Из Убежища в Пустошь

Райан открыл глаза и посмотрел на белый потолок. Сон cоставил его несколько часов, и он по обыкновению лежал в кровати, обнимая левой рукой мирно сопящую девушку. Вспомнив о ней, молодой человек повернул голову, и взгляд его смягчился: Лили выглядела такой спокойной, отстранённой от житейских проблем. Рука парня отодвинула одеяло, сталкиваясь с прохладным воздухом, собравшимся в комнате, и коснулась ее лица, ощущая мягкость кожи. Парень грустно улыбнулся и заправил выбившийся локон рыжих волос за ухо. Лили вздохнула и перевернулась на другой бок, демонстрируя ему свою оголенную спину. Райан отвернулся: мысль о том, что это их последний контакт, омрачала. С трудом поднявшись, он натянул на себя штаны, накинул футболку, поверх – куртку и медленно, чтобы не пробудить девушку, застегнул молнию. Открыв окно и впустив ледяной утренний ветер в комнату, Райан свесил одну ногу, чтобы спрыгнуть, но неожиданно остановился. Повернувшись в сторону кровати, он пронаблюдал, как Лили, почувствовав прохладу, укутывается в одеяло и углубляется в подушку. Решив, что прощание окончательно его добьет, парень лишь вздохнул и спрыгнул, мягко приземляясь на ноги. Город был пустым. Не таким безлюдным, как в вечернее время, нет. Он был пугающе угрюмым, серым, невзрачным. Как какое-то живое существо, он впитывал в себя настроение людей и проецировал их на местность, от чего Райану становилось не по себе. Засунув руки в карманы, он перешел вытоптанную улочку и оказался у порога в их двухэтажный дом, дверь которого была широко открыта. Ступив на порог, парень увидел Карлоса, выносящего наружу рюкзак с прикрепленным к нему автоматом. Увидев знакомое лицо, испанец оставил вещь и выпрямился, одним глазом окидывая пришельца с ног до головы. - Мы выдвигаемся, - тихо проговорил он, будто боясь потревожить сон Неизвестного города. - Почему так рано? – почти шепотом спросил Райан, опуская глаза на рюкзак. - Потому что Икабод так приказал. Причину, думаю, объяснять нет нужды. У тебя десять минут. Мужчина развернулся и скрылся в глубине дома. Райан, скрипя досками пола, начал медленно идти вдоль коридора, будто попав в незнакомый, чужой для него мир. Поднявшись по лестнице на второй этаж, он вошел в свою комнату и осторожно прикрыл дверь. Первое, что попалось ему на глаза, это витающая в воздухе пыль. Открыв шкаф и вытащив оттуда рюкзак, Райан положил его на пол и начал молча складывать свои немногочисленные вещи. Застегнув его и прикрепив снайперскую винтовку, он взял с прикроватной тумбочки покрывшийся пылью Пип-Бой и протер его экран. Нацепив устройство на руку, молодой человек почувствовал, как сильно отвык от его тяжести. - И вот мы снова вместе, - сказал он вслух, опуская руку и оглядываясь. Но он ничего не забыл. Охватывая глазами маленькую комнату, Райан пытался максимально запомнить ее очертания: эту одноместную, немного скрипучую кровать, деревянный, потрепанный временем шкаф, лампу, источающую грустный тусклый свет. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, парень вышел и закрыл за собой дверь, в следующий момент двигаясь в сторону лестницы. На улице его встретил не только Карлос: серые глаза Шона прочно впились в Райана, когда тот вышел на свет. Но больше всего молодого человека взволновал второй гость, очи которого все полыхали гневом, подпитываемые вчерашним событием. Старик медленно перебирал бороду, долго смотрел на парня, но, наконец, отвернулся и переключился на испанца. - Продукты, которые вы принесли, нам пригодятся. Но не жди никакой благодарности, Карлос, - голос Икабода был стальным. – А сейчас я хочу лично проследить, чтобы вы покинули мой дом. И никогда, слышишь, никогда сюда не возвращались. Старик указал пальцем на Райана. - С ним или без него. Молодой человек опустил глаза, пальцами перебирая прикрепленный к поясу пистолет. Карлос мрачно кивнул, руки его были скрещены на груди. Со стороны Икабода подошли двое охранников, держащих автоматы, металл которых поблескивал под несмелыми, ранними солнечными лучами. Один из них смотрел на парня сквозь забрало шлема, от чего тому стало некомфортно. Ворота оказались ближе, чем ожидал Райан. Гигантские двери в ковчег под названием «Неизвестный город» начали открываться, в этот раз так