Непокорность - моё второе имя

Как не хочется вставать рано утром! Ты вроде бы и госпожа, но всё равно должна встать пораньше. Особенно, если вечером у тебя важный ужин, на который придёт вся твоя семья. Малейший промах, и Валиде решит поучать меня всем этим наукам. Конечно, я не особо разбираюсь в деталях семейного ужина, но кое-что знаю, что-то рассказывала мне Хатидже. Проснулась я всё же от того, что не почувствовала рядом никого. С закрытыми глазами ощупав соседнее место на кровати, я вздрогнула: там никого не было. Открыв глаза, я увидела уже одевающегося Бали. Я потянулась на кровати и вздохнула. Он увидел меня, сел на кровать и поцеловал в губы. - Доброе утро, - произнёс он меланхолично. - Кому доброе, а кому и не очень, - возразила я. – Сегодня мне надо организовать ужин, приедут и Повелитель, и Валиде… Как я справлюсь с этим? По мне так лучше идти на совет вместо тебя. - Полно тебе, Мадине. Теперь это входит в число твоих обязанностей, как жены. Я уверен ты справишься, а Айлин поможет тебе, - сказал Малкочоглу, поглаживая меня по голове. - Как у тебя всё просто, - воскликнула я, поднимаясь с кровати. Муж последовал за мной. Подойдя к зеркалу и начав расчёсывать свои волосы, я искоса посматривала на него. Он слегка усмехался. - Мне кажется, ты лишь угнетаешь обстановку. Отнесись к этому, как к твоему первому тесту молодой жены. - Валиде будет очень внимательно следить за тем, что подают, где подают, и кто подаёт. Она может даже сделать замечание по поводу цвета или узора салфеток. Но всё же она в моём дворце, здесь всё делают, как я скажу, - не унималась я. - Я приеду пораньше, чтобы помочь тебе, - сообщил Бали, целуя меня в щёку. - Ещё в хамам сходить надо, вчера ты так и не дал мне помыться, - с возмущением произнесла я, хотя совсем не злилась на него. Это было лучше, чем мытьё. - Злишься на меня? – укоризненно спросил он, прищуривая глаза. - Вовсе нет, разве что чуть-чуть, самую малость. – Он вновь обнял меня и страстно поцеловал в губы. Я приняла его поцелуй с улыбкой на лице и огоньками в глазах. Не хотелось мне отпускать его, но мы итак очень много времени проводим вместе. Бали ушёл, а я позвала Айлин. Она принесла мне на выбор два платья. Я выбрала белое платье с красной узорчатой накидкой и длинным шлейфом. Другие девушки принесли мне воды, чтобы умыться. От завтрака я отказалась, решила сразу приступить к подготовке. - Айлин, надеюсь, всё пройдёт хорошо, - обратилась я к своей главной калфе. – Итак, пусть сегодня подадут перепелов, баранину, перепелиные яйца, разные сладости. Также пусть подготовят несколько покоев. Возможно, Валиде решит остаться ночевать. - Да, госпожа, - кивала Айлин. – Вы будете обедать в главном зале или в саду? Снег почти растаял, да и сегодня хорошая погода. К тому же, в беседке совсем не холодно и нет ветра. - В главном зале. А то нужно будет и беседку приукрасить. Ты же знаешь мою матушку, она будет смотреть за каждой мелочью, мы должны быть на высоте, - сказала я. Мимо нас прошла Лале. – Ты что-нибудь узнала о Лале? - Как вы и просили, я следила за ней, но ничего подозрительного. Её рассеянность я не могу описать словами. Она постоянно что-то разбивает, теряет или забывает. Но ничего странного я не заметила за ней. - Странно, что вообще выбрали эту девушку, чтобы послать ко мне во дворец. Если Нурай и Адак более сдержанны и умнее, то Лале скорее похожа на ребёнка. Если они шпионки, то этой светловолосой нелегко. - Вы правы. Думаете, есть подвох? Может, не та девушка? - Или же мы ошиблись, или она ведёт двойную игру. Если ни то, ни другое, тогда я запуталась, - я потёрла виски. Весь день мы с Айлин занимались подготовкой к ужину. За это время я успела пару раз отчитать служанок за рассеянность, пожаловаться на головную боль и выбрать наряд для вечера. Аллах, как трудно за всем этим уследить. Раньше я думала лишь о себе, делами в гареме управляла матушка. Здесь нет гарема, но есть обязанности. Я уверена, что Валиде и Хатидже будут постоянно навещать меня, оставаться на ночь. Мне надо быть всегда готовой к таким поворотам событий. Ближе к вечеру приехал Малкочоглу. Я встретила его у входа во дворец, поцеловав губы и обняв. Он сообщил, что Повелитель скоро прибудет к нам и спросил об ужине. Заверив мужа, что всё будет прекрасно, я пригласила его вовнутрь. - Должен сказать, что ты сегодня прекрасно выглядишь, Мадине, - сказал Бали и улыбнулся. На мне было длинное светло-розовое платье с широкими рукавами, красным кафтаном, а на голове красовалась диадема с белыми камешками. - Только сегодня? – съязвила