И пять лет спустя мир прекрасен...

Вот уже который день Ливи старался избегать Нике. После услышанного в саду, его вера, как в себя, так и в принцессу, сильно пошатнулась. Зато Рик своего не упускал. Он завел хорошие отношения буквально со всеми — от Джайны до бабушки (от которой даже получил особый подарок — супер-лекцию о Княжестве Дождя: от основателя до сегодняшних дней). Бардо потихоньку выдавал ему их семейные тайны (половина из них была бы приговором к его смерти, услышь их Ливи). Но у премьера была и своя личная выгода — с первого дня он положил глаз на симпатичных милашек-близняшек. Даже Нил нашел с ним темы для разговоров. Нике так вообще цвела и таяла под взглядом Рика. Она, казалось бы и не замечала, что Ливи сторонится ее. Казалось, все бросили короля. Но тот не сдавался и упорно твердил, что Рик — двуличная тварь, которую надо выкинуть из дворца. Сначала он пытался советоваться с остальными, но, после всеобщего вывода: «Ты ведешь себя как ребенок! », перестал пытаться что-либо доказать, хотя сам, несомненно, все еще твердо был в этом уверен (во всяком случае, он так думал). Остальные же были очарованы новыми друзьями из страны Песка. — Нике-сама. Доброе утро! Уже ставший стандартным поцелуй в руку. Уже ставшее стандартным чувство убить этого типа на месте. Уже ставшая стандартной тупая боль обиды и зависти. Уже ставшее стандартным холодное приветствие. Уже ставшая стандартной холодная маска… Ливи вздохнул. Может, все и считают его маленьким ребенком, намертво вцепившимся в свою игрушку, да только он знает, что, вне зависимости от возраста, он эту игрушку никому не отдаст. Потому что она — любимая. И даже если эта игрушка будет смотреть на него пустыми насмешливыми глазами, она все равно останется той, кому он подарил свою любовь… — Дожили… — очнулся от мыслей Ливи. — Что за странная аналогия вообще?! — Ты чего там бормочешь? — раздался рядом веселый голос Нике. — Да так, ничего, — хмуро отозвался король. Девушка пожала плечами и села на свое место. Ливи, хоть и выглядел абсолютно непроницаемым, внутри весь дрожал. Раньше бы Нике из кожи вон вылезла, но узнала бы, в чем дело. Король вздохнул еще раз. «Плохо дело… — подумал он». Нике незаметно глянула на Ливи, прячась за волосами. Она уже давно заметила, что парень сам не свой. Поэтому она стала чаще давать ему отдохнуть от шумной себя, стала помогать Джайне готовить для Ливи, потихоньку помогала Нилу, даже государственные дела за Ливи вместе с Бардо переделала. Но король все равно вел себя очень странно. И тогда Нике решилась на крайний шаг — она поговорила с бабушкой. Та, ровным счетом, ничего путного ей не сказала, зато их разговор услышал Рик — и вызвался помочь. Он стал рассказывать Нике обо всех способах помочь усталому человеку — от бодрящих напитков до колыбельных на ночь. Они тоже мало помогали, но Рик при каждой встрече рассказывал все новые и новые способы, постепенно переходя на другие истории. Однако девушку не так-то просто было отвлечь. Как только Рик начинал заговариваться, Нике сразу возвращала его к первоначальной теме. Она очень надеялась, что сможет помочь Ливи. Девушка улыбнулась. В ее, все еще молодом ярком, бодром и веселом озорном взгляде прорезалась нежность взрослой женщины. Нежность и любовь. И тут Ливи повернулся. Нике тут же изобразила презрительную мордашку и отвернулась, и не подозревая о том, что тем самым словно провела ножом по свежей ране. Лицо Ливи застыло. Он холодно улыбнулся и перевел взгляд. За столом вздохнули два печальных человека. Они просто не поняли друг друга…