Право менвита

- Я не собиралась топиться, господин!.. Айи!.. – рабыня взвизгнула и, неловко изогнувшись, невольно ухватилась за собственные волосы, в которые уже вцепилась безжалостная рука менвита. – Умоляю… пощадите!.. Только что этот самый менвит, отчаянно ругаясь самыми непотребными словами, выволок её из воды на берег (всё за те же волосы) и швырнул на песок, намереваясь задать хорошую трёпку за, как он посчитал, попытку самоубийства. - Не собиралась? – прорычал Ок-Зар, - А чего тогда так долго под водой сидела? Какого хрена не выныривала? Он был зол до предела. Эта девка решила пощекотать ему нервы, ну сейчас он ей задаст! …То, что метнулся он за ней в воду чисто на автопилоте, неожиданно для самого себя и внезапно испугавшись того, что она долго не выныривает, как-то ускользнуло от его осознания. А может он и сам не захотел это осознавать. - Я… я хотела, господин… - задыхаясь от боли и слёз, простонала рабыня. – Но увидела раковины гребешков и… Подумала, что надо их собрать… для еды... Ай-й… Я не тонула и не собиралась убивать себя!.. Клянусь вам, господин! Как я могу посметь такое… без приказа?.. Занесённая над ней рука вдруг замерла. - Что ты сказала?.. – опешил Ок-Зар. - Без какого ещё приказа? - Приказа… убить себя… - пролепетала арзачка. – Я не имею права сделать с собой такое без приказа госпожи… - тут она мельком глянула на него - …или господина… Несколько секунд царило молчание. А потом Ок-Зар медленно выпустил из захвата её волосы. - Идиотство какое-то! – в сердцах пробормотал он. Но теперь он почему-то злился не на девчонку. Рабыня скорчилась на песке и тихонько всхлипывала, держась за голову. Кажется, оттрепал он её довольно чувствительно. - Ладно, тащи сюда эти свои ракушки! – бросил менвит, ощущая некоторое смущение. – Может, и правда сгодятся! Что-то неразборчиво пискнув, девушка тяжело поднялась и, пошатываясь, направилась обратно в воду. - Стоять! – вдруг остановил её голос избранника. – Вместе пойдём. Ок-Зар содрал с себя мокрую одежду, в которой прыгнул спасать злополучную купальщицу, и в два широких шага покрыл расстояние между ними. - Мало ли что… - буркнул он словно в ответ, хотя она не задала ему ни одного вопроса. – Подстрахую… - Как вам будет угодно, господин… - прошептала она. Снова – ловкий нырок, и вот уже вскоре она показывается над водой. Мокрые волосы облепили плечи и грудь, в руках – две огромные, похожие на тарелки, раковины. - Вот, господин. Это называется гребешки, их можно есть! - Откуда ты всё это знаешь? – поинтересовался менвит, забирая у неё моллюсков. – Тоже в книжках вычитала? - Нет, господин – она локтем попыталась убрать налипшую на лицо прядь. – Я выросла в рыбацком посёлке на побережье. – Там же и плавать научилась… А… можно я ещё раз нырну? Там есть ещё ракушки – но чуть поглубже от этого места… - Можно. – усмехнулся Ок-Зар, окончательно приходя в себя и успокаиваясь. – Но чтобы без давешних фокусов! - Конечно, господин! На берег они выбрались с полными руками раковин. Ок-Зар предвкушал изысканное пиршество. Дело было за малым – добыть огонь. Ну, с наличием бластера – это было просто. - Одевайся! - небрежно кинул он рабыне. – А я пока костёр соображу. Арзачка с огорчением повертела в пальцах слипшуюся от солёной воды прядь, посмотрела в сторону ручья, но что-то иметь против приказа избранника снова не осмелилась. Только тщательно отжала волосы и послушно вделась в свой уже изрядно изорванный ветками халатик. Вскоре на берегу запылала груда собранного Ок-Заром сушняка. Раковины разложили по краю костра – чтобы мясо моллюсков варилось в собственном соку и в собственной же посуде. От жара гребешки с писком и шкворчанием раскрывали плотно сжатые створки; их перламутрово-розовая плоть светлела просто на глазах. Арзачка, ловко действуя двумя рогульками и ежеминутно фыркая от попадающего в нос дыма и попискивая не хуже гребешков от разлетавшихся брызг горячего сока, вытаскивала готовые деликатесы из огня. Чуть позже она прислуживала Ок-Зару, хлопоча вокруг него с предупредительностью и почтительностью вышколенной домашней прислуги. Это было для него, привыкшего к довольно скромным жизненным условиям, очень непривычно, но суету рабыни вокруг себя он воспринял как истинный избранник. То есть, как само собой разумеющееся. Арзачка, стоя на коленях, с поклонами подносила ему раковины-тарелки с предварительно срезанным с них и порезанным на кусочки мясом гребешков. Ок-Зар неторопливо насыщался и чувствовал себя просто превосходно. Настолько превосходно, что чуть было не забыл разрешить поесть и рабыне. Спохватился, когда от всего её улова осталось всего одна «тарелка». - Ешь! – коротко велел он и придвинул к ней оставшуюся порцию еды. - Спасибо, господин… - благодарно потупилась она и, не мешкая, принялась выполнять приказанное. А Ок-Зар нарезал колышков, воткнул их в песок вокруг костра и растянул на них свою в очередной раз после шторма вымокшую одежду. - Господин… - несмело обратилась к нему покончившая с трапезой рабыня. – Может быть… вы позволите мне выстирать вашу одежду? А то ведь она вся в соли и загрубела… Я это быстро сделаю! - Завтра! – ответил Ок-Зар, посмотрев на небо с уже клонящимся к закату солнцем. – Сегодня уж как-нибудь переживу, а завтра постираешь. А сейчас надо шалаш строить. Причём, строить