я, уставляясь на него. - Ещё вчера, позавчера, а также завтра и послезавтра, - он засмеялся, а я толкнула его в плечо. Мы решили приветствовать наших гостей прямо у входа в наш дворец. С улицы послышался топот копыт, а также голоса стражников о том, что прибыл Султан Сулейман. Брат первым вошёл в наш новый дом и, увидев меня, обнял. - Повелитель, почтив наш дворец своим присутствием, вы даровали каждому его жителю безмерное счастье, - произнесла я, кланяясь. Вошли Валиде, Хатидже, Хюррем, Махидевран и дети. - Матушка, я тоже очень рада видеть вас, - призналась я и обняла Валиде. Выдержав надменный и слегка завистливый взгляд Махидевран, я поприветствовала Хатидже и Хюррем. Следом за ними зашёл запыхавшийся Ибрагим, отряхиваясь от многочисленных снежинок на его кафтане. - Ибрагим-паша, что с тобой такое? – возмущенно спросил Сулейман. Один Аллах только ведает, во что ввязался опять наш Ибрагим. Сейчас Великий визирь вовсе не был похож на визиря, скорее на раздраженного ребёнка, которому не угодили в очередной прихоти. - Повелитель, мой ответ прозвучит несколько глупо и неуместно, но я просто не люблю зиму. Больше всего меня раздражает именно снег, который кучами остаётся на моём кафтане. - Ибрагим, давай его сюда, - потребовала я, снимая с него одежду. – Сейчас его мигом почистят. - Нет, госпожа. Кафтан не дам! – воскликнул визирь, я лишь раскрыла глаза от удивления. Боже мой, вот так реакция! Великий Визирь Османской империи боится отдавать свою верхнюю одежду. - Давайте уже пройдём к столу, - предложил мой муж. Все последовали его примеру. Я подмигнула Ибрагиму, дескать, если что, то кафтан всё ещё почистят. Но он вцепился в него двумя руками и прямо с ним вошёл в главный зал. Все блюда уже были на столе, служанки, увидев всю чету Султана Сулеймана, поклонились. Сулейман сел во главе стол, по леву руку сидела Валиде, по праву – Ибрагим. Далее за Ибрагимом сидел Бали, а за Валиде – я, Хатидже, Хюррем и Махидевран. Детей увели в специально приготовленную комнату, там рабыни будут присматривать за ними. Семейный ужин начался. - Мадине, всё очень вкусно, - произнесла Хюррем, прожевывая кусок курицы. Я улыбнулась, Хатидже сказала тоже самое. - Да, сестра. Ты хорошо постаралась, - сказал брат. Я слегка усмехнулась, словно сама всё это готовила. Моё дело – отдавать приказы, а слуги уж выполняют их. Махидевран за весь ужин не проронила ни слова, лишь старалась делать вид, что всё в порядке, но её расстройство заметила и Валиде, и Повелитель. - Махидевран, что с тобой такое? Ты больна? – обеспокоенно спросила матушка. Мать наследника лишь нахмурилась и постаралась сделать вежливую улыбку, чтобы не огорчить никого. - Нет, Валиде. Просто, погода видно плохая, - черкешенка смерила меня удовлетворительным взглядом, я лишь отмахнулась от него, обращаясь вновь к еде. - Повелитель, быть может, вы сегодня останетесь у нас? Уже очень поздно, мы с пашой будем очень рады, - сказала я, взирая на брата своими зелеными глазами. Они улыбнулась и выпрямился. - Что ж, думаю, мы останемся с Хюррем, - ответил он. Махидевран покраснела. – Валиде, что вы скажите? - Я тоже останусь, Мадине. Хатидже, Махидевран, а вы? - Валиде, мы с Ибрагимом вернёмся к себе, я переживаю за Мехмеда, - ответила моя сестра. Эта тема очень расстраивала Хатидже, она переживала за своего новорожденного сына. - Айлин калфа, подготовь для Повелителя, Валиде султан и Хюррем султан покои, в которых они смогут хорошо выспаться, - отдал приказ Бали-паша, и мы продолжили трапезу. Ответа от Махидевран я так и не услышала, и все были уверены, что она уедет вместе с Хатидже. Но мать наследника не была готова к такому повороту событий. Мысль, что ей поиграли и выбросили, не давала ей покоя. Это я увидела по её карим глазам, которые наполнились слезами. - Валиде, я бы хотела тоже остаться здесь, - робко произнесла черкешенка, матушка улыбнулась и кивнула. Я предупредила Айлин, чтобы готовили ещё одни покои. Это решение не вызвало у меня радости, но и злости тоже. Мне просто не хотелось особо общаться с этой женщиной. - Мадине, я надеюсь, что совсем скоро ты подаришь мне внуков, - сказала Валиде, притворно улыбаясь. Я покраснела, и это не укрылось от зоркого взгляда моего мужа. Он смерил меня успокаивающим взглядом, Хюррем лишь жалобно посмотрела на брата, и тот перевел разговор в другое русло. Это такие личные вопросы, которые могут задеть достоинство человека, мне было неприятно. Ужин продолжался довольно-таки долго. Ибрагим и Хатидже удалились первыми, когда служанки уже убирали со стола, а я