Мгновения грядущего

С самого детства я росла на сказках, что будоражили воображение и не давали уснуть ночами. Мама читала мне о рыцарях, русалках и даже богах. Однако самой любимой историей была легенда о Саламандре — обычном человеке, что пожирал огонь до тех пор, пока не слился с ним в единое целое. Его кожа покрылась пылающими наростами, а крылья были способны иссушить небеса одним взмахом. Чешуя Саламандра рассеивала огонь, легкие изрыгали огонь, а когти были покрыты огнем. На нем лежало проклятье, из-за которого он не мог умереть. Не мог сгореть, даже будучи полностью поглощен объятьями пламени. Было в этом что-то ироничное. Меня всегда поднимали на смех, но я знала, что Саламандр существует. Прошло уже почти десять лет, — родители умерли, фамильный дом давно продан — а я все продолжаю слепо верить. Ведь однажды видела сон, в котором встретилась с человеком, перешедшим в ранг богов. Собственно, с этого глупого сна все и началось. Да. Я восхищалась тем, о ком знала лишь с шуршащих страниц давно похороненных слов. Мне всегда нравились увлекательные истории, в которые верится с трудом. Хотя дело обстояло куда сложнее. У каждого есть хобби, которое может перерасти в смысл жизни. У меня, например, это стал способ доказать самой себе, что я не спятила — не полностью, по крайней мере. Однако зачастую ожидание и реальность слишком сильно различаются. Кто ж знал, что Саламандр окажется взбалмошным парнем, который, живя на этом свете втрое больше других, при этом ничего о нем не знает? Думаю, его наивность и сразила меня – вторым выстрелом. Первым была улыбка — искренняя и теплая, как рассвет. Все началось, когда я приехала в один торговый город, чтобы найти работу, так как деньги были на исходе. Ну ладно, это было вторым делом. Сначала хотелось осмотреть один старый лес, что начинался на окраинах и тянулся далеко в горы. По слухам, там видели огнедышащее чудище, похожее на дракона. Я слышала уже несчетное число подобных баек. Как-то хоть немного поподробней описали бы его, раз видели. Дилетанты. Всем известно, что драконы — лишь миф. Объездив полмира и не найдя ничего, невольно начинаешь отчаиваться. Сказать по правде, со мной чуть не случилось тоже самое. Лес оказался настолько огромен, что я не успела обойти и одной десятой, как опустились сумерки. Пришлось с ужасом осознать, что нужно оставаться на ночлег, поскольку дорогу в потемках не найти, а с моим везением и ориентированием на местности не грех и вовсе заблудиться. Становилось все темнее, поэтому я должна была развести костер. Набрать хвороста оказалось не проблемой, а вот разжечь — другой вопрос. Спички, как, собственно, и все остальные вещи, остались в новом доме, за аренду которого я заплатила на месяц вперед. Ночь опустилась слишком внезапно. От липкого холода, разлившегося вместе с темнотой, зубы плясали чечетку, и казалось, что хуже быть уже просто не может. Подобная мысль – чертов вызов для вселенной. Через секунду небо расхохоталось оглушающими раскатами грома. Дождь не заставил себя ждать. Отличный первый день в новом городе. В новом лесу, черт подери. — Вот же дура! — Мой крик разнесся возмущенным эхом. Я громко чихнула, чем наверняка распугала прятавшихся в округе белок. Мокрые волосы прилипли к обнаженной шее. Сейчас лето, а погоде, похоже, все равно. Что ж, я протестую на пару с ней... Одежды на минимуме — кофта с откровенным вырезом, шорты и сапоги. Скорее из привычки, нежели из желания кого-то очаровать. Не отрицаю, подобный прикид уже не раз помогал вытягивать из мужиков нужную информацию, однако сейчас это сыграло против меня. От холода зубы плясали так часто, что я уже несколько раз прикусила язык. Дважды дура. Ноги болели от долгой ходьбы, да и спать хотелось страшно. Вероятность заболеть росла с каждой секундой. Трижды идиотка. — Вот уж точно! — донеслось в ответ. От неожиданности я чуть не