Зелёноокий плен

      Напряжение не отпускало Тора. Член распирал брюки, появилось желание поскорее их снять, но наследник сел ближе к столу, буквально вжавшись в столешницу, чтобы Локи не заметил его возбуждение. Сам же Лофт беззаботно болтал с друзьями Тора, мигом очаровав всех. Он легко нашёл с ними общий язык, вернее они смотрели на него знакомым преданным щенячьим взглядом. Ноги что-то коснулось. Сначала бог подумал, что это крутящийся под столом Фенрир, но прикосновение повторилось, сдвинувшись выше. Принц перехватил многообещающий взгляд Фандрала, сидящего как раз напротив. План избавления от навязчивого аса возник мгновенно, вот только связан он был с большими рисками, но выбирать Локи не приходилось. Он украдкой посмотрел на чересчур прямо сидящего брата и незаметно, как бы случайно задел внешнюю сторону его бедра, оперевшись ладонью о скамью. Тор дернулся, как будто обжёгшись, а потом схватил кубок с квасом и осушил его одним глотком. От этого лёгкого касания его резко бросило в жар. А Локи снова погладил бедро, уже более явно, не маскируясь случайностью. Дыхание Одинсона сорвалось, ему захотелось Лофта настолько сильно, что от следующего прикосновения он кончил, скрывая позорное пятно влаги алым плащом, что от сидящего рядом Локи не укрылось. Маг сжалился над покрасневшим братом, едва заметное движение пальцами, и пятно исчезло, штаны вновь были чистыми и сухими. Тор благодарно перехватил бледную ладонь и легонько её пожал. Локи был собой очень доволен, Тора он знал достаточно хорошо, поэтому непредсказуемых поступков от него не ожидал. Одинсон будет ему лучшим защитником от похотливых придворных, хотя скорее всего и Лофту придётся чем-то пожертвовать. Причём принц очень надеялся, что спать с братом ему не придётся. Тяжёлая ладонь легла ему на талию, бережно обнимая и ненавязчиво притягивая ближе. Пришлось подчиниться и подвинуться почти вплотную, продолжая вести свою игру. К концу завтрака Тор подобрел, шутил вместе со всеми, поглаживая под столом острые колени брата. А вот Фандрал наоборот мрачнел всё больше, его глаза налились злобой и яростной ревностью. Локи наклонился к Тору и шепнул ему: - Мне надо идти. - Опять к своим пыльным книжкам? - добродушно прогудел в ответ Тор, радуясь тому, что сегодня Локи принял его, проявил инициативу. - Они не пыльные, - скрывая недовольство за пушистыми ресницами, парировал Лофт. - Ладно, не пыльные, - согласился Одинсон, - надеюсь, мы увидимся вечером. Локи только неопределённо пожал плечами и улыбнулся, змеёй выскальзывая из-за стола.

***

      В душе Тора пел хор Норн, а мысли всё витали вокруг персоны брата. Он уже с нетерпением ждал вечера, смакуя их совместный ужин. Одинсон быстро покинул зал вместе с друзьями и отправился на боевую арену, чтобы немного размяться. Солнце ласково оглаживало своими лучами всё, до чего могло дотянуться. Песок достаточно прогрелся, Тор успел насладиться его теплотой, бесчисленно падая. Он был крайне не собран, и его друзья тоже не отличались сегодня особой ловкостью. Особенно доставалось Фандралу. За пару часов он уже успел разбить губу и постоянно стирал с подбородка текущую кровь. Сиф не выдержала и отправила воина к лекарям, но Тору почему-то показалось, что путь друга будет проходить через библиотеку. Ревностный червячок вдруг ковырнул сердце, и бог поспешил за Фандралом, кинув напоследок друзьям, что тренировка на сегодня окончена. Громовержец спешил по тенистым коридорам к библиотеке. Сердце билось с каждым шагом сильнее и чаще. И вот Тор наконец достиг дверей читального зала, врываясь в помещение. Увиденная им картина заставила Одинсона поражённо застыть.