же бесшумно, как в первый. Парень сжал зубы и опустил голову, ощущая на своей спине многочисленные взгляды. Но неожиданно его внимание привлек громкий женский голос: - Райан! Парень дернулся и обернулся, встречая глазами бегущую в их сторону Лили. Икабод тоже повернулся и застыл, но ненадолго: холодный ум тут же остудил атаковавшие его эмоции. - Схватите ее, - мрачно проговорил он. Его серые глаза, казалось бы, равнодушно наблюдали за тем, как двое охранников грубо останавливают девушку, хватая ту за руки и игнорируя ее попытки вырваться. - Пустите! Вы не понимаете! Райан! Молодой человек грустно смотрел на нее, но не решался двинуться: он прекрасно знал, что, сделай хотя бы один шаг ей навстречу, и его тело с простреленным черепом останется лежать на пыльной земле. Парень отрицательно покачал головой, и Лили, прекращая брыкаться, поняла жест. По ее бледным щекам, преодолевая цепочку свежих шрамов, покатились горячие слезы, которые она старательно стирала. Ворота окончательно открылись, и краем уха Райан услышал, как Карлос и Шон двигаются в сторону Пустоши. Но сам он стоял на этом перепутье двух совершенно разных миров: опасного, коварного и безопасного, равнодушного. И неизвестно, к какому из них относился Неизвестный город. Райан последний раз грустно улыбнулся ей: правы были те, кто говорил, что во всей Пустоши нет места, где ты мог бы вздохнуть спокойно. Отвернувшись, Райан пошел вперед, сжимая в руках автомат. Его встречало восстановившееся на небе яркое пустынное солнце.

***

Что-то кардинально изменилось, и это чувствовал каждый. Солнце уже начинало всходить, и температура воздуха по обыкновению должна была за считанные часы взлететь, но она оставалась все такой же низкой. Райан спешно шел за Карлосом, то и дело обдавая того взглядом со спины – пару раз испанец почувствовал его и повернулся, но вскоре молча возвращал взгляд на дорогу. Длинные пальцы нервно поглаживали ручку пистолета, ощущая холод бездушного оружия, и парень понял, что в голове мужчины прочно закрепилось беспокойство. Ему оставалось только гадать, что могло бы быть тому причиной. Шон же, казалось, вышел из свойственной ему сферы хладнокровия, будто разорвав ее невидимые дуги. Лицо мужчины оживилось, но неизменным оставались глаза: они все так же пристально наблюдали за ситуацией вокруг, не позволяя своему хозяину лишний раз отвлекаться. Каждый раз, когда Райан позволял себе повернуться, Шон отвечал ему тем же, и по взгляду мужчины молодому человеку показалось, что он хочет ему что-то сказать. Становилось холодно. Становилось и страшно. Райан продолжал идти, обхватив себя руками, чтобы защититься от холодного ветра, норовящего ворваться под футболку. Глаза его впивались в лишившийся своего золотистого блеска песок, он наблюдал, как его собственный ботинок оставляет глубокий след. Молодой человек мысленно оторвался от окружающего мира, улетел вместе с могучим ветром куда-то неведомо далеко, туда, где его ждало что-то высшее, что-то лучшее, когда произошло Оно. Первая капля упала на плечо, оставляя мокрый след. Они остановились. Одновременно. Карлос медленно поднял голову к нему. Его покрытая старыми шрамами ладонь поднялась и раскрылась. Карие глаза следили за редкими каплями, ударяющимися о шершавую кожу. Райан изумленно выдохнул, чувствуя, как холодные водяные жемчужины стекают по лицу и растворяются в густой бороде, как организм впитывает влагу и освежается, даже перерождается. На секунду он закрыл глаза, отпуская автомат, и тот упал бы в песок, если бы не лямка, удерживающая его. Дождь продолжался, стихия нарастала, и через десяток минут это явление вполне можно было назвать ливнем. Капли мочили и дырявили песок, делая его вязким, и Райан почувствовал, как погружается в него. - Я никогда такого не видел, - удивленно прошептал он, и слова его почти растворились в шуме дождя. - Я тоже, - ответил ему Карлос так же тихо, не отрывая взгляда от неба. Оно было хмурым, затянутыми плотной пеленой черных туч, сквозь которые болезненно-слабый солнечный луч не имел ни единого шанса пробиться. В воздухе стояло напряжение, от чего Райану становилось все больше не по себе. Но его мысли обрубил вновь зазвеневший в такт дождю голос Карлоса. - Нам нужно продолжить путь. Мы совсем близко.