совсем без инструментов! У нас даже топора нет! Уже не говорю о гвоздях и верёвках!.. Кстати, а что по этому поводу говорят твои книжки? - внезапно перевёл он тему в другое русло. Девушка слегка улыбнулась – загадочно и лукаво – и сразу стала похожа на весёлого проказливого котёнка. Впрочем, улыбка тут же поблёкла, сменившись румянцем смущения. - Ну… Вместо верёвок можно поискать тонкие лианы… - робко предложила она. – Или гибкие прутья… - Вот и займись этим. Я пока жердей натаскаю. Да! В самую чащу чтоб – ни ногой! Ещё не известно, что там водится… да и дырок тебе на твоём платьишке и без того уже достаточно! - Слушаюсь, господин. - Пошла! Строительство шалаша закипело с первых же минут. Ок-Зар лазил по окрестностям, выискивая подходящие жерди и ветки для возведения основы будущего жилища. Время от времени, возвращаясь с добычей из поисков, он сталкивался с арзачкой, тоже не сидевшей без дела. Прутьев и лиан она уже, пользуясь, как при недавнем мастерении сандалий заточенной ракушкой, нарезала приличную охапку. - Хватит пока! – бросил он ей, вернувшись из очередного рейда. – Пройдись по берегу, может, чего полезного найдёшь. Насколько она может буквально исполнить приказ, он понял, когда увидел её, идущую кромкой прибоя с… тем самым лёгким плетёным столиком, на котором её прибило к этому острову. Столик она несла на голове, перевернув кверху ножками и придерживая за край крышки. Зрелище было, что ни говори, просто очаровательное для мужского взгляда. Стройная полуодетая девушка с разметавшимися по плечам длинными волосами, грациозно и непринуждённо покачивая бёдрами, несла на голове свою поклажу и выглядела при этом настолько органичной деталью окружающего пейзажа, словно всю жизнь тут жила и ходила по этому песку с ношей на голове. …Ок-Зар едва сумел напомнить себе, что это прелестное видение, эта девушка – арзачка и рабыня. И потому нечего на неё пялиться! Подумаешь, полуголая – да голее видали! Вот буквально только что! И вообще!.. - Я тут вспомнила про этот столик, господин… - приблизившись, проговорила она. – И подумала, что он, наверно, будет очень полезен! - Правильно подумала! – буркнул менвит, всё ещё сердясь на себя за только что проявленное слабодушие. – Поставь там его куда-нибудь… Столик откочевал к месту трапезы, на него были водружены раковины с остатками мяса. Арзачка сказала, что чуть позже (если господин позволит) нормально почистит их, и у них будет хоть какая-то, но посуда, а также – материал для «ещё чего-нибудь полезного». Господин позволил. Но сперва приказал помогать возводить каркас шалаша. Девушка была маленького (по сравнению с менвитом) роста, лазить по деревьям не умела – поэтому вся её помощь заключалась в том, чтобы стоять рядом и подавать, когда нужно, материал для увязывания. Очень скоро скелет шалаша – наклонно поставленные жерди, опиравшиеся на ещё одну - длинную, привязанную между двумя деревьями, был готов. - Теперь бы всё это чем-то покрыть… - задумчиво проговорил Ок-Зар, оглядываясь по сторонам. Взгляд его упал на длинные перистые листья какого-то раскидистого растения, напоминающего огромный папоротник. – О! Вот этим! Обязанности снова разделились. Ок-Зар занялся срезанием листьев, велев рабыне оттаскивать их к шалашу. «Папоротников» в окрестностях росло предостаточно, так что крыша обещала получиться довольно плотной. Срезав последний лист и обмахиваясь им, словно опахалом, менвит вернулся к месту строительства. И увидел, что арзачка сидит над грудой листьев и как-то задумчиво теребит два из них, складывая между собой по-всякому. - Я тут подумала, господин… - начала она, когда он осведомился, чем она тут занята, - А что если переплести вот эти листочки с двух веток между собой? - она тут же продемонстрировала это на своих пальцах, изобразив подобие плетёнки. – Тогда крыша будет более плотной, да и конструкция шалаша – более надёжной? - Снова твои книжки? – хмыкнул менвит, сообразив, что идея – просто гениальная! Рабыня ожидаемо залилась румянцем. - Н-нет, господин… так, просто подумалось… - Ничего себе «просто»… - проворчал Ок. Нет, всё-таки в том, что он оказался на необитаемом острове вдвоём с рабыней-арзачкой, был один очевидный плюс: голова у этой девицы была не только для того, чтобы в неё есть и трепать её за волосы! По крайней мере, мозги в этой голове имелись, и довольно изобретательные! Впрочем, изобретательность была национальным свойством всей этой мелкорослой расы – просто Ок не предполагал обнаружить её в заурядной, как ему поначалу казалось, рабыне для удовольствий. Почему-то раньше он всегда считал, что в них отбирают хоть и красивых, но пустоголовых куколок. Однако, поди ж ты… - Идею одобряю! – вслух сказал он. – Валяй, делай! Снова, как и при мастерении сандалий, запорхали над плетением тонкие ловкие пальцы. Однако, работы было много, и Ок сообразил, что до заката девушка, как ни старалась она плести быстро, с такой грудой веток не управится. Поколебавшись и мысленно задвинув подальше привычное «не господское это дело!», он присел рядом. Рабыня вопросительно подняла на него взгляд, избегая, впрочем, смотреть в глаза. - Показывай, как ты это делаешь. – буркнул Ок. – А то ты одна тут до утра возиться будешь! Ответом ему был робкий, но исполненный самой тёплой благодарности взгляд.