***

      Локи так увлёкся, что не видел и не слышал ничего вокруг. Тонкие губы шептали новые заклинания раз за разом, оттачивая мастерство произношения. Он даже не заметил, когда именно на его плечи легли тёплые ладони. - Локи, мой сладкий принц, - горячее страстное дыхание опалило ухо. - Фандрал? Что ты тут делаешь? - чёрные брови выгнулись дугой. - Я так соскучился по тебе, - он обхватил Лофта поперёк груди и поцеловал в шею. - Ты что себе позволяешь? - в голосе принца был металл и лёд. Он вскочил, резко захлопывая книгу. - Ну всё, достаточно! Хватит строить из себя недотрогу, ведь за время нашего отсутствия ты же не мог ни с кем не спать, - одним длинным прыжком воин настиг его и повалил на небольшой диванчик. - Отпусти меня! Отпусти! - Локи ужом вертелся в руках Фандрала, однако тот держал крепко. - Не дёргайся, малыш. Я оттрахаю твою аппетитную попку и отпущу, - ас будто сошёл с ума, его голубые глаза горели фанатичным огнём, а руки жадно шарили по телу, мяли и щипали бока. Как же Лофт пожалел о том, что отпустил Фенрира погулять, а Тора как назло не было рядом. Он уже мысленно попрощался со своей честью, поклявшись себе, что не будет кричать от боли. Бог пытался колдовать, и ас это заметил. Он грязно щипнул принца за ягодицу и показал крохотный амулет на цепочке, после чего перевернул мага на живот, блокируя его руки, расстегнул на Лофте штаны и спустил их. - М-м-м, какая сладкая попка, - принц дёрнулся, когда Фандрал больно укусил его за восхваляемое место. Локи уже чуть не плакал. Он был испуган до смерти, а потом вдруг услышал яростный рык. Сильные руки схватили Фандрала за шкирку и откинули в сторону. Локи поставили на ноги, грубо натянули брюки. Таким злым Лофт ещё никогда не видел Тора. Одинсон с размаху засадил кулаком в лицо асу, хруст возвестил о том, что Одинсон сломал другу нос. Не обращая больше ни на что внимания, Тор схватил брата за плечо и куда-то поволок. - Тор, спасибо, - счастливо благодарил брата наивный принц. - Ты так вовремя! Я даже не знаю... Лепетал Лофт, пока они шли по коридорам. Вот брат грубо пихает младшего в свою комнату, дверь хлопает, щёлкает замок, а Локи вдруг бледнеет: - Тор, что ты... - Раздевайся, - перебивает его громовержец. - Тор, ты... - руки Локи задрожали. - Я сказал, раздевайся! - рявкнул Одинсон. - Или мне самому тебя раздеть?! Локи задрожал, пятясь. Он никак не мог поверить в происходящее. Этого не может быть! Не должно быть! Это... Но его уже схватили и сдернули камзол, разорвали зелёную рубаху и бесцеремонно швырнули на кровать, привязали запястья к спинке рукавами рубашки, поставив на четвереньки, и содрали штаны. - Тор! Ты не можешь, Тор! Пожалуйста! - молил Локи. - Заткнись, шлюха, - прорычал громовержец. - Фандралу ты дал. - Ты не так понял! Ты... - Я же сказал, заткнись! - Локи заткнули рот тонкой полоской кляпа, раздирая яркие губы. - Шлюшка... Какой же у тебя вкусный зад. Ты больше не подойдешь к Фандралу, к другим придворным тоже. Трахать тебя буду только я. И не смей даже подумать о том, чтобы пожаловаться. Пальцы впились в упругие ягодицы, немного помассировали, раздвинули их. Звонкий шлепок огласил покои. Лофт беззвучно заплакал, дрожа всем телом. Тор коленом развёл его ноги пошире, пристроился между них и толкнулся в манящее отверстие ануса. Локи истерично замычал от боли, словно раздирающей его на две половины. Громовержец тоже испытывал боль, но из одного лишь упрямства не стал тратить время на смазку. Терпя боль от сопротивления тугих стенок, он толкался все глубже, пока не вошёл на всю длину. Он вспотел, по спине и лбу катились капли пота. Локина спина под ним содрогалась, из попки тоненькой струйкой вытекла кровь. - Что, Фандрал даже не удосужился тебя растянуть? Любишь боль, братишка? - зашептал Тор, сопровождая каждое слово яростным толчком. Локи бился, содрогался, пытался уйти от невыносимой боли, но в итоге провис на руках, тихо поскуливая от любого движения брата. Он чувствовал себя грязным, использованным. Мысли испарились из головы, только током во всём теле вспыхивала грязная, отвратительная боль в порванном проходе. Локи словно онемел, превратился в сломанную куклу, в груди образовалась тяжелая, удушающая пустота. А Тор с рыком продолжал вбиваться в брата, пока не кончил с протяжным стоном. Он вытер окровавленный член простынёй и снова грубо шлёпнул безразличного ко всему Локи по попке. Тот даже не пикнул. Стройные ноги разъехались в стороны, Локи рухнул на перину, жгучие слёзы с удвоенной силой потекли по щекам, заливая подушку. Над ним склонился Одинсон, поцеловал в висок, убирая с лица растрепавшиеся чёрные пряди. - Ну ладно тебе, Локи! Ведёшь себя, как необъезженная кобылка. Он усмехнулся своей шутке, а у Лофта потемнело в глазах. Его затошнило от произошедшего, сознание покинуло измученного принца, не способного принять факт изнасилования. Зелёные глаза закатились, тело полностью обмякло.

***

      От ванны поднимался белый пар. Тор сидел в воде, закрыв глаза и запустив пальцы в мокрые волосы. Что он наделал! Его словно охватило безумие, когда он увидел Локи в объятиях Фандрала. Тор прокусил нижнюю губу, сдерживая болезненный стон. Что вдруг произошло? Одинсон очень надеялся на то, что это всё неправда, кошмар, не более. Что нет в его комнате Лофта, бессильно обмякшего на кровати, нет на простынях крови и... О, духи предков! Нужно помочь Локи, остановить кровотечение! Тор быстро вытерся полотенцем и, завернувшись в халат, выбежал в комнату. Картина вызвала приступ отвращения к себе и безмерной жалости к бессознательном брату. Тор кинулся к кровати, дрожащими, негнущимися пальцами развязал запястья и рот. Лофт раскинулся на перепачканной кровью и спермой кровати. У Тора защемило сердце. Он нежно поцеловал синяки на запястьях, мокрые щеки и шею, осторожно погладил ягодицы. Он вспомнил, что в ящиках тумбочки полно ранозаживляющих мазей. Лекари вечно пичкали его про запас, помятуя о том, что он воин, и травмы для него - дело частое. Бог быстро схватил первую попавшуюся баночку, перевернул брата на живот и подложил под бедра подушку. Окунув пальцы в прохладную мазь, он погрел её и стал смазывать раскрытый, кровящий вход. - Прости меня, прости, Локи, прости... - как заведённый повторял Тор, понимая, что Локи ни за что ему этого не простит.