***

Red Alder – Footprints

Райан думал, что, дойдя до своей финальной точки, он почувствует себя счастливым и свободным от бремени обещания. Что, когда в его руки попадет большая сумма, перед ним откроются все двери, как материальные, так и психологические. Что, получив новые возможности, он сможет реализовать что-то большое, например, свою жизнь. Но сейчас, когда конец пути уже был виден, его настигла острая грусть. Ему нельзя было вернуться назад, а желание двигаться вперед растворилось в разлуке с девушкой, которую он действительно полюбил, которой доверился и ради которой был готов исполнять свой мужской долг: защищать, оберегать и даже отдать свою жизнь, если потребуется. Однако теперь Райан был полностью уверен, что Икабод никогда не пустит его снова в город, который построил своими руками - если только его не привезут туда на трупной тележке. Мотивация, проще говоря, «забей и двигайся дальше», для него уже не работала: он чувствовал, что, уходя, оставил в Неизвестном городе что-то теплое – свою душу, доверил эту хрупкую вещь Лили, которой безгранично доверял. А без нее двигаться дальше не имело смысла. Оторвавшись от своей печали, молодой человек поднял голову, и глаза его вцепились в виднеющуюся вдали полуразрушенную верхушку радиовышки, под дуновением ветра покачивающуюся из стороны в сторону. Дождь, капли которого продолжали стремительно падать на охладевший песок, орошал ее давно заржавелые балки, норовящие вот-вот оторваться и клином вонзиться в землю. Райан медленно шел за Карлосом, слыша, как подошвы ботинок чавкают где-то внизу. Подняв руку, он вытер с лица многочисленные капли, стряхивая их и наблюдая, как те сливаются с остальными. За прошедший час ходьбы парень уже привык к такому явлению, как дождь, и отметил, что он прекрасен. Холм, по которому они шли, начал наклоняться вниз, и молодому человеку пришлось еще сильнее замедлиться, чтобы кубарем не покатиться вниз. Райан поднял глаза и вновь посмотрел на Карлоса, мысленно спрашивая его, действительно ли он знает, куда их ведет. Обернувшись, чтобы найти ответ в глазах Шона, парень на мгновенье ужаснулся: в серых глазах промелькнула тоска. Не та привычная хладнокровная грусть, уже давно в них поселившаяся, а что-то новое, что-то создающее эффект сожаления. Но о чем ему было сожалеть, кроме как о туманном прошлом? Отвернувшись, Райан решил, что больше не повернется. Теперь они шли по пустынной прямой, наблюдая радиовышку во всей красе – этот памятник старого мира, наглядно отражающий когда-то актуальный быт человека того времени, или развалины, последнее, что осталось. В черной промокшей постройке Райана что-то привлекло, и он долго обводил ее взглядом, пытаясь найти в бездушной, еле держащейся груде металла что-то нужное, интересное. Чем ближе они подходили, тем сильнее слышался печальный «голос» вышки, когда очередной порыв кренил ее вправо. Неожиданно в небе что-то сверкнуло, оставив светящийся шрам, и так же быстро исчезло. Райан остановился и по привычке поднял автомат, направляя его в небо и смотря в прицел, по которому быстро пробежала дождевая капля. Он услышал, как его напарники сделали то же самое. Затем послышался раскат. Длинный, невероятно громкий звук, разбудивший все вокруг. Вздрогнув, парень отступил на шаг назад, хаотично поворачиваясь из стороны в сторону в поисках цели. Карлос остановил его, положив руку на плечо и опустив оружие. - Природа, - вырвалось из его уст. Вслед за раскатом грома послышался протяжный, пробирающий до костей и дальше, вой. Настолько громкий, что, казалось, его хозяин находился на расстоянии десяти метров от них. В ответ на голос первого