свалилась с дерева, на которое с таким трудом забралась. Не хватало еще ночных гостей в виде волков. Прищурившись, мне удалось разглядеть мутный силуэт, стоящий совсем рядом с кучкой так и не подожженных веток. Почему-то сердце пропустило пару ударов, но виной тому был не страх. Хоть я и не поняла этого, но в тот момент мои поиски окончились. — Рядом есть пещера. — Голос явно был мужской — молодой и мягкий, но с ноткой хрипотцы. — Если не хочешь к утру превратиться в водоросль, то спускайся. — С чего бы это? Вдруг ты маньяк какой-то? — С чего бы это? — передразнил меня незнакомец и расхохотался. Его смех обезоруживал, будучи таким бархатно-чистым. — Тогда что ты делаешь посреди ночи в лесу? — То же, что и ты — путешествую. Идем уже. Я не буду вечно ждать. Глаза привыкли к темноте, поэтому я стала видеть его силуэт намного четче. Хотя и не настолько, чтобы понять, как он выглядит. Впрочем, сейчас это было неважно. Тревоги заметно поубавилось. Сама не знаю, почему. Возможно, всему виной веселые нотки, буквально пропитавшие каждое его слово. Такому человеку совсем несложно доверять. Особенно когда он говорит столь искренне. Пока я спускалась, незнакомец собрал весь хворост, при этом очень забавно кряхтя. На нем был большой рюкзак, который даже на вид казался тяжелым. Слишком резко распрямившись, парень начал заваливаться назад, крича что-то абсолютно невнятное. То, как он лежал на спине и по-черепашьи болтал ногами, при этом удерживая в руках ветки, показалось настолько нелепым, что я не удержалась и прыснула в кулак. Затем еще. Ох, мой живот — мой бедный, пустой живот. Нельзя так смеяться на голодный желудок. Что он и подтвердил, протяжно заурчав. Предатель. — Тебе помочь? — Я подошла ближе. — Не, я сам! — В его голосе явно слышалась улыбка. — В этом рюкзаке всего тридцать килограммов! И в следующую секунду парень ногами оттолкнулся от земли, с легкостью восстанавливая равновесие. У меня непроизвольно открылся рот. Так до этого он просто дурачился или что? Хотя соврал, наверно. Не мог он с тридцатью килограммами за спиной подняться с такой непринужденностью. Или мог?.. — Это из чего же сделаны ты и твой рюкзак? — пробубнила я себе под нос, идя за ним. Каждый раз ему удавалось удивлять меня все больше. При входе в пещеру был очень низкий свод. Собственно, на нем и подписался мой лоб, картинно приложившись к каменному массиву. С губ сорвался недовольный стон, на что незнакомец лишь издал смешок, потонувший в глубинах грота. Так и тянуло запустить в наглеца сапог. А лучше оба. Однако, чем сильнее удалялись его шаги, тем неуютнее становилось. Пришлось остановиться в проходе, чтобы снова не напороться на что-нибудь в темноте, которая была настолько густой, что, казалось, можно дотронуться до нее, лишь протянув руку. — И что ты собираешься делать с ветками? Даже если у тебя есть спички, древесина уже насквозь промокла! — крикнула я, пытаясь разрушить тишину. — Собственно, как и мы. Кошмар. Ничего не вижу. За шорохом хвороста последовал жуткий грохот. Словно булыжник уронили. По телу пробежала дрожь. Кажется, у него там и впрямь груз с половину быка. — Не боись, — наконец ответил он. — У меня есть кое-что получше спичек. — И что же это? Самовоспламеняющаяся бумага? Нитроглицерин? Мистические барабаны для обращения к богам огня? Пламя вспыхнуло настолько внезапно, осветив ссутуленный силуэт, что я отпрянула, на этот раз ударившись затылком. И тут же села на корточки, схватившись за голову. Больно. Прям больно-больно — да просто черт, как чертовски больно! Ух-х-х. Шишки не избежать. Сквозной, причем. — Ты странная. — А сам-то? — простонала я в ответ, поднимая голову и видя трещащий костер. — У тебя получилось?! Мне самой было не понятно, вопрос это или утверждение. Что-то среднее, скорее всего. Однако, продрогнув почти до костей, было наплевать на все. Даже на то, что ответа не