Месть

Оптимус со свойственным ему спокойствием выслушал доклад Айронхайда. Очередная стычка с десептиконами не прошла так успешно, как обычно. Носители фиолетового знака были крайне агрессивны. И действовали подозрительно нелогично. Конечно, Мегатрон и раньше не жаловал людей, однако он никогда до сегодняшнего случая не нападал на людей специально. Как правило, отдельные представители человеческой расы просто попадались не в то время, не в том месте. И массовое убийство горожан всколыхнуло весь мир. Десептиконы обрушились на город без веской причины, которая принесла бы Мегатрону выгоду. Необдуманное нападение, без особой стратегии, словно приказ был уничтожить как можно больше белковых созданий. Лидер автоботов мрачно кивнул, давая понять, что оружейник свободен. Тот лишь с досадой бросил взгляд на Прайма, будто ожидал, что красно-синий бот тут же соберет армию и устроит налет на ближайшие стратегически-важные пункты десептиконов. Или нальет смазкой на свою неоправданную вежливость к носителю фиолетового знака на базе автоботов, и даст-таки приказ Рэтчету вскрыть тому процессор, чтобы собрать всю имеющуюся в нем информацию. - Ты ничего не скажешь, Оптимус? – голос Айронхайда дрогнул от негодования. И злости. - На данный момент я не смогу ничем помочь убитым людям или их семьям. - Прайм поднялся из-за стола и добавил. – Но скоро Мегатрон сильно пожалеет о содеянном, - в последней фразе лидера автоботов прозвучала нешуточная угроза. Это было сказано с такой холодной яростью, что оружейник решил больше не игнорировать вежливую молчаливую просьбу Прайма покинуть его кабинет и вышел. Оптимус тяжело сел обратно и отключил оптику. Надо переговорить со Скандалистом. Времени стало катастрофически мало – нельзя допустить новую такую атаку десептиконов, надо действовать немедленно. Но сикер никогда не раскроет все свои карты, а насильственное вторжение в его процессор, как этого желал Броневик, ни к чему хорошему бы не привели. Уже не говоря о том, что Оптимус этого не хотел. Терять опытного союзника было бы большой потерей. Двери с тихим шипением открылись, выпуская из кабинета красно-синего автобота. Он решительным шагом направился в медотсек, где Рэтчет должен был заканчивать ремонт крыльев Старскрима. Авиатор спокойно сидел на медицинской платформе, безмятежно раскинув крылья в стороны и время от времени прикасаясь пальцами к черной ребристой ленте на шее, словно проверял, не ослабила ли она свой захват настолько, чтобы можно было её снять. Медик с маниакальным старанием сверялся с голографическими чертежами и только потом с кропотливой заботливостью возвращался к мелким деталям в почти отремонтированном крыле своего пациента. - Осталось всего пара схем, потом я воссоединю концы проводки и наложу металл, - произнес Рэтчет, не утруждая себя оторваться от своего занятия и глянуть на лидера автоботов, - так что не трепли свои синапсы излишними допросами, их очень долго восстанавливать. А, зная сложившуюся ситуацию, у меня не будет на это времени. - Я пришел не проверять твою работу, Рэтчет, - безэмоционально ответил Оптимус. Медик от удивления оторвался от своего занятия. Вид Прайма не на шутку встревожил его. - Что… - Мне надо переговорить со Старскримом, - невольно оборвал медика красно-синий автобот. Рэтчет послушно сложил инструменты, внимательно следя за лицевой пластиной Прайма. Ох, не к добру такая прямолинейность. Если командир ведет себя так, значит, пришло время готовиться к чему-то очень серьезному. - Ты уверен, что… - Всего лишь на пару кликов, Рэтчет. – Оптимус слабо улыбнулся, стараясь дать понять, что белый бот может не беспокоиться за его состояние. Медик только неодобрительно покосился на крылатого меха, который демонстративно зевнул, пропустив воздух через вентсистемы. Что за вопиющее неуважение к лидеру автоботов! Когда двери закрылись, Оптимус повернулся к сикеру: - Времени нет. – От таких слов Скандалист с неприятным нарастающим подозрением глянул на Прайма. - Ты же не собираешься приступить к выполнению плана сегодня же? – Поинтересовался Старскрим, хотя уже знал ответ. Крылья слегка дернулись, выдавая негодование авиатора. - Скандалист, - осторожно начал Оптимус, удивившись самому себе – говорил он так, словно перед ним