мутанта где-то вдалеке раздался второй, его поддержал третий, и вся местность погрузилась в зловещую перекличку проснувшихся от своей утренней спячки мутантов. Пальцы Райана вновь сжали оружие. - Бегите! – крикнул Карлос срываясь с места. – За мной! Быстрее! И Райан побежал. Побежал так быстро, что чуть не запутался в собственных ногах. Пелену грусти и печали в один миг сорвал леденящий кровь страх быть съеденным, умирая от глубоких ран. Оставив автомат беспорядочно болтаться у пояса, молодой человек прибавил скорости, буквально соскальзывая с мокрого холма и чудом сохранив равновесие у подножья. - Ты точно знаешь, куда нам нужно? – выдохнул Райан, упираясь руками в колени. Карлос неоднозначно посмотрел на него и отвернулся, продолжая бежать в сторону радиовышки. Решив не испытывать судьбу, Райан рванул за ним, слыша у себя за спиной, как ноги Шона утопают в вязком песке. Казалось, что дождь пошел с двойной силой, и Райан уже не разбирал, бежит ли он в правильном направлении. Вода затекала в ботинки, насквозь мочила одежду и мешала видеть окружение. Единственное, что направляло его в тот момент, это голос Карлоса, усердно заглушаемый шумом ливня. Следуя ему, молодой человек обежал камень, но остановился, когда он исчез: испанец неожиданно замолчал. Райан убрал прилипшие ко лбу волосы и поднял глаза, отступая, увидев, как мужчина держит револьвер на вытянутой руке. Проследив направление дула, глаза молодого человека переключились на местность у основания вышки, и руки инстинктивно подняли мокрый автомат. С правой стороны послышался щелчок спускаемого предохранителя, и Райан увидел, как Шон приложился щекой к оружию. Навстречу им шел человек. Силуэт, пробивающийся сквозь стену дождя, говорил о том, что перед ними женщина. Переставляя ногами, она двигалась спокойно, даже гордо, двумя руками сжимая пистолет у бедра. Подойдя ближе, незнакомка предстала во всей красе, и Райана осенило: он видел ее, он помнил ее. Блондинистые волосы, еле касающиеся плеч, были мокрыми и прилипали к бледному лицу, на котором природой были высечены тонкие черты. Небольшой шрам проходил через нос и останавливался на щеке, сразу же навевая воспоминания: Райан вмиг вспомнил, как несколько недель назад оставил эту метку. Вспомнил, как впечатывал это милое лицо в деревянный пол, размазывая по доскам кровь. Вспомнил и ужаснулся: казалось, эти события произошли в другой жизни. Но Райан больше не хотел быть таким, каким вышел из Убежища. Девушка улыбнулась ему. - Судьба порой бывает слишком язвительной, - спокойно проговорила она. - Ты знаешь ее? - Карлос кинул на него нервный взгляд и нахмурился. Райан молча кивнул и направил пистолет на ее голову, глазами впиваясь в знакомые черты. Девушка сделала то же самое, тень улыбки не сходила с лица. Карлос и Шон среагировали одновременно. - Спокойнее, - она сунула пистолет в кобуру и поняла руки, продолжая двигаться вперед. – Я здесь одна, практически безоружна. Неужели убьете милую девушку? - Не двигайся, - процедил сквозь зубы испанец. - А что ты скажешь? – ее взгляд переметнулся на Райана. – Много дней утекло с момента нашей встречи. По меркам Пустоши даже слишком много. Разве ты не рад старым знакомым? Райан молчал, сжимая пистолет. Карлос показательно спустил предохранитель, но девушка, услышав звук, лишь усмехнулась, не останавливаясь. - Остановись, - выдавил он из себя. - А если нет?.. Незнакомка сделала еще один шаг, но неожиданный выстрел остановил ее. Охладевшее тело упало сначала на колени, а затем лицом в песок, больше не поднимаясь. Кровь, струившаяся от головы, смешалась с дождевой водой и постепенно впитывалась во влажный