последовало. Я просто подошла и села напротив незнакомца, выставив вперед руки. Огонь излучал упоительный жар и пах какой-то пряной травой. Этот запах напомнил о мясе в горшочках, которое только достали из печи. М-м-м. Горячее и вкусное, в пузырящемся соке из приправ и овощей. Мой живот неприлично громко подумал о том же. Парень вновь хохотнул, после чего отвернулся, потянувшись к своему рюкзаку, который оказался темно-зеленого, даже болотного цвета. Его верхушку венчало скрученное одеяло. Через секунду в меня что-то полетело. Моргнув, я в последний момент успела поймать маленький сверток, едва не срикошетивший прямо в огонь. Это оказался кусок зажаренного мяса в фольге, судя по запаху — индейки. Рот мгновенно наполнился слюной. — Угощайся. Кстати, я Нацу. Саламандр всегда был для меня символом чего-то несокрушимого. — Спасибо. — Я подняла взгляд, наконец-то имея возможность рассмотреть его. — Люси. А ты есть не будешь? Он лишь отрицательно покачал головой. Парень сидел, согнув ноги в коленях и положив на них руки. На нем была длинная черная туника с высоким воротником, но без правого рукава. На ногах — обычные сандалии и шаровары. Голова была практически полностью обмотана клетчатым шарфом, из-под которого выбивались пряди розовых волос, падающих на глаза. Ох, эти глаза. Столь открытый взгляд мне довелось увидеть впервые. Пристальный, но не сальный. Просто любопытный. — Ты странная, — повторил он после недолгого молчания. Его вид выражал крайнюю задумчивость. — Ходишь по лесу в таком виде. — Кто бы говорил, — буркнула я, откусывая маленький кусочек мяса. Вкусно. — У самого прикид, как у ниндзя. Одним молниеносным рывком Нацу перепрыгнул костер и навис надо мной, оказавшись беспардонно близко. Наши лица разделяло расстояние длиной с указательный палец, если не меньше. Я чувствовала отголоски его теплого дыхания. Сердце провалилось куда-то вниз, а невыпущенный вдох так и остался в груди. Однако к тому, что произошло дальше, жизнь меня уж точно не готовила. — Что, я правда похож на ниндзя? Вот это круто! Наши силуэты танцевали и извивались на каменных стенах. В его глазах загорелось мальчишеское озорство, смешанное с гордостью. Складки ткани в районе его рта шевелились, то и дело разрубая иллюзию многогранных теней. Отстранившись, он как-то наигранно прищурился и начал метаться по пещере, со сцепленными руками изображая невесть что. Настоящий ребенок, ей-богу. Ему не составляло никакого труда рассмешить меня. Устало выдохнув, я стянула сапоги и положила их рядом с костром, начав растирать пальцы ног. Вот так намного лучше. Камень холодный, но рядом с огнем это не так заметно. Ох, вот бы сейчас принять горячую ванну… ну или хотя бы укрыться тем бордовым одеялком. Слишком сильно промокла, все-таки. Кстати, об этом… — У тебя был зонт? — Что? — Нацу прекратил кривляться и скакать. — Какой зонт? — Твоя одежда, — сказала я, шмыгнув носом. — Ты выглядишь так, словно и не торчал под адски проливным дождем, почесывая репу и валяясь на земле. — Так я уже высох. Он сказал это таким тоном, будто мой вопрос не имел смысла. Да еще и плечами пожал. У меня же пару раз дернулась бровь. — У тебя что, есть гидравлическая сушилка? Не удивлюсь, если посреди тридцати килограмм завалялась одна. — Я не понял, про какую динамическую машинку ты говоришь, но все равно держи. — Парень кинул в мою сторону то самое одеяло. — Оно сделано из особой ткани, удерживающей тепло. Я благодарно кивнула и тут же закуталась в него по самые уши. Однако особого эффекта не почувствовала. Одеяло как одеяло. Да, стало немного легче, но кожа все еще оставалась холодной. По пещере разнесся очередной чих. Ну все. Точно заболела. — Кажется, я его сломала. — Господи, сколько же с тобой хлопот, — фыркнул Нацу, подходя ближе. — Смотри. Нужно просто ближе подсесть к огню. В следующую секунду он юркнул под одеяло и беззастенчиво