разводила своих гостей по их покоям. Мы отвели личные покои для Валиде и Махидевран, а Повелитель пожелал остаться в покоях Хюррем султан. Я загадочно посмотрела на свою рыжеволосую подругу, та кивнула, и мы покинули покои. Пожелав всем доброй ночи, я наконец пришла к себе, где меня уже ждал Бали. Снимая своё платье, я заметила, как мой муж читает какие-то документы. Взгляд его был слегка нахмуренным и сердитым, каждую секунду он вздыхал. Надев свою сорочку, я подошла к нему сзади и обхватила за шею, касаясь носом его щетины. - Что такое? Тебя что-то расстроило? – мягко спросила я, муж взял меня за руки и усадил к себе на колени. - Мадине, я должен сказать тебе кое-что, только не пугайся и не кричи, - начал Бали, я вздохнула, ожидая его слов. – Повелитель отправляет меня подавить восстание в одной отдаленной от Стамбула провинции. Несколько дней, а может и недель, меня не будет. - А как же я? – хриплым голосом спросила я, - что делает Сулейман? Он прекрасно понимает, что совсем недавно у меня была свадьба, он не имеет права разлучать нас. Мало времени прошло… - Я не могу ослушаться его. – Нахмурился он и поцеловал меня в щёку. - Когда ты уезжаешь? - Через два дня. Береги себя, пожалуйста. Постарайся ни во что не влезать, Мадине, - он крепко обнял меня, а я прижалась к нему. Мысль, что его не будет некоторое время, пугала меня. Было страшно. Теперь я не представляла своей жизни без моего мужа, не понимаю, как жила раньше. Это потому что мы стали одним целом, семьей. Одно не может быть без другого. - Валиде сегодня ужасно расстроила меня, говоря о внуках, - вспомнилось мне сегодняшнее происшествие. Бали загадочно улыбнулся. - Может, пока я не уехал, займёмся этим? - Дети… так скоро, - я удивилась. – Не быстро ли, мы женаты всего лишь два дня. - И что? Чем скорее у нас будут дети, тем быстрее Валиде султан отстанет от тебя. Я страстно поцеловала его в губы, он ответил на мой поцелуй. Через несколько минут мы уже были на нашем ложе. Дети. Страшно и прекрасно одновременно. Ещё не представляю, как меня кто-то будет называть мамой. Скорее я сама чаще буду произносить это слово. Прошло два дня. Бали покинул столицу, а я осталась совсем одна. Конечно, Повелитель, Валиде и Хюррем очень поддерживали меня, говорили, что в любой момент я могу приехать в Топ Капы к ним, но мне совсем не хотелось выезжать из моего дворца. В компании моей верной Айлин я училась вышивать. Нужно было найти какое-то занятие, которое бы скоротало моё одиночество. По словам Сулеймана, мой муж ненадолго задержится там, всего пару недель. Но они длились, словно несколько мучительных годов. К тому же, я всё обдумывала ситуацию с теми тремя девушками: Нурай, Адак и Лале. Последняя всегда была под моим присмотром, из дворца никуда не отлучалась, а по словам Айлин, ей никто ничего не передавал. В один момент я подумала, что всё это выдумала себе, но один случай заставил меня усомниться в том, что всё у нас в порядке. После ужина я пришла в свою комнату, где застала Лале. Она перебирала мои вещи, письма, книги и украшения. Я недоуменно посмотрела на неё, от чего она задрожала и уронила на пол шкатулку с драгоценностями. - Потрудись объяснить, что ты делаешь в моей комнате и перебираешь мои же вещи, - строгим тоном обратилась я к ней. Она смиренно опустила взгляд и что-то начала лепетать. - Госпожа, я искала… - Что можно искать в султанских покоях? Свои вещи? Их здесь нет и не должно быть. Для служанок есть свои покои. - Мадине султан, пощадите. Я ничего плохого не хотела, меня заставили… - я насторожилась, а Лале поняла, что сболтнула лишнего. Она закрыла рот рукой и упала к моим ногам, хватаясь за подол моего платья. - Кто заставил? Говори! – я подняла её за подбородок и посмотрела в глаза, наполненные слезами. В этот момент вошла Айлин. Она бросилась поднимать служанку. - Аллах, ты чего тут забыла? – начала калфа. – Это покои госпожи. Горе мне со всеми вами. - Айлин уведи её, прошу. Не спускайте с этой девицы глаз! – моя служанка увела Лале, а я приземлилась на кровать, берясь за голову. Аллах, что она такое говорила? - Госпожа, что такое произошло? – спросила вернувшаяся Айлин, закрывая за собой двери. - Она рылась в моих вещах, а потом сказала, что её заставили. Что же такое творится, Айлин? Я уже боюсь. - Заставили? Думаете, это связано с Нурай и Адак? - Не знаю. Но одно ясно, как день: они здесь не просто так. Аллах, я же совсем забыла. Сюмбюль говорил, что Нурай поведут в покои Сулеймана, я даже не спросила, была ли она там. Пусть готовят карету и мою одежду, мы едем в Топ Капы.