песок. Райан, стараясь унять дрожащие руки, посмотрел на Карлоса, но по его лицу увидел, что тот был не способен на выстрел. Тогда он медленно повернул голову и посмотрел на языки дыма, вылетающие из пистолета Шона. Мужчина опустил серые глаза. - Все кончено, - опомнился Карлос, укладывая пистолет. – Мы прибыли. Райан серьезно посмотрел на него. Мужчина скинул промокший рюкзак с плеча и открыл его, доставая складную лопату и протягивая ту молодому человеку. Тот неспешно принял ее, чувствуя холод, пробирающий до костей. - Мы разберем завалы. А ты постарайся найти тайник, если он зарыт под землей. Парень кивнул и круто повернулся, подходя ближе к опасно шатающейся вышке, останавливаясь и смотря на нее снизу вверх. С такого ракурса она казалась настолько большой, что запросто могла бы резать хмурый небосвод. Вытерев очередные капли с лица рукавом, Райан развернул лопату и воткнул ее в песок, наступая на нее ногой. Застегнув потуже промокшую насквозь куртку, он попытался добыть еще немного тепла, но оно упорно ускользало от него. Смирившись со своей участью, молодой человек начал копать. Интересно, что в этот момент чувствовала Лили? Наверняка тут же вскочила с кровати, не заботясь о том, что ей нужно оставаться в ней, побежала босыми ногами по холодному полу и завороженно приникла к окну, взбираясь на подоконник. Пальцами бы провела по запотевшему изнутри окну, а затем бросилась бы протирать его рукавом, чтобы было лучше видно. Зеленые глаза бы впились в однотонное серое небо, наблюдая, как капли дождя падают с него на землю, оставляя маленькие брызги. А, может быть, выбежала на улицу и встала бы посреди дороги, как и остальные члены Неизвестного города, широко улыбаясь и ловя руками прозрачные жемчужины. Или, быть может, тоже бы задумалась, что в этот момент чувствует Райан. В голове молодого человека начали всплывать картинки, как покрытые кровью мутанты вылезают из своих нор, чтобы тоже почувствовать на себе это удивительное явление. Как мародеры выползают из затхлых мотелей, ухмыляясь, чувствуя на пыльных лицах свежесть. Как жители Мегатонны несмело покидают свои жилища и под суровым взглядом Лукаса Симса бродят по городу, собирая ногами влагу. И как жители Убежища, навечно заточенные под землей, никогда не увидят этого явления. Казалось бы, всего лишь дождь. Но это был первый дождь за последние сотни лет. Неожиданно лопата уперлась во что-то твердое, и Райан опомнился. Осознав, что это, быть может, и есть предмет его поисков, он сильнее налег на инструмент и начал раскидывать вокруг себя песчаные горы. Через несколько минут, почувствовав сильную усталость, он откинул ее, начиная рыть руками. Встав на колени, он опустил руку в образовавшуюся яму и ухватил шершавую ручку ящика. - Я нашел! – крикнул он, сквозь ливень. – Сюда! Быстрее! Задействовав вторую руку, Райан по пояс опустился в выкопанную им яму и начал медленно вытаскивать найденный предмет на поверхность. Сжав зубы и потратив на это свои последние силы, молодой человек резко выпрямился, чувствуя щемящую боль в пояснице, но все же вытянул ящик на поверхность, разгребая песок. Оставшись практически без сил, он рухнул на него сверху, приложившись лицом к мокрой поверхности и начал тяжело дышать. Придя в себя, Райан начал медленно подниматься, но неожиданно наткнулся затылком на что-то холодное. Что-то мертвецки холодное. - Мне жаль. Над ухом послышался спуск предохранителя. Почувствовав, как сознание уносится из головы, а колени подкашиваются, Райан не смог сделать ничего, кроме как поднять дрожащие руки. Он боялся повернуться и посмотреть в глаза человека, держащего пистолет. Он не понимал, что