прижался ко мне левым плечом, закручивая кокон вокруг нас двоих. Я видела, как под кожей перекатываются мускулы на его обнаженной руке. От парня шла буквально физически ощутимая волна жара, который обволакивал меня, подобно дыму костра. С каждой секундой становилось все теплее, пальцы начали розоветь, а одежда стремительно высыхала прямо на теле. Какой ловкий трюк. Полезно. — Видишь? — весело раздалось над ухом. — Теперь ты тоже ассасин, сидящий в засаде. Правда классно, Люська? Я подняла голову, тем самым высунув нос из-под одеяла. Клетчатый шарф немного сполз, оголяя подбородок и тонкие губы. Никогда не видела настолько широкой улыбки. Сердце туго екнуло, явно соглашаясь. Но мгновеньем позже все закончилось. Ткань вернулась на место легким движением его пальцев. Мне вновь были видны лишь глаза — обычные серо-зеленые, но словно знающие ответ на все. — Угу. Рядом с ним непроизвольно начинаешь улыбаться. Иначе просто не выходит, поскольку его настрой неминуемо заражает. Так странно. Мы встретились меньше часа назад, а казалось, что с тех пор прошла вечность. Доверять этому пареньку оказалось слишком просто. Он касался меня лишь плечом, но щеки все равно покрылись румянцем. Пришлось отвернуться и закрыть глаза, делая вид, что сплю. Все же слишком неловко. А ему как будто все равно. Наверно, я уже тогда начала подозревать, что передо мной тот самый Саламандр. Горячо, однако. Словно дверь печи перед лицом открыли. Шея ноет. И в носу свербит, да так, будто кто-то дрелью прорубает проход к центру земли. Сейчас чихну. Ой как чихну. Ап… — Люси! — послышалось у меня прямо в ухе. Я резко открыла глаза и выпрямилась, в итоге замерев с перекошенным лицом. С каждой секундой нос чесался все сильнее. А еще не покидало чувство, что вдохнула весь воздух мира. Даже прослезилась малость. Но чихнуть все-таки никак не получалось. Черт. Надо бы рот закрыть, а то неудобно как-то. Скулы сводит. — Что ты делаешь? Нацу смотрел на меня недоуменным взглядом. Я на него тоже. Его полупрофиль освещал яркий ореол света — дневного света, залившего почти всю пещеру. Стоп. Какого… — Уже утро?! — вскрикнула я. — День, если быть точнее, — он поморщился — это было видно по складкам на переносице. — В рот мне чих-пых, до чего ж ты шумная. — Не без повода! — К лицу прилила краска, когда до меня дошло, почему так затекла шея. — Я… получается, я уснула на твоем плече… — И напускала слюней, — поддакнул парень. — Мно-о-о-го слюней. Я вот и проснулся из-за того, что мне показалось, будто надвигается цунами. — Как я только могла так уснуть, — продолжила я, не обращая внимания на его слова. — Господи. Какой стыд… Позор на всю жизнь… — Да ладно. Подумаешь, прихрюкивала во сне. — Еще и прихрю… Что?! Я вообще не хрюкаю! Я вскочила, не обратив особого внимания на то, что была укутана в одеяло. Ноги — особенно тщательно. За что и поплатилась, тут же полетев вперед и угодив руками прямо в остывший пепел костра. А-а-ай, фу-фу-фу! Мои ладони теперь выглядят так, словно их окунули в глину. Ну все. Как окажусь дома — засяду в ванне на пару часов. — Интересно, — произнес Нацу. — Люси мягкая, но падает громче, чем мой рюкзак. — Как ты вообще можешь говорить такое девушке? — фыркнула я, отряхиваясь. — И что значит, что я мягкая?! Парень резко дернул на себя одеяло, лежащее у моих ног, и начал методично скручивать его, предварительно пару раз сложив напополам. Обмотав получившийся рулон небольшим куском веревки, он вновь протянул его мне. Я никак не отреагировала, поэтому мускулистая рука потрясла свертком, явно пытаясь привлечь внимание. — Потрогай. — Этот голос казался настолько серьезным, что у меня язык не повернулся отказать. — Оно мягкое. — Ну да. И что? — Я недоуменно моргнула, на что в ответ раздался вздох, словно у меня не получалось понять нечто очевидное. — Мне известно определение слова «мягкий». — Люси такая же. В этот