сидел давний друг или партнер, чьи ожидания он не смог оправдать, - нам придется… - Из-за этих органических букашек ты собираешься подвергнуть всю нашу стратегию провалу! – Чуть ли не возопил истребитель, чувствуя уже не только негодование. – Последние пункты действия ещё не доработаны! Ты дашь Мегатрону шанс ускользнуть на самом последнем этапе! - Старскрим! – Громко оборвал сикера Оптимус, из-за чего тот сразу замолк. – Я уже просил не выражаться так о моих друзьях или подчиненных. - Друзьях? – С горькой усмешкой переспросил крылатый мех. – Уж не о тех ли ты друзьях говоришь, которые чуть не отправили в Колодец Всех Искр твоих солдат? – Мимолетный страх быстро расступился перед очередным приступом гнева. – Они использовали против вас довольно-таки мощное оружие, они вживую вскрыли одного из вас, чтобы изучить наше строение, они… - Они были напуганы, - Оптимусу снова пришлось повысить голос, чтобы остановить поток словоизвержений разгневанного истребителя. – И это было довольно давно. Как ты должен помнить, мы тогда все прибыли на Землю непрошеными гостями. - Значит… Ты простил их? – В голосе Старскрима было столько искреннего удивления и неподдельной злости, что автобот снова на мгновение почувствовал себя виноватым. - Речь сейчас идет о другом, Скандалист, - Прайм примирительно поднял руки, повторяя людской жест, и подошел к сикеру. – Если мы не остановим Мегатрона в скором времени, пострадают не только ни в чем неповинные люди. - Тупые лидеры их государств примут только одно для них верное решение, верно? – Злобно усмехнулся авиатор. - Я не уговариваю тебя, Старскрим, - голос Прайма снова принял холодный оттенок. – И тебе лучше подчиниться, если хочешь остаться среди нас. Истребитель на секунду замер. Ведь он вовсе не собирался менять свой знак. И весь четко-разработанный план по захвату базы десептиконов основывался на том, что после избавления от Мегатрона Старскрим займет его кресло лидера. Сикер не собирался возвращаться. Он собирался окончательно и бесповоротно уничтожить автоботов. Это было первостепенной задачей. До того времени, когда его связь с Праймом стала опасно-близкой. Скандалист хмыкнул, стараясь как можно естественней пожать плечами в мнимом понимании ситуации. Словно слова лидера автоботов дали хорошую пищу для размышлений, чтобы носитель фиолетового знака согласился. Однако искра довольно ощутимо заныла. Только ещё привязанности не хватало! - Я позову Рэтчета, - немного обеспокоенно сказал Прайм, неправильно поняв легкую болезненную гримасу крылатого меха. – Я рассчитываю на твое содействие, Скандалист, - умиротворительно добавил он. – Так будет лучше для всех нас. Старскрим молча кивнул, напряженно сжав синие пальцы на краю платформы. Когда белый бот принялся за починку, авиатор только понадеялся, что Оптимус так и не уловил никаких импульсов от его искры. *** Бамблби болезненно поморщился, когда Паникер, осторожно придерживая его за плечи, помог взобраться на скалистый выступ, открывающий вход в один из тоннелей, ведущих к центру вражеской базы. Внутри уже стоял Перцептор и задумчиво изучал монолитную стену перед ним. - Это было подстроено, - почти обиженно прошептал желтый минибот, прикладывая ладонь к травмированному боку. - Старскрим предупреждал нас о защите этого сектора, - нехотя признался ученый, безмолвно отчитывая только ему известные ориентиры на стене. – Они оказались слишком меткими… - По мне так больше похоже на подставу! – вскричал Паникер, полностью оправдывая свое имя. Он с тревогой огляделся, словно вот-вот тут появится армия десептиконов и разберет их на запчасти. - Действовать под руководством Старскрима тяжело, - согласно кивнул Микроскоп, продолжая изучать каменную шероховатость стены, - но, если бы не его указания, мы бы все сейчас давно очутились в Колодце Всех Искр. Бамблби насупился, осознавая, что ученый говорит правду, но переборол себя и нехотя заметил: - Могу признать, что я к нему придираюсь. Но… Он не закончил - тут же раздался тихий щелчок, и Перцептор отнял руку от стены. Монолит неестественно тихо отъехал в сторону, полностью скрываясь в каменной стене и открывая искусственный коридор. Вторая цель в плане была достигнута. *** Старскрим ликовал. Он никогда бы не подумал, что, вновь оказавшись в небе, испытает такое наслаждение. Потоки воздуха мощными порывами ласкали его крылья, броню, удивительным образом заставляли его чувствовать себя счастливым, непобедимым. Свободным. - Третья цель захвачена, - прорычали ему по внутренней связи, и Скандалист злорадно усмехнулся – Айронхайд никак не хотел признавать его главенство в этом плане. И даже при рапорте он продолжал упрямиться и сообщать все так, словно это он отдавал приказы, а вовсе не делал доклад о ситуации. Ах, как прекрасно смаковать негодование оружейника, ощущать его злое бессилие. Истребитель подумал о том, что пора бы уже третьей группе во главе с Оптимусом захватить первую цель, которая скрывалась в одном из так называемых городов-призраков. Старскрим фыркнул – как это нелепо! Строить города, чтобы потом их забросить. Эти белковые сами не знают, что хотят. Спустившись вниз и ощутив под ногами твердую почву, сикер активировал скрытный режим. Энергополя существенно уменьшились, все излучения заметно снизили интенсивность, внутренняя связь оказалась единственной включенной вещью, которая могла выдать крылатого меха врагам. Проследовав знакомым путем, Скандалист вышел на жалкого вида захудалый городишко. А потом крадучись двинулся в его центр, где и встретил последнюю группу автоботов. Оптимус выглядел удрученным, безрезультатно прощупывая одну из уцелевших стен разрушенного здания. Задержка в рапорте мигом стала ясна. - Не там ищешь, Прайм, - широко ухмыльнулся сикер, ощущая головокружительное чувство превосходства. В ответ на него уставились дула активированных пушек и три пары испуганной оптики. - Старскрим, - глухо проговорил Оптимус, жестом приказывая солдатам опустить оружие. – Это было опрометчиво, мы же могли тебя… - Слишком медленные у тебя бойцы для этого, - отмахнулся авиатор под злобные взгляды автоботов. Не обращая внимания на гневные бормотания оскорбленных кибертронцев, Скандалист прошел мимо них к Прайму. И хитро улыбнулся, найдя носком стопы непримечательный кусок камня. Сдвинул её, приведя в действие сложный, но одновременно с этим, незамысловатый механизм. Обшарпанный бетонный пол позади уцелевшей стены, которую так старательно ощупывал лидер автоботов, мягко ушла вниз и в сторону. Надменно взглянув на замерших трансформеров позади, Старскрим самодовольно раскинул крылья и начал спуск по металлическим ступеням. - Первая цель захвачена, - добавил он таким тоном, словно автоботы за его спиной не смогли сделать какой-то пустяк, считая это по-Юникроновски сложным. *** Дальнейшие события произошли быстро. Слишком быстро, чтобы можно было понять, как такое произошло. Первое, что понял Скандалист, было простым и ужасающим в своей неоспоримости выводом: «Это провал». Их уже ждали. Каким-то непостижимым образом, десептиконы знали, что они придут. И когда началась пальба, Старскрим со смешанным чувством понял второе – нельзя было поддаваться прихотям Прайма. Нырнув в сторону и одновременно открывая ответный огонь, сикер с поразительной ясностью понял, каким был безпроцессорным дроидом, когда все факты именно к этой ситуации и шли. Чтобы трансформер, занимавший должность заместителя лидера десептиконов, не смог выдать ценные данные, даже те, которые давно стеры из памяти, но сохранены глубоко внутри в отдельных ячейках, не подчиняющимся процессору, врагу, был возвращен назад, стоило всего-навсего подтолкнуть лидера автоботов на более быстрые и решительные действия. «Шлаков Мегатрон!» Под яростные крики с обеих сторон, истребитель бросился в гущу сражения, искренне порадовавшись, что после захвата всех трех целей в открытые пути вступили солдаты красного знака. Но одновременно с этим он с новым приступом гнева на своё слепое желание поскорее разделаться с Мегатроном подумал о том, как все было логично. И решение белого меха раздавить много человеческих букашек, которое поведет за собой приказ Оптимуса атаковать базу десептиконов как можно скорее, пока те не устроили ещё больше потерь среди людей. И осведомленность Мегатрона о нетерпеливом характере своего заместителя, из-за которого тот оказался слеп к таким очевидным действиям, заманивающим автоботов в ловушку врага. Мегатрон удивительным образом очень хорошо знал повадки своего заместителя. Даже пугающе хорошо. От этого сикер ощутил лишь почти болезненную ярость на лидера десептиконов. Он без разбора стрелял в кибертонцев, вставших у него на пути, пробиваясь к своей самой желанной цели, которая стояла в конце разбушевавшегося побоища и наблюдала за происходящим с кривой улыбкой. Победной улыбкой. Да этот шлаков ржавый механизм был полностью уверен в своей победе! Горечь осознания того, что и он готовился к битве, идеально просчитав действия, как Прайма, так и Старскрима, чуть не вывела истребителя из себя. - Мегатрон!!! – взревел Скандалист, никак не хотевший поверить в свою предсказуемость и в то, что его так легко провели, и выстрелил, вложив в заряд как можно больше энергии. Но его голос потонул в звуках сражения. Луч не попал в цель, обидной случайностью оказавшийся перехваченным солдатом фиолетового знака, так не вовремя прыгнувшего в центр битвы. Мегатрон быстро нашел взглядом стрелявшего, и на белом лице расползлась самодовольная усмешка. - Вот ты где… - одними губами сказал он, поднимая правую руку. Авиатор сумел увернуться от выстрела, невольно порадовавшись, что трансформеры, забросив разряженные пушки, пустили в ход манипуляторы, полностью отдавшись борьбе и не замечая, как среди них, подобно изворотливой змее, проскальзывает крылатый мех. Но эта особенность его альтформы подставила его. Следующий выстрел снес белое крыло, которого так долго восстанавливал автоботский медик. Скандалист громко взвизгнул, сразу потеряв равновесие. Упав на колени и громко заскулив от боли, как белковое животное, он почти ослеп. Но попытался взять себя в манипуляторы и встать, чтобы хотя бы уйти с места, на котором его могут легко застрелить. Искра яростно билась, окатывая мелко дрожащий корпус холодными волнами страха. Первостепенная задача завалить Мегатрона и занять его кресло канула в небытие, уступив место паническому желанию не попасть в Колодец Всех Искр. Ужас заставил Старскрима подняться на ноги и в полусогнутом состоянии двинуться к ближайшему выходу. Вот тут сильный удар обрушился на его шлем, и, прежде чем окунуться в спасительное беспамятство, авиатор с удивлением для самого себя подумал об Оптимусе. *** Очнувшись, он не почувствовал болевых импульсов, которые должны были бы пробиваться в его процессор с неимоверной силой и завидной настойчивостью. Но встав с платформы, Скандалист быстро понял причину – синие пальцы не без труда дотянулись до отстрелянного крыла и нащупали блокиратор болевых импульсов. Сикер огляделся и со странной отчужденностью понял, что находится в знакомом до боли отсеке. Однако страх довольно быстро вернулся, когда Старскрим запоздало сообразил, зачем он здесь. Отсек представлял собой камеру пыток, как бы сказали белковые уродцы. На столах и стенах покоились многочисленные орудия, способные заставить расколоться врага уже своим только видом. Но занятен был тот факт, что все эти инструменты предназначались не для выуживания информации, которую можно было получить насильственным проникновением в процессор, а просто для забавы. Десептиконы любили развлечь себя, медленно и мучительно разбирая своих жертв до вечного оффлайна. Только вот оказаться на месте мученика Скандалисту было совсем не весело. Однако накативший было ужас быстро ушел, когда истребитель оценил ситуацию и понял, что его, как объект истязаний, зафиксировали бы на платформе магнитными захватами, уже не говоря о блокираторе, снимающем болевые импульсы от отстрелянного крыла. Сикера не собирались пытать или отправлять его в Колодец Всех Искр. Раздалось тихое шипение, известив, что в камеру зашли, и Скандалист совсем не удивился, когда услышал привычный электронный голос: - Лорд Мегатрон приказывает тебе явиться к нему. Старскрим безмятежно развернулся к Саундвейву и, гордо вскинув целое крыло, прошел мимо к выходу. Сзади раздался легкий щелчок, но истребитель и так не собирался лезть на рожон, чтобы вынудить Бархана использовать активированное оружие по назначению. Он просто сказал со свойственными ему самолюбием и презрением: - Веди. Занятно, что дорогу он знал, но дойти без охраны до Мегатрона ему давать не хотели. Белый мех находился в своем отсеке напротив рельефной стены, представляющей собой закрытые непробиваемым стеклом полки. На каждой из них покоилась бесцветная голова дезактивированного автобота. Даже жаль, что кибертронцы при вечном оффлайне теряют цвета. Старскрим усмехнулся, и Мегатрон повернулся к нему, держа чью-то оторванную голову. На астросекунду взгляд крылатого десептикона скользнул по новому пополнению в коллекцию Мегатрона, и этого хватило, чтобы понять – оторванная голова не принадлежала ни к одному автоботу, которого сикер знал. «Айронхайд бы славно смотрелся на этих полках» Когда Саундвейв вышел, лидер десептиконов обыденно поставил черно-белую голову с забавными антенками по бокам на отдельный выступ. - Твоя засада не оправдала твоих ожиданий, мой Лорд? – с издевкой поинтересовался Скандалист. Он не испытывал страха, так как знал, что пока ему бояться нечего, иначе Мегатрон бы покончил с ним ещё в пылу битвы. - Советую тебе следить за воколайзером, - холодно сказал лидер десептиконов, и сикер тут же прекратил улыбаться. Холодная спокойная речь Мегатрона таила за собой много неприятностей. – Пока ты нежился в отключке, Саундвейв немного порылся в твоих блоках памяти. Старскрим почувствовал, как искра съёжилась до ничтожных размеров. Синие пальцы автоматически потянулись к шее, и сикер понял, что автоботский ошейник с него сняли, оставив сзади открытыми шейные разъемы. Как выяснилось при попытке их закрыть, блокиратор на отстреленном крыле блокировал не только болевые импульсы… Мегатрон, казалось, наслаждался ступором крылатого меха. На белом лице растянулась пугающая улыбка. - Знает ли твой возлюбленный Прайм, с кем ты обычно делишь платформу? – вкрадчиво спросил лидер десептиконов. - Он не мой возлюбленный! – в ужасе взвизгнул Старскрим, невольно делая шаг назад. Это послужило спусковым крючком для Мегатрона. Белый мех молниеносно рванул вперед, впечатав сикера в стену. Заостренные пальцы с силой впились в края оранжевого колпака, скрывающего кибернетическое нутро истребителя. Скандалист не воспротивился. Он хорошо знал, к чему может привести сопротивление вождю. - Моя искра, - с хрипотцой начал Старскрим, стараясь побороть страх, - в твоем распоряжении, мой Лорд. Мегатрон замер и немного отстранился только ради того, чтобы взглянуть в окуляры крылатого меха. И с удовольствием уловил в красном оптике страх. Покорность. И преданность. Стоит напугать своего заместителя, как тот тут же становится таким податливым и бесшумным. Занятно, но Мегатрон сразу почувствовал странную предрасположенность к сикеру. То самое чувство, которое не давало белому меху просто отстрелить истребителю голову и украсить ею свою стену. Люди бы назвали это влюбленностью, возможно, зависимостью. Сильной зависимостью с непреодолимым желанием подчинять и владеть. - Она перестала быть твоей ещё много воррн назад, - тихо прорычал Мегатрон. Белые пальцы нырнули под открывшийся колпак и безжалостно выдрали кресло пилота, вызвав сдавленный вздох крылатого меха. Старскрим уже успел отвыкнуть от такого собственнического обращения к своей персоне. Одновременно с воспоминаниями о манерах Мегатрона, сикер ощутил, как его искра возбужденно запульсировала. Каждому десептикону присуща доля мазохизма. - Не растерял все свои навыки? - со странной интонацией прошептал Старскрим и самодовольно заметил, как красная оптика Мегатрона вспыхнула. Но не злобой или гневом, как могло бы показаться на первый взгляд. - Хочешь проверить? – прошипел белый мех и в ответ на широкую ухмылку сикера слегка склонился, грубо втянув того в поцелуй. Забытые чувства неудержимым потоком вырвались наружу. Скандалист с нарастающим возбуждением, предвкушением и странной радостью вцепился синими пальцами в белую броню, приблизился вплотную к мощному корпусу и открыл свою искру. Её хаотичные всполохи коснулись чужой брони и вызвали ответную реакцию. Мегатрон с низким рычанием оторвался от Старскрима и запустил руку между его бедер, второй рукой обхватив край целого крыла. Авиатор сладостно зашипел и отключил оптику. Он двинул тазовой секцией, довольно сильно потершись о чужой манипулятор. В ответ он почувствовал горячие поцелуи на своей шее, и Мегатрон почти моментально спустился пониже, начиная ласкать быстро нагревающийся корпус. Неожиданное решение для Мегатрона. Старскрим никак не мог ожидать, что лидер десептиконов проявит себя с такой стороны. Обычно он ограничивался короткой подготовкой, чтобы ему же самому в последующем досталось как можно больше приятных ощущений. Но ещё Старскрим никак не мог ожидать, что его собственная искра откликнется на все это намного сильнее. Мегатрон насмешливо улыбнулся. - Что бы подумал Прайм, если бы понял, что от него тебе было нужно на самом деле? – шепотом поинтересовался белый мех, складывая свою паховую броню. – Открывай, - страстно добавил он, с силой надавив на швы трансформации. Скандалист повиновался и судорожно пропустил воздух через вентсистему, когда Мегатрон выпрямился и, почти нежно погладив сикерское бедро, приподнял его. Старскрим не заставил себя ждать и сам закинул ногу на бедро своего повелителя. Почувствовал, как чужие пальцы скользнули по его броне, подхватили под бампер. Жар от чужого корпуса, сладостная близость с чужой искрой медленно, но верно затормозили все мыслительные процессы, и сикер собственнически обнял своего повелителя, с силой вонзил синие пальцы в белую броню, неизбежно оставляя царапины. Мегатрон порывисто ввел коннектор в порт, вжимая сикера в стену. Тот радостно вскрикнул, закинув вторую ногу на широкую талию. И сладко застонал, почувствовав, как повелитель издевательски медленно двинул бедрами. Но несколько кликов спустя Скандалист понял, что ускоряться белый мех не собирается. Неудовлетворение почти болезненно отразилось на искре, из-за чего крылатый десептикон поморщился и требовательно скребанул синими пальцами по белой броне. Раздался тихий смех, который ощутимо ударил по самолюбию сикера – Мегатрон наслаждался его беспомощностью и зависимостью от своих действий. - Неприятно, правда? – заметил лидер десептиконов, резким движением всадив коннектор до конца, Скандалист лишь что-то промычал, чувствуя, что рискует перегреть себе все системы, если не получит желанную разрядку. – То, что чувствуешь ты сейчас, не идет ни в какое сравнение с тем, что почувствовал я, когда ты решил породниться с автоботами. – Яростнее заговорил Мегатрон, начиная двигать бедрами активнее под всхлипывающий стон истребителя. «И кто кому мстит?» - вяло подумал Старскрим, стараясь сохранить ясность ума, но это оказалось проблематично. Зародившееся возмущение стремительно растаяло. Скандалист лишь крепче обнял белые плечи и постарался прижаться к любовнику сильнее в безуспешной попытке найти открытую искру. - Не так быстро, крылатый, - прошептал Мегатрон, слегка прикоснувшись к темной щеке. Казалось, прошло значительное время, прежде чем белый мех опустил руку. Так много, что Скандалист, встретившись взглядом с Мегатроном, почувствовал себя, словно на раскрытой ладони. Оптика большего меха внимательно всматривалась в аристократичные черты лица, в красную оптику, словно считывала всю информацию с процессора. Неприятное ощущение. Мегатрон положил руки на бампер сикера, придержав того удобнее, и резко ускорился. Старскрим громко охнул, с силой сжав ноги на мощных бедрах. Он запрокинул голову, утыкаясь затылком в гладкую стену, и тут же почувствовал кусачий поцелуй в шею. - Ммммммннххх… - простонал Старскрим, стараясь подстроиться под ритм. Искра сжалась и вспыхнула, обласкав ярким светом белый корпус. Сикер изогнулся, отрывая крылья от стены и прижимаясь животом к чужому корпусу. Вот тогда Мегатрон и открыл камеру искры, делая резкий рывок, максимально сближая корпуса. Авиатор почувствовал, как его системы напряглись, как сжалась искра, готовая взорваться сверхновой. Скандалист крепче обнял меха, чьи движения потеряли свою ритмичность, стали более резкими и несдержанными. Взгляд красной оптики скользнул в сторону, и Старскрим снова увидел стену, украшенную оторванными головами. Множество пар бесцветных окуляров смотрело на лидера десептиконов и его сикера. Яркий свет вспыхнувших искр отразился в их тусклом стекле. До мертвых аудиодатчиков донесся торжествующий крик. А потом отсек погрузился в звенящую тишину. Никогда прежде Мегатрон не был так доволен. Как оказалось строптивого десептикона можно было склонить на свою сторону, избежав привычной жесткости и грубости. Неудивительно, что Прайм чуть не отнял его у белого меха. Дентопластины оскалились в злобном оскале. «Больше этого не повторится»