происходит. Он забыл, где находится. - За что?.. – сорвалось из его губ, и Райан дернулся, но холодная сталь усмирила его. - Мне правда жаль, - голос Карлоса дрогнул, и парень понял, что ему тоже нелегко. Райан услышал, как его пальцы переминаются на ручке револьвера, как за спиной тяжело вздымается грудь под глубокими вдохами. Шон медленно дошел до ящика и схватил тот за ручку, оттягивая предмет назад и оставляя за ним длинный след. Райан на миг столкнулся с ним взглядом, увидел его грустное, в этот раз даже живое лицо. Парень опустил глаза: понял, что хотел он ему сказать. - Ты не хочешь этого делать, - прошептал молодой человек, не опуская рук. – Ты же мой друг. - У меня нет друзей, - прогремел Карлос, и слова его звучали как приговор. – Я не хочу это усложнять. Ты... изначально не входил в сделку. - И ты спустишь курок? После всего, что мы вместе пережили? Тебе же противна эта сторона Пустоши, ты вечно... вечно плевался. Но сейчас ты поступаешь, как мародер. Карлос нервно выдохнул, но не ослабил хватку. Напротив, Райан почувствовал, как дуло револьвера сильнее прилегает к затылку. Дождевые капли стекали меж пальцев поднятых рук и падали в песок. - Неужели это и есть справедливость, Карлос? - Мы сейчас не в том положении, чтобы помнить о морали! – сорвался тот, сжимая кулак свободной руки. – Я забочусь о том, чтобы завтра в моем желудке оказалась еда. - И оно того стоит? - Стоит. В моей руке пистолет, ты стоишь на коленях. - Жить ради еды? - Жить ради жизни. - Пустой, как твое сердце? - Жизнь – это жизнь. Она не может быть пустой. - Ты знаешь, что это не так. Карлос сжал зубы. Шон, сидящий на ящике и наблюдающий за процессом, стянул автомат с плеча и положил его на песок, не сводя глаз с испанца. Райан этого не видел, но был абсолютно уверен, что мужчина отвечал ему тем же. У них была своя, особенная связь. Неожиданно молодой человек опустил голову и тоже сжал зубы: мысленно он уже давно попрощался со всем, что было ему так дорого. Его правая рука, все время находившаяся в воздухе, схватила испанца за запястье, но тот не шелохнулся. - Я готов. Рука Райана начала направлять пистолет Карлоса, и тот снова коснулся мокрого от дождя затылка. Молодой человек почувствовал, как испанец растерялся, но был уверен, что он соберется снова в считанные секунды. - Сделай это, если тебе станет легче. Если завтра ты поешь. Он был готов встретить Ее. Суховатую старушку или призрака в длинном черном плаще и острой, как бритва, косой. Райан прекрасно понимал, что за свою короткую жизнь, местами даже больше трагичную, он испытал то, чего ему недодали раньше – чувство искренней, согревающей сердце любви. До него существование Райана Граймса не имело никакого смысла: он блуждал по коридорам Убежища в поисках себя. После него жизнь Райан еще больше не имела смысла: он получил, что хотел, и большего никогда не добьется. Сжав запястье сильнее, Райан закрыл глаза и сжал зубы, чувствуя, как разум пытается сопротивляться, как мозг пытается защитить тело, вызывая истерику, желание вырваться и убежать. Но бежать было некуда. Вокруг была непробиваемая стена из дождя. - Сделай. Это. И он сделал. Сделал сразу же, как услышал команду. Легко нажал на курок, зажмурился, когда прозвенел выстрел и очень тяжело отпустил его. Пронаблюдал, как некогда живое тело падает лицом в лужу и застывает в кривой позе. Как голубые глаза навсегда потухают и закрываются, более никогда не способные увидеть свет. Как красная кровь распространяется, касается его собственных ботинок, поглощает, манит, притягивает, зовет. Выронив револьвер, Карлос посмотрел на небо, чувствуя на лице капли дождя. Или слезы.