момент внутри как будто повернули кран с горячей водой. Впервые встречаю человека, способного говорить такие вещи без оттенка пошлости. Он смотрел на меня… как на равную, что ли. В его глазах не скрывалось ехидства или двойного подтекста, однако столь прямой взгляд смутил не меньше слов. — Н-не говори подобного тому, кого совсем не знаешь! — Я отвернулась и скрестила руки на груди, поняв, что вновь краснею. На минуту воцарилась тишина, которую разрушило его уверенное: — Ты хороший человек, и мне этого достаточно. Кончики губ непроизвольно тронула улыбка. Я опустила взгляд на свои ноги, облаченные в сапоги из темно-коричневой кожи. Маленькое сокровище, доставшееся от мамы, что любила путешествовать. Хм, постойте-ка… Они ведь лежали у костра. Это точно. Получается, Нацу высушил их и надел на меня, пока я спала?! Так вот откуда это его «Люси мягкая»… Вот черт. Еще немного, и мое лицо станет полностью пунцовым. До чего беспардонный малый. — С чего ты взял, что я хорошая? Я поняла, что затаила дыхание в ожидании ответа. Парень поднял голову, задумчиво уставившись в потолок. — У тебя сладкий запах. Плохой человек не может так вкусно пахнуть. Пальцы впились в рукава кофты. Ну все. Если сейчас что-нибудь не сделаю, то точно взлечу в атмосферу. — Нацу! — не выдержала я, подходя к нему и наклоняясь. — Разве тебя в детстве не учили, что говорить такие вещи — верх неприличия? — Он тупо уставился на мой указательный палец, почти касающийся складок его шарфа. — А про то, что ты одевал на меня обувь, пока я спала, можно и промолчать! — А что мне оставалось делать? — искренне удивился парень. — Даже под одеялом ты постоянно прижимала к себе ноги, поэтому я подумал, что тебе холодно. Меня учили помогать, если другим плохо. Ты считаешь помощь неприличной? Я замерла с открытым ртом. Чтобы прийти в себя, пришлось пару раз осознанно моргнуть. Логика у этого парня была простая, и потому настолько обезоруживающая. Рукой, которой показывала на него, прикрываю глаза. Наружу рвется смех — этот тембр щекочет грудину. Нацу. Интересный он — не так прост, как кажется. Даже жаль, что пора прощаться. — Ну что с тобой поделать, — сорвалось с губ. — Прости уж меня. — Ты о чем? Не могу больше. Такой серьезный на вид, но в глазах — сплошная доброта. Он спас меня от дождя, а еще согрел и поделился едой, хотя не был обязан. Я же лишь наорала в ответ. Отличная благодарность. Молодец, Люси. Ну подумаешь, смутил. Не специально ведь — по нему видно. Поэтому улыбнись — улыбнись как он, от чистого сердца. Потому что хочется, а не потому что надо. — Спасибо за все, Нацу. — Я чувствую, как с каждой секундой губы сами собой растягиваются все шире. Хорошо. — Благодарю за помощь, но мне пора идти. Я еще должна найти кое-кого. У входа в пещеру меня пронзает жгучая мысль, от которой становится неуютно: «Мы больше не увидимся». Не раздумывая ни секунды, разворачиваюсь и смотрю ему прямо в глаза. Он так же сидит, облокотившись на стену пещеры и сложив руки на согнутых коленях. Однако неотрывно смотрит в мою сторону. Хочется сдернуть этот проклятый шарф и целиком увидеть его лицо. Чтобы запомнить. Набираю полную грудь воздуха и говорю: — Если соберешься покинуть город, то не забудь перед этим зайти в местную торговую гильдию. Я угощу тебя чем-нибудь вкусным! Его спокойный взгляд сменяется удивленным. Уверена, он сейчас улыбается. Хочется это видеть. Чтобы запомнить. — Заметано! — Парень звучно усмехается и поднимает вверх большой палец. И я выбегаю под яркие лучи солнца. Под ногами шуршит пожухлая трава, а с губ не сходит эта глупая улыбка во весь рот. Ветер подхватывает со спины, кидая волосы на пару шагов вперед. Давно мне не было так легко дышать. Такое ощущение, что сейчас я способна на все. Непередаваемое чувство, просто упоительное. Неужели все из-за его ответа? Лишь немногим позже я поняла, что все было куда проще.