зима в этом году выдалась очень красивой и снег аккуратным белым одеялом покрыл землю, дома, лавочки и застоявшиеся автомобили.       Вдыхая разряженный воздух всеми легкими, она брела по тротуару и сама не заметила, как оказалась на той самой вымощенной дорожке, ведущей к её старому дому. Она замерла на секунду, осознав, что пришла именно сюда, она была не рада произошедшему, потому быстро развернулась и направилась обратно. - Дочка...? - Она замерла на месте, слыша голос своей матери за спиной. - Это же ты? Я не сошла с ума?       Она обернулась и посмотрела на мать. Старость и нервы взяли свое. Волосы совсем поседели, а на лице появилось множество новых морщин. - Вы ошиблись. - Тихо ответила она и снова засеменила по дорожке. - Но как же...это пальто... - Начала было мама, но она уже ускорила шаг и перебежала дорогу.       Конечно она плакала от того, что сделало время с её мамой, она не знала, как проходила жизнь семьи без неё. Она плакала и от того, что ей и сейчас это было не интересно, будто они никогда и не были семьей. Она бежала так быстро, как могла, лишь бы никогда снова не столкнуться с прошлым.

***

      Он радостно зажмурился и кинулся зацеловывать её мокрое лицо. Они и не надеялись на такое счастье. Они были на седьмом небе, ведь судьба сжалилась над ними и подарила ей ребенка. Ровно месяц, как она носит в себе частичку любимого человека и радости её не было предела. Сколько она не думала об этом, а все равно не знала, как благодарить за подобный дар и кого именно.       Он взял отпуск и ни на шаг не отходил от своей любимой женщины, которая носила его дитя в себе. Они лучились непомерным счастьем, находясь рядом друг с другом, ощущая поддержку и тепло. Беременность проходила легко, словно она и не болела никогда в жизни, словно его любовь защищала её и дитя от всех невзгод. Любая неприятность обходила их семейное счастье стороной, словно боялось соперничать со столь сильными чувствами всепоглощающей любви.       И вот остался месяц до рождения ребенка. Это был мальчик, сильный и здоровый, как его отец. Она снова начала гулять по заснеженным паркам и улицам, давая и своему малышу почувствовать свежесть зимнего воздуха и услышать хруст снега под ногами. В этот день её настроение было особенно хорошим, а тротуары особенно скользкими, потому она неспешно брела вперед, думая о том, что скоро станет любящей матерью и сможет подарить ему хоть что-то ценное в этой жизни. И она знала - он будет рад.       Подняв глаза, она встретилась взглядом с женщиной, которая так же медленно шла ей навстречу. Она не узнала свою сестру, ведь эта женщина была так на неё не похожа. - Ты... - Рассмотрев её неуверенно начала сестра. - Этого не может быть, ты же умерла... - Вы ошиблись. - Она снова развернулась, но на этот раз не смогла убежать. - Нет, постой! - Сестра схватила её за локоть и резко развернула к себе. - Так ты жива! Жива и...ты беременна?! Но как же это так? Кто взял тебя такую?! Почему тебе досталось самое лучшее?! - Прекрати! Ты делаешь мне больно! - Не выдержала она и вскрикнула. - Так вот оно что... - Сестра зло посмотрела на неё. - Это так ты решила избавиться от нас, чтобы больше не работать. Свалила все на мать! - Оставь меня в покое! - Она вырвала руку из её пальцев. - Ты должна была сделать маму счастливой, я специально ушла, чтобы больше вас не напрягать, а ты...что ты с ней сделала, что она так исхудала и постарела?! - Я?! Это все он сделал! - Сестра заплакала. - Он говорил, что возьмет меня замуж, что поможет мне с карьерой, а я дура повелась! - Кто?! Я ничего не понимаю... - Она приложила холодную ладонь ко лбу. - Профессор! Я переспала с ним и оказалось, что я беременна. Потому я так сорвалась на тебе в тот день в больнице. Потому я не смогла выбиться в люди, как всегда мечтала...зато ты вот живешь припеваючи, я смотрю. - Она вздернула подбородок и смахнула слезы. - Тебе всегда доставалось лучшее. - Господи, да прекрати же ты! - Не выдержала она и встряхнула сестру за плечи. - Хватит постоянно сравнивать, живи своей жизнью! Живи счастливо! Мама дала тебе тысячу возможностей, но ты пошла по легкой дороге и вот результат! Ты - та что всегда была лучше и умнее меня, стоишь и рыдаешь о том, что совершила глупость! - Это все твоя вина!! Если бы ты не сочинила свою смерть, ничего этого бы не было!! - Девушка с силой оттолкнула её от себя и закрыла заплаканное лицо руками.       Она отступила на несколько шагов назад и поскользнулась.

***

      Он стоял и сжимал в одной руке букет белых роз, в другой руке крепко приютились маленькие пальчики сына. Он не сказал ни слова, лишь медленно опустил цветы на надгробье. Ветер растрепал белые волосы мальчика и оторвал несколько лепестков, унося их все дальше от двух мужчин, любивших одну